Готовый перевод The Peaceful Path of Medicine / Безмятежный путь лекаря: Глава 22

Глава 22

Сунь Пэн ничуть не возражал против того, что Бай Ичэнь решил сделать из него бесплатную рабочую силу. Всё равно в последнее время ему совершенно нечем было заняться, а в автоклуб путь был заказан: после недавней встряски он ездил с оглядкой и не разгонялся быстрее семидесяти километров в час...

Зато теперь он мог целыми днями гонять в игры с малым, да ещё и под благовидным предлогом напрашиваться на ужин. Второй брат как-то похвастался, что кулинарный талант мальчишки просто невероятен. Сунь Пэн твёрдо решил при удобном случае оценить его стряпню. Если сработается — проблема с вечерей решена раз и навсегда.

Бай Ичэнь ещё не подозревал, что вскоре в его жизни появится прожорливый нахлебник, способный отбирать еду из-под носа. Сейчас он был просто рад, что вопрос с местом под клинику закрыт. Как раз в этот момент Лян Сян принёс отчёт о сплошном тестировании целебного чая. Бегло пролистав бумаги, Ичэнь с улыбкой повернулся к Ань Жаню:

— Сяо Ань, экспертное заключение на руках, всё в норме. Можно подавать документы на разрешение и запускать производство.

— Правда? — Ань Жань просиял. — Вот это новость! Поздравляю, Второй брат Бай!

— Не меня, а нас, — с улыбкой возразил Ичэнь, качнув указательным пальцем. — Я уже оформил на тебя десять процентов акций лекарственного чая «Синъюань».

Ань Жань в изумлении округлил глаза и замотал головой, замахав руками:

— Что вы, как можно! Мы же договаривались, что я отдаю рецепт безвозмездно! Да и вообще, я палец о палец не ударил. Вы и так столько для меня сделали с тех пор, как я приехал в столицу... Ни за что не возьму!

— Раз уж ты зовёшь меня Вторым братом, заботиться о тебе — мой долг. К тому же бумаги уже заверил нотариус, их нельзя ни продать, ни передать кому-то ещё. — Бай Ичэнь подошёл к юноше и ласково погладил его по макушке. — Так что сиди спокойно и жди дивидендов, обо всём остальном голова пусть не болит. Жизнь в столице недешёвая, а мои карманные деньги ты брать отказываешься. Будет собственный доход — сможешь покупать всё, что душе угодно. И мне спокойнее.

Ань Жань хотел было снова возразить, но в разговор бесцеремонно вмешался старший молодой господин Сунь. Состряпав самую угодливую мину, он подскочил к Ичэню:

— Второй брат! Я ведь тоже зову тебя братом, не делай между нами разницы! Я тоже обитаю в столице, выдели и мне какую-нибудь долю, а? Хоть на карманные расходы заработаю!

— Пошёл прочь, — хохотнул Бай Ичэнь, шутливо замахнувшись на него ногой. — Про акции лекарственного чая «Синъюань» даже не мечтай. А вот если есть охота, могу отдать тебе эксклюзивные права на дистрибуцию в столице. Правда, дело придётся поручить кому-то надёжному.

— Есть! Спасибо, Второй брат! Всё сделаем в лучшем виде, даже не сомневайся! — Сунь Пэн расплылся в широкой улыбке, точно пышный георгин.

О чудесных свойствах лекарственного чая «Синъюань» Сунь Пэн слышал ещё во время предварительных испытаний. К тому же темы здоровья и долголетия нынче были на пике моды у столичного бомонда, а целебные настои стремительно набирали популярность среди солидных людей. Отдать ему право дистрибуции означало передать в его руки эксклюзивный контроль над столичными поставками. В мечтах он уже видел, как заклятые враги из его тусовки льстят ему и подобострастно заглядывают в глаза, вымаливая пару коробок. Вот это кайф!

Пока тот предавался сладким грёзам, Ань Жань с улыбкой наблюдал за его кривляниями. Юноша хоть и нечасто общался с посторонними, но вырос под крылом дедушки, старого доктора Ань Шипэна, познавшего всю горечь и фальшь людской натуры, а потому отличался редкой проницательностью.

Ань Жань прекрасно понял: Второй брат Бай намеренно перевёл тему на Сунь Пэна и даже сдал тому дистрибуцию, чтобы Ань Жань не мог отказаться от доли. Если уж Сунь Пэн, не ударивший палец о палец для этого проекта, получил такой куш, то ему, создателю рецепта, и подавно положены акции.

