Готовый перевод He Is a Little Bit Sick / Он слегка (неизлечимо) болен: Глава 7

Своей неподатливостью Чу Чжань был обязан лишь одному — полному рассинхрону между миром гипноза и реальной жизнью.

К примеру, даже если в этом бредовом трансе его тысячу раз трахнет Гу Цзиньянь, наяву он так и останется невинным девственником.

Так что, даже если здешний сброд изобьет его до полусмерти, после пробуждения это покажется всего лишь затянувшимся кошмаром.

И все же одно дело — теория, и совсем другое — суровая практика. Когда из похабного рта Ли Мина сорвались слова о «русской рулетке», Чу Чжаня передернуло от отвращения.

Сеанс затянулся сверх всякой меры. Он не понимал, когда наконец очнется, а до тех пор испытывать на себе тошнотворные извращения избалованных мажоров в его планы точно не входило.

Пожалуй, стоило слегка сбавить тон и пойти на компромисс. Не хватало еще терпеть унижения в этом безумном сне ради гонорара за лечение Гу Цзиньяня. Ладно бы его унижал сам пациент — в конце концов, это издержки профессии, но терпеть издевательства от этой швали?..

— Господин Ли, виноват, не признал гору Тайшань. Прошу прощения, смените гнев на милость, — произнес Чу Чжань, однако на его утонченном, красивом лице не появилось и тени подобострастия.

Это был максимум, на который он мог пойти. Падать на колени и вымаливать прощение лбом о пол — не в его правилах.

Впрочем, на реальный мир это допущение не распространялось.

— Твою мать, извиняешься, а рожу скорчил, будто мне миллион должен! — издевательски фыркнул Ли Мин, которого столь натянутое покаяние явно не устроило.

— Что мне сделать, чтобы вы от меня отстали? — Чу Чжань поднял глаза и в упор посмотрел на противника холодным, колючим взглядом.

Ли Мин смерил его сальным взглядом с ног до головы. Этот взор, грязный и тягучий, словно раскисшая после ливня глина, вызывал лишь омерзение.

— Будь ты посговорчивее, выпил бы с нами пару бокалов, тем бы всё и кончилось, — хмыкнул мажор. — А теперь...

Его взгляд скользнул ниже и замер на тонкой, подтянутой талии Чу Чжаня, подчеркнутой безупречным кроем дорогого костюма.

Чу Чжань нахмурился.

— Сказать по правде, пускать тебя по кругу даже как-то жалко, — лениво протянул Ли Мин. — Так уж и быть, дам тебе шанс.

Чу Чжань мгновенно помрачнел, крепко сжав кулаки.

В вип-кабинете воцарилась зловещая тишина. Мужчины вокруг замерли в предвкушении зрелища, их лица лоснились от азарта и похотливого нетерпения.

Раздался отчетливый металлический щелчок — Ли Мин расстегнул пряжку ремня.

У Чу Чжаня перехватило дыхание, а зрачки сузились от подступившего гнева.

— Мы оба мужики, так что учить тебя, как управляться, думаю, не надо? — Ли Мин упивался тем, как бледнеет Чу Чжань, неторопливо вытягивая ремень из шлевок.

В ту же секунду комната взорвалась улюлюканьем и свистом. Сальные шуточки, глумливый смех и презрительные смешки обрушились на Чу Чжаня лавиной, лишая возможности вздохнуть.

«Похоже, в подсознании Гу Цзиньяня есть определенные сюжетные вехи, — размышлял Чу Чжань, анализируя прошлый сбой и нынешнюю ситуацию. — Навязанный сценарий, который невозможно обойти. Мне придется отыграть эту сцену до конца».

Лишать себя жизни раньше времени, прикусив язык, очень не хотелось. Это крайняя мера. Он заставил себя успокоиться и быстро, цепко осмотрел караоке-кабинет.

Музыку убавили — видимо, чтобы не пропустить ни одного стона обреченной жертвы. Полумрак рассеивали неоновые вспышки, позволяя отчетливо разглядеть похотливый оскал каждого присутствующего.

Свора хищников обступила загнанную в угол дичь. Они пожирали его глазами, ожидая, когда вожак наиграется со своей добычей, чтобы затем наброситься всем скопом и разорвать на части.

За долю секунды Чу Чжань оценил расстановку сил и обстановку.

Огромное помещение, больше десятка пьяных мужчин. Его руки крепко держали охранники. Прорваться к тяжелой дубовой двери без посторонней помощи сейчас было чистым самоубийством.

