Готовый перевод My Pair Skating Partner Can Hear My Thoughts / Мой партнёр по фигурному катанию умеет читать мысли: Глава 25

Юй Янь резко распахнул глаза и взглянул на маленького омегу. Тот сжался у него на груди, совершенно не понимая, в чьих объятиях очутился и чьё имя только что сорвалось с его губ.

Тревога во взгляде Лю Чу слегка уступила место настороженности:

— Брат Нога... Бог Юй?

Застыв на одном колене у дивана, Юй Янь слегка повернул голову. Черты его лица казались высеченными изо льда, а в неподвижных глазах застыла студёная зимняя гладь.

Сердце Лю Чу ухнуло вниз. В голове мгновенно выстроилась картина: его беззащитного друга втихомолку обижает этот непроницаемый титан фигурного катания.

Превозмогая дрожь, пробравшую до корней волос, Чучу поскрёб взглядом по рукам фигуриста. Тот крепко прижимал к себе бедного Дуду и, похоже, вовсе не собирался его отпускать.

Врач-омега слегка кашлянул:

— Подскажите, кому требуется помощь?

Лю Чу всплеснул руками:

— Доктор, моему другу, кажется, нужен ингибитор! Посмотрите его, пожалуйста.

Врач кивнул и шагнул вперёд:

— Господин... Юй?

Вывободив одну руку, Юй Янь достал электронный ключ-карту и протянул её Лю Чу:

— Открой дверь в смежную комнату.

Лю Чу округлил глаза, но спорить не стал и метнулся к двери. Обернувшись, он увидал, как Юй Янь подхватил Ло Чжиду под колени и легко поднялся на ноги с юношей на руках.

Ло Чжиду бережно опустили на небольшую кушетку в кабинете.

Ощутив, как исчезает спасительное тепло, Чжиду неосознанно потянулся вслед. Но на него тут же накинули куртку, пахнущую тем же знакомым ароматом. Он уткнулся в неё носом и расслабил пальцы. Сильная ладонь осторожно приподняла его голову, укладывая на мягкую подушку.

Выпрямившись, Юй Янь повернулся к медику:

— Благодарю. Рассчитываю на вас.

Врач приподнял веки юноши, проверил зрачки, а затем прикоснулся к его затылку и шее. Юй Янь тут же отвернулся.

Лю Чу украдкой метнул в него недовольный взгляд: Ого, вспомнил про приличия? Хотя, казалось бы, ты бета, у тебя нет феромонов, течек и периодов восприимчивости. Мог бы и не изображать благородство.

— Вы его друг? — разгладившиеся черты лица врача сменились строгим выражением. — С ним уже всё в порядке, ингибитор не потребуется.

Лю Чу облегчённо перевёл дух:

— Слава богу! Спасибо вам огромное!

Юй Янь обернулся. Заметив сомнение во взгляде медика, он мазнул взором по лежащему юноше и ровным голосом произнёс:

— Я выйду. Отдыхайте здесь.

Юй Янь покинул комнату, оставив трёх омег наедине.

***

Врач обратился к Лю Чу:

— Вы знаете, что у вашего друга с железой?

Лю Чу сжал кулаки:

— Да... А что вы заметили?

— Всплеск феромонов вызвало какое-то сильное потрясение — возможно, как психосоматическое, так и физиологическое. Я осмотрел его шею... В прошлом он перенёс тяжёлую травму. На восстановление уйдёт время, это требует постепенной терапии.

Лю Чу запнулся, собираясь с духом:

— А если он будет носить чокер? Это поможет предотвратить подобные приступы?

Врач качнул головой:

— Это скорее психологическая защита, по принципу действия похожая на намордники у альф. Если хотите обезопасить его, держите подальше от любых триггеров.

Проводив медика, Лю Чу на обратном пути за углом коридора наткнулся на Юй Яня и двух альф.

Нынче Лю Чу органически не переваривал альф. И то, что эти двое — один утончённо-интеллигентный, второй высокий и статный — крутились возле Юй Яня с искренне озабоченным видом, ничуть его не трогало.

Мазнув по ним хмурым взглядом, Чучу коротко кивнул Юй Яню в знак благодарности за приют и прошмыгнул мимо.

Когда дверь за омегой закрылась, альфы перевели взор на фигуриста.

— Эх, до сих пор под впечатлением... — вздохнул врач сборной. — Теперь мимо омег хожу — и автоматически шаг в сторону делаю.

Юй Чжэ спросил:

— Брат, с чего вдруг ты уступил свою гримёрку чужому омеге?

Проигнорировав вопрос, Юй Янь обратился к спортивному врачу:

— Восемнадцатилетнему омеге нужны ингибиторы?

