Готовый перевод My Fiancé Is Full of Tricks / Мой жених полон коварства: Глава 11

Теплое дыхание коснулось щеки Чи Сюэяня. На мгновение он опешил и почти машинально хотел отпрянуть.

Он никогда прежде не позволял никому такой близости.

Но в мерцании приглушенного света Чи Сюэянь уловил в глазах своего возлюбленного едва заметное беспокойство. Ладонь, лежавшая на его талии, лишь слегка сжимала край одежды, и сквозь тонкую летнюю ткань просачивалось тепло — жест, достойный истинного джентльмена.

Перед ним был все тот же Хэ Цяо — кроткий и дружелюбный, редко позволяющий себе лишнее на людях.

Но в то же время он был полон страсти, неуклюже и прямо заявляя о своей робкой собственнической любви.

Вспомнив о зрителях неподалеку, Чи Сюэянь внезапно рассмеялся.

Он перестал сопротивляться и, протянув руку, с небрежным видом поправил слегка помятый воротник рубашки Хэ Цяо.

— Неплохая рубашка, — заметил он.

Расстояние между ними сократилось почти до объятия. Чи Сюэянь лениво смотрел в глаза возлюбленному, и в его голосе сквозило равнодушие:

— Даю тебе всего час, у меня на вечер еще есть дела.

Ответ Хэ Цяо был предсказуемо мягким и покорным:

— Хорошо.

Человек, прислонившийся к дверному косяку кабинки, насмотревшись на эту сцену, издал игривый свист. Фан Шиэр, скрыв истинные чувства в глубине глаз, приподнял бровь, обращаясь к Хэ Цяо:

— Наконец-то удалось тебя вытащить, поздновато же ты.

Он намеренно не стал смотреть на Чи Сюэяня, чья персона давно вызывала у всех любопытство, и вежливо отступил в сторону, приглашая пару, от которой веяло нескрываемой влюбленностью, войти внутрь.

Хэ Цяо не скрывал своего отличного настроения и честно признался:

— Выбирали кольца, по пути поужинали, поэтому задержались. Прошу прощения.

— Кольца? — Фан Шиэр перевел взгляд на руку Хэ Цяо, лежащую на талии Чи Сюэяня. — Разве у вас их еще нет?

В полумраке караоке-зала, расцвеченном бликами диско-шара, на безымянных пальцах обоих отчетливо выделялись лаконичные парные кольца.

— Те были недостаточно официальными, — ответил Хэ Цяо и, не терпя промедления, представил своего спутника друзьям, голос его был полон радости, свойственной человеку, впервые познавшему любовь: — Это Сяо Чи.

Только тогда Фан Шиэр по-настоящему взглянул на него и первым протянул руку:

— Привет, я Фан Шиэр.

Чи Сюэяню показалось, что это имя он уже где-то слышал, оно звучало довольно привычно. Он окинул взглядом довольно симпатичного молодого человека и лишь слегка улыбнулся, не проронив ни слова — очевидно, ему было лень из вежливости называть свое полное имя.

Затем рыжеволосый юноша с вызывающим характером молча выскользнул из объятий возлюбленного, прошел вперед и небрежно опустился на свободное место на роскошном кожаном диване.

Компания молодых людей, веселящихся в центре зала, стоило им появиться, тут же подняла шум, освобождая место в самом центре.

Хэ Цяо ничуть не удивился поведению Чи Сюэяня, не говоря уже о недовольстве — он лишь быстро подошел и сел вплотную к нему.

Отношения доминирования в этой паре считывались мгновенно.

Фан Шиэр, оставшийся стоять на месте, посмотрел на свою ладонь, зависшую в воздухе. В его глазах не было ни капли гнева из-за того, что его проигнорировали, напротив, промелькнуло предвкушение.

Спиной к толпе, окружившей влюбленных, он невозмутимо закрыл дверь кабинки.

Гремела музыка, незнакомцы, чьи лица переливались яркими бликами, наперебой представлялись, боясь ударить в грязь лицом перед этим ослепительным новичком. А Чи Сюэянь, уютно устроившись на диване, лишь изредка отвечал невпопад — он не запомнил ни одного имени.

На мраморном столике перед ним были расставлены холодные закуски и десерты. Хэ Цяо заказал их специально для него, сказав, что это фирменное блюдо клуба от шеф-повара, которого переманили из дорогого ресторана.

Чи Сюэянь попробовал несколько — вкус действительно был неплох. Можно будет как-нибудь привезти сюда родителей.

Акустика здесь тоже была отличная, самое то для караоке, вот только компания вокруг слишком шумная. К счастью, они быстро уловили нетерпение Чи Сюэяня, а видя, как Хэ Цяо готов потакать любой его прихоти, заметно притихли.

