Готовый перевод The Arcane Archives: Super O-O Da Sisi / Тайные архивы: Напарники поневоле: Глава 11

Ли Шэнь была одета в форму Школы Хуань. Ее длинные, опадающие ниже плеч волосы мягко струились, а кончики были завиты в несколько легких локонов, придавая этому по-детски наивному возрасту капельку женственного очарования. Красавицей ее назвать было нельзя: черты лица теснились и скучивались, не отличаясь изысканностью. Но, к счастью, кожа у нее была неплохой, что кое-как позволяло причислить ее к категории симпатичных девушек.

На запястье Ли Шэнь красовался браслет из бусин сандалового дерева. Древесина была самой обыкновенной, текстура — так себе, да и общий стиль совершенно не вязался с характером Ли Шэнь. Се Инь долго вглядывался в этот браслет, чувствуя в нем какую-то странность, однако никак не мог понять, в чем именно дело.

Несмотря на то что она выглядела гораздо взрослее своих сверстников, в словах и поступках Ли Шэнь явно не было лисьей хитрости Ли Фэнчэня.

— Если у вас есть что сказать, говорите быстрее, мне еще на урок идти.

Се Инь никуда не спешил:

— Мы навели справки: сейчас идет урок математики. Учитель математики уехал в служебную командировку, так что в классе идет самоподготовка. Мы не отнимем у тебя слишком много времени, не переживай.

Выражение лица Ли Шэнь почти не изменилось, она взяла со стола ручку и принялась ее вертеть в пальцах:

— Я вообще-то несовершеннолетняя…

Се Инь заранее предвидел, что она выдвинет этот довод:

— Именно поэтому мы пригласили твоего классного руководителя.

Ли Шэнь ничего не ответила. То ли это было молчаливое согласие, то ли она лихорадочно подыскивала другую отговорку. Но, судя по всему, в душе девушка вела какую-то мучительную внутреннюю борьбу. Она раз за разом, раза три или четыре, с силой нажимала на пружинку гелевой ручки прямо на столе. Наконец, спустя долгое время, она произнесла:

— Ладно.

Заметив это, Се Инь отчетливо уловил раздражение Ли Шэнь. То было беспокойное, почти болезненное раздражение, выходившее далеко за рамки того смущения, которое испытывает обычный школьник во время стандартного допроса.

Прекрасно, подумал про себя Се Инь.

— Ученица Ли Шэнь, в последнее время ты управляла автомобилем марки Porsche цвета ледяной малины с госномером CA5371, верно?

Ли Шэнь оказалась сообразительна и не стала отпираться.

— Верно. Я уже получила нагоняй в отряде дорожной полиции и выплатила штраф. Что, у административных наказаний теперь появилось послепродажное обслуживание?

Хань И аж зубы заскрежетали от злости: яблоко от яблони недалеко падает.

Хань И развернул блокнот и, делая пометки, спросил:

— А после 1 июня? Куда подевалась та машина?

Ли Шэнь откинулась на спинку стула, приняв точно такую же позу, как у Ли Фэнчэня — воистину, не перестаешь поражаться глубине и загадочности генетики. Она небрежно бросила:

— Откуда мне знать? Отец конфисковал.

Ее пальцы продолжали щелкать кнопкой ручки, издавая звуки вроде «пам-пам». Сидевший рядом классный руководитель уже начал закипать от этого шума и хотел было сделать замечание, но Се Инь остановил его взмахом руки.

— Значит, в последний раз ты видела эту машину первого июня?

Ли Шэнь ни секунды не сомневалась:

— Да.

Хань И продолжил расспросы:

— А до первого июня? Кто водил эту машину?

— Женщина-коллега моего отца.

Се Инь заговорил раньше Хань И:

— Женщина-коллега твоего отца… Ее зовут… Ван Шаша, верно?

Ли Шэнь на мгновение задумалась:

— Да, Ван Шаша.

Се Инь и Хань И обменялись мимолетными взглядами, прекрасно друг друга поняв. Хань И снова взял слово:

— Вы с Ван Шаша в хороших отношениях? Ты все-таки несовершеннолетняя, неужели попросила машину — и тебе сразу дали?

