Готовый перевод Everyone Thinks I'm the Bottom / Весь мир уверен, что я пассив!: Глава 5

[Пи-и-и! Пи-и-и! Пи-и-и!]

Сегодня система выбрала весьма извергский способ пробуждения.

— М-м-м...

Цзян Мянь с трудом попытался очнуться. Он уже собрался выдвинуть системе решительный протест против этой оглушительной сирены, как вдруг осознал, что лежит в объятиях Янь Лина.

Они находились на заднем сиденье того самого автомобиля, где он сидел только вчера. А за окном виднелось едва успевшее открыться здание отдела регистрации браков.

Цзян Мянь ещё толком не протрезвел от сна. Он растерянно перевёл взгляд с Янь Лина на себя и заметил, что на нём откуда-то взялся строгий костюм. Покрой и стиль безупречно сочетались с нарядом самого Янь Лина, вплоть до парных запонок на рукавах.

— Проснулся? — Янь Лин оглядел его заспанный, полностью лишённый защиты вид, и настроение у него почему-то слегка улучшилось. — Будешь и дальше так крепко спать — тебя продадут, а ты и не заметишь.

— Угу... — пробормотал Цзян Мянь. Мысленно связываясь с системой, он уточнил детали и убедился: одежду ему переодевал лично Янь Лин. И при этом тот не позволил себе абсолютно никаких лишних вольностей.

Янь Лин взял его за руку и помог выбраться из машины. Цзян Мянь, всё ещё немного недоумевая, тихо пробормотал:

— И мне правда не нужно подписывать брачный договор? А я-то думал, ты пошутил.

— Не нужно, — Янь Лин слегка взъерошил мягкие волосы на его макушке, после чего, слегка нахмурившись, аккуратно поправил сбившийся галстук юноши.

Даже такому человеку, как Янь Лин, в отделе регистрации браков пришлось встать в общую очередь. Однако эффектная внешность Цзян Мяня слишком сильно бросалась в глаза. Здесь, где воздух буквально пропитался густыми, концентрированными феромонами, омега выглядел особенно притягательно.

Янь Лин незаметно заслонил его собой. Стоило ему лишь слегка нахмуриться и одарить присутствующих холодным взглядом, как большая часть чужих глазеющих взоров тут же рассеялась. Ни у кого не возникло желания в подобный момент испытывать терпение и собственнические инстинкты высшего альфы.

Опасаясь, что Цзян Мянь снова заклева́ет носом, Янь Лин попросил дворецкого Сюя принести чашку кофе — без сахара, но с молоком.

Ощутив нежный сливочный аромат, смешанный с терпкой кофейной горчинкой, Цзян Мянь с улыбкой принял чашку и, грея об неё ладони, тихо спросил:

— А когда ты успел узнать о моих вкусах?

— Из твоего фальшивого личного дела, — с глубоким подтекстом отозвался Янь Лин. — Я лишь шаг за шагом проверяю, сколько в нём было правды.

— Пф-ф... А ты милый, муженёк.

—...

Янь Лин никак не отреагировал на слово «милый», однако, судя по всему, оно не вызвало у него и особого отторжения.

Сотрудник регистрационного отдела поначалу выглядел сонным и вялым, но при виде их пары мгновенно встрепенулся.

— Здравствуйте! Пожалуйста, приложите ваши удостоверения личности вот сюда для считывания данных.

— Удостоверения? — Цзян Мянь на мгновение застыл и растерянно посмотрел на Янь Лина, а тот... с абсолютно бесстрастным лицом достал документы их обоих.

Если подумать, Цзян Мянь даже не задавался вопросом, где хранятся его документы и как они вообще оказались у Янь Лина.

— Цзян Мянь, тебя и впрямь невероятно легко продать, — повторил Янь Лин.

Услышав это, омега лукаво прищурился:

— В таком случае господину Янь стоит заранее меня выкупить.

Процедура регистрации прошла стремительно. Едва сотрудник с громким щелчком опустил на бумагу две печати, как их судьбы оказались официально связаны.

[Динь! Вероятность успеха миссии выросла на 15%. Продолжайте в том же духе!]

Услышав сигнал системы, Цзян Мянь облегчённо вздохнул. Он не прогадал: брак с Янь Лином оказался прямым и самым быстрым путём к выполнению задачи!

От избытка чувств юноша обвил руками шею Янь Лина и звонко поцеловал его в щеку.

— С днем бракосочетания! У вас прекрасные чувства, — с улыбкой поздравил их регистратор.

— Спасибо, — отозвался Янь Лин, прижимая Цзян Мяня за талию. В его глазах блеснула едва заметная тёплая искорка.

Впрочем, со свадебной фотографией всё прошло далеко не так гладко.

Фотограф, заметно робея, откашлялся, словно придавая себе храбрости:

— Господин справа... не могли бы вы хотя бы немного улыбнуться?

До сих пор Цзян Мянь ни разу не видел, чтобы Янь Лин улыбался от души, поэтому с искренним любопытством слегка подтолкнул его локтем:

— Муженёк, ну улыбнись?

