Готовый перевод Transmigrated as the Sickly White Moonlight: The Overpowered Streamer / Возвращение Белого Лотоса: Как больной стример стал суперзвездой: Глава 5

Глава 5. Как стать одержимым пушистиками

В романе «Владыка мира», дабы ярче подчеркнуть исключительное обаяние главного героя, которому симпатизировал буквально весь свет, Чжоу Хэну — главному злодею и типичному «непобедимому тирану» — досталась незавидная участь. Автор лишил его не только человеческой симпатии, но и любви братьев наших меньших. Любая тварь, будь она покрыта перьями, шерстью или чешуёй, испытывала к Чжоу Хэну необъяснимое отвращение и старалась держаться от него как минимум в метре.

Даже когда он, преодолев немыслимые преграды, возвысился до статуса могущественного патриарха, уступавшего лишь самому протагонисту, великие священные звери всё равно воротили от него носы. О том, чтобы приласкать божественного зверя или потискать мягкий пушистый бок, пока тот катается у его ног, Чжоу Хэн не мог и мечтать.

Такое суровое проклятие способно превратить любого приличного юношу в безумного фаната пушистиков!

Что ещё хуже, это проклятие тотальной нелюбви к фауне из мира «Владыки мира» ухитрилось просочиться сквозь границы пространства и настигло его в реальности романа «Актёр-дублёр для президента»!

Вообще-то прежний владелец тела пользовался у животных бешеной популярностью. Став известным стримером, он завёл двух кошек и собаку и регулярно щеголял ими перед камерой во время трансляций.

Однако стоило Чжоу Хэну занять это тело, как всё изменилось. Любая кошка или собака, завидев его, брезгливо фыркала, пятилась и обходила стороной по самой широкой дуге.

В радиусе ста метров вокруг него не оставалось ни одной живой тёплой шкурки!

Так продолжалось до тех пор, пока у дверей круглосуточного магазинчика напротив высотки банка он наконец не встретил свою судьбу.

Осознав, что в его мёртвой зоне внезапно объявился очаровательный пушистый комочек, который к тому же преспокойно сидит у него на руках и не пытается в ярости выпустить когти, Чжоу Хэн едва не разрыдался от счастья.

Он твёрдо решил, что сделает этого кроху самым избалованным существом на свете!

Даже если этот найдёныш окажется чьим-то потерянным любимцем, Чжоу Хэн готов выкупить его, заплатив хоть в стократном размере.

Но для начала нужно было отвезти малыша в ветеринарную клинику: обследовать, искупать и сделать прививки.

***

Три года назад, когда Ху Тяньцун ещё бегал у Чжоу Хэна на посылках, ему частенько приходилось возить хозяйских питомцев к ветеринарам. Дорогу он знал как свои пять пальцев. Припарковав машину, Сяо Ху достал золотую дисконтную карту и уверенно повёл Чжоу Хэна прямиком в смотровой кабинет.

Чжоу Хэн с явной неохотой передал пушистый комок ветеринару в маске и перчатках. Излишняя тревога не позволяла ему остаться снаружи, и он уже собрался шагнуть следом в кабинет, когда врач понимающе улыбнулся:

— Господин Чжоу, проходите, поговорим внутри.

В своё время ради двух кошек и собаки прежний владелец этого тела приобрёл десятилетний VIP-абонемент местной клиники, срок действия которого всё ещё не стёк.

Промучившись полторы тысячи лет в мире заклинателей под гнётом всеобщего презрения со стороны фауны, Чжоу Хэн дорожил этой внезапной кошачьей благосклонностью пуще прежнего. Стоило ли удивляться, что он не раздумывая последовал за врачом?

Первым делом за работу взялся грумер.

Крошечного, едва вышедшего из младенческого возраста найдёныша опустили в небольшую ванночку, застеленную мягким полотенцем. Тёплая вода бережно омывала лапки котёнка.

— Надо же, какой послушный малыш, — умилилась девушка-грумер. — А я-то боялась, что он начнёт брыкаться и царапаться.

Чжоу Хэн перевёл взгляд на присмиревшего под струями воды котейку и, заметив, как белоснежная пена стремительно сереет от смываемой грязи, с гордостью произнёс:

— Он у меня умница. Спокойный характер.

«...»

Сам Фэн Лин, которого до глубины души возмущала скопившаяся на его новой шкурке уличная грязь, сейчас откровенно наслаждался профессиональным мытьём. Однако, услышав наглые заявления Чжоу Хэна, он вскинул голову и с нескрываемым раздражением уставился на мужчину.

«Что это за ничтожество? С какого перепугу он записал меня в свои старые знакомые?»

Чжоу Хэн прекрасно знал, что большинство кошек ненавидят водные процедуры. Сердитый взгляд, которым его наградило пушистое чудо, вызвал в его душе волну непередаваемого восторга.

«Мой кот! Сразу видно! Боже, как он очарователен, когда злится... Нужно срочно его сфотографировать! В личную коллекцию!»

