Готовый перевод Mutual Dislike / Взаимная неприязнь: От ненависти до любви: Глава 12

Лю Хэ поднял руку, поводя ею в воздухе, и, нащупав на туалетном столике кресало, поморщился:

— Тут не просто воняет кровью, тут какой-то тошнотворный смрад.

Он чиркнул кресалом и зажег свечи в комнате. В отличие от той, куда они заглядывали раньше, эта спальня не была перегружена вычурными украшениями — обычная дамская комната, заставленная женскими принадлежностями.

Как только стало светло, Хэ Фанцзи, посмотрев на свои туфли, брезгливо воскликнул:

— Откуда на моих туфлях кровь?

Он принялся тереть ногу о чистый пол, мечтая лишь о том, чтобы поскорее переобуться. Ань Цимин, привыкший к запахам поля боя, сразу почувствовал неладное. Он перевел взгляд на кровать — именно оттуда разило кровью сильнее всего.

Постель под красным пологом была скомкана, и по форме бугра нетрудно было догадаться, что внутри кто-то лежит. Если бы человек был жив, он бы наверняка подал голос, стоило им войти.

Цзян Цзинчжоу, отличавшийся храбростью, не раздумывая шагнул вперед и голыми руками откинул полог. Под одеялом действительно обнаружился труп!

Погибшим оказался мужчина лет тридцати. Его одежда была в беспорядке, как будто он только что предавался любовным утехам. Лицо застыло в гримасе ужаса, глаза были широко открыты, конечности окоченели, а на груди, сквозь распахнутый халат, виднелась страшная дыра с запекшейся кровью. Сердце, которое должно было находиться там, бесследно исчезло.

В городе Байсуй уже давно ходили слухи о злобном демоне, который пожирает людские сердца. Случаев было уже не меньше шести, а этот труп стал третьим в нынешнем году.

Ань Цимин, знавший не понаслышке, что такое настоящая война, при виде тела сохранил самообладание. Встав рядом с Цзян Цзинчжоу, он нахмурился:

— Разве это не шэн Шэнцай, из-за которого пару лет назад разгорелся громкий судебный процесс?

Цзян Цзинчжоу спросил:

— Ты его знаешь?

— Не лично. Но когда этот шэнцай судился, уездный судья как раз гостил у моего отца. Не найдя никого в канцелярии, он добрался до нашего Особняка генерала.

— Ты запомнил человека, на которого мельком взглянул столько лет назад?

— И не такое запомнишь. Я могу перечитать Тысячесловие один раз и запомнить наизусть. Как говорится...

— Умолкни! Если начнешь читать книги, я прямо здесь усну, клянусь.

Цзян Цзинчжоу полностью откинул одеяло и вдруг заметил у подушки покойника красную бумажную фигурку. Очертаниями она до жути напоминала невесту, готовящуюся к свадьбе.

Хэ Фанцзи, который из страха перед трупом отступил за стол, при виде бумажной фигурки задрожал:

— Неужели это Странное дело о бумажной свадьбе?

Он попытался остановить остальных:

— Ни в коем случае не трогайте тело! Нужно позвать моего старшего брата. Если мы нарушим место преступления, убийцу не найти.

Цзян Цзинчжоу послушался и, не притрагиваясь к уликам, позвал:

— Лю Хэ, иди посмотри на это... Лю Хэ?

Оглянувшись, они увидели, что дверь настежь открыта, а Лю Хэ и след простыл. Вскоре из коридоров борделя раздался его зычный голос:

— Матушка! Беда!

***

— Днем не учитесь, а по ночам по борделям шляются! Совсем от рук отбились!

Учитель Тао, помахивая указкой, расхаживал перед четырьмя юношами, которые стояли в низкой стойке с тазами воды в руках. Это было самое позорное пятно за всю его преподавательскую карьеру.

Благородные сыновья, ученики Академии резиденции маркиза — и вдруг как последние повесы потянулись в публичный дом! Да еще и лазили по крышам, подглядывали, да в итоге оказались замешаны в деле об убийстве!

Светило солнце. Снаружи учебного корпуса Академии резиденции маркиза собралась толпа молодых аристократов, с любопытством наблюдая, как учитель Тао отчитывает провинившихся.

Ду Шаоцин, стоявший во главе толпы, скрестил руки на груди и усмехнулся:

— Ну вот, слухи о том, что наследный принц — демон, наконец-то развеялись сами собой.

Стоявшие позади ученики принялись язвить:

— Кто знает, может, всё это с самого начала было подстроено. По мне, так это Цзян Цзинчжоу больше похож на демона. Неуправляемый, никого не ставит ни во что, а рожей вышел — ну вылитый мальчик из борделя.

Они смеялись негромко, чтобы их не услышали в кругу наказанных, но, находя шутки забавными, продолжали потешаться.

Цзян Цзинчжоу, получив от учителя два удара указкой, благородно заявил:

— Это я заставил их пойти, они тут ни при чем. Когда мы нашли тело, оно уже окоченело. Если бы не мы, оно бы там сгнило — и никто бы не узнал.

— Может, мне еще поблагодарить вас? — усы учителя Тао задрожали от гнева.

Больше всего его злило не то, что Цзян Цзинчжоу совершил проступок, а то, что двое других сыновей аристократов последовали за ним. К счастью, всё обнаружилось быстро: когда он привел их обратно, никто не знал, где они были. Если бы слухи разошлись, это повредило бы не только их карьере, но и бросило бы тень на всех остальных учеников и девиц из поместья маркиза.

Хэ Фанцзи, никогда не занимавшийся боевыми искусствами, был слаб физически, и ноги его начали подкашиваться. Таз с водой, который он держал над головой, задрожал, расплескивая капли. Опустив голову, он прошептал:

— Мы больше не будем.

Учитель Тао холодно фыркнул и указкой ударил его по дрожащим ногам:

— Стоять смирно! Если сегодня не поймете, чем это грозит, в будущем натворите дел похуже.

В этот момент во двор на инвалидной коляске въехал Хэ Тинъянь.

На нем был ученический халат, но сегодня он выглядел иначе: белый шелк с потайным узором, кожаный пояс, стянутый серебряными застежками. Поверх — черная накидка с золотой вышивкой по краям воротника. На правом плече покачивалась черная нефритовая подвеска с темными кисточками, которые вторили мерному движению колес.

По сравнению со вчерашним днем он выглядел невероятно бодро и даже властно, так что спорить с ним не хотелось.

Коляска остановилась возле учителя Тао. Хэ Тинъянь бросил холодный взгляд на четырех провинившихся и сказал учителю:

— У меня есть вопросы. Накажете позже.

Учитель Тао опустил указку и, уходя, бросил с раздражением:

— Если не одумаетесь — можете больше в этот учебный корпус не приходить!

Теперь допрос вел Хэ Тинъянь. Хэ Фанцзи поспешно опустил таз и взмолился:

— Старший брат, можно я не буду его держать?

Хэ Тинъянь ничего не ответил, но одного ледяного взгляда хватило, чтобы младший брат послушно вернулся в стойку и замолчал.

Хэ Тинъянь постучал пальцами по подлокотнику и, не меняя сурового выражения лица, спросил четверку:

— Что вы делали вчера, перед тем как обнаружили тело?

http://bllate.org/book/36545/4541206