Готовый перевод Miss Mermaid and Her Keeper / Моя прекрасная русалка: Глава 44

Гу Яо был из тех парней, у которых в голове вечно роился ворох самых причудливых мыслей. Стоило ему заметить, что Линь Фэн никогда в жизни не пробовал бабл-ти, как он тут же открыл приложение доставки. Для Линь Фэн заказал сладкий десертный напиток «Янгчжи Ганьлу» с манго и грейпфрутом, а себе — виноградный молочный коктейль.

Если у Чжао Шуцин и имелись изъяны, то крылись они в его чрезмерной учёности. От него веяло невыносимой скукой: ни увлечений, ни простых житейских радостей. Он мог трое суток напролёт сидеть перед монитором, строча очередную диссертацию, а из еды ему хватало пресных паровых булочек с копеечной маринованной капустой.

И какой прок от такой жизни?

— Ему просто нужен парень, — заявил Гу Яо, лениво потягивая коктейль через трубочку. — Появись у него хоть кто-то, он бы живо перестал вести это унылое существование.

Линь Фэн бережно сжал в ладонях стакан с золотистым напитком и, подражая новому другу, осторожно пригубил его через соломинку.

"Хм?"

"Сладко-то как!"

Линь Фэн так и просиял. Обхватив стакан обеими руками, он единым духом выдул половину. Гу Яо от неожиданности даже застыл с приоткрытым ртом.

— Стой-стой, его надо тянуть потихоньку, маленькими глотками, а не глушить как... воду...

Она не успела договорить — на дне стакана Линь Фэн сиротливо зашуршал лёд.

— Какая прелесть! — восторженно выпалил Линь Фэн.

Гу Яо перевела взгляд со своего едва начатого стакана на пустой пластик в руках Линь Фэн.

— Может... заказать тебе ещё парочку? — нерешительно предложила она.

Линь Фэн радостно закивал.

Когда курьер привёз ещё два стакана с новыми вкусами, восторгу Линь Фэн не было предела. На этот раз он сдерживал порывы и честно пытался цедить напиток медленно, как Гу Яо, время от времени прерываясь на короткие реплики.

Гу Яо находил его реакцию безумно забавной. Они устроились поудобнее и принялись вместе резаться в головоломки на планшете, то и дело меняя игры.

Но стоило Линь Фэн прикончить третью порцию, как он спохватился: Чжао Шуцин не было слишком долго. Подняв голову, он посмотрел на плотно закрытую дверь, насупился и повернулся к другу.

— А где Чжао Шуцин?

— Шуцин?.. Да он, наверное, до сих пор возится с кошкой, — послушно озвучил Гу Яо заранее заготовленную ложь. — Ты же знаешь, как он их любит.

Линь Фэн призадумался. Объяснение звучало разумно, но смутное беспокойство уже закралось в душу. Он снова опустил взгляд на экран, пытаясь сосредоточиться на игре, но мысли то и дело возвращались к Чжао Шуцин. Внимание рассеивалось, и каждые несколько минут он отвлекался, чтобы вновь и вновь спросить, куда подевался Шуцин.

У Гу Яо уже спина взмокла от напряжения. Внезапно его осенило. Он торопливо поднялся:

— Давай я пойду гляну, как они там. А ты пока подожди здесь, ладно?

Линь Фэн кивнул, прижимая к себе планшет. Время на игровом таймере истекло, но ему было всё равно — он не сводил тревожного взгляда с двери.

Вскоре Гу Яо вернулся, неся что-то в руках.

— Шуцин всё ещё занят с кошкой. Передавал, чтобы ты сидел смирно и никуда не уходил, он скоро освободится, — щебетал Гу Яо, усаживаясь рядом. Из-за спины он извлек яркий лоскут ткани. — Слушай, ты уже так долго в одном и том же ходишь. Я тут вспомнил, что когда-то купил отличный купальник и ни разу его не надевал. Мне кажется, тебе безумно пойдёт. Хочешь примерить?

Линь Фэн окинул взглядом предложенный наряд. Это был лиф-бикини в форме изящных раковин, расшитый речным жемчугом и крошечными декоративными морскими звёздами. Вещица выглядела симпатично, но сейчас Линь Фэн было совершенно не до нарядов.

Он упрямо мотнул головой, сощурился и повторил:

— Где Чжао Шуцин?

Гу Яо завис, мучительно соображая, как увести разговор в сторону. Однако его уловки не работали: Линь Фэн сидел набычившись, буравил взглядом прихожую и твердил лишь одно: «Где Чжао Шуцин?»

— Да уехал он... по делам ненадолго, — окончательно сдался Гу Яо. — Скоро вернётся, честное слово.

— Уехал? — Линь Фэн мгновенно подобрался. — Куда?

— В больницу, навестить своего преподавателя, — зацепился за спасительную ниточку Гу Яо. — Ты ведь никогда не видел его учителя?

