Готовый перевод Deeply Pampered: Billionaire CEO's Priceless Ex-Husband / Цена любви: миллиардер и его бывшая жена: Глава 15

Лу Чжиянь заметил волнение Шэнь Цинхэ, протянул руку, легко переплел свои пальцы с его и невозмутимо направился в дом:

— Не переживай, это просто обычный семейный ужин. Да и людей почти нет. Ты выглядишь отлично, веди себя естественно.

Старший господин Лу очень любил своего спутника жизни, поэтому после рождения единственного сына они больше не заводили детей. А его сын, в свою очередь, хранил верность лишь одному человеку, оставив после себя единственного наследника — Лу Чжияня. Из-за этого потомство Клана Лу было немногочисленным.

Что же касается Лу Синъюаня, то давным-давно старший господин Лу забрал его из боковой ветви Клана Лу исключительно для того, чтобы любимый не чувствовал себя одиноким. Мальчика вырастили рядом с ним, чтобы тот радовал и веселил сердце хозяина дома. Именно поэтому Лу Синъюань был всего на десять лет младше Лу Чжияня.

Почувствовав поддержку Лу Чжияня, Шэнь Цинхэ слегка кивнул, изо всех сил стараясь выглядеть невозмутимым, и последовал за Лу Чжиянем в гостиную.

Однако, когда он увидел сидевшего на главном месте Старшего господина Лу, сердце у него всё же невольно заколотилось от тревоги.

Седые волосы Старшего господина Лу не умаляли его грозного и властного нрава, а суровый взгляд из-под бровей заставлял людей бояться даже поднять на него глаза.

В комнате, помимо Старшего господина Лу, находился лишь Лу Синъюань, устроившийся на месте для гостей.

— Дедушка, — позвал Лу Чжиянь, увлекая Шэнь Цинхэ за собой и усаживая рядом, а затем кивнул в сторону Лу Синъюаня: — Вторая дядя.

Шэнь Цинхэ на мгновение замер, не зная, стоит ли ему тоже подать голос. Лишь когда Лу Чжиянь крепче сжал его руку и легко погладил тыльную сторону ладони, Шэнь Цинхэ пришел в себя и послушно последовал его примеру:

— Дедушка, второй дядя…

Лу Синъюань в ответ лишь мягко улыбнулся, в то время как Старший господин Лу промолчал, лишь с сомнением и пристальным вниманием окинув Шэнь Цинхэ взглядом с головы до ног.

— Значит, ты и есть Шэнь Цинхэ? — холодно осведомился Старший господин Лу, и в его голосе отчетливо послышались нотки дознания.

— Да, дедушка, — напряженно ответил Шэнь Цинхэ, и его голос слегка дрогнул.

Этот человек действительно заслуживал звания патриарха, годами управлявшего Корпорацией Лу: сила его взгляда давила невероятно. Шэнь Цинхэ бессознательно крепче сжал руку Лу Чжияня, смертельно боясь потерять лицо.

В этот момент Лу Синъюань неожиданно вмешался:

— Папа, Чжиянь с таким трудом привез жену в гости, давайте лучше садиться за стол, пока еда не остыла.

Он поправил очки, а его мягкая улыбка излучала искреннюю заботу, мгновенно разрядив тяжелую атмосферу.

В свое время Лу Синъюаня привели в дом именно ради того, чтобы он составлял компанию возлюбленному Старшего господина Лу, поэтому он прекрасно умел угождать старику и часто приезжал сюда на ужины.

Только тогда Старший господин Лу кивнул:

— Давайте к столу.

Шэнь Цинхэ мысленно перевел дыхание и медленно поднял глаза, тут же встретившись взглядом с сидевшим напротив Лу Синъюанем. Он с благодарностью улыбнулся ему, и уголки губ Лу Синъюаня тоже изогнулись в ответ.

Лицо сидевшего рядом Лу Чжияня слегка потемнело — они же только что утверждали, что незнакомы, а уже перемигиваются у него на глазах?

В разгар обеда Старший господин Лу как бы между прочим расспросил Шэнь Цинхэ о его семье.

Когда старик узнал о семейном положении парня, его брови тут же сошлись на переносице: отец — законченный игрок, а папа до сих пор лежит в больнице.

Омега из самых низов в мгновение ока превратился в супругу главы высшей элиты — без хитростей и тайных махинаций здесь явно не обошлось.

Поэтому старик не преминул высказать скрытое предупреждение:

— Раз уж ты вошел в Клан Лу, веди себя благопристойно и исполняй обязанности госпожи Лу. Что до твоего отца-игрока и больного родителя — Корпорация Лу способна их содержать.

