Готовый перевод Reverse Trap / Обратная ловушка: Глава 24

Глава 24

Шэнь Цзиньчжи опешил.

Взгляд за линзами очков на миг расфокусировался, став совершенно растерянным.

Он поправил оправу на переносице:

— Помню только, как ты пришёл ко мне выпить, а когда я проснулся, тебя уже не было. Я совсем не умею пить и толком ничего не помню. Мы... между нами что-то было?

— Нет-нет, ничего!

Чэн Муцзэ поспешно открестился, сам до конца не понимая, от чего именно отрекается.

Ответ Шэнь Цзиньчжи застал его врасплох, хотя, если порассуждать, ничего иного ожидать и не следовало. Чэн Муцзэ ругал себя за глупость: надо же было притащить такой крепкий алкоголь! Неудивительно, что оба напились до полного беспамятства.

Но разве можно делать вид, будто ничего не произошло, только потому, что ты этого не помнишь? Чэн Муцзэ никак не мог убедить себя в этой удобной лжи.

Он поджал губы и с нескрываемым опасением спросил:

— А когда ты проснулся... не чувствовал ничего странного?

Шэнь Цзиньчжи чуть сощурился и слегка нахмурил брови, честно обдумывая вопрос:

— Да вроде ничего особенного.

Чэн Муцзэ облегчённо перевёл дыхание.

Однако тот не договорил:

— Разве что... очнулся я на диване в гостиной. Было ужасно паршиво, а в груди стояла тяжесть. Будто на меня сверху... давило что-то тяжёлое. И очень долго.

Едва вырвавшийся вздох облегчения мгновенно застрял у Чэн Муцзэ в горле.

Давило... долго?

В памяти вспыхнули отрывки утренних воспоминаний, и к щекам Чэн Муцзэ прихлынула горячая волна стыда.

Всё, это конец. То был не сон.

Он действительно, пользуясь своим пьяным состоянием, прилип к Шэнь Цзиньчжи и, похоже, пролежал на нём полночи, после чего банально сбежал с места «преступления».

Стыд и угрызения совести тяжелым грузом легли на плечи.

— Впрочем, даже если и так — ничего страшного, — мягкий, бархатистый голос Шэнь Цзиньчжи пролился бальзамом на его растревоженную душу.

Чэн Муцзэ изумлённо вскинул взгляд.

Из кармана брюк Шэнь Цзиньчжи раздался настойчивый звонок. Достав телефон, он приложил его к уху, терпеливо выслушал собеседника и коротко ответил:

— Буду через две минуты.

Завершив вызов, Шэнь Цзиньчжи попрощался.

Утренний свет пробивался сквозь кроны деревьев, скользя по его груди и задевая металлический зажим на галстуке. Холодный отблеск металла на мгновение показался Чэн Муцзэ странно знакомым.

***

— Он реально сказал, что даже если ты его обнимал — это ерунда?

— Ага, — Чэн Муцзэ прикусил губу, глядя на стоящего напротив Цинь И. — Странно, да?

— И чего тут странного?

Чэн Муцзэ не находил нужных слов, но упрямо стоял на своём:

— Да всё странно!

Цинь И закатил глаза, обогнул разделявшую их стойку и подошёл ближе. Без лишних слов он шагнул к Чэн Муцзэ и крепко его обнял.

Чэн Муцзэ даже не шелохнулся, лишь уставился на него с немым вопросом на лице.

Цинь И фыркнул и отступил на шаг:

— Ну вот, видишь? Ты же тоже никак не среагировал. Мы все мужики, у профессора Шэня железобетонная логика. Странно как раз так париться из-за ерунды!

Чэн Муцзэ предпочёл промолчать. В конце концов, тем самым человеком, который паниковал из-за «ерунды», был он сам.

Он поднял руку, потирая виски, где с самого утра гнездилась тупая похмельная боль, и опёрся спиной о стеллаж.

По сравнению с его собственной паникой, Шэнь Цзиньчжи держался подчеркнуто отстранённо.

Но если такое поведение считается нормой, то что тогда не так с ним самим?

Цинь И отошёл к кулеру.

Заметив, что тот возвращается с полным стаканом, Чэн Муцзэ уже приготовился проявить благодарность — надо же, друг наконец заметил его мучения. Однако в следующую секунду Цинь И закинул голову и в один приём осушил весь стакан сам.

Да уж. Искать сочувствия у Цинь И — занятие абсолютно безнадёжное.

Чэн Муцзэ безнадёжно опустил руку.