Вокруг громоздились кожаные диваны в винтажном стиле, а в центре высился массивный стеклянный стол, заставленный батареей дорогого коллекционного алкоголя — недвусмысленный маркер высокого статуса хозяев жизни.

— Обязательно устраивать этот цирк? — Чу Чжань перевел взгляд на Ли Мина. В его голосе звучало ледяное спокойствие.

— А ты сам как думаешь? — ухмыльнулся Ли Мин, окончательно распустив ремень. — Кончай тянуть время. И даже не думай выкинуть какую-нибудь глупость. Здесь всё моё, тебе не сбежать.

— Господин Ли, честно говоря, мужчины меня не прельщают, — уголок губ Чу Чжаня дернулся в слабом подобии улыбки. — Но раз уж выбора нет... Позволите мне выпить для храбрости?

Ли Мин не возражал против небольшой заминки. В конце концов, наблюдать за тем, как ломается гордец, поддаваясь первобытному страху перед насилием, — особое удовольствие для прирожденного садиста. И пускай Чу Чжань всё еще держался слишком прямо, его согласие уже грело самолюбие мажора.

Ли Мин снисходительно кивнул в сторону стола:

— Валяй.

— Велите своим псам отпустить меня, — Чу Чжань слегка повел плечами. — Сами же сказали — бежать мне некуда.

По знаку хозяина охранники разжали хватку. Чу Чжань медленно направился к стеклянному столу, лихорадочно просчитывая варианты.

Сзади тут же послышались глумливые смешки:

— Надо же, когда по-хорошему наливали — нос воротил. А теперь сам потянулся!

— Да какая разница? Понял наконец, перед кем выпендривался. Корчил из себя звезду, премию какую-то надутую получил, а стоило прижать — сразу шелковый стал.

Не обращая внимания на лай за спиной, Чу Чжань пробежал глазами по разномастным этикеткам и выбрал тяжелую бутылку импортного виски. Свернув пробку, он без всяких бокалов припал к горлышку. Под жадными взглядами присутствующих его кадык мерно заходил вверх-вниз.

— Эй, хорош сосать из горла! — крикнул кто-то из толпы, теряя терпение. — Шевели поршнями, господин Ли заждался!

Чу Чжань косил глазом на Ли Мина. Тот дышал тяжело и часто, его хищный взгляд впился в шею Чу Чжаня. Наблюдая за глотками пленника, мажор окончательно потерял голову от нетерпения и уже стащил штаны.

— Зубы только припрячь, — прохрипел Ли Мин, — вздумаешь цапнуть — придушу на месте.

Пять шагов. Всего пять шагов разделяли их.

Внезапно в разрезе его глаз хищно блеснула сталь. Оторвавшись от горлышка, Чу Чжань мгновенно перехватил бутылку за горлышко и со всего размаху впечатал дно в стеклянную столешницу.

Оглушительный звон лопнувшего стекла парализовал комнату. Прежде чем охрана успела среагировать, Чу Чжань тенью метнулся вперед. Прыжок — и рваные, бритвенно-острые края стеклянной «розочки» уперлись прямо в сонную артерию Ли Мина.

— Господин Ли! — хором ахнули мажоры, мгновенно протрезвев.

Ли Мин застыл изваянием, силясь втянуть голову в плечи. Но Чу Чжань прижимал стекло без тени жалости — острие глубоко ушло в мягкую плоть шеи. Было очевидно: этого безумца нисколько не пугает статус его жертвы.

Острый скол пропорол кожу, и по бледной шее змеиной струйкой побежала кровь.

— Ты... не дури! — заикаясь, выдавил побелевший Ли Мин. — Убери эту хрень!

— Господин Ли, запишите себе на лбу на будущее, — негромко рассмеялся Чу Чжань. — Снимать штаны раньше времени — вредно для здоровья. Очень мешает маневренности.

Чу Чжань медленно пятился к выходу, держа Ли Мина перед собой как живой щит. Гости испуганно расступались, а выстроившиеся у дверей телохранители не смели шелохнуться.

— Прикажи им открыть дверь, — скомандовал Чу Чжань.

Ли Мин проклинал собственную похоть. Брюки, запутавшиеся вокруг щиколоток, лишали его всякой возможности сопротивляться, оставляя в одних трусах на потеху всей элите Золотого Порта. Его взял в заложники паршивый актеришка!