Так в шумной комнате возник своеобразный островок спокойствия.

Чи Сюэянь, сидя в центре, лениво наблюдал за весельем, изредка перекидываясь парой слов с Хэ Цяо. Если кто-то пел хорошо, он слушал, как на живом концерте. Но стоило следующему человеку взять микрофон и начать фальшивить, как Чи Сюэянь хмурился, и Хэ Цяо, чутко следивший за его состоянием, тут же реагировал: он хватал диванную подушку и швырял в исполнителя, требуя, как и остальные приятели, немедленно отдать микрофон и убираться.

Веселый парень уворачивался от подушки, нарочно не выпуская микрофон из рук, и кричал:

— Брат Хэ, да ты ради любви готов пожертвовать дружбой!

Эти слова разнеслись по залу вместе с музыкой. Хэ Цяо ничего не ответил, лишь с видом, не терпящим возражений, снова опустил голову, сосредоточенно очищая орехи.

Любой мог заметить эту нескрываемую одержимость.

Твердая скорлупа падала на поднос, а ядрышки ложились прямо в ладонь Чи Сюэяня.

Они были ароматными и хрустящими. Чи Сюэянь принимал один за другим, и в его глазах затеплилась улыбка.

Впервые он подумал, что подобные посиделки могут быть забавными.

В тот момент, когда они только что соприкоснулись, он внезапно понял истинный смысл поведения Хэ Цяо. Иногда предрассудки — это тоже полезное оружие.

Если уж сам Хэ Цяо не против прослыть дураком, потерявшим голову от любви, то и ему не стоит возражать.

Быть сильным лидером, который водит за нос наивного влюбленного, гораздо приятнее, чем заставлять себя мило улыбаться этим людям. В конце концов, обслуживают его, и это не требует никаких усилий.

Приходилось признать, что они с Хэ Цяо отлично сработались.

Без лишних слов они действовали как единое целое.

Фан Шиэр, сидевший на отшибе, вел себя как обычно. Разница была лишь в том, что сегодня он пришел один, без своих вечно меняющихся спутников. В отличие от остальных, кто тайком разглядывал Чи Сюэяня, он держался спокойнее и почти не смотрел в его сторону.

Через полчаса его телефон тихо завибрировал — пришло сообщение от официанта.

Как раз когда песня подошла к концу, Фан Шиэр убавил громкость и как бы невзначай произнес:

— Я позвал еще одного друга.

Кто-то обернулся, а он посмотрел на Хэ Цяо и предупредил:

— Только не будь против, ладно?

Хэ Цяо замер и машинально переспросил:

— Кого ты позвал?

Фан Шиэр не стал отвечать прямо, поднялся и пошел к двери, добавив искренним тоном:

— Мне кажется, между вами просто вышло недопонимание. Посидим, решим всё, не ссориться же, все мы друзья.

Дверь распахнулась, и вошедший молодой человек с порога выпалил:

— Ого, как тут весело!

На вошедшем были футболка и пляжные шорты, короткая стрижка под машинку, а на шее — золотая цепь, придававшая ему вид выскочки. Он сразу заметил Хэ Цяо в центре зала, расплылся в улыбке и зашагал к нему:

— Брат, и ты здесь! В прошлый раз прошу прощения, виноват.

Хэ Цяо, напротив, помрачнел, в его поведении промелькнуло редкое раздражение. Чи Сюэянь, наблюдавший за новым поворотом сюжета, с интересом спросил:

— Это кто?

Незваный гость услышал вопрос и, не дожидаясь ответа Хэ Цяо, услужливо произнес:

— Чэнь Синьчжэ, можно просто Сяо Чэнь.

Толпа расступилась, и Чэнь Синьчжэ сел по диагонали от них, сияя улыбкой:

— Слышал, брат Хэ женится, вот и думал дождаться свадьбы, чтобы загладить вину, подарок уже приготовил.

Он с виноватым видом посмотрел на Хэ Цяо:

— В тот раз всё решило везение, из-за такой мелочи играть по-крупному... Мне эти деньги жгут руки, обязательно верну их тебе, брат. И, кстати, добавлю еще один свадебный подарок.

Пара слов — и Чи Сюэянь понял, что между ними была вражда. Обычное дело для богатых бездельников.

— Не нужно, — тон Хэ Цяо при виде попыток Чэнь Синьчжэ примириться был холодным. — Проиграл — плати.

Видя, что его настрой не смягчается, Чэнь Синьчжэ задумался и воскликнул:

— Да что за «вернуть», не бери в голову, я глупость сказал!

Он схватил стаканчик с костями со стола и улыбнулся с предельной искренностью:

— Брат, давай сегодня отыграешься, а?