Янь Лин немного помолчал и с видимым трудом выдавил из себя подобие улыбки. Выглядело это так, что подобным выражением лица можно было пугать детей по ночам.

В итоге на готовом снимке Цзян Мянь задорно смеялся, а Янь Лин замер с совершенно каменным лицом и взглядом, способным убивать на месте.

— Ха-ха-ха-ха-ха!

— До чего же мило... Господин Янь, ты просто невероятно милый...

Цзян Мянь не мог удержаться от смеха. Он сфотографировал документ о браке на телефон, но выкладывать снимки в соцсети не собирался.

Уткнувшись лбом в плечо Янь Лина, он слегка потерся о него:

— Кстати, господин Янь, давай пока никому не будем рассказывать о нашей свадьбе, хорошо?

— Хорошо, — взгляд Янь Лина слегка потемнел, но расспрашивать он не стал. — Моя мать хочет тебя видеть. Сегодня вечером мы поедем в старое поместье на семейный ужин. Веди себя прилично.

— Без проблем, задание будет выполнено в лучшем виде! — Цзян Мянь мгновенно оживился.

Вот оно — самое интересное! Загадочная мать Янь Лина, о которой в оригинальном романе практически ничего не упоминалось!

Янь Лин молча смотрел на воодушевлённого омегу.

На самом деле... если бы Цзян Мянь не попросил временно сохранить всё в тайне, он был бы совсем не против официально объявить об их браке всему миру.

Специально оставлять их отношения неопределёнными, заставляя окружающих строить догадки — было ли это лишь капризной забавой Цзян Мяня или за этим крылся иной умысел?

***

Старое поместье семьи Янь кардинально отличалось от современной виллы, где жил Янь Лин. Его интерьеры поражали пышной роскошью и сохранили немало антиквариата прошлого века.

Однако, если верить сюжету книги, Янь Лин после своего совершеннолетия больше никогда здесь не жил. В лучшем случае он приезжал навестить мать в канун Нового года, да и то на самый короткий срок.

Этот семейный ужин выглядел скорее как исключение, сделанное им ради Цзян Мяня.

Цзян Мянь заметил, что в тот самый миг, когда Янь Лин переступил порог столовой, все присутствующие мгновенно затихли. Казалось, они до смерти боялись чем-нибудь его разозлить.

— Ах, какой прелестный ребёнок! — Лишь Мать Янь с сияющей улыбкой шагнула им навстречу, словно вовсе не замечая царившей вокруг натянутой атмосферы.

Она была ухоженной женщиной-омегой с умеренным макияжем, от которой веяло мягкостью и утончённым изяществом.

— Мама Янь, вы тоже невероятно красивы! Выглядите совсем как старшая сестра Янь Лина! — Цзян Мянь искренне и послушно улыбнулся.

Его умение притворяться пай-мальчиком всегда подкупало старшее поколение. Он тут же заслуженно получил сноп комплиментов и драгоценный нефритовый браслет в подарок.

Мать Янь от начала и до конца держалась с ним искренне и приветливо, отчего Цзян Мяню становилось всё любопытнее: почему Янь Лин практически никогда о ней не упоминал?

Даже сейчас Янь Лин хранил ледяное молчание, будто вовсе не замечая ее присутствия, пока мать с неизменной мягкой улыбкой усаживала гостей за стол.

Здесь явно крылась какая-то тайна.

Янь Лин увёл Цзян Мяня за собой на главные места. Члены семьи Янь тут же выпрямились, словно натянутые струны, и осмелились взяться за палочки только после того, как к еде прикоснулся сам Янь Лин. Некоторые из них по возрасту явно приходились ему старшим поколением, однако вынуждены были сами поднимать тосты и произносить подобострастные речи, да так натянуто и скованно, будто заучивали эти поздравления по учебнику.

Впрочем, не исключено, что дело было в нечистой совести. Цзян Мянь задумчиво размышлял об этом, продолжая с невинным видом играть роль послушного юноши.

На каждое вежливое обращение Цзян Мянь отвечал с приветливой улыбкой, да и от тостов ничуть не уклонялся.

Янь Лин сидел рядом молча, лишь время от времени подкладывая ему в пиалу лучшие кусочки. В конце концов он не выдержал и негромко предостерег:

— Не пей слишком много.

— Ладно... — Цзян Мянь слегка склонил голову и с тихим смешком прошептал прямо ему на ухо: — Но как быть? Теперь мне ещё сильнее хочется попробовать рому...

Янь Лин на мгновение замер и сухо отрезал:

— Не глупи.

— Я вовсе не глуплю. Янь Лин, теперь ты мой законный муж. А ночью... может произойти много всего. Очень, очень много, — согревающим, тихим шепотом намекнул омега.

Его кончики пальцев будто случайно скользнули по бедру Янь Лина, но тот мгновенно перехватил его руку и крепко сжал.

— Смотри не пожалей, Цзян Мянь.