Стукнув пустым стаканом по столу, Цинь И со вздохом заметил:

— Ты в последнее время будто ИИ с вырезанным эмоциональным блоком. Раньше ты вроде не был таким тормозом в подобных делах?

— Раньше? — отстранённо переспросил Чэн Муцзэ. — Мы тогда мелкие были. Откуда тебе знать, какой я в отношениях?

— И то правда, — замахал руками Цинь И. — Ладно, считай, сморозил чушь.

В этот момент дверной колокольчик у входа в студию звякнул, и в проёме показался курьер:

— Заказ для господина Фана! Ваша доставка напитков!

Спустя несколько дней в студию снова привезли анонимный заказ. Чэн Муцзэ по привычке списал эту заботу на Вань Вэйдо.

Услышав про напитки, Цинь И мгновенно оживился. Он за секунду принял пакет и торопливо вытащил содержимое.

В двух прозрачных стаканах колыхалась прозрачная светло-жёлтая жидкость — без фруктов, чаинок или каких-либо добавок.

Цинь И никогда не видел настолько убогого чая и, заподозрив обман, вытащил из чека бумажную ленту.

На чеке виднелось расплывшееся мокрое пятно, однако строчка в графе примечаний читалась идеально:

[Две порции медово-лимонного чая: без лимона, без чая.]

Цинь И с недоумением покрутил стакан в руке:

— Без лимона и без чая... Так это же просто медовая вода! Что за перевод продуктов?

— Это не я. Кузен Фан Шо вечно заказывает ему напитки и заодно берёт один мне.

— А-а, вон как, — Цинь И с понимающим видом поставил стакан перед Чэн Муцзэ. — Ну, медовая вода тоже дело. Ты как раз с похмелья маешься — медовый отвар в самый раз, хоть голову отпустит.

Чэн Муцзэ ничего не ответил, доставая телефон.

Цинь И подумал, что ляпнул лишнего:

— Эй, да ладно тебе, не буду я больше про похмелье! Убери трубу, давай хоть потреплемся!

Чэн Муцзэ, не отрываясь от экрана, пояснил:

— Фан Шо всё равно скоро не вернётся. Я скину ему денег за чай, а ты выпей его порцию.

— Хоть и просто водичка с мёдом, а всё равно приятно. Брат Чэн, ты просто святой человек!

Чэн Муцзэ не стал спорить, заметив красное уведомление в WeChat.

Писал психологический консультант.

Он открыл чат, и перед глазами предстало свежее сообщение:

«В эту минуту я готов стать человеком без великих стремлений. Я готов стариться вместе с тобой — тихо, словно трава и деревья.»

Текст пришёл ещё вчера вечером, часов двенадцать назад, и с тех пор ни одного дополнения не последовало. На случайную ошибку адресатом это похоже не было.

Сбитый с толку Чэн Муцзэ отправил в ответ одинокий вопросительный знак.

— Ты чего над телефоном так хмуришься? — раздался над ухом голос Цинь И, и Чэн Муцзэ вспомнил, зачем вообще достал смартфон.

Он перевёл Фан Шо денежный перевод, черкнул пару слов в пояснении и только тогда заметил во вкладке диалогов вчерашнюю переписку с Цинь И.

Там висело голосовое сообщение. Запись, о существовании которой он абсолютно не помнил.

Недолго думая, Чэн Муцзэ нажал на воспроизведение.

«Я... дома...» — раздался из динамика невнятный, заплетающийся голос, будто у говорящего во рту набрали воды, насквозь пропитанный пьяным бредом.

Поскольку Чэн Муцзэ незадолго до этого выкрутил громкость медиа на максимум, пьяный лепет накрыл всю студию.

Цинь И, только что сделавший глоток медовой воды, едва не поперхнулся и едва не забрызгал всё вокруг.

Он зашелся громким хохотом:

— Ха-ха-ха-ха! Ночью я как-то не сообразил, насколько это дико звучит! Благо профессор Шэнь тоже был в сопли, а не то вы бы после такого друг другу на глаза показаться не смогли, ха-ха-ха!

Чэн Муцзэ в жутком смущении погасил экран и прикрыл лицо ладонью.

Слушая оглушительный хохот Цинь И, Чэн Муцзэ внезапно осознал одну вещь.

Он снова зажёг экран и заглянул в детали чата с Цинь И.

Когда он отправлял это сообщение, с момента, как у него отключилась память, прошло совсем немного времени.