Стоило ему произнести эти слова, как атмосфера за столом вмиг замерла.

Уголки глаз Шэнь Цинхэ мгновенно покраснели, и он торопливо опустил взгляд, до боли закусив губу. Он прекрасно знал, что Старший господин Лу предвзято к нему относится, но ведь их брак с Лу Чжиянем был фиктивным, и он вовсе не претендовал ни на какое имущество Клана Лу…

Однако, чтобы не выдать себя, ему приходилось молча сносить эту обиду.

И тут сидевший рядом Лу Чжиянь внезапно подал голос:

— Я ведь с первого взгляда влюбился в него и добивался его долго и упорно, так что не пугай его, дедушка, а то сбежит.

Говоря это, он одновременно зачерпнул для Шэнь Цинхэ пиалу рыбного супа:

— Твое здоровье еще не до конца восстановилось, выпей супа, наберись сил.

Шэнь Цинхэ услышал это и резко вскинул голову, глядя на Лу Чжияня. Как этот человек умудрялся произносить такие вещи о назойливых ухаживаниях с совершенно ледяным выражением лица? Тем не менее, на душе у него потеплело, и он молча взял пиалу, чтобы сделать глоток супа.

Взгляд, которым он смотрел на Лу Чжияня, был полон скрытого доверия — казалось, пока этот человек рядом, ему абсолютно не о чем тревожиться.

А Старший господин Лу, получивший столь прямой отпор от собственного внука, сердито фыркнул:

— Уже сейчас защищаешь? Смотри, потом сам со всеми проблемами разбираться будешь!

Лу Чжиянь лишь улыбнулся:

— Не переживай, дедушка, со всеми проблемами моей жены я справлюсь сам. Разве ты в свое время точно так же не защищал бабушку?

Эти слова заставили Старшего господина Лу вспомнить своего ушедшего возлюбленного, и он больше не стал придираться к Шэнь Цинхэ.

Он лишь поторопил их:

— Раз уж поженились, давайте быстрее заводите мне правнука.

Лу Чжиянь невозмутимо согласился, а Шэнь Цинхэ едва не подавился рыбным супом, отчего его бледные щеки мгновенно залились ярким румянцем.

Вспомнив еще кое-что, Старший господин Лу повернулся к Лу Синъюаню:

— А ты что же? Тебе скоро тридцать пять, когда уже найдешь себе кого-нибудь и остепенишься?

Лу Синъюань лишь улыбнулся и неторопливо ответил:

— Папа, не переживай. Если я встречу того самого человека, то могу жениться хоть через три дня.

Этот двусмысленный намек заставил Лу Чжияня исподлобья нахмуриться.

После ужина Шэнь Цинхэ поспешно поднялся из-за стола и вызвался сам помыть посуду. Ему так сильно хотелось сбежать из этой давящей атмосферы, что он совершенно забыл, будто для такой работы в доме есть прислуга.

Но раз уж вызвался — отступать поздно.

Правда, мыть посуду ему почти не доводилось. Стоя перед раковиной, Шэнь Цинхэ выдавил порцию геля для мытья посуды и вмиг перемазал руки пеной, а скользкие тарелки вызывали у него растерянность. В этот момент у входа раздался легкий смешок:

— Давай я помогу.

— Второй дядя? — Шэнь Цинхэ удивленно обернулся.

Лу Синъюань неспешно подошел ближе и с улыбкой протянул ему фартук:

— Сначала надень, а то всю одежду водой забрызгаешь.

Руки Шэнь Цинхэ были полностью в пене, поэтому Лу Синъюань встал позади него и, протянув руки спереди, помог завязать завязки. Расстояние оказалось настолько близким, что широкая фигура мужчины почти полностью заключала его в объятия.

Горячие ладони Лу Синъюаня неизбежно касались его талии — какая же тонкая у него талия! К тому же от парня исходил приятный, тонкий аромат.

Взгляд Лу Синъюаня слегка потемнел. Он чуть наклонил голову, и его нос задел шею замершего в его руках юноши, после чего хрипловатый голос прошептал:

— Как вкусно пахнет… Какими духами ты пользуешься, племянник?

Двадцатая глава

— А? Я не пользуюсь духами, — растерянно моргнул Шэнь Цинхэ и предположил: — Наверное, это запах геля для душа?

Видя его наивность и полное неведение, Лу Синъюань подумал, насколько же этот парень чистый и простодушный.

Этот едва уловимый холоноватый аромат слив в снегу словно исходил от самого тела омеги — судя по всему, он совсем недавно пережил период гона, и остаточные феромоны всё еще витали вокруг него.

