Готовый перевод Too Beautiful to Watch! [Entertainment Circle] / Слишком красиво, чтобы смотреть! [Шоу-бизнес]: Глава 15

В конечном итоге Чжан Дагу так и не смогла вытребовать у Мэй Руюй те пятьдесят тысяч юаней процентов, о которых говорила.

Пусть в душе она проклинала этого богатенького наследника, который, имея кучу денег, предпочёл потратить их на вонючий тофу, а не отдать ей, внешне она не посмела ни пикнуть, ни выдать своего недовольства.

Она всегда была из тех, кто гнёт тех, кто слабее, и пасует перед сильными. Столкнувшись с семьёй Чжан Биня, она могла прикрываться статусом кредитора и родственницы, чтобы диктовать свои условия, но перед Мэй Руюй, который с любой стороны казался человеком опасным, одного лишь его насмешливого взгляда хватило, чтобы она застыла и не решилась на открытое противостояние.

Так что тётушка Чжан Биня, крепко сжимая телефон, ушла, не солоно хлебавши. Перед самым уходом она было хотела заговорить с Чжан Бинем о замужестве Чжан Сивэнь, но, увидев его мрачный взгляд, не решилась и, проглотив обиду, ретировалась.

Когда Чжан Дагу ушла, Мэй Руюй неспешно поднялся. Он посмотрел на взволнованного Чжан Биня, снял солнечные очки и кивнул ему:

— Раз уж дело улажено, задерживаться мы не станем. Благодарить не нужно. Раньше тебе жилось нелегко, но с этого момента постарайся взять свою жизнь в руки.

— С тремя миллионами основного долга и миллионом двести тысяч процентов вернёшь, когда появятся деньги, это не к спеху. Но у меня есть одно условие.

Чжан Бинь, внимательно слушая, кивнул:

— Говорите, брат Мэй. Какое угодно условие, если мне по силам, я всё исполню.

Мэй Руюй слегка усмехнулся, его глаза игриво блеснули:

— Сказал так, будто я собираюсь заставить тебя делать что-то непристойное. На самом деле всё просто: я хочу, чтобы ты выложился на все сто и занял место в тройке лидеров на «Звезде актёрского мастерства», а затем подписал контракт с Развлекательной компанией Цанцзинь и поработал на меня.

— Раньше, когда тебя давила гора долгов, я бы не стал требовать попадания в тройку, но сейчас твоё главное препятствие устранено. Если ты не сможешь взлететь до небес, я буду жалеть о сегодняшнем решении.

— Я верю в тебя, пришло время показать всем, на что ты способен.

Сказав это, Мэй Руюй вместе со своим помощником, Старшим двоюродным братом, вышел из ветхого дома Чжан Биня. У дверей он с удивлением увидел мать Чжана и Чжан Сивэнь — обе они прижимали руки ко рту и плакали.

Мэй Руюй на мгновение замер, затем вежливо кивнул им. Посмотрев на безутешно рыдающую Чжан Сивэнь, он достал из кармана красивый белый шёлковый платок и протянул ей, одарив редкой для него, по-джентльменски тёплой улыбкой:

— Вытри слёзы. В будущем твой брат станет вашей гордостью.

— И ещё, девушкам не стоит просто так плакать — станете некрасивыми.

Эту улыбку молодого человека Чжан Сивэнь запомнила надолго, очень надолго.

Вернувшись в машину, Мэй Руюй отбросил очки, достал зеркальце, мельком взглянул на себя и тут же спрятал его, не удержавшись от хвастовства перед Старшим двоюродным братом:

— Мне кажется, я только что покорил сердце ещё одной юной леди. Просто сама харизма!

Нин Хао невозмутимо вёл машину и так же невозмутимо ответил:

— Ты прав!

Мэй Руюй удовлетворённо откинулся на пассажирском сиденье, собираясь полистать Вэйбо, но в этот момент экран телефона переключился на интерфейс вызова, высветив имя агента — сестры Мин.