Учитывая этот временной промежуток, он чисто физически не мог пролежать на Шэнь Цзиньчжи полночи перед тем, как сбежать домой.

Максимум — два пьяных тела немного покувыркались, не удержали равновесие и грохнулись на диван.

Мысль об этом принесла колоссальное облегчение. Чэн Муцзэ глубоко выдохнул, почувствовав, как с души спадает тяжесть.

Экран снова мигнул — пришёл ответ от консультанта:

«Дополнительный бесплатный бонус: подборка любовной лирики.»

Вот оно что.

Видя, что Чэн Муцзэ долго молчит, Цинь И затих и подошёл ближе:

— Ладно-ладно, виноват, больше не ржу. Ты только не дуйся.

Чэн Муцзэ отправил короткое «Хорошо».

Цинь И продолжил:

— Слушай, а у тебя есть планы на октябрьские праздники? Может, рванём куда-нибудь вместе?

Уловив в голосе друга фальшивые нотки наигранного азарта, Чэн Муцзэ заподозрил неладное:

— Что ты опять задумал?

Поняв, что провести Чэн Муцзэ не выйдет, Цинь И быстро выложил карты на стол:

— Ну праздники же! Идеальный повод вытащить девчонку в поездку. А то если поеду с ней один — выглядит слишком откровенно. Поехали за компанию!

Чэн Муцзэ распаковал трубочку и проткнул крышку стакана с медовой водой:

— А ты типа не с откровенными намерениями?

Цинь И лишь хитро оскалился.

— Всё ещё не завоевал её? — Чэн Муцзэ отпил соломкой. — А сам бахвалился, мол, ловелас со стажем. Свистел, получается?

Цинь И мгновенно вспыхнул:

— Да что ты понимаешь! Девушкам нравится эта тонкая романтическая неопределённость! Нам остался буквально один шаг, нужно только правильное место и время!

Чэн Муцзэ неопределённо кивнул:

— На День образования КНР не выйдет. Мы с Фан Шо везём группу любителей фотографии в Линчэн.

— На съёмки?

— Ага. Заодно поделимся опытом, проведём пару мастер-классов.

— Так возьмите меня с собой!

— Тебя? — Чэн Муцзэ оглядел друга с ног до головы. — Ты хотя бы знаешь, с какой стороны у фотоаппарата кнопка спуска?

Тем временем в WeChat пришло ещё одно сообщение от консультанта:

«Надеюсь, я тебя не отвлёк.»

Чэн Муцзэ уставился на экран. В голове мелькнула мысль: консультант всё время твердил, что нужно быть на виду у Шэнь Цзиньчжи, а на праздник Нации они разедутся на целую неделю и вообще перестанут пересекаться.

Поразмыслив, он набрал консультанту:

«Если пока нет возможности быть на виду, можно сделать что-то другое?»

Цинь И продолжал вдохновенно расписывать свои фантазии:

— Слушай, ну ты меня хоть вкратце введи в курс дела, а я потом свою богиню туда приволоку! Голубое небо, чистая вода... Вы там свои кадрики щёлкаете, а я романтику кручу...

Чэн Муцзэ пропустил его трёп мимо ушей, ожидая ответа от собеседника.

Однако прошло несколько минут, а человек на том конце сети словно испарился.

От нечего делать Чэн Муцзэ принялся листать ленту Моментов.

Вчера Фан Шо создал официальный аккаунт студии и выложил первую промо-статью с анонсом их предстоящей поездки в Линчэн.

Чэн Муцзэ ещё днём сделал репост, но пока особой активности не наблюдалось — похоже, придётся искать другие способы привлечь людей.

На другом конце города Шэнь Цзиньчжи как раз наткнулся на этот репост в своей ленте.

Вань Вэйдо ткнул его папкой в плечо:

— Профессор Шэнь! Тебе сейчас на сцену выходить с докладом, а ты вместо шпаргалок в телефоне залипаешь?

Шэнь Цзиньчжи даже не шелохнулся. Лишь дочитав статью до самого конца, он медленно повернул голову:

— У тебя есть планы на октябрьские?

Не понимая, к чему клонит Шэнь Цзиньчжи, Вань Вэйдо ответил туманно:

— Ну... вроде есть, а вроде и нет. А что?

— Отлично, — Шэнь Цзиньчжи мягко улыбнулся. — На праздник Нации едем с тобой в Линчэн. Погуляем.

Вань Вэйдо шокированно вытаращился на него, на лбу прорезалась глубокая складка:

— Чего-чего?!

http://bllate.org/book/35937/4689365