Заметив, что этот двуногий нагло наводит на него камеру смартфона, Фэн Лин нахмурился ещё сильнее, насколько это вообще позволяла кошачья мимика.

Девушка-грумер, повидавшая за годы работы сотни свирепых кошачьих морд, даже бровью не повела. Ловкими и мягкими движениями она смыла остатки уличной пыли и с удивлением воскликнула:

— Ой, господин Чжоу, похоже, ваш найдёныш — породистый рэгдолл!

— Рэгдолл?

Чжоу Хэн ласково взглянул на чистого, распушившегося котёнка, который теперь напоминал нежный шарик сладкой ваты.

— Невероятно милый.

— Желаете провести комплексное обследование? — ветеринар протянул ему прейскурант с VIP-тарифами. — Обычно породистых котят рэгдолла, даже имеющих дефекты окраса, не выбрасывают на улицу. Опасаюсь, как бы у малыша не обнаружилась чумка или серьёзные врождённые патологии. Настоятельно рекомендую сделать полный скрининг...

— Вы правы. Давайте проверим всё, что только можно. Бережёного бог бережёт, — Чжоу Хэн, даже не дослушав врача, уверенно расписался на бланке согласия.

Довольный ветеринар бережно унёс пушистого пациента на процедуры. Грумер тоже времени терять не стала: ловко подсунула Чжоу Хэну прайс-лист на спа-услуги и увесистый каталог с кормами и игрушками.

Полторы тысячи лет воздержания привели к тому, что Чжоу Хэн сметал с прилавков всё подряд. Любая рекомендация персонала тут же летела в корзину покупок. Когда пришло время расплачиваться, другие посетители клиники, затаив дыхание, наблюдали, как изящно и стремительно — словно совершая выпад мечом — он подписывает чеки. Присутствующие дамы так и растаяли от его мужественного шарма. И лишь белый комочек, зажатый в его руках, сохранял полное олимпийское спокойствие, лениво прикрыв глаза. Настоящий босс, не иначе.

Когда они покинули клинику, купленные Чжоу Хэном пакеты и коробки едва поместились в багажник автомобиля Ху Тяньцуна.

— Брат Чжоу, твой пентхаус пустили с молотка, а ты накупил гору кошачьего корма, наполнителя, лотков и когтеточек... — не удержался от ворчания Сяо Ху.

Чжоу Хэн опустил глаза, ласково поглаживая шёлковую спинку котёнка, и тихо обронил:

— Будет у нас дом.

— И куда мы теперь? Ко мне всё это барахло повезем или...

— К моим родителям, — сухо прервал его Чжоу Хэн.

Ху Тяньцуну пришлось прикусить язык. Превозмогая неохоту, он повёл машину в сторону пригородных трущоб, где ютились пожилые родители Чжоу Хэна. Полгода назад отец Чжоу крайне неудачно упал. С тех пор беднягу разбил паралич, и старик был прикован к жесткой деревянной кровати.

Пока они ждали арендодателя с ключами, Ху Тяньцун попытался подготовить Чжоу Хэна:

— Брат Чжоу, ты только не пугайся. Когда банк забрал квартиру, им пришлось переехать сюда. Место, прямо скажем, убогое — не чета элитному жилому комплексу. К тому же все сбережения уходили на то, чтобы оплачивать твоё содержание в клинике...

Виновник той страшной аварии давно сдался полиции, но наотрез отказался выплачивать компенсацию — заявил, что ему проще сгнить за решёткой. Все три года, пока Чжоу Хэн лежал в коме, его счета оплачивали престарелые родители. Именно по этой причине они поддались на лживые уговоры Юань Цилиня и перестали выплачивать ипотеку за роскошный дом стоимостью в тридцать миллионов юаней.

«Сердце матери и отца безгранично в своей жертвенности», — с грустью подумал Чжоу Хэн.

Даже если это нужно лишь для того, чтобы доказать закон кармы — «за добро воздастся добром», — он был обязан проявить сыновний долг вместо прежнего владельца тела. Старики не должны на склоне лет влачить столь жалкое существование.

Пока он размышлял, подошёл арендодатель, позвякивая связкой ключей.

Скрежет замка. Дверь со скрипом отворилась.

В нос тут же ударил тяжёлый, удушливый запах сырости, дешёвых лекарств и застарелой немощи. Ху Тяньцун так и замер на пороге, зажав нос.

— Фу, ну и вонища! Здесь вообще окна хоть когда-нибудь открывают?

— Замолчи, — ледяным тоном оборвал его Чжоу Хэн.

Сяо Ху вздрогнул под его тяжёлым взглядом, мгновенно притих и услужливо протянул руки, забирая котёнка, чтобы освободить Чжоу Хэну руки.

Чжоу Хэн перешагнул порог.

В прошлой жизни на континенте Цанхун ему довелось пройти через горы трупов и реки крови, так что убогая обстановка и резкий запах его ничуть не смутили. Но когда он миновал крошечный, заваленный хламом коридорчик и вошёл в девятиметровую каморку, где на дощатом настиле лежал истощённый старик, к его горлу подкатил ком, а на глаза навернулись слёзы.

