Увы, но с ресурсами дела обстоят совсем туго.
Самая известная роль доктора Шэня — второстепенный персонаж в молодежном сериале, где сценарий был таким же бездарным, как и игра главных героев. Хотя в то время доктор Шэнь был еще довольно неопытен, этот сияющий человек стал единственным светлым пятном в том низкопробном мыле, на которое было приятно смотреть зрителям.
Мягкий и вечно погруженный в меланхолию художник, которого он воплотил на экране, до сих пор мелькает в фанатских клипах в качестве возлюбленного главного героя, выжимая слезы из бессчетного числа людей.
Если кто и мог бы справиться с образом безумного, словно демон, персонажа, так это только доктор Шэнь!
Одержимый идеей заполучить сокровище, продюсер Ван щедро предложил: Пятьдесят тысяч! После вычета налогов! Деньги выплачу сразу, как только закончится программа!
Но я правда не умею танцевать, да и пою посредственно…
Сто тысяч! Всего один выпуск! Нужно только станцевать!
Дело не в деньгах, я…
Сто пятьдесят тысяч! Вам потребуется выделить всего два дня! Спасите положение, умоляю вас, доктор Шэнь!
Думая о своем огромном бонусе, который мог уплыть прямо из рук, продюсер Ван едва ли не рыдал, и ему оставалось лишь вцепиться в ноги Шэнь Юйчуаня, чтобы затащить того в гримерку.
Шэнь Юйчуань беспомощно вздохнул: Ладно, если вас не смущает, что я ужасно танцую, то я поучаствую в одном выпуске, но в первом же туре вы обязаны меня исключить.
Хорошо, доктор Шэнь! Без проблем, доктор Шэнь! — продюсер Ван, сияя от радости, повел его к визажисту, чтобы похвастаться добычей.
Зовите меня просто по имени, — Шэнь Юйчуань, под пристальным взглядом двух пар горящих глаз, с тяжелым сердцем вошел в гримерку.
С его глубокими познаниями в саньда, которым его с детства обучала мать, станцевать танец должно быть… не такая уж большая проблема, правда?
В конце концов, почему он вообще согласился участвовать в шоу? Конечно, потому что заподозрил, что это новый способ Янь Лэи доставить ему неприятности.
Иначе с чего бы вдруг его заставляли читать длиннющие тексты на иностранных языках, а потом то открыто, то намеками уговаривали выйти из студии звукозаписи и прогуляться? Очевидно, это был хитрый план.
Даже если бы он не попался на это, дальше наверняка ждали другие ловушки.
Так что лучше уж попробовать то, что перед глазами. По крайней мере, вознаграждение в сто пятьдесят тысяч будет в кармане, да и роль довольно интересная.
Они думали, что, дав ему такой странный образ, смогут загнать его в тупик? Ха, извините, конечно, но хотя танцевать он не умеет, актерское мастерство у него все же имеется.
*
Шэнь Юйчуань примерил грим, и результат превзошел все ожидания.
У него были яркие черты лица: высокий нос, глубоко посаженные глаза и волевые контуры. Когда он не улыбался, его внешность излучала властность и холод.
Но при этом он обладал глазами, в которых читалась юношеская чистота: мягкий изгиб век, изящные линии уголков и ясные, сверкающие зрачки. Когда он улыбался, от него веяло искренностью и свежестью.
Чтобы скрыть эту добродушную улыбку, визажист выбрал стиль легкого смоки, выделив тени и подводку, чтобы добавить взгляду холодности.
Стилист поработал с его пушистыми прямыми волосами, завив их в легкие локоны, что придало образу расслабленную отстраненность.
Продюсер Ван поначалу волновалась, не будет ли это слишком сильно контрастировать с его обычным жизнерадостным стилем, но когда Шэнь Юйчуань изменил выражение лица и холодно взглянул на нее через зеркало, она сразу поняла, как выглядит этот дикий и меланхоличный недосягаемый цветок.
