Готовый перевод Dawn Coal Ball / Рассвет: Фальшивые клятвы и цена любви: Глава 13

— Тан Сяо.

Возможно, Сун Цзиянь уже вдоволь нагневся, потому что теперь выражение его лица выглядело куда более мирным. Он слегка подался вперед и окликнул Тан Сяо, явно собираясь сказать что-то на ухо. Тан Сяо тоже подался к нему навстречу.

Лицо Тан Сяо все еще сияло радостью, и уголки губ Сун Цзияня невольно тронула легкая улыбка.

— Хочешь, чтобы я спал с ним в одной постели? — прошептал он прямо на ухо Тан Сяо, но голоса вовсе не понизил — говорил с такой громкостью, чтобы каждый мог расслышать. — Тогда, как только ты уснешь, я сверну ему шею.

Сун Цзиянь выпрямился, внимательно вгляделся в лицо Тан Сяо и с улыбкой добавил:

— Слово держу.

Чжао Ху рывком вскочил с постели:

— Чего ты сказал?! Сукин сын! Смеешь повторить?!

Тан Сяо тоже страшно перепугался и поспешил встать между ними:

— Нет-нет, он не это имел в виду!

Сун Цзиянь лишь усмехнулся:

— Тебя отходили палками, так что и слух отшибло?

— Ах ты твою мать! Неужели на свете больше нет законов?! — Чжао Ху засучил рукава. — Мелкий ублюдок, посмей только тронуть меня хоть пальцем! Не поверю я —

Тан Сяо испуганно замахал руками, пытаясь их урезонить:

— Хватит, перестаньте ругаться...

— Законы? — Сун Цзиянь холодно фыркнул. — Если ты вообще знаешь, как пишется слово закон, с какой стати смеешь таскаться с бандами хулиганов и выбивать плату за защиту? На халяву жрешь в трактирах? Что, здешние законы пишутся через твою фамилию Чжао?

— Какую чушь ты несешь?! С чего это я выбивал?! Каким глазом ты это увидел?! — Чжао Ху наступили на любимую мозоль, и он мгновенно взбеленился. — Спроси этого Тан! Разве я хоть раз недоплатил ему за еду? Всё же вычитается из арендной платы! Я, между прочим, второй молодой господин из рода Чжао, стану я зариться на твои гроши?! Эй, хотя в одном ты прав! — Чжао Ху попытался через Тан Сяо протянуть руку и ткнуть Сун Цзияня в грудь. — Этот закон носит мою фамилию Чжао! А знаешь, чем занимается мой старший брат?!

— Всё! — сердце Тан Сяо гулко ёкнуло, и он оттолкнул обоих руками. — Хватит ссориться! Разве дело не в том, что вы не хотите спать на одной кровати?

Обе стороны свирепствовали, с обеими связываться не стоило.

Дрожащим голосом Тан Сяо произнес:

— Тогда... не будем спать вместе. — Он поочередно посмотрел на обоих и, поколебавшись, всё же склонился к своим. Обратившись к Чжао Ху, он сказал: — Тогда ты... будешь спать со мной на подстилке на полу, я найду тебе еще один матрас. У Сун Яня раны, ему нельзя простужаться...

Лицо Сун Цзияня переменилось:

— Исключено.

А Чжао Ху и вовсе взревел:

— На чем спать?! Это я, великий Чжао Ху, буду спать на полу?! Погодите, у него раны? Где это он ранен? А ты не видишь, что у меня башка разбита и кровь ручьем?!

Мысленно Тан Сяо подумал: так тебе и надо, а вслух с непреклонным видом рубанул:

— Решено. Всё равно осталась всего пара дней, комната тесная, потерпите как-нибудь. Если ты еще хоть слово скажешь против... — Тан Сяо попытался припугнуть Чжао Ху, — то вали на все четыре стороны и ищи себе другое жилье, я тебя больше не держу.