— Отец...

Чжоу Хэн опустился перед кроватью, бережно сжал высохшую, костлявую ладонь и аккуратно вытер салфеткой слюну, выступившую на побелевших губах старика.

Старик медленно открыл мутные глаза. Увидев лицо сына, он задрожал от волнения:

— Сынок... А-Хэн... Мне это чудится? Я... я сплю?

— Нет, папа, я очнулся. Ещё на прошлой неделе, — Чжоу Хэн мягко улыбнулся и аккуратно помог отцу приподняться, подложив под его сгорбленную спину облезлую подушку. — Мама возвращается в Пекин на следующей неделе. А сейчас я приготовлю тебе что-нибудь поесть. Чего бы тебе хотелось?

— Точно... сон... — пробормотал старик и поспешно зажмурился, боясь спугнуть видение.

— Это не сон, папа. Я действительно пришёл в себя. Не веришь — потрогай мою руку. Чувствуешь, какая она тёплая?

«...»

Старик недоверчиво пощупал пальцы сына — они действительно были горячими и крепкими. Затем он скользнул дрожащей ладонью выше, к щеке Чжоу Хэна, и нащупал влажную дорожку от слезы. Лишь тогда он осознал, что его мальчик, три года пролежавший овощем на больничной койке, стоит перед ним живой и невредимый. На старика лавиной обрушились скорбь и неистовая радость. Он разрыдался, беспомощно сотрясаясь всем телом:

— А-Хэн! Отец у тебя ничтожество! Не уберёг дом, который ты нам купил! Прости меня, сынок... Прости старика! Это я во всём виноват!

— Подумаешь, дом, — мягко возразил Чжоу Хэн. — Купим новый, ещё просторнее и лучше прежнего. Главное, что вы с мамой живы. Пока мы дышим, всё можно начать с чистого листа.

— Правда? А-Хэн... ты правда на меня не сердишься? — сквозь пелену слёз старик уставился на сына с робкой надеждой.

Чжоу Хэн покачал головой:

— Единственное, в чём я себя виню — что не очнулся раньше и заставил вас так страдать. Но теперь я здесь. Обещаю, ваши беды закончились.

— А-Хэн... — от этих слов старик разрыдался с новой силой, уткнувшись лицом в ладони.

Чжоу Хэн ласково похлопал его по костлявой спине, а затем обернулся к застывшему на пороге Ху Тяньцуну:

— Найди приличный отель поблизости. Отец переедет туда сегодня же вечером.

— Но позволь, откуда деньги на гостиницу...

— Я заплачу.

— Ты?.. — Сяо Ху опешил.

Ху Тяньцун сильно сомневался, что у лишившегося всего стримера за душой остался хоть грош. Но стоило ему встретиться взглядом с боссом, как все возражения застряли в горле. С отцом Чжоу Хэн разговаривал мягко, но на помощника он посмотрел с такой леденящей суровостью, что у того мороз пробежал по коже.

Под напором этой властной, непреклонной ауры Сяо Ху растерял всю свою спесь. Он лишь робко выдавил:

— Котёнка тоже туда везти?

— Придётся, — безучастно отозвался Чжоу Хэн.

Этот ровный, бесстрастный тон парадоксальным образом принёс Ху Тяньцуну облегчение.

«Он ведёт себя так уверенно... Наверняка у него есть чёткий план».

Впрочем, Сяо Ху тут же спохватился.

«Стоп, с какой стати меня вообще волнует, о чём он думает? Господин Сюй и старина Чжэн уже вовсю улаживают дела с Цзян Юэ насчёт его продажи! Как только контракт подпишут, этот парень не будет иметь к платформе „Цили“ никакого отношения! Моя задача — просто изображать заботу, помогать искать работу и не дать ему сорваться с крючка, пока сделка не закроется!»

Но...

Вспоминая прежнюю щедрость Чжоу Хэна, его нынешнее бедственное положение и ту искреннюю теплоту, с которой он относился к близким после комы, Ху Тяньцун невольно сжал кулаки.

«Правильно ли я поступаю?..»

Сяо Ху не решился развивать эту мысль. Сгорая от стыда и смятения, он торопливо вытащил телефон и принялся судорожно искать в контактах номера администраторов гостиниц.

Чжоу Хэн ещё немного поговорил со стариком, а затем достал из покосившегося шкафчика глубокую миску, горсть лапши и нехитрую приправу. Направившись в тесную, общую для всех жильцов кухоньку, он принялся готовить для отца простой домашний обед.

Запертый в теле маленького рэгдолла Фэн Лин с неподдельным любопытством наблюдал за суетящимся у плиты Чжоу Хэном. Чем дольше он созерцал эту картину, тем более интригующим казался ему этот странный человек.

Жаль только...

Слабое кошачье тельце быстро сморил сон. Пушистый найдёныш начал засыпать, и сознание Фэн Лина медленно погрузилось в спасительную темноту.

http://bllate.org/book/36484/4568247