Вот она — сила профессионального актера? Хотя было непонятно, как доктор Шэнь будет сочетать это с мягкостью и миловидностью, весь персонал гримерки проникся к нему глубоким уважением.
Затем Шэнь Юйчуань отправился в тренировочный зал разучивать танец для завтрашнего выступления.
Первый выпуск завтра будет посвящен танцам. По задумке младшего гендиректора Янь, артисты должны утром выучить новый танец с учителем, днем тренироваться и самостоятельно адаптировать его, а вечером показать результат и оценить друг друга. Веселый денек, короче говоря.
Сразу видно, что это указания дилетанта.
Более опытные продюсеры прекрасно знали: если следовать этому плану, получится полный хаос. Чтобы шоу выглядело достойно, артистам нужно начинать подготовку заранее, а направления адаптации должны подсказывать наставники.
Шэнь Юйчуань старательно тренировался весь вечер вместе со всеми, запоминая основные движения. Вечером артисты должны были обсудить свои идеи по адаптации с личными наставниками.
Впрочем, адаптация Шэнь Юйчуаня почти не касалась. Из десяти человек у остальных были хоть какие-то навыки танца, к тому же они начали учиться еще несколько дней назад, и только он был полным профаном, взявшимся за дело в последний момент.
К счастью, продюсер Ван определила его роль как демонстрацию образа, поэтому в танце требовалось лишь следовать за виртуальным учителем и не ошибаться.
Верно, согласно распоряжению младшего гендиректора Янь, во время выступления рядом с каждым участником будет голографическая проекция виртуального артиста, исполняющего оригинал. Если станцевать плохо — это будет выглядеть как публичное позорище, а те, кто справится хорошо, могут даже рискнуть изменить движения и повзаимодействовать с виртуальным наставником.
Учитывая обстоятельства, наставник посоветовал Шэнь Юйчуаню сегодня вечером отточить движения, поймать ритм, проработать детали, а во время выступления импровизировать, делая упор на силу.
Хотя это, возможно, не будет выглядеть так эффектно, как кропотливые переработки других, но, поскольку оригинал сам по себе был отличным танцем, при качественном исполнении это будет выглядеть вполне достойно.
Шэнь Юйчуань, который все равно планировал вылететь после первого же выпуска, без всякого психологического давления принял совет учителя, после чего его отпустили поужинать, чтобы позже вернуться на индивидуальное занятие.
*
Тем временем Янь Лянчжоу уже выяснил все подробности инцидента с призраками, но, поскольку было неудобно идти в тренировочный зал, он просто стоял в студии и предавался раздумьям.
Вэй Дэцзя следовал за ним по пятам. Оказавшись в студии, он огляделся и с любопытством спросил, почему завтра съемки, а сегодня все еще устанавливают леса, меняют сцену и развешивают свет.
Янь Лэи показалось, что тот издевается над непрофессионализмом его компании, и они едва не затеяли ссору.
В конце концов, ответственный за площадку, будто летящий на огненных колесах, ворвался в помещение с толпой рабочих, буквально растолкав их, что физически предотвратило новый конфликт.
Впрочем, рабочих все равно катастрофически не хватало, и художники-постановщики вместе с бригадирами в ярости названивали строительным бригадам, пытаясь собрать хоть кого-то.
Осознавая, что это последствия его собственных переменчивых решений, Янь Лэи почувствовал неловкость. Он потащил Янь Лянчжоу обратно в свой кабинет, заверяя кузена, что завтра сам привезет его на шоу — разве это не лучше, чем сидеть здесь и смотреть на этот беспорядок?
Янь Лянчжоу позволил себя убедить, а Вэй Дэцзя, наконец проявив такт, откланялся.
Братья провели остаток дня в пустом кабинете гендиректора, пока Секретарь Янь не доложил, что Шэнь Юйчуань ждет лифт.
Поэтому, когда Шэнь Юйчуань столкнулся в лифте с братьями Янь, он почувствовал себя весьма странно.