Линь Фэн качнул головой.

Поняв, что наконец нащупал тему, которая способна занять гостя, Гу Яо торопливо пристроился поближе и принялся вбивать имя в поисковую строку.

— Профессор Шэнь — настоящая легенда в океанологии! — заговорил он, листая страницы. — Он стал первым человеком в нашей стране, который своими глазами увидел русалку. Вот, гляди.

Он протянул Линь Фэн смартфон, на экране которого была открыта интернет-энциклопедия.

Шэнь Цинмин действительно считался титаном науки. Помимо русалок, он посвятил жизнь изучению повадок глубоководных обитателей и тайн океанского дна.

Но стоило Линь Фэн взглянуть на снимок профессора, как дыхание его перехватило. На странице красовалось не только свежее фото пожилого мужчины, но и снимок сорокалетней давности, а рядом — знаменитый на весь мир кадр под названием «Силуэт русалки».

На размытом фото среди бескрайних волн угадывался изящный силуэт с копной светлых волос и взметнувшийся над водой ярко-синий хвост.

"Это же... тот самый человек?!"

Озарение ударило Линь Фэн с силой штормовой волны. Он мёртвой хваткой вцепился в телефон, вглядываясь в экран так жадно, словно пытался пробиться сквозь стекло.

— Где Чжао Шуцин?! — закричал он, и в его голосе зазвенела пугающая сталь.

Гу Яо отпрянул. До этого момента Линь Фэн казался ему безобидным, ласковым и забавным, словно милый домашний зверёк, который обожает плескаться в воде и клянчить сладости. Но сейчас от этого образа не осталось и следа. Хищный, дикий блеск в глазах русалки заставил сердце Гу Яо уйти в пятки.

"Вот почему Шуцин так отчаянно просил присмотреть за ним..."

Линь Фэн вскинул голову, и его тяжёлый, пронизывающий взор скрестился со взглядом Гу Яо. Тот инстинктивно подался назад, готовый бежать, но телефон всё ещё оставался в когтях русалки.

— Она... она в больнице, — едва выдавил Гу Яо дрожащим голосом.

— В больнице? — Линь Фэн нахмурился. Он прекрасно помнил это жуткое слово: его самого едва оттуда вытащили.

Не раздумывая больше ни секунды, он отшвырнул смартфон и рванулся с постели. Но стоило израненному хвосту коснуться пола, как резкая, пронзительная боль заставила его покачнуться. Лицо Линь Фэн мгновенно осунулось, став мертвенно-бледным. Он замер, ошеломлённо глядя на свои изувеченные чешуйки.

Гу Яо осторожно, кончиками пальцев потянул свой гаджет назад. Защитный чехол был безнадёжно раздавлен, но сам аппарат, к счастью, уцелел. Он шумно выдохнул. Слава богу, новенький смартфон, купленный на Новый год, не превратился в груду пластика.

Но едва он увидел, как Линь Фэн растерянно разглядывает свой окровавленный хвост, страх сменился щемящей жалостью.

— Слушай, — тихонько заговорил Гу Яо, присаживаясь рядом. — Шуцин просто поехал проведать старика. Побудет там немного и сразу вернётся. Тебе незачем так рваться.

Линь Фэн упрямо мотнул головой. Этот человек — лжец. Нельзя оставлять Чжао Шуцин наедине с ним ни на минуту.

Стиснув зубы, он посмотрел на изуродованные плавники и упрямо решил подняться во что бы то ни стало.

Гу Яо с содроганием наблюдал, как русалка сползает с матраса и пытается опереться на хвост, упрямо продвигаясь к двери. Едва затянувшиеся раны мгновенно разошлись, и на чистых белых бинтах проступили багровые пятна свежей крови. У Гу Яо даже в глазах потемнело от чужой боли.

— Да стой же ты, глупый! — не выдержал он.

Сердце окончательно сжалось от жалости. Схватив стоящую в углу сложенную инвалидную коляску, Гу Яо с грохотом разложил её и вздохнул:

— Куда ты в таком виде поползёшь? Садись, я сам тебя отвезу.

Линь Фэн замер, оглянулся через плечо. Боль в хвосте действительно становилась невыносимой. Рассудив, что так будет быстрее, он послушно перебрался на сиденье.

Гу Яо уже покатил коляску к выходу, когда Линь Фэн заерзал и запричитал: «Хвост! Хвост!» Только тогда Гу Яо спохватился и накинул ему на колени плотный плед, надёжно скрывая чешую от посторонних глаз.

По пути Линь Фэн заметил, что они едут совсем не туда, где он был раньше, и с подозрением оглянулся. Гу Яо вздохнул и принялся терпеливо объяснять: то, прошлое место, было ветеринарной клиникой для животных, а профессор Шэнь — человек, так что искать его нужно в обычной, человеческой больнице.

Линь Фэн озадаченно насупился.

"Как же сложно у этих людей..."

