Готовый перевод 48 Hours Left / 48 часов до признания: Снежный вечер откровений: Глава 11

Думая об этом, он вспомнил, что на самом деле вовсе не был создан руками Чи Юя, и на душе у него стало еще тяжелее.

Сам же Чи Юй прекрасно переносил самые разные взгляды, устремленные на них всю дорогу.

Раньше Шэнь Чжичжи говорил, что он глупыш. Чи Юй думал про себя, что вовсе не так уж глуп, просто если принимать близко к сердцу критику каждого встречного, жить станет слишком тяжело, поэтому проще делать вид, будто ничего не видишь и не слышишь.

Однако отзывы Шэнь Чжичжи о нем всегда были исключительно негативными: хотя в них и не сквозило откровенной злобы, неизменно казалось, что собеседник посмеивается над ним и намеренно задевает.

Спустя десять лет, вспоминая об этом, Чи Юй все еще затаил обиду, но полагал, что заводить разговор об этом с бухты-барахты выглядело бы неуместно и мелочно. В итоге слова покрутились на кончике языка и снова проглотились.

Так они и шли молча, каждый со своими мыслями, пока официант не проводил их в отдельную кабинку. Они благополучно сделали заказ, и когда в комнате остались лишь один человек и один снеговик, Шэнь Чжичжи наконец заговорил.

— Раньше я не знал, что ты любишь морепродукты, — произнес он.

Чи Юй как раз ошпаривал пиалу кипятком — многолетняя привычка, от которой невозможно отучиться.

Услышав намек Шэнь Чжичжи — то ли случайный, то ли намеренный, — он честно ответил:

— Не сказать чтобы очень люблю, просто в этом городе морепродукты — местный деликатес, вот и захотелось попробовать.

Хотя есть предстояло в одиночестве, он всё равно обдал кипятком оба набора палочек и пиал. Подумав немного, он добавил:

— Но смотреть на море я очень люблю.

Шэнь Чжичжи кивнул и попросил Чи Юя переставить его со стула на стол. Голос его звучал очень серьезно:

— Знаю. Тебе еще нравится смотреть на снег.

Не зная, захочет ли Чи Юй вспоминать ту поездку на учебу в Пекин, Шэнь Чжичжи на мгновение замолк. Всё же он решил не ворошить прошлое, а просто посмотрел на Чи Юя и сказал:

— Похоже, снег тебе нравится больше, чем море. Я и не думал, что ты будешь работать в городе Б.

На самом деле он хотел спросить, собирается ли Чи Юй обосноваться там насовсем, но посчитал это неуместным и в конце концов промолчал.

Чи Юй немного подумал, легко моргнул и ответил слегка невпопад:

— Возможно.

Шэнь Чжичжи понял его: Чи Юй ответил на первую половину фразы. Возможно, снег ему и впрямь нравился больше, чем море, но он и сам до конца в этом не разобрался.

А что до того, почему его занесло работать в такой далекий город Б, — тут Чи Юй поумнел и ловко ушел от ответа.

Официант начал подавать блюда, и Шэнь Чжичжи благоразумно умолк.

Чи Юй опустил голову и принялся листать ленту в телефоне.

Прошлой ночью он внезапно позвонил Су Юйци, чтобы расспросить о местонахождении Шэнь Чжичжи. Тогда она спала и спросонья отвечала очень вяло и невпопад. Теперь же, проспавшись и распробовав всё как следует, она тут же принялась безумно названивать и донимать его.

Как назло, Чи Юй все это время был за рулем и не смел ответить.

Он бегло просмотрел бомбардировку из ее сообщений и с чувством вины отправил в ответ: Всё в порядке, не беспокойся.

Су Юйци тут же ответила: Аккаунт взломали?

Чи Юй: Нет.

Су Юйци: В смысле? Что вообще происходит?

Чи Юй терзался сомнениями. Су Юйци была его лучшей подругой, и если бы он во всем ей признался, у него появился бы как минимум еще один советчик. К тому же, раз уж это Су Юйци, ему не пришлось бы бояться утечки секретов.

Но... но.