Поначалу он настороженно поздоровался. Янь Лянчжоу несколько секунд пристально смотрел на него, затем холодно кивнул и, опустив глаза, затих в углу.
Странно, но, хотя у Киноимператора Янь было совершенно безразличное выражение лица, Шэнь Юйчуань умудрился разглядеть на нем обиду. На миг ему даже привиделся образ из какого-нибудь сериала: тоскующая молодая жена, годами ожидающая мужа, но встреченная им по возвращении лишь холодом.
От этой мысли он решил, что, должно быть, от тренировок у него помутился рассудок.
Еще более пугающим было то, что, обернувшись, он увидел Янь Лэи, который смотрел на него с таким критическим видом, будто он был никчемным зятем, пришедшим не вовремя.
А сам он, словно главный герой какой-то мелодрамы, чью частоту никак не удавалось поймать, в замешательстве смотрел на телефон, где уже лежало десять тысяч юаней, переведенных бухгалтерией авансом.
Бухгалтер добавила милую приписку: Знаю, что сегодня вы, доктор Шэнь, снова уйдете в полночь, поэтому отправила вознаграждение заранее, удачи!
Да, после тренировок еще предстоит репетиция, так что до полуночи работать придется точно, но на самом деле Шэнь Юйчуань, который собирался пойти в обход и заработать кучу денег (сто пятьдесят тысяч), был полон величайшего недоумения.
Что происходит?
Ведь это он — невинная жертва козней злобных братьев Янь, а сейчас все выглядит так, словно это он — разбойник, нагрянувший в деревню, грабящий имущество и похищающий жену, а народ, не смея слова сказать, смотрит на него с гневом?
*
Хотя другие его догадки были довольно нелепыми, Шэнь Юйчуань на самом деле очень тонко уловил самый важный момент.
А именно: внешне невозмутимый Янь Лянчжоу действительно чувствовал себя обиженным.
Увидев молодого человека, он вспомнил, что недопонимание в саду той ночью так и не было разрешено. И, возможно, из-за сценического грима сегодняшний Шэнь Юйчуань казался еще более холодным и отстраненным, чем тогда.
Наблюдая за тем, как Янь Лянчжоу без аппетита доедает ужин, а затем возвращается за стеклянную стену и снова смотрит на пустую студию, Янь Лэи вспыхнул: Бухгалтерия сегодня перевела ему десять тысяч! И он их принял с такой легкостью.
Бухгалтерия уже доложила мне, что он перевел шесть тысяч двести пятьдесят обратно, — только что пребывавший в меланхолии Янь Лянчжоу моментально отреагировал, словно нажали на кнопку, и бесцеремонно возразил.
Шэнь Юйчуань работал с восьми утра до двух часов дня, даже не пообедав, и, по сути, получил оплату лишь за эти шесть часов труда.
Потерпев неудачу в попытке настроить брата против него, Янь Лэи с досадой произнес: Я же за тебя переживаю! А ты, негодный мальчишка, еще и защищаешь его! Удивляюсь, как ты вообще позволил себя одурманить и дошел до такого состояния?
Янь Лянчжоу задумчиво смотрел на раскрытые книги на столе в студии: Потому что он помог мне найти ответ.
Какой еще ответ? — Янь Лэи окончательно запутался.
Янь Лянчжоу взглянул на свой портфель, в отделении которого тихо лежало рабочее удостоверение, которого не должно было быть в этом мире. Он улыбнулся: Кузен, разве тебя не удивляло, почему я вдруг снова начал приводить в порядок свои дела?
Это потому, что доктор Шэнь научил его.
*
Четвертый день знакомства с доктором Шэнем, снова был солнечный поздний осенний день.
Однако Янь Лянчжоу погряз в водовороте эмоций, испытывая ко всему лишь раздражение.
Прошлой ночью, благодаря пожеланиям доктора Шэня, первая половина его ночи была золотистой, утопающей в море цветов, но перед самым рассветом привычные кошмары снова настигли его и начали душить.
http://bllate.org/book/36244/4500475
Сказали спасибо 0 читателей