— Вот как… В следующий раз и я попробую гель для душа с таким ароматом, — мягко произнес Лу Синъюань, и его губы едва заметно скользнули по мочке чужого уха.

Голос раздавался прямо над ухом, и только тогда Шэнь Цинхэ осознал, насколько непозволительно близко они находятся друг к другу. Чувствуя себя неуютно, он качнул головой в сторону:

— Второй дядя, вы…

Шэнь Цинхэ только хотел оттолкнуть его, как из-за спины раздался знакомый ледяной голос:

— Что ты здесь делаешь, второй дядя?

Неизвестно когда появившийся Лу Чжиянь уже быстрыми шагами приближался к ним. Одним движением он вытянул Шэнь Цинхэ из объятий Лу Синъюаня, притянув к себе, и, криво усмехнувшись уголками тонких губ, холодно бросил, не испытывая при этом ни капли веселья:

— Человек, который отродясь не заходил на кухню, вдруг решил научиться мыть посуду?

Лу Синъюань неторопливо одернул рукава и с улыбкой отозвался:

— Я просто увидел, что племянница мужа возится на кухне одна, вот и зашел помочь.

Взгляд Лу Чжияня стал свинцовым. Обращаясь к Лу Синъюаню, он не сводил глаз с Шэнь Цинхэ:

— В этом нет нужды. Моему человеку есть кому помочь, а второму дяде лучше вернуться к дедушке. В конце концов, ублажать стариков — это то, что получается у тебя лучше всего, не так ли?

Лу Синъюань улыбнулся и ничего не ответил. Лишь бросил еще один взгляд на Шэнь Цинхэ и молча вышел из кухни.

С уходом Лу Синъюаня Лу Чжиянь чуть сильнее сжал руку Шэнь Цинхэ и процедил сквозь зубы:

— И с чего это тебе вдруг приспичило мыть посуду? Специально искал повод остаться наедине с другим мужчиной?

— Совсем нет! Не смей меня очернять! — Шэнь Цинхэ с обидным неверием уставился на него, а его покрасневшие глаза сердито заблестели, когда он пробормотал: — Я просто сбежал под предлогом, потому что боялся и слова сказать этому старику!

Лу Чжиянь прищурился, и в его голосе проступила странная, непонятная ревность:

— А что он только что делал, когда обнимал тебя и гладил по талии?

— Да он просто помогал мне завязать фартук, мои руки были в мыльной пене, мне было неудобно! — Шэнь Цинхэ выдернул свою мокрую руку и сердито потряс ею прямо перед его лицом, а затем свирепо зыркнул на Лу Чжияня.

Лу Чжиянь на мгновение замолчал — то ли поверил, то ли нет, но в конце концов холодно бросил:

— Держись от Лу Синъюаня подальше.

Шэнь Цинхэ почувствовал себя уязвленным. Он ведь честно слушался и не пытался заводить с кем-то разговоры, но разве он мог оттолкнуть старшего родственника, который сам подошел предложить помощь?

Заметив, как тот закусил губу, а глаза его покраснели, Лу Чжиянь помедлил, протянул руку и притянул парня за спину.

Шэнь Цинхэ окинул его вопросительным взглядом:

— Ты что делаешь?

Лу Чжиянь невозмутимо ответил:

— Встань в стороне, еще уронишь тарелку и порежешься.

Увидев, как он закатывает рукава и с удивительным мастерством принимается за мытье посуды, Шэнь Цинхэ невольно округлил глаза: неужели этот высокомерный босс умеет мыть тарелки сам?

Походому, его выражение недоверия было слишком красноречивым, и Лу Чжиянь пояснил:

— Когда учился за границей, не любил, когда за мной кто-то таскался, поэтому иногда сам готовил и справлялся по хозяйству.

Шэнь Цинхэ кивнул, подхватил висевший рядом фартук и протянул ему:

— Надень, а то испачкаешь одежду.

Рубашка Лу Чжияня стоила целое состояние! Было бы жалко испачкать такую вещь.

Но Лу Чжиянь, переняв его недавний жест, приподнял подбородок и кивнул на завязки:

— Мне сейчас неудобно.

Сообразив спустя секунду, Шэнь Цинхэ робко предложил:

— Тогда… помочь тебе завязать?

Лу Чжиянь промолчал, и Шэнь Цинхэ зашел ему за спину, принимаясь за дело. Лу Чжиянь был слишком высоким, и парню пришлось даже встать на цыпочки, но двигался он бережно и аккуратно.

Опустив взгляд, Лу Чжиянь смотрел на белые, изящные руки, обвивающие его талию, и уголки его губ невольно дрогнули в улыбке, пока по сердцу разливалось приятное тепло.

http://bllate.org/book/36297/4508532