Хватка Янь Лина была ощутимо сильной. Цзян Мянь лишь слегка изогнул губы в улыбке:

— К тебе это тоже относится, господин Янь.

***

К моменту их возвращения домой дворецкий Сюй уже тактично исчез, успев лишь расставить по всему дому вазы с изысканными свежими цветами.

Всё выглядело так, будто в доме и впрямь готовилось празднование важного события.

Цзян Мянь чувствовал, как хмель окончательно ударил ему в голову, побуждая сразу перейти к делу.

Затворяя за собой дверь, он на ходу сбросил пиджак и сразу же потянул Янь Лина за галстук.

— Господин Янь, пойдём в душ вместе? — Омега с лёгким румянцем на щеках от выпитого алкоголя выглядел более чем решительно.

Однако Янь Лин в этот момент был предельно трезв. На самом деле ему хотелось сначала сесть и серьёзно поговорить с Цзян Мянем, прежде чем переходить к постели.

Он сжал запястье юноши и произнёс низким, глухим голосом:

— Ты не любишь меня, Цзян Мянь.

— М-м-м... Ну зачем портить такой момент? — Цзян Мянь беззаботно рассмеялся и прижался к Янь Лину, глядя на него хмельным, хитрым взглядом. — Господин Янь, скажем так: остальные мне нравятся ещё меньше.

— У омеги может быть только один альфа на всю жизнь. Цзян Мянь, у тебя действительно не будет возможности передумать, — в темных глазах Янь Лина, казалось, закипала настоящая буря.

Кто из них двоих твердил, что даже для первой временной метки необходима особая атмосфера?

Тогда откуда в Цзян Мяне эта беспечность и настойчивая спешка?.. Почему?

— Я знаю. Вот потому господин Янь — самый лучший выбор, — Цзян Мянь совершенно не заметил перемены в настроении альфы и принялся расстегивать пуговицы на его рубашке. — Потому что с тобой ужасно интересно. И ты невероятно милый.

Цзян Мянь действительно никогда не задумывался над вопросом чувств.

Слово «любовь» для того, кто постоянно кочует из одного мира в другой, не имело никакого значения.

На его взгляд, Янь Лин был весьма привлекателен. И пока им вместе интересно, Цзян Мянь был совсем не против провести с ним это короткое и приятное время, попутно выполняя задание.

Однако незванная колебательность и сопротивление Янь Лина начали его слегка раздражать.

Словно в отместку, он протянул руку и накрыл ладонью заднюю сторону шеи Янь Лина, мягко поглаживая едва заметно вздувшуюся железу.

— Скажи, а почему у альф тоже есть железа? — тихо хмыкнул Цзян Мянь.

Заметив, как резко изменился в лице Янь Лин, омега лишь с увлечением продолжил поглаживания.

—... Отпусти.

— Не отпущу. Муженёк, мне так хочется тебя укусить.

— Цзян Мянь, ты... — Янь Лин попытался снова воспротивиться, но юноша уже обнажил острые клычки и пробным движением прикусил чувствительное место.

— М-м...

Янь Лин на мгновение буквально окаменел. Острое, подрагивающее ощущение, подобно электрическому току, пронеслось по всему его телу.

Хотя омеги физически не способны вводить ферменты, Янь Лин всё равно ощутил странное, почти иллюзорное чувство... будто его метили.

— Ну что с тобой делать, ты и впрямь такой милый, — тихо шептал Цзян Мянь. Вдыхая густеющий на шее мужчины богатый аромат рома, он переместился ниже, лёгкими поцелуями касаясь его кадыка.

Хмельной омега, полностью поддавшийся воздействию алкоголя и идеальной совместимости феромонов, без лишних церемоний повалил альфу прямо на диван.

— Цзян Мянь... перестань, — дыхание Янь Лина сбилось и стало тяжелым, а голос заметно осел.

Как и прежде, Янь Лин отчетливо осознал: он просто не в силах сопротивляться Цзян Мяню.

Всё вокруг казалось перевернутым с ног на голову, а запястья затекли от напряжения.

Но Янь Лин понимал, что его беспокоит вовсе не собственное бессилие, а эта легкомысленная, отстранённая позиция Цзян Мяня.

Этот слишком красивый омега был похож на дикую кошку, гуляющую саму по себе.

Время от времени она подходит, чтобы ласково потереться и выпросить ласку, но стоит её задеть — и она тут же выпустит когти. А когда ей окончательно станет скучно, она просто убежит, не оставив и следа.

И что тогда... Что тогда он будет делать?

— Господин Янь, я хочу сделать кое-что куда более заходящее далеко... Можно?

Голос омеги звучал сладостно и нежно, с глубокими нотками винного хмеля, словно крошечная лапка, мягко скребущая его сердце.

Янь Лин неожиданно расслабился и откинул голову назад, уставившись в матовый плафон на потолке. Он позволил Цзян Мяню свободно целовать свою шею.

[Внимание! Внимание! Вероятность успеха миссии снизилась на 10%!]

http://bllate.org/book/36052/4555945