Готовый перевод The Mad Hero's Guide to Rule Horror / Псих в мире правил: Бесконечный кошмар: Глава 9

Хэ Линфэн рассмеялся в голос, а двое других выглядели так, будто тоже с трудом сдерживают смех.

Янь Шули спокойно окинул их взглядом, а затем перевёл глаза за окно — дождь к этому моменту уже заметно утих, и в небе забрезжили признаки прояснения.

Он искренне не понимал, как эти игроки вообще собираются побеждать.

Тем временем Жань Цюхун и его отец уже подорошли к входу в библиотеку. Странно, но снаружи царила безупречно ясная погода, и не осталось ни малейшего следа недавнего ливня.

Однако у Жань Цюхуна не было времени гадать, почему так произошло. Едва они перешагнули порог, как отец замахнулся и попытался съездить ему по лицу. Жань Цюхун среагировал молниеносно: отступив на шаг назад, он чудом увернулся от удара и намертво перехватил отцовскую руку.

Мужчина попытался вырваться, но сколько ни старался, у него ничего не вышло. Тем не менее Жань Цюхун не стал бить в ответ — он просто крепко держал его за руку, словно и не думая отпускать.

Прошло немало времени, и лишь когда в противнике окончательно угас боевой задор, он разжал пальцы:

— Завязывай. Пускай я понятия не имею, код ты или реальное существо, но что бы ты ни делал, я никогда тебя не прощу.

В тот же миг библиотекарь появилась снова. С сияющей улыбкой она произвела:

— Уважаемый, вы ведь не из нашей школы, верно? Вы отметились на вахте? Если нет, будьте добры пройти со мной к охране для регистрации.

Заметив это, отец Жань Цюхун сообразил, что здесь ему ничего не светит, бросил — «Я сейчас же ухожу» — и ретировался.

[Судя по внешности, это вроде как его родной отец. И как только у него рука поднимается быть таким бессердечным?]

[Забыл, что тот сказал отцу при первой встрече? На дворе вообще-то таймлайн средней школы, а взрослый мужик вымогает деньги у подростка… Причем руки-ноги на месте.]

[И до официального возраста трудоустройства ему тоже недалеко…]

Даже несмотря на то, что бегущие вверху строки комментариев встали на его защиту, на душе у Жань Цюхуна еще долго скребли кошки.

Он бросил взгляд на безоблачное небо, его мысли хаотично метались, а в голове один за другим всплывали кадры из прошлого.

Он забыл столько прекрасных моментов, но снова вспомнил бесчисленные трагедии, да и всю былую боль тоже стер из памяти.

Наконец чей-то оклик вернул его в реальность.

— Жань Цюхун.

Это звал Янь Шули.

Обернувшись, он убедился, что перед ним действительно Янь Шули. Собравшись с духом и силой воли вырвав себя из плена гнетущих эмоций, он как можно спокойнее спросил:

— Могу я узнать, какого чёрта он здесь забыл?

Жань Цюхун был прекрасно знаком с ситуацией в их семье, а потому знал и то, что Янь Шули не стал бы страдать подобным извращенным юмором.

Янь Шули вздохнул и пояснил:

— Можешь не сомневаться, внезапное появление твоего отца — не моих рук дело. Когда я создавал этот инстанс, я даже не думал включать его в сценарий. Раньше организаторы уверяли меня, что разработка полностью в моих руках, но, судя по всему, они нарушили своё слово.

Жань Цюхун нахмурился:

— А игроки? Их тоже ты отбирал?

Янь Шули покачал головой:

— Я отвечаю только за дизайн инстансов и свод правил. Всё остальное — не моя забота.

Жань Цюхун легко вздохнул.

По правде говоря, с самого начала ему ужасно хотелось узнать, кто именно затащил их сюда, и еще сильнее — кто обладает силой проворачивать подобные вещи.

Сначала он думал на босса подземелья. Но потом, видя общую дружелюбность этого места, отбросил эту догадку.