Тот решительно качнул головой:

— В таком возрасте подавляющие препараты только калечат организм. В сборной, если спортсмену нет двадцати, на каждый приём ингибиторов нужно специальное разрешение руководства.

Юй Янь промолчал.

Юй Чжэ, так ничего и не поняв, перевёл тему:

— Брат, я опоздал и не успел на твоё выступление... Но всё равно поздравляю! Ты установил новый мировой рекорд!

***

Внутри гримёрки Ло Чжиду приподнялся на кушетке. Голова слегка гудела, и потребовалось несколько секунд, чтобы лихорадочные воспоминания встали на свои места. Где он? Всеобъемлющий липкий страх, сжимавший грудь полчаса назад, рассеялся без следа.

Куртка соскользнула с его плеч. Окинув её недоумённым взглядом, юноша повернулся к спешащему к нему другу:

— Чучу... ты вколол мне ингибитор?

Лю Чу просиял и замахал руками:

— Нет! Ты справился сам! Я привёл врача, он осмотрел тебя и сказал, что приступ миновал.

— Правда? — удивлённо переспросил Чжиду. — Я просто поспал, и всё прошло?

Лю Чу подсознательно решил скрыть сцену, свидетелем которой стал: то, как Юй Янь баюкал юношу в объятиях.

— Именно! Отличный знак, Дуду!

— Это... гримёрка брата Яня? — тихо спросил Ло Чжиду.

— Ага. Пришлось посулить доброму волонтёру автограф Братца Ноги, чтобы он нас сюда впустил. Так что теперь я просто обязан вытрясти из фигуриста пару росписей.

Ло Чжиду кивнул:

— Я попрошу его, он не откажет. В конце концов, мы ведь заняли его комнату...

И тут его осенила мысль:

— А сам брат Янь не приходил?

Лю Чу запнулся на мгновение, прежде чем выдать:

—... Не-а.

— Опомнись! — Чжиду соскочил с кушетки. — Церемония награждения уже закончилась? А судейские баллы...

Лю Чу мазнул взглядом по экрану телефона:

— Угу. У Братца Ноги серебро. Трибуны побушевали, но без толку — арбитры решения не меняют.

Ло Чжиду прикусил губу:

— Увы, таков спорт...

Лю Чу потянул его обратно на кушетку:

— Посмотрим, разродится ли ISU официальным заявлением. В сети сейчас настоящая буря. Все фанатеют от Императора Су, но тут даже его поклонники возмущены. Как-никак, Бог Юй — наш бета, свой родной!

Ло Чжиду кивнул:

— Брат Янь всё равно вписал своё имя в историю страны. Его пятерной... — Он умолк, и лишь спустя паузу прибавил глухо: — Но следующего олимпийского цикла у него уже не будет.

Лю Чу тоже пал духом, но постарался бодриться:

— Да ладно тебе! Сколько ему сейчас? До тридцати-то он точно докатается. Это у парников спортивный век длинный — там катаются чуть не до сорока с лишним. А лучше всех вообще футболистам: какому-то альфе под пятьдесят, а он всё ещё основной вратарь. И гребёт миллионы, пока фигуристы сами за всё платят!

Ло Чжиду невольно улыбнулся:

— Средняя продолжительность жизни беты — полтора века. Обычные беты уходят на пенсию в сто лет, альфы — в сто десять. Так что пятьдесят — это почти юность!

В этот момент из внешней комнаты донеслись шаги и голоса. Дверь была заперта. Ло Чжиду вопросительно взглянул на друга, и Лю Чу шепнул, активно жестикулируя:

— Наверное, штаб Братца Ноги вернулся. Там целая толпа.

Звукоизоляция в гримёрке оказалась на высоте: глухой гул голосов вскоре затих, а минут через пять в дверь смежной комнаты тихо постучали.

Лю Чу поспешил отпереть. На пороге стоял Юй Янь.

— Брат Янь! — Ло Чжиду распахнул глаза.

Взгляд фигуриста задержался на лице юноши:

— Как себя чувствуешь? Всё в порядке?

Чжиду глубоко вдохнул:

— Да, всё прошло. Спасибо вам, брат Янь.

Он оглядел комнатку, но не нашёл своего букета — видимо, выронил где-то на трибунах.

Воздух между ними застыл. Лю Чу, обычно умевший разрядить любую обстановку, сейчас молча мёрз у стены.

— Брат Янь, мы попали сюда благодаря волонтёру... — смущённо выдавил Ло Чжиду.

— Да?

Чжиду несмело заглянул фигуристу в лицо. Логика подсказывала, что Юй Янь сейчас раздавлен несправедливым решением судей, и просить автограф в такой момент — вершина бестактности.