Чи Юй слегка приподнял веки и посмотрел на Шэнь Чжичжи, который послушно сидел у холодильника и всматривался в даль. В носу у него защекотало.

Он подумал: вот каково, оказывается, было тому мальчишке, который подобрал свою золотую птичку.

Об этом так просто не расскажешь, но со временем я во всем признаюсь.

Проколебавшись добрую половину дня, он отправил Су Юйци лишь эту туманную фразу.

В ответ Су Юйци лишь хмыкнула и переслала ему голосовое сообщение. Смысл сводился к тому, что она догадалась: Чи Юй наверняка воссоединился с Шэнь Чжичжи. По ее мнению, это была встреча старых любовников, старый дом вспыхнул пламенем, сухой хворост и истинный огонь сплелись воедино...

Нет!!!!!!!! — даже в виде автотекста это зрелище испугало Чи Юя не на шутку, и он в ответ отпарил целых шесть восклицательных знаков.

Как раз в этот момент официант расставил еду и удалился. В ту самую секунду, когда за ним закрылась дверь, Чи Юй не удержался и поднял взгляд на Шэнь Чжичжи.

Шэнь Чжичжи качнулся, словно неваляшка, и произвел:

— Давай-ка поедим.

Чи Юй пару секунд пристально смотрел на него, а затем перевел взгляд на стеклянный вращающийся круг посередине круглого стола. Поддавшись сиюминутному порыву, он водрузил маленький холодильник с Шэнь Чжичжи на этот прозрачный круг, легонько коснулся пальцем края и с улыбкой пригрозил:

— Хочешь испытать на себе карусель из парка развлечений?

Шэнь Чжичжи не стал возражать:

— Меня от этого не укачивает.

Кончик пальца легко толкнул тяжелое закаленное стекло, и маленький холодильник под взорами нескольких тарелок с едой начал делать круг за кругом. Перед глазами Шэнь Чжичжи медленно проплывали лицо Чи Юя, декоративные подвески у входа в кабинку, красивый морской пейзаж за окном, чайные чашки и скатерть крупным планом... Скорость вращения была очень низкой. Если подбирать сравнения, то слова Чи Юя походили на злые школьные подначки и издевки, но то, как он обращался с Шэнь Чжичжи, было донельзя мягким.

Это походило вовсе не на безумную карусель парка развлечений, а скорее на карусель для влюбленных: вся эта красота и сияние проплывают перед глазами, а в конце неизменно останавливаются на глазах любимого человека, который всегда рядом.

Карусель остановилась.

Ее остановил палец Чи Юя — он прижал стекло силой.

Даже несмотря на черепашью скорость, в глубине души Чи Юй немного опасался, что Шэнь Чжичжи укачает, поэтому позволил ему сделать всего один круг и тут же затормозил. Наклонившись ближе, он заглянул ему в лицо и спросил о самочувствии.

За окном завывал холодный ветер, да и внутри помещения было не сказать чтобы тепло, ведь Чи Юй из своего вредного характера потребовал выключить отопление. Шэнь Чжичжи прекрасно понимал, что всё это ради выживания снеговика.

Чи Юй был в тренче, а под ним — белый свитер с высоким горлом и легким мягким пушком. Когда он наклонился ближе, Шэнь Чжичжи отчетливо разглядел этот крошечный пушок, освещенный лучами заходящего солнца.

А кроме того — ресницы Чи Юя, его глаза и губы. Всё это оказалось вблизи, неподвижно застыв перед взглядом Шэнь Чжичжи.

В эту секунду...

Странное дело. Шэнь Чжичжи не отрывал глаз от Чи Юя и никак не мог взять в толк: у снеговика ведь не должно быть сердцебиения, так что же за частота вибрирует у него в груди?

Он слишком долго молчал, и Чи Юй нахмурился. Он бережно взял его на руки, поднес к самым глазам и спросил:

— И правда укачало?

Шэнь Чжичжи улыбнулся:

— Поставь меня на место. Меня укачивает не от кружения, просто я немного боюсь высоты.

Чи Юй торопливо опустил его обратно и, широко распахнув глаза, переспросил:

— Серьезно, что ли?

http://bllate.org/book/36490/4534246