Обычно в романах причины возникновения правил в жанре страшных историй сводятся к двум вариантам: либо вмешательство высших измерений, либо превращение кого-то после смерти в лютого мстительного призрака, который расправляется с обществом с помощью этих самых правил.

Однако, во-первых, Жань Цюхун считал, что первую половину жизни прожил честно и смирно, никого не трогал, а когда других обижали — охотно помогал. Если бы даже при таком раскладе его притянул к себе злой дух, это было бы чистой воды незаслуженным несчастьем.

Во-вторых, Янь Шули, исполнявший роль босса подземелья, был жив-здоров и даже отдаленно не походил на человека, готового наложить на себя руки.

Поразмыслив над всем этим, он пришел к выводу, что единственное разумное объяснение — вмешательство высших измерений… Пожалуй, только так можно было объяснить, почему эту игру транслируют толпы зрителей, а в её жернова раз за разом затягивает неизвестное число игроков.

При этой мысле ему показалось, что его материалистическое мировоззрение вот-вот рухнет до самого основания и потребует полной перестройки.

В этот самый момент над библиотекой разнеслось объявление по громкой связи:

— Поздравляем игрока Жань Цюхун с раскрытием истинной природы игрового мира. В качестве награды через полчаса в игре откроется режим сюрприза.

Первая средняя школа Фэйхуа, глава 8.

Голос из громкоговорителя раздался снова как раз в тот момент, когда Жань Цюхун и Янь Шули покупали еду в столовой.

Школьное радио звучало куда лучше учебного корпуса, и никаких помех в эфире не наблюдалось:

— Внимание, игроки! Замечено, что в настоящее время основная сюжетная линия правил в вашем инстансе выглядит слишком пресной. Для улучшения игрового опыта мы подготовили для всех участников совершенно новое главное задание.

На этих словах Жань Цюхун услышал, как Янь Шули вздохнул.

Обернувшись, он заметил на лице Янь Шули тень глубокой печали.

— Что с тобой? — с любопытством осведомился он.

Янь Шули лишь тихо пробормотал:

— Ничего не поделаешь, всё-таки раскрыли. До чего же трудные нынче игроки пошли.

Выходит, боссы, состоящие не из цифрового кода, сплошь предатели? Жань Цюхун вытаращил глаза, но тут же поймал общую волну с Янь Шули.

Ведь когда он раньше изучал список всех боссов этого инстанса, живыми людьми там числились только они двое…

Понизив голос, Жань Цюхун перешел на чуть более иносказательный тон:

— Ты что, тоже игрок на втором круге прохождения? Неужели я тут единственный новичок, который играет впервые?

Янь Шули кивнул:

— Я не настолько благороден и совсем не претендую на роль лидера, поэтому не стал болтать об этом с самого начала.

Жань Цюхун с сомнением качнул головой:

— И что теперь всё это значит? Игра станет сложнее?

Не успел он договорить, как громкоговорители заговорили вновь:

— Внимание, игроки! Разминка окончена, производится перераспределение ролей.

В столовой внезапно вспыхнул ослепительный белый свет. Жань Цюхун невольно зажмурился и открыл глаза лишь тогда, когда сияние стало менее резким.

Они больше не находились в столовой — их вернули в библиотеку, в ту самую комнату, где распорядительница угощала их едой.

На сей раз в помещении оставались лишь они вдвоем да Ли Синьчэнь.

Увидев их, Ли Синьчэнь злобно бросил:

— Я так и знал, что вы двое раньше были боссами…

Он, судя по всему, собирался добавить что-то еще, но внезапно появившаяся женщина прервала его на полуслове:

— Хватит, угомонитесь оба и послушайте меня. Янь Шули, поскольку созданный тобой инстанс оказался слишком примитивным, организаторы принудительно вмешались, изменили часть настроек и выражают крайнее порицание твоим действиям.