Но Лю Чу, отбросив стеснение, вклинился:

— Бог Юй, вы проделали невероятную работу! Можно попросить у вас автограф? Точнее, два — по одному для каждого из нас!

Ло Чжиду похлопал ресницами, гадая, помнит ли спортсмен, что уже расписывался для него:

— Тот парень из волонтёров — ваш преданный фанат. Он решил, что мы знакомы, и провожал нас...

Юй Янь слегка отступил:

— Хорошо.

Лю Чу моментально выудил из рюкзака блокнот с ручкой и подал фигуристу. На раскрытой странице пестрели наброски сценических костюмов — один из эскизов удивительно напоминал наряд, в котором не так давно выступал Чжиду.

Ло Чжиду заметил, как взор Юй Яня зацепился за рисунок, но уже в следующее мгновение фигурист перелистнул страницу на чистый разворот.

Чжиду подался вперёд и всё-таки добавил:

— Один автограф предназначается тому волонтёру... Он действительно очень помог.

Прохладный взгляд скользнул по его макушке. Юй Янь ровной рукой поставил три подписи и вернул блокнот Лю Чу.

— Брат Янь... — Чжиду пошёл за ним во внешнее помещение. — Мне нужно что-то подготовить к следующим дням?

Спросил — и осёкся. На столе хаотично лежали официальный талисман Зимней Олимпиады, букет и медаль. Серебряный диск отбрасывал холодные блики. Ло Чжиду крепко сжал пальцы в кулак.

Юй Янь остановился. Спустя пару секунд он обернулся и посмотрел юноше прямо в глаза:

— До показательных выступлений остаётся неделя. Репетиция — через пять дней. Не опаздывай.

***

День репетиции.

Затихшую после соревновательных баталий арену преобразили до неузнаваемости: под самым куполом смонтировали софиты и прожекторы, готовые расцветить ледовое полотно динамическими узорами и яркими сполохами.

Оргкомитет пригласил на показательные выступления сильнейших — первую шестёрку рейтинга в мужском одиночном катании альф, бет и омег, а также сильнейшие пары и танцевальные дуэты. Ло Чжиду ждал Юй Яня у борта. Вокруг сновали спортивные кумиры, которых он раньше видел разве что на экранах, а среди них — знакомые лица: Ван Цзыцзюнь и Чжао Лулу.

Чжао Лулу сияла от счастья:

— Лоло!

Ло Чжиду тепло улыбнулся в ответ:

— Сестра Лулу! Поздравляю с прекрасным результатом!

Парники национальной сборной действительно показали себя достойно. В одиночном катании альф китайские спортсмены в шестёрку не попали; среди бет блеснул Юй Янь, а представитель омег сорвал произвольную программу и зацепился лишь за шестую строчку. Зато в парном катании Китай взял серебро и четвёртое место.

Дуэт Чжао Лулу и Ван Цзыцзюнь остановился в шаге от пьедестала, а вторую ступеньку заняла первая пара страны — Е Аньрань и Цянь Синь.

— Ждёшь брата Юя? — поинтересовалась Ван Цзыцзюнь.

Чжиду кивнул:

— Ага, должен вот-вот подойти.

Мимо вереницей проходили фигуристы. Кое-кто из иностранных альф замедлял шаг, приветливо улыбаясь и маша ему рукой.

Мир фигурного катания тесен, спортсмены даже из разных стран знают друг друга в лицо. Ло Чжиду смотрелся здесь чужаком, но его утончённая, яркая красота невольно притягивала взгляды альф.

Ло Чжиду бесшумно отступил в тень, пытаясь стать невидимым. Похоже, его приняли за кого-то из оргкомитета.

Он покрутил головой в поисках Юй Яня, но вместо знакомого силуэта услышал бархатный голос с лёгким иностранным акцентом:

— Маленький поклонник?

Произношение с головой выдавало инородца.

Ло Чжиду замер и резко повернулся.

В нескольких шагах от него стоял золотистый блондин-бета с ультракороткой стрижкой «ёжик». Короткие волосы придавали его породистому, слегка вальяжному лицу резкую, чеканную мужественность.

Глаза Ло Чжиду расширились от изумления:

— Су...

Всего пару дней не виделись, а Сулиэр кардинально сменил имидж! От его пышных кудрявых локонов не осталось и следа!

— Здравствуй, малыш, — Император Су бросил снисходительный взгляд на ошивающихся поблизости альф, источающих избыток тестостерона, и криво ухмыльнулся. — Кого ждёшь?

http://bllate.org/book/35913/4698852