Мэй Руюй посмотрел на два иероглифа на экране, колеблясь. У него было предчувствие, что, ответив на звонок, он навлечёт на себя неприятности.

Первый звонок он проигнорировал.

Как только он вздохнул с облегчением, телефон засыпали СМС и сообщения в WeChat. Уведомления высвечивались прямо на экране, и содержание их сводилось к безмолвному рыку сестры Мин:

Я знаю, что ты смотришь в телефон! Не притворяйся, что тебя нет, телефонный маньяк!!

Следом раздался ещё один звонок. Мэй Руюй нехотя ответил:

— Ну чего?

Из трубки донёсся яростный крик сестры Мин:

— Это ты у меня спрашиваешь, чего?! У тебя мозги кровью из носа залило? Ты на съёмку обложки журнала сегодня днём собираешься или нет?! Уже полдень, ты где?!

— Ты думаешь, это какой-то заурядный журнал? Чёрт возьми, это «Модный свет»! Самый топовый развлекательный киножурнал в стране! Знаешь, сколько денег вбухал Цинь Лан, чтобы попасть на обложку, и в итоге получил лишь место на внутренней странице? А главное, ты помнишь, сколько тебе заплатили бренд-папочки за продвижение на обложке?

Мэй Руюй, который поначалу не придавал значения разговору, мгновенно застыл, услышав последнюю фразу.

Вспомнив сумму, которую ему перевели, он быстро подал знак Нин Хао. Тот резко вывернул руль, направляясь к фотостудии «Модного света».

— Помню, помню, конечно, помню! Как я мог забыть о такой важной вещи? Сестра Мин, ты что, считаешь меня дураком? Я буду через полчаса. Съёмка ведь в два часа дня? С моей внешностью на макияж и часа не уйдёт, успею, успею.

По тону Мэй Руюй сестра Мин поняла, что тот действительно всё забыл. Она издала в трубку многозначительное хмыканье и сбросила вызов.

Раз уж этот проклятый наглец вечно бегает где попало и не хочет нормально работать, не стоит винить её в том, что она не подсказала.

Всё в этой жизни предопределено, остаётся надеяться, что сегодня он взял с собой платок, маску и очки.

— Сестра Мин? — к ней подошёл представитель ювелирного дома «Шигуан». — Когда приедет наш «Мэй Нэньшэнь»?

Сестра Мин улыбнулась ему:

— Они уже в пути, скоро будут, не переживайте.

— К тому же, вы знаете профессионализм Руюй. Его студийные фото всегда безупречны, и каждый готовый результат неизменно попадает в тренды.

Представитель «Шигуан» тоже заулыбался:

— Мы, конечно, знаем об очаровании Мэй Нэньшэня, иначе не стали бы приглашать его рекламировать наш бренд на обложке.

— Кстати, а вы сказали господину Мэй о господине Сы? Это была внезапная идея нашего председателя. Посмотрев вчера вечером «Звезду актёрского мастерства», он настоял на этом. Мы не меняем план съёмок в последний момент и не лишаем господина Мэй статуса главного лица, пожалуйста, разъясните это господину Мэй.

В конце концов, Мэй Руюй был известным в кругах «грязевым потоком», который не играет по правилам и которого не купишь ни деньгами, ни властью — если с ним не договориться заранее, он может выставить наружу всё что угодно.

В третий год его карьеры «приёмная дочь» одного из директоров бренда захотела сняться с ним на обложке, чтобы пропиариться. Изначально приглашали только Мэй Руюй, но директор настоял на участии своей «дочки». В итоге Мэй Руюй приехал, усмехнулся и развернулся к выходу. В тот же день он не только отправил адвокатское уведомление, но и прямо у себя в Вэйбо выложил всю подноготную об отношениях директора с этой женщиной.

Это привело к месячной войне между директором и его законной женой. В конце концов, жена одержала победу, при разводе отсудила все доли в компании, а мужу оставила лишь две квартиры да миллион юаней, выставив его вон. Пользователи интернета тогда знатно поживились сплетнями.

Именно с того момента за Мэй Руюй закрепилось прозвище «грязевой поток шоу-бизнеса». И с тех пор оно уже не отлипало.