Говорившая извлекла откуда-то пульт дистанционного управления и нажала на несколько кнопок, после чего на стене комнаты возникла проекция.

Янь Шули презрительно бросил:

— Создание подземелий — тяжелейший умственный труд. Вы же мне даже зарплату не платите! Мало того, что это нарушает трудовое законодательство, так у меня из-за этого вообще пропадает всякое желание трудиться. Какая оплата, такой и результат — то, что я вообще для вас что-то сотворил, уже проявление высшего милосердия.

Женщина развела руками:

— Но вы сейчас находитесь в психиатрической больнице. Если бы мы перечислили вам причитающееся вознаграждение, его тут же забрали бы родственники, с которыми вы не хотите иметь ничего общего. Поэтому мы задействовали кое-какие связи и перевели эти деньги в налоговую инспекцию в качестве подоходного налога.

Янь Шули приподнял бровь:

— И тем не менее вы меня не предупредили. Разве это не нарушение моего права на информацию?

Женщина усмехнулась:

— Если вы чем-то недовольны, можете подать на нас в суд после завершения этого инстанса — разумеется, если найдется хоть один адвокат, готовый вас защищать.

Жань Цюхун простоял в растерянности добрую пару минут, прежде чем до него наконец дошло, что вообще происходит.

Это была наглая, ничем не прикрытая провокация, чистейшее беззаконие. И поделать с этим они действительно ничего не могли… Стоило вспомнить, что всплывавшие перед глазами Жань Цюхуна комментарии зрителей исчезли в ту же секунду.

Ли Синьчэнь сообразил всё чуть раньше:

— Так объясните мне, с какой стати меня записали в команду к этим двум психам? Находиться в обществе двух сумасшедших — перспектива так себе, знаете ли.

Женщина снова щелкнула кнопкой на пульте:

— Штаб посчитал, что у вас есть потенциал босса, поэтому ваш статус изменили напрямую.

Жань Цюхун скривил губы:

— Если подумать, это всё меньше смахивает на видеоигру и всё больше — на бойцовых жучков в банке.

Улыбка не сошла с лица женщины:

— Вы абсолютно правы. Ну ладно, позвольте вкратце описать дальнейший порядок действий. Организаторы перевели этот инстанс в режим MMORPG. Вы трое продолжите играть роли учеников Первой средней школы Фэйхуа. Ваша задача остается прежней: убить в игре всех игроков враждующей фракции и одержать победу. Разумеется, можете не беспокоиться: гибель в виртуальном мире не означает смерть в реальности, так что лишний раз переживать не стоит.

Заметив, что женщина вроде бы закончила первую часть инструктажа, Жань Цюхун озвучил мучивший его вопрос:

— Но если вы вызывали нас на разговор поодиночке, разве это не прямой намек игрокам вражеской стороны, что мы — боссы?

Улыбка женщины стала шире:

— Насчет этого можете быть спокойны, столь примитивных ошибок мы не совершаем. В столовой перед остальными игроками мы уже сгенерировали ваши виртуальные копии на основе данных. Поскольку все вы толком не знакомы друг с другом, даже если где-то проскользнут нестыковки, они не заметят подвоха. Больше мне добавить нечего, разбирайте карты и изучайте сами, а у меня еще есть дела. Если останутся вопросы, посмотрите презентацию на проекции или спросите Янь Шули — он в этом деле разбирается лучше всех.

После ухода женщины трое молча уставились друг на друга. Карты никто даже не трогал — в комнате воцарилась долгая тишина.

Даже теперь, когда они стали подельниками, Жань Цюхун испытывал отвращение к любой попытке заговорить с Ли Синьчэнем.

Уж лучше обсуждать смысл жизни и высокие идеалы с какой-нибудь свиньей, чем вести диалог с Ли Синьчэнем.

Янь Шули вздохнул:

— У вас есть ко мне вопросы? Когда вернемся в игру, времени на разговоры уже не будет.

http://bllate.org/book/35815/4434632