Готовый перевод The Soaring Wood Begins to Grow / Древо, стремящееся в облака: Глава 10

Лин Юнь посмотрел на Фан Сяосуна и принял его.

— Давай добавимся друг к другу в мессенджер, и телефонные номера тоже запишем. — Фан Сяосун приник к журнальному столику, возясь с телефоном.

Лин Юнь протянул телефон Фан Сяосуну, тот добавил контакт и вернул аппарат обратно:

— Скоро я провожу тебя домой, заодно запомню дорогу, буду потом заходить к тебе в гости.

Лин Юнь чуть сильнее сжал телефон в руке:

— Хорошо.

Они провели в кабинете целый день, болтая обо всём на свете — от литературы до кулинарии. Фан Сяосун делился воспоминаниями о жизни за границей, рассказывал, как скучает по маме с папой, и рассуждал о разнице между зарубежьем и родиной.

По большей части говорил Фан Юйсяосун, а Лин Юнь слушал его со всей внимательностью, то и дело отзываясь на слова.

— По-моему, здешние домашние задания — просто излишество. Главное — усвоить всё на уроке, а возвращаться домой и снова садиться за уроки...

Лин Юнь откусил кусочек яблока:

— Тогда почему ты остался здесь?

— А... — Фан Сяосун, которого внезапно перебили, растерялся не сразу найдя что ответить. — Я и сам не знаю. У бабушки была неизлечимая болезнь, поэтому я и остался. Но вскоре её не стало. Я посмотрел на дедушку, который жил здесь совсем один, и захотел составить ему компанию, вот и остался.

Фан Сяосун повернул голову к Лин Юню и вдруг произнес:

— Сам не знаю почему, но мне просто казалось, что я должен побыть с ним.

Лин Юнь понял, что Фан Сяосун о чём-то догадался. В его глазах читалась такая неподдельная искренность, доверху наполненная сочувствием.

Лин Юнь отвел взгляд, а кончики пальцев, сжимавших вилку, побелели:

— Ничего страшного, со временем привыкаешь.

— Пожилому человеку одному всё-таки неудобно. — Фан Сяосун тоже отвернулся, неловко пытаясь скрыть невольно прорвавшееся сочувствие.

Лин Юнь подхватил его мысль:

— Пожилым людям и впрямь приходится нелегко.

Большой палец правой руки Фан Сяосуна с усилием надавил на боковую сторону указательного. Чувствуя легкое раздражение, он поднялся:

— Пойдем, я провожу тебя.

Лин Юнь закрыл книгу, оперся руками о крышку журнального столика и встал:

— Пойдем.

Они шли всю дорогу. Днем стояла еще некоторая духота, у обочины лишь журчали ручьи — эта небольшая канава соединяла здешние пруды, и время от времени в воде можно было заметить маленьких рыбок. Наступил вечер. Узкая улочка шла в гору, обращенная к закату, и тени обоих тянулись далеко назад.

— Прости меня. — Фан Сяосун пнул носок небольшого камня под ногами.

— Ничего страшного. — равнодушно отозвался Лин Юнь.

Фан Сяосун поджал губы: он и вправду погорячился — никому не приятно, когда ворошат дурные воспоминания.

Ему оставалось лишь сбивчиво объясняться:

— Вчера я сказал дедушке, что ты тоже живешь в этом жилом комплексе. Он узнал твою фамилию и расспросил меня обо всем подробнее.

Лин Юнь искоса поглядел на парня, испытывающего легкое чувство вины, не понимая, зачем в таких вещах вообще нужны оправдания:

— Да здесь все всё знают. Я на тебя не в обиде.

Помолчав, он добавил:

— Спасибо тебе.

— За что спасибо?

— Да ни за что. — Лин Юнь слегка опустил голову, разглядывая сорняки у стены.

[Спасибо, что подарил мне тогда ветку розы.]

Фан Сяосун не понял благодарности Лин Юня и на мгновение умолк. Улочка оказалась короткой, ее начало и конец как раз связывали их дома, и не успело пройти и пяти минут, как Фан Сяосун увидел небольшой двухэтажный корпус.

— Я живу на втором этаже, а первый целиком сдан в аренду. — объяснял Лин Юнь, поднимаясь по лестнице вслед за Фан Сяосуном.

— Значит, ты еще и арендодатель. — Фан Юйсяосун окинул взглядом здание с простыми стенами из цементной крошки, задрал голову и разглядел лишь кусочек ярко-красной черепицы на самой крыше — видимо, там располагалась крошечная мансардная комната.

— Заходи. — Лин Юнь отворил дверь, наугад хлопнул ладонью по стене и зажег свет. — Дома я один, располагайся как удобно.

— Ага. — Фан Сяосун оглядел убранство квартиры: прямо от входа начиналась гостиная, а по правую руку извивался крутой поворот лестницы, ведущей, должно быть, на крышу.

У порога стояла обувная тумба, переходящая в двухсторонний стеллаж. На полкахгромоздилось всё подряд: разнообразные журналы и книги, старинный термос, ворох свернутых в трубку почетных грамот, скомканный шарф, потрепанная мягкая игрушка — всё это громоздилось сплошной стеной. За шкафом стоял диван, а кухня располагалась по диагонали от прихожей.

Пространство под лестницей занимала тесная ванная комната неправильной формы. Рядом находились две двери соседних комнат, судя по всему, спальни.

Лин Юнь сбросил лежавшую на диване одежду в стоявшую рядом корзину для белья и кое-как навел порядок на сиденье:

— Присаживайся.

— Угу.

Фан Сяосун заметил на шкафу несколько фотографий. На одной из них женщина сидела, а мужчина стоял у нее за спиной.

Чертами лица Лин Юнь походил на мать, да и естественные кудри достались ему по ее линии.

И отец, и мать Лин Юня были очень хороши собой, именно поэтому он вырос таким красавцем.

Рядом стояли снимки какого-то ребенка, должно быть, самого Лин Юня в детстве. Вглядываясь в беззаботные улыбки малыша на нескольких фото, Фан Сяосун на мгновение погрузился в задумчивость.

Оказывается, раньше этот человек умел так искренне улыбаться.

— Вода. — Лин Юнь поставил на журнальный столик стакан.

Звонкий стук стекла о стеклянную столешницу вывел Фан Сяосуна из задумчивости. Оторвав взгляд от снимков, он откинулся на спинку дивана:

— Завтра тоже поедешь в школу на мопеде? Возьми меня с собой.

— Я езжу на велосипеде. — бесстрастно произнес Лин Юнь. — Соблюдаю закон и порядок.

— А, значит, подбросить меня не получится? — Фан Сяосун тяжело вздохнул, запрокинув голову назад.

— Братец Лин, подбрось меня, а? Это так круто. — Фан Сяосун склонил голову набок, бросив на Лин Юня ленивый, протяжный взгляд.

Лин Юнь с минуту пристально смотрел на него, после чего взял пульт и нажал красную кнопку питания. Экран ожил, и вместе с раздавшимися звуками телевизора последовал и его ответ:

— Ладно.

Фан Сяосун сделал глоток воды со столика и перевел взгляд на экран.

— Договорились.

Всю дорогу домой настроение у Фан Сяосуна было прекрасным. Напевая под нос веселые песенки, он поужинал, а затем устроился на клумбе, наблюдая, как соседи играют в карты.

http://bllate.org/book/35989/4459253