Лицо Чжао Ху несколько раз сменило выражение, и на какое-то время его действительно удалось угомонить. Сам он еще что-то бормотал под нос, но буянить перестал. Зато Сун Цзиянь помрачнел пуще прежнего, и вид у него был крайне недовольный.

Будет он доволен или нет — какая разница. Где ложился раньше, там и ляжет, Тан Сяо вообще толком не понял, из-за чего тот злится.

Главное, что стоило потерпеть два дня, и сэкономишь за три месяца аренды. Тан Сяо, вспомнив об этом, до сих пор считал, что сорвал куш. Какое там расстелить подстилку на полу — если бы Чжао Ху вздумалось улечься прямо на прилавке с вонтонами, Тан Сяо зубами бы выгрыз, но постель ему организовал.

Воспользовавшись тем, что солнце еще светило вовсю, Тан Сяо перерыл весь дом вверх дном и наскреб еще одно ватное одеяло. Он вывесил его на бамбуковый шест, как следует просушил на солнце, а потом еще долго колотил палкой.

Ночью в тесной комнате на полу пришлось тесниться двум постелям. Комнатка и без того была крошечной, а если отнять место, занятое столом, стульями и шкафом, пространство заполнилось почти до отказа — шагу ступить нельзя, того и гляди на кого-нибудь наступишь.

— И как тут спать, всё же жестко, — ворчал Чжао Ху, ворочаясь с боку на бок на подстилке.

Тан Сяо услышал, но крепко зажмурил глаза и притворился глухим. Сун Цзиянь тихонько лежал на кровати спиной к краю, не разобрать было, спит он или бодрствует, и звуков не издавал.

— Твое одеяло слишком толстое, оно что, зимнее? — Чжао Ху полежал немного и снова принялся качать права. — И воняет как-то странно. — Он подтянул одеяло к носу, понюхал, а затем нагло потянул за край одеяла Тан Сяо и принюхался к нему. — Не хочу укрываться этим, давай меняться, хочу твое.

У Тан Сяо, обладай он даже ангельским терпением, оно бы лопнуло. Крепче вцепившись в собственное одеяло, он хмуро бросил:

— Жарко — иди спи во дворе, там прохладно.

— Тц. — Чжао Ху утих ненадолго, а потом снова завел шарманку: — Не в укор будь сказано, но почему у тебя в комнате так светло? Разве окна не закрываются? И как при таком свете можно уснуть? — С этими словами он откинул одеяло и приподнялся на локте. Окно как раз находилось на расстоянии вытянутой руки, и он протянул руку, чтобы толкнуть подпорку.

Палец еще не успел коснуться дерева, как в комнате раздался резкий свист рассекаемого воздуха.

— А-а! — в следующую секунду разнесся вопль Чжао Ху.

— Что такое?! — Тан Сяо в испуге вскочил и увидел, что Сун Цзиянь тоже сел на постели. Лунный свет падал аккурат на его изголовье, лицо парня было холодным как лед, и он бесстрастно смотрел на Чжао Ху.

— Какая дрянь в меня прилетела?! — орал Чжао Ху, одной рукой растирая плечо, а второй шаря по полу. Нащупав какой-то мелкий предмет, он поднял его к свету и разглядел кругленькую гладкую гальку.

Тан Сяо сразу же узнал этот камешек: когда он забавлялся с маленькой Сяо Тао из семьи невестки Цин, та подарила его ему. Вернувшись домой, он небрежно бросил его на полочку у кровати.

— Это ты?! — Чжао Ху с первого взгляда уставился на Сун Цзияня, и гнев в нем вспыхнул с новой силой. — Ах ты сукин сын, чего ты вечно ко мне цепляешься! — С этими словами он яростно швырнул камешек в Сун Сязияня, но Тан Сяо на лету поймал его обеими руками. Сун Цзиянь поднялся с кровати и, возвышаясь над Чжао Ху, холодно произнес:

— Не хочешь спать — вали отсюда.

— Ты! — Чжао Ху ткнул в Сун Цзияня пальцем, но сообразив чуть с опозданием, вытаращил глаза. — Эй? Ты владеешь боевыми искусствами? Этот твой фокус только что... ты что, умеешь драться?!