Но ярость отступала перед ледяным ужасом. Этот ублюдок уже избил его людей в лифте, а теперь хладнокровно резал ему горло. Ему явно было плевать на последствия.

— Открывайте, кретины! Живо! — надрывно заорал Ли Мин на застывших охранников.

Створки распахнулись. Пятясь, Чу Чжань выволок заложника в коридор.

Толпа из вип-кабинета медленно двинулась следом, надеясь, что у «звездуна» не хватит духу довести дело до убийства. Чу Чжань лихорадочно оценивал расстояние до лифтового холла. Ему нужно было лишь выиграть время — либо до конца сеанса гипноза, либо до появления Гу Цзиньяня.

Ли Мин сейчас был как граната без чеки: нужно как можно скорее от него избавиться и сделать ноги.

На шум сбегалась новая охрана, коридор быстро заполнялся хмурыми амбалами. Тянув заложника к лифтам, Чу Чжань свободной рукой нажал на кнопку вызова.

— Назад, — процедил он, сильнее вдавливая окровавленное стекло в шею мажора.

— Назад! Назад, суки, стойте где стоите! — в панике заверещал Ли Мин.

Охранники неохотно попятились.

Раздался мелодичный звон, двери лифта разъехались. Чу Чжань затащил брыкающегося Ли Мина внутрь и резко ткнул в кнопку второго подземного этажа.

Надеяться на скорое пробуждение не приходилось. Чу Чжань угрюмо следил за бегущими вниз цифрами на табло.

Затем он медленно перевел взгляд на заложника. От этого тяжелого, безумного взора Ли Мин мелко задрожал.

— Ты... ты чего задумал? — пролепетал он.

— Не дёргайся, убивать не стану, — сухо бросил Чу Чжань.

И в то же мгновение наотмашь опустил тяжелое донышко разбитой бутылки на затылок мажора. Ли Мин глухо ойкнул и кулем повалился на пол кабины.

Едва створки разъехались, Чу Чжань выскочил наружу. Он понятия не имел, где припаркована машина Линь Фэй, поэтому решил затеряться среди бетонных опор подземного паркинга и переждать бурю.

Однако не успел он сделать и десятка шагов, как ноги налились свинцом, а перед глазами всё завертелось в безумном хороводе. Земля ушла из-под ног, и сознание Чу Чжаня поглотила вязкая тьма.

Когда Чу Чжань снова пришел в себя, первой мыслью было долгожданное возвращение в реальность.

Но, открыв глаза, он мгновенно понял: что-то пошло не так.

Вокруг царил душный полумрак, рассекаемый ядовито-яркими лучами стробоскопов. Ритмичный, вязкий бас пульсировал в воздухе, создавая удушливую, порочную атмосферу элитного притона.

Чу Чжань попытался пошевелить рукой, но тело отозвалось лишь ватной, бессильной слабостью.

— Ну ты и тварь! Думал, бессмертный? Самого меня бутылкой оприходовать решил?!

Сердце Чу Чжаня пропустило удар. Он рванулся подняться, но обнаружил, что намертво прикручен кожаными ремнями к круглой столешнице. Он мог лишь слегка приподнимать предплечья и сгибать колени, но вырваться из этих оков было физически невозможно.

Да и столом эта конструкция, строго говоря, не являлась. К нему подошел Ли Мин с наспех намотанным на голову окровавленным бинтом и с глумливой улыбкой крутанул столешницу. Диск медленно, со скрипом пришел в движение.

Остальная свора мажоров, ухмыляясь в мерцании неоновых огней, плотным кольцом обступила импровизированную рулетку.

У Чу Чжаня бешено забился пульс.

Над ним нависла торжествующая, перекошенная злобой физиономия Ли Мина:

— Не ждал, сука? Думаешь, самый умный? В виски, которым ты так бодро глушил свою «храбрость», подмешали кое-что покрепче снотворного.

«Черт меня дернул... — мысленно выругался Чу Чжань, проклиная собственную неосмотрительность. Из-за спешки и паники он начисто забыл, по каким законам строятся подобные низкосортные драмы. — Какая нелепая, шаблонная подстава».

— Что, одного меня тебе мало показалось? — оскалился Ли Мин. — Захотелось по-крупному, со зрителями? Ну ладно, сучка, уважу. Сегодня ты отсюда только ползком выберешься.