Сестра Мин махнула рукой, глядя на слегка нервного представителя:

— Не беспокойтесь, это обычное дело. Пока речь не идёт о мерзких попытках пропиариться за чужой счёт, Руюй не обращает на это внимания.

— А вот то, что ваш председатель смог убедить господина Сы, меня даже удивило.

Киноимператор Сыкун только что вернулся в страну, его статус велик, а после «Звезды актёрского мастерства» он приобрёл колоссальную популярность. Бренды выстраивались в очередь, чтобы пригласить его на съёмки, но никто ещё не слышал, чтобы Сыкун Цзи с кем-то сотрудничал.

Представитель с гордостью выпятил грудь:

— Дедушка господина Сы и наш председатель — старые друзья. Раз уж он лично попросил, господин Сы согласился.

Сестра Мин приподняла бровь, подумав, что ей стоит пробить, какие в стране есть известные дедушки по фамилии Сы. Почему-то это имя кажется знакомым?

Полчаса спустя.

В фотостудию «Модного света» ворвался Мэй Нэньшэнь: в тёмных очках, с зажатой в зубах лепёшкой с мясом и банкой ледяной колы в руке. Следом за ним, обнимая ведро жареной курицы, бежал Нин Хао. Прежде чем ошеломлённые сотрудники успели среагировать, они вихрем впорхнули в лифт.

Мэй Руюй, откусывая большой кусок ароматной лепёшки с сочной начинкой и запивая её ледяной колой, следил за цифрами на табло.

Студия, где предстояла съёмка, находилась на пятнадцатом этаже. В лепёшке оставалось три больших укуса — если жевать достаточно быстро, он успеет разделаться с обедом к моменту прибытия на пятнадцатый этаж, а затем, с одной лишь баночкой колы в руках, войти в студию в идеальном, непринуждённом виде и приступить к работе.

План был идеален, он продолжал энергично пережёвывать мясо. Но лифт неожиданно остановился на четвёртом этаже.

Глаза Мэй Руюй за очками моргнули, он прожевал кусок и сделал глоток колы, почему-то решив, что это число очень недоброе.

Лифт звякнул, двери распахнулись.

Мэй Руюй поднял взгляд и увидел Сыкун Цзи в чёрном костюме с серебристо-серым галстуком.

Чёрный костюм подчёркивал его неприлично длинные ноги, а причёска с зачёсанными назад волосами делала его ещё более зрелым и суровым, чем во время съёмок «Звезды актёрского мастерства». В таком наряде его угольно-чёрные глаза казались особенно хищными.

Мэй Руюй: «...»

Хорошо, что я в очках, он меня не узнает!

Сыкун Цзи: «...»

Мэй Руюй ускорил жевание, повернул голову вправо и молниеносно, словно молния, начал бешено колотить по кнопке закрытия дверей. В душе у него выли тысячи хаски: «Почему он здесь?!», «Какой у этого человека снова план?», «Я в очках, он точно меня не узнает!», «Если я буду достаточно быстр, источник крови из носа меня не догонит!».

Однако, пока Мэй Руюй, притворяясь невозмутимым, судорожно давил на кнопку, Сыкун Цзи наблюдал за этой картиной: человек с раздутыми щеками, бешено жующий и по-хомячьи нервно нажимающий на кнопку, отвернулся, делая вид, что совсем его не знает. За секунду до того, как двери захлопнулись, Сыкун Цзи выставил руку и снова открыл их.

— Хватит притворяться, — голос Сыкун Цзи звучал с плохо скрываемым смешком, а холод в его глазах мгновенно растаял. — Я тебя узнал. Божества тоже едят лепёшки с мясом?

— Пф! Кха-кха, кха-кха-кха-кха!

Мэй Руюй в тот же миг так сильно прикусил внутреннюю сторону щеки, что из глаз брызнули слёзы, и он принялся колотить себя по стене, закашлявшись.

Твою ж мать! А-а-а-а-а!

http://bllate.org/book/36325/4512552