***

Тем временем Чжао Шуцин уже сидел в больничной палате. Он приехал довольно давно, но, застав профессора Шэнь Цинмина спящим, решил не будить его и тихо устроился на стуле в углу.

Одиночная палата находилась в самом конце тихого коридора, так что сюда почти не долетали звуки больничной суеты.

Спустя некоторое время пожилой мужчина на койке завозился и медленно приоткрыл веки, сразу заметив дежурившую у постели ученицу.

— А, это ты... — негромко произнёс Шэнь Цинмин. — Давно здесь? Что же не разбудила?

Шэнь Цинмин слабо улыбнулся. Чжао Шуцин помог ему приподняться и заботливо подложил под спину подушку.

— Вы так крепко спали, профессор, я не решилась вас тревожить.

Устроившись поудобнее, старик вздохнул:

— Да уж, выдалась безумная ночь, совсем не удалось отдохнуть. Сюй Тан ушла совсем недавно, и я сразу отключился. — Он перевёл взгляд на Шуцин. — Сама-то обедала?

— Конечно, — с улыбкой отозвался Чжао Шуцин. — Не беспокойтесь обо мне, профессор. Я уже взрослый парень, проголодаться не успею.

Шэнь Цинмин негромко рассмеялся, но взгляд его быстро посерьёзнел. Он долго смотрел на Шуцин, прежде чем заговорить снова:

— Твоя научная работа... Она великолепна. Всё разложено по полочкам, учтена каждая мелочь. Скажи, ты действительно твёрдо намерен её опубликовать?

— Хм? — Чжао Шуцин удивлённо приподнял брови. — А разве статьи пишутся не для публикации?

— Но это первый в мире полноценный труд о русалках, — мягко возразил Шэнь Цинмин. — Стоит ему выйти в свет, как он окажется под пристальным вниманием всего научного сообщества. На твои выводы будут опираться все последующие изыскания, на этой базе начнут строить новые теории и запускать масштабные проекты.

— Но ведь в этом и заключается суть науки, разве нет? — недоумевал Чжао Шуцин. — Мы делимся открытиями, чтобы другие могли использовать их как фундамент.

В глазах Шэнь Цинмина промелькнуло смятение. Он долго молчал, собираясь с мыслями, и наконец выдавил:

— А что, если... если все твои данные в корне ошибочны? Если природа этих существ совершенно иная, а все твои колоссальные труды окажутся напрасными?

Чжао Шуцин озадаченно склонил голову набок.

— Профессор, к чему эти сомнения? Мои расчёты точны, откуда там взяться ошибке?

Шэнь Цинмин до крови прикусил сухую, потрескавшуюся губу. Его пальцы судорожно вцепились в больничную простыню, сминая ткань.

— Я просто рассуждаю теоретически, — выдавил он натянутую улыбку. — Твоя работа заложит основу для целого направления. Любая неточность уведёт последователей по ложному следу. Я лишь хочу, чтобы ты взвесила всё ещё раз.

Чжао Шуцин согласно кивнул:

— Вы правы, я обязательно перепроверю выкладки. Но уверяю вас, погрешность исключена. Перед сведением таблиц я лично провела тройной контроль. Вероятность сбоя ничтожно мала.

Шэнь Цинмин отвернулся к окну и в бессилии зажмурился.

Он прекрасно понимал: к этой работе прикованы взгляды ведущих лабораторий планеты. Стоит статье выйти, и человечество утвердится в мысли, что русалки — всего лишь очередная тупиковая ветвь эволюции. Да, они имеют человеческие черты и грозный рыбий хвост, да, они опасны в своей стихии, но на суше становятся жалкими и беспомощными.

Хвост мешает им ходить, без воды они быстро слабеют.

"Обычные животные. Просто крупные, разумные рыбы."

"Они не представляют угрозы для цивилизации."

Но так ли это на самом деле? Не станет ли публикация Чжао Шуцин величайшим обманом века?

Шэнь Цинмину было страшно даже думать об этом. Ему пошёл седьмой десяток, здоровье стремительно сдавало, и финала этого противостояния видов он уже не застанет.

Но Шуцин... Он так молод. Ему предстоит долгая жизнь. Если его труды навлекут катастрофу на человечество, сможет ли он нести на своих плечах клеймо предателя собственного вида?

Эта мысль разрывала сердце старого учёного на части. Он метался в тисках неразрешимого противоречия и не находил выхода.

— А если... — Шэнь Цинмин заговорил снова, и голос его заметно дрожал. — Если твой путь изначально был ложным? Если в самом конце пути ты поймёшь, что потратила жизнь впустую, гоняясь за красивой иллюзией... Сможешь ли ты примириться с этим?

Чжао Шуцин на мгновение опешил. Поведение наставника казалось необъяснимым и пугающим.

Тем не менее, он обдумал его слова и спокойно ответил:

— Да. Я смогу это принять.

http://bllate.org/book/35771/4912439