Ли Шэнь ответила без колебаний:

— Отношения неплохие. В конце концов, это мой отец дал ей деньги на покупку, подумаешь, одолжила покататься на денек, и что с того?

Хань И изумился:

— Ты ладишь с девушкой своего собственного отца?

На лице Ли Шэнь промелькнуло недовольство от того, что кто-то вторгается в тайны ее семьи, а в глазах на секунду мелькнуло презрение. Однако она быстро взяла себя в руки и, словно желая подчеркнуть только что сказанное, даже слегка задрала подбородок:

— Моя мама умерла три года назад, и Ван Шаша вовсе не какая-то любовница-содержанка. И что? То, что мы с ней в хороших отношениях — это преступление или нарушение морали?

Хань И махнул рукой, призывая Ли Шэнь не слишком сильно возбуждаться.

Воспользовавшись моментом, когда Ли Шэнь демонстративно отвернулась, выражая свое негодование, Хань И перевел взгляд на Се Иня. Оба еще раз убедились, что эта Шаша — из тех, кого вечно путают с какой-то там Чэн Шаша, — представляет собой классический инструмент в чужих руках.

Острые, похожие на ястребиные, глаза Се Иня неотрывно следили за каждым микродвижением Ли Шэнь. Почувствовав, что момент настал, он внезапно подался вперед и перешел в наступление.

— А ты знаешь, какие отношения связывают этого мужчину… и Ван Шаша? — на лице Се Иня появилось загадочное выражение, а голос чуть понизился, будто он вторгался в чью-то грязную, тщательно скрываемую интрижку.

С таким выражением лица… даже не глядя в зеркало, Се Инь прекрасно понимал, что сейчас он вылитая деревенская сплетница — тетушка Ван со второго конца улицы.

— Да откуда мне знать, какие у них отношения! — Ли Шэнь разозлилась еще сильнее, широко распахнув свои и без того некрупные глаза. Казалось, ее ни капли не волнует, кем же был этот таинственный «он».

Се Инь же в этот момент не спеша расплылся в многозначительной улыбке, чуть приподняв брови и состроив насмешливый взгляд. Каждый его мимический жест недвусмысленно говорил: «Да ладно? Твоему папаше наставили рога, а тебе и дела нет?»

Бесконечные зондажи, где девять частей лжи смешивались с правдой, капля за каплей сужая кольцо допроса под умным руководством Се Иня и Хань И, наконец пробили психологическую оборону девочки.

Защита личного достоинства отца или же стремление уберечь какую-то пока еще скрытую тайну заставили гнев в сердце девушки вырваться наружу. Она сорвалась на истеричный крик:

— Нельзя же обвинять нас в убийстве только потому, что кто-то умер в нашей машине!

Се Инь и Хань И переглянулись, оба понимающе усмехнулись.

Се Инь молчал, лишь продолжая смотреть на разъяренную Ли Шэнь. Выждав, пока ее ярость немного утихнет и она начнет тяжело дышать, он вдруг резко переменился в лице и невинным голосом произнес:

— Убийство? Кто умер? Разве твой отец не говорил, что машина просто пропала? Девочка, с чего ты взяла, что в вашей машине кто-то умер?

У Се Иня с его обаятельным лицом, сочетающим в себе черты благородства и хитрости, отчаянно не получалось строить из себя наивняк, отчего у стоявшего рядом Хань И невольно промелькнула мысль: «Интересно, сколько дают за убийство заместителя начальника следственного отдела?»

Впрочем, он быстро оценил обстановку, сообразив, что тягаться силой с этим ходячим бедствием — все равно что пытаться сдвинуть дерево муравьем. Руководствуясь золотым правилом «не можешь победить — присоединяйся», он тоже изобразил на лице крайнюю степень наивности:

— Точно! Полиция уже давным-давно запечатала все улики, откуда тебе известно, что в вашей машине кто-то погиб?

http://bllate.org/book/36001/4460586