Осознав эту тонкую комбинацию, Ань Жань почувствовал глубокую признательность. Он решил больше не упрямиться и принять подарок, дабы не обижать Второго брата. В конце концов, он просто будет ещё внимательнее относиться ко всему, что касается Ичэня.

Выбросив из головы сомнения насчёт акций, Ань Жань переключился на дела будущей клиники. Напомнив Ичэню, чтобы тот не задерживался и пришёл к ужину пораньше, он воодушевлённо увлёк Сунь Пэна за собой.

На самом деле двухэтажный бамбуковый домик у рощи Ань Жань приметил ещё во время первой утренней пробежки. Место ему безумно понравилось, но, поскольку хозяина ни разу не было видно, юноша решил, что дом заброшен. Он даже потихоньку мечтал: вот бы выкупить этот уголок! Пить чай на веранде под шум дождя, читать в тени бамбука летним зноем — настоящая жизнь небожителя! Узнав, что Второй брат отдаёт этот домик под лечебницу, Ань Жань едва не подпрыгнул от восторга. Теперь ему не терпелось открыть клинику как можно скорее.

Первые работы взял на себя Сунь Пэн, подогнав проверенную строительную бригаду. Сам же Ань Жань с головой ушёл в поездки по фармацевтическим рынкам и лавкам столицы.

От массивных шкафов для традиционных снадобий до пинцетов и спиртовок — даже каждую травинку и корень Ань Жань лично ощупывал и осматривал перед покупкой. Пока он въедливо отбирал товар, Сунь Пэн скрежетал зубами, плетясь следом. Какая несправедливость! Он, наследник солидного семейства, привык передвигаться исключительно на авто с личным водителем! А за эти несколько дней с мелким доктором намотал пешком больше, чем за весь прошлый год!

Ладно бы ещё чинные торговые центры, так нет же! Этот мелкий вредитель игнорировал солидные аптеки, отыскивая самые тесные стихийные лотки, да ещё и мчался в самую гущу толпы. Поглядеть только на фирменные туфли — уличные торговцы и зеваки их просто истоптали! А ведь это бешеные деньги! Ну и транжира...

Ань Жань чувствовал раздражение своего спутника, но уступить не мог: если качество сырья подкачает, даже выдающиеся врачебные навыки не спасут положение. Поэтому юноше оставалось лишь смущённо и виновато поглядывать на старшего молодого господина Суня.

Надо признать, на Сунь Пэна это действовало безотказно. Стоило малому взглянуть на него с немой мольбой, как Сунь Пэну сразу начинало казаться, будто он обижает ребёнка, и злость мгновенно улетучивалась. Так, делая остановки и обшарив почти все рынки медикаментов в столице, они за пару дней полностью укомплектовали будущую лечебницу.

Довольный результатом Ань Жань великодушно махнул рукой:

— Пойдём, я угощаю!

«Угощаешь? Превосходно!»

Настрадавшийся за последние дни Сунь Пэн с коварной ухмылкой повеёл парнишку в свой любимый ресторан европейской кухни. План был прост: заставить мелкого раскошелиться, сотворить какую-нибудь глупость при людях и тем самым залечить своё уязвлённое самолюбие.

А ведь он всего-то во время покупки женьшеня задал пару уточняющих вопросов! И за это мелкий вредитель бросил его и дал дёру, как ужаленный, а потом пол-улицы делал вид, будто они не знакомы? Незнание — не грех, мог бы и объяснить! Никакого сочувствия!

«Ну-ну, — зловеще потирал руки Сунь Пэн. — Не поверю, чтобы деревенский заморыш разбирался в правилах европейского этикета. Вот опозорится сейчас, и я посмеюсь от души!»

Ань Жань безнадёжно вздохнул, наблюдая за его сжатыми челюстями. На самом деле он вовсе не презирал Сунь Пэна, просто этот мажор был совершенно невинен в своей глупости! Какой нормальный человек, подойдя к торговцу женьшенем, с порога заявляет: «А товар-то настоящий?» Да ещё и угрожает, мол, если этот корень выточен из редьки, то он сделает так, что продавец вылетит из столицы со свистом!