— Господин Ли, давайте без глупостей, — Чу Чжань сделал глубокий вдох, силясь сохранить остатки хладнокровия. — Любое недоразумение можно уладить миром. Давайте просто поговорим.

— Поздно пить боржоми, детка, — Ли Мин издевательски похлопал тыльной стороной ладони по бледной, холодной щеке Чу Чжаня. — Лучше угадай, как мы сейчас играть будем.

Чу Чжань с отвращением отвернулся, избегая его прикосновений.

— Ха-ха-ха! — Ли Мин разразился торжествующим, хриплым хохотом, после чего повернулся к своей свите и зычно скомандовал: — Ну что, господа, открываем ставки! По пятьсот тысяч юаней на кон! Тот, кто сойдет с дистанции первым, оплачивает весь банкет!

От мерзких, похотливых выкриков и глумливого обсуждения деталей Чу Чжаня буквально тошнило. Видя, как толпа плотоядно облизывается, он решил пойти с козырей:

— Руки убрали. Тот, кто стоит за мной, сотрет вас в порошок.

Чу Чжань процедил это сквозь зубы, наградив Ли Мина испепеляющим взглядом.

В клубе «Синее сияние» вращались действительно опасные люди. Помня недавнюю отчаянную смелость Чу Чжаня и его наплевательское отношение к авторитетам, золотая молодежь на мгновение замешкалась.

— И кто же твой покровитель? — подал голос один из присутствующих.

«В мире гипноза мой пациент — абсолютный центр вселенной, — лихорадочно соображал Чу Чжань. — Если Гу Цзиньянь здесь царь и бог, то его имя должно наводить ужас на этих щенков».

Сам по себе Чу Чжань презирал дешевые понты и всегда относился к сильным мира сего с изрядной долей скепсиса. Но сейчас ситуация требовала включить режим наглого приживалы.

Он вскинул подбородок и веско, отчетливо произнес:

— Гу Цзиньянь.

В вип-кабинете повисла гробовая тишина. Мажоры переглянулись, их лица на мгновение посерьезнели.

Чу Чжань мысленно выдохнул. «Слава богу, сработало. Надо было сразу назвать имя этой бешеной собаки, избежал бы всей этой грязи».

Однако триумф длился недолго. Ли Мин недоуменно нахмурился и пихнул локтем приятеля:

— Гу Цзиньянь? Это еще кто за хрен?

«Серьезно?.. — у Чу Чжаня отвалилась челюсть. — В прошлый раз этот павлин разъезжал на лимузинах с целой армией головорезов, а его тут даже никто не знает?! Ну и грош цена твоей популярности, великий президент Гу!»

— Да хрен его знает, — пожал плечами приятель. — Первый раз слышу. Приезжий какой-то?

— Точно не местный. У нас таких нет.

Ли Мин злорадно оскалился, возвращаясь к распластанному на столе Чу Чжаню:

— Ах ты дешевка, решил меня на понты взять? Разыграл тут сцену, сученыш!

— Господин Ли, кончайте с ним болтать, — нетерпеливо подал голос кто-то сзади.

Ли Мин кивнул амбалам. Тотчас чьи-то тяжелые, потные ладони намертво прижали бедра Чу Чжаня к столу. Раздался противный, резкий треск раздираемой ткани — брюки безжалостно разрезали портновскими ножницами.

«Сука! Твою же мать! — Чу Чжань готов был выть от бессильной ярости. Он не знал, кого проклинать больше: этих конченых садистов или чертового Гу Цзиньяня с его дебильной фантазией».

Подумать только: солидный практикующий терапевт попал в порнографический переплет с крутящимся столом в каком-то притоне! Подобный бред не привиделся бы ему и в страшном сне.

— Пошли вон, мрази! — Чу Чжань изо всех сил брыкался, пытаясь распинать держащих его ублюдков.

Но ремни держали крепко, не оставляя пространства для маневра. Свора окончательно вошла в раж: искромсав брюки, они поднесли сверкающие лезвия к его пиджаку.

Нахлынувшая волна омерзения едва не задушила Чу Чжаня. Как бы ему ни хотелось прибегать к столь болезненному выходу, иного пути спастись не оставалось.

Он плотно сжал челюсти, наводя зубы на кончик языка, готовый одним резким движением перекусить его напополам.

— И во что это вы тут играете? Выглядит занятно. Может, и меня примите в компанию? — раздался от дверей ледяной, обманчиво-спокойный голос.

http://bllate.org/book/36322/4599616