Фан Шиэр тут же подхватил:

— Разве в удаче есть победители? Просто развлекаемся, все же свои. Не принимай близко к сердцу, не будь как в прошлый раз, когда ты несколько дней не отвечал нам...

Чи Сюэянь с интересом наблюдал за происходящим. Чэнь Синьчжэ был скользким типом, а Фан Шиэр явно что-то замышлял. Эти двое были явно не по зубам простодушному «Хэ Цяо».

В черном стаканчике кости звонко ударялись о холодную поверхность стола.

Через пять минут Хэ Цяо снова проиграл машину. Это был его предыдущий автомобиль, роскошный болид стоимостью в миллионы.

В глазах Хэ Цяо промелькнуло искреннее досадование. Чэнь Синьчжэ принялся театрально удивляться, крича, что нужно переиграть, пытаясь превратить эту небрежную и дорогую игру в пустяковую забаву, и остальные подыграли ему.

Ведь учитывая происхождение Хэ Цяо, никто не был настолько глуп, чтобы открыто злить его. Насмешки и пренебрежение оставались внутри, прикрытые показным уважением. Это знали все.

Лишь Чи Сюэянь думал иначе.

После этого вечера он был уверен: Хэ Цяо всё делает специально. И с машиной, которую только что проиграл, и с прошлой игрой против Чэнь Синьчжэ.

Чи Сюэяню всё больше нравилась эта яркая, полная красок ночь.

Но, будучи капризным и гордым возлюбленным, он изобразил легкое недовольство и безжалостно поднялся:

— Я в уборную.

Хэ Цяо отложил стаканчик и растерянно проводил его взглядом. Окружающие тут же бросились его утешать. Фан Шиэр, увидев, что внимание Хэ Цяо переключилось, тихо вышел из кабинки.

Проходя по темному коридору, Чи Сюэянь чувствовал себя иначе. Глядя на отражения в стеклянных панелях, он вспомнил, как совсем недавно шел рядом с Хэ Цяо. Казалось, они созданы, чтобы идти плечом к плечу.

Эта мысль промелькнула в голове, Чи Сюэянь задумчиво усмехнулся, остановился у раковины в туалете и вымыл руки. От них пахло орехами.

Вода текла сквозь пальцы, и позади послышались шаги.

— Действительно не помнишь меня?

Чи Сюэянь поднял голову и увидел в зеркале отражение Фан Шиэра. Тот прислонился к стене, в его голосе сквозила легкая грусть.

— Ты же только что представился, — Чи Сюэянь не понял вопроса и прямо спросил: — Что-то нужно?

— Не сегодня, мы виделись раньше, — Фан Шиэр беспомощно улыбнулся. — Я просил у тебя номер телефона.

Он сделал паузу:

— Но ты отказал.

Чи Сюэянь наконец вспомнил. Вероятно, это было на какой-то из встреч, куда его затащили насильно. Конечно, он не помнил. Он даже людей, с которыми ходил на свидания вслепую, запоминал только по порядковым номерам, что уж говорить о случайных прохожих. Если бы Фан Шиэр был школьником, который готов на всё, лишь бы не идти к стоматологу, он бы, может, и запомнился.

Видя его холодное равнодушие, Фан Шиэр улыбнулся еще шире. Он внезапно заявил с уверенностью:

— Ты не любишь Хэ Цяо.

Это замечание удивило Чи Сюэяня. Он приподнял бровь, не подтверждая и не отрицая, ожидая продолжения.

Под тусклым светом ламп Фан Шиэр сделал шаг к нему.

— Раз это просто игра... — в его приглушенном голосе слышались двусмысленные нотки, — почему бы не найти кого-то поинтереснее?

Чи Сюэянь наконец понял, к чему он клонит. Он равнодушно опустил голову, оторвал бумажное полотенце и не спеша вытер руки, бросив:

— Например?

Фан Шиэр решил, что получил сигнал к действию, и подошел еще ближе. Яркий рыжий цвет волос казался почти осязаемым.

В коридоре в нескольких метрах от них Хэ Цяо, который явно боялся гнева возлюбленного, не выдержал и покинул кабинку. Подойдя к углу, он увидел неожиданную картину.

Фан Шиэр лежал на полу, словно после тяжелого удара, не в силах издать ни звука, схватившись за живот.

Однако выражение лица Хэ Цяо осталось невозмутимым. Его взгляд, полный той же ночной страсти и нежности, был устремлен лишь на возлюбленного:

— Что случилось, Сяо Чи?

Он, кажется, всё больше привыкал к этому простому и ласковому обращению.

Чи Сюэянь встретился с ним взглядом, размял пальцы, которыми только что воспользовался, и на его губах расцвела яркая улыбка. Голос звучал спокойно и дерзко:

— Он хотел тебя «ороговеть».

http://bllate.org/book/36240/4499852