Какая ещё редька?! На этой улице собрались битые жизнью знатоки, кто в здравом уме рискнёт впаривать здесь фальшивку? Этот парень явно пересмотрел сериалов про императоров, гуляющих инкогнито по базарам. Ляпнуть такое посреди толпы тёртых торговцев — это же прямой наводкой напрашиваться на драку! Не сбежишь сразу — унесёшь ноги на носилках.

Предвкушая зрелище, Сунь Пэн ввёл Ань Жаня в залитый мягким светом зал и усадил за столик в тихом уголке. Впрочем, здравый смысл подсказывал богатею: мальчишка пришёл с ним, и если тот начнёт отмачивать номера на виду у всех, тень позора падёт и на самого Сунь Пэна.

«Зрелищем позора лучше наслаждаться в узком кругу».

Ань Жань даже не подозревал о коварных замыслах спутника. К счастью, старый доктор Ань Шипэн в своё время долго учился за границей и преподал внуку основы правильного этикета и умение выбирать блюда. У юноши не было практики, но тонкий ум и наблюдательность помогли: поглядывая на действия Сунь Пэна, он держался за столом безупречно и сдержанно.

План провалился. Разочарованный Сунь Пэн с досады решил зайти с другой стороны — хотя бы разорить кошелёк мелкого доктора, чтобы хоть как-то утешиться.

Однако едва Сунь Пэн приступил к заталкиванию в себя изысканных кушаний, в зале поднялся шум. Ань Жань поднял взгляд: у стены с растерянным видом замер управляющий заведением, а в центре зала компания юношей лет двадцати обступила симпатичную официантку. Возглавлял их высокий, ладно скроенный парень. Несмотря на приятные черты лица, в его тоне проскальзывала спесь и барское пренебрежение. Под подстрекательский хохот приятелей он наскакивал на девушку, которая от страха была готова расплакаться и непрестанно кланялась:

— Простите, пожалуйста, простите! Я правда случайно! Сжальтесь, прошу вас!

— Сжалиться, говоришь? — Парень брезгливо смерил её взглядом и со звонким стуком грохнул на стол только что откупоренную бутылку дорогого красного вина, после чего развалился на диване. — Вылакаешь это всё до капли — и мы в расчёте.

Девушка мгновенно побледнела, из глаз брызнули слёзы. Ведь это они сами намеренно подставили ей подножку, из-за чего капли попали на рукав одного из гостей! А теперь заставляют расплачиваться! Это же чистый произвол! Но что она могла сделать? Даже управляющий стоял раздавленный и не смел вмешаться. Куда ей, бедной официантке, тягаться с этой заносчивой оравой?

Понимая всю безнадёжность положения, она всё же не притронулась к бутылке. Опустив голову, бедняжка лепетала извинения, сквозь слёзы умоляя о пощаде и повторяя, что у неё тяжелейшая аллергия на алкоголь.

Заметив, что Ань Жань ошеломлённо следит за разворачивающейся наяву сценой барского произвола, Сунь Пэн кивнул в сторону компании и с ухмылкой спросил:

— Что, никогда такого не видел?

— Нет, — искренне признался Ань Жань, всё ещё не в силах прийти в себя от увиденного бессердечия.

— Для столичной золотой молодёжи это обычное дело, — философски заметил Сунь Пэн и качнул головой на заводилу. — Видишь того мажора? Это Бай Иян, родной братец нашего Второго брата.

Новость ошеломила Ань Жаня, он аж рот приоткрыл:

— Брат? Но почему Второй брат Бай никогда о нём не упоминал?

Сунь Пэн презрительно усмехнулся:

— А о чём тут говорить? Они друг другу чужие. По мне, так от такого братца одно наказание. Только настроение себе портить.

— У них плохие отношения? — удивлённо переспросил юноша.

— Второй брат на него вообще клал с прибором, — подумав, добавил Сунь Пэн. — Мать этого Бай Ияна — вторая жена дяди Бая.

Ань Жань понимающе кивнул. Лезть в чужие семейные тайны было неверно, поэтому он сменил тему, не удержавшись от вздоха:

— Наглых людей я и раньше встречал. Но вот чтобы толпа мажоров сплочённо издевалась над официанткой в дорогом ресторане... Столица есть столица. Даже местная золотая молодёжь творит беспредел со своими особыми изысками...

http://bllate.org/book/36379/4753854