Запнувшись на полуслове, он вдруг замер, поднял обе руки и закрыл ими лицо, оставив лишь узкую щелочку. Через эту щель снизу вверх он принялся внимательно разглядывать силуэт Сун Цзияня, вырисовывающийся в полумраке.

— Мать твою! Так это ты?! — Чжао Ху внезапно пришел в крайнее возбуждение. — Это ты, гаденыш, надел на меня бамбуковую корзину и отметелил в переулке?!

Тан Сяо перепугался до смерти и тут же выскочил вперед:

— Нет! Ни за что! В тот день, когда тебя побили, он был со мной!

По сравнению с ним главный виновник выглядел донельзя невозмутимо. Сначала он неторопливо бросил взгляд на Тан Сяо, затем повернулся обратно — напускная напряженность с его лица мгновенно исчезла, сменившись полуулыбкой.

— Понятия не имею, о чем ты толкуешь.

— Ах ты сволочь! Сделал — так имей смелость признаться! Точно ты! — Чжао Ху рассвирепел так, что из ушей буквально шел дым, и в один миг вскочил на ноги. — И ты! По фамилии Тан! Говорю тебе, укрывательство — это соучастие! Нет... какое укрывательство, ты наверняка тоже там был! Вы точно вдвоем всё подстроили! Я-то думал, с чего это мы все четверо вдруг повисли под мостом! Оказывается... оказывается, это ваших рук дело. Прекрасно, теперь понятно: стоило мне уйти от вашего прилавка днем, как вы уже положили на меня глаз?!

— На каждого злодея найдется своя расплата. — Сун Цзиянь слегка прищурился. — Ты хоть можешь сосчитать, сколько у тебя врагов?

— Хватит нести чушь! — Чжао Ху ткнул в Сун Цзияня пальцем и заорал во всю мочь: — Смеешь связываться со мной! А знаешь, кто мой старший брат?! Мой брат — главный стражник в уездной управе! Стражник, понимаешь?! Глава всех ловцов! Посмел избить меня до такого состояния! Я заявлю на тебя в уезд, я тебя посажу! — выкрикнув это, Чжао Ху снова ткнул пальцем в собственный замотанный тряпкой лоб.

Услышав такое, Тан Сяо слегка запаниковал и поспешно вмешался:

— Давайте поговорим спокойно...

Сун Цзиянь внезапно протянул руку и легонько сжал ладонь Тан Сяо.

Прикосновение было совсем легким, но Тан Сяо от неожиданности подскочил. Оборвав фразу на полуслове, он тут же повернулся к Сун Цзияню и торопливо выдернул руку.

Их взгляды на мгновение встретились, Сун Цзиянь чуть помедлил, а затем снова перевел глаза на Чжао Ху:

— Ищешь старшего брата? Прекрасно, иди. Прямо сейчас.

Тан Сяо испуганно ухватился за рукав Сун Цзияня и тихонько прошептал:

— Не подначивай его.

Сун Цзиянь слегка склонил голову и посмотрел на руку Тан Сяо, вцепившуюся в его рукав.

— Я... — Чжао Ху неожиданно запнулся. — С какой стати мне тебя слушать? Ты кто такой? Что скажу, то и будет?

— М-м, дай-ка угадаю, — Сун Цзиянь принял задумчивый вид. — Ты вовсе не хочешь идти к брату? Или не можешь? Второй молодой господин из рода Чжао вдруг прибежал к арендаторам и требует приюта — неужели твои бесчинства вскрылись, и семья Чжао вышвырнула тебя на улицу без гроша в кармане?

Лицо Чжао Ху мгновенно залилось багрянцем, на нем застыло выражение человека, которому насильно затолкнули в рот ком грязи.

Сун Цзиянь холодно улыбнулся:

— Рана на твоей голове получена явно не от побоев в переулке. Надо же, неужели это твой любящий старший брат приложился? Или отец? Похоже, нравы в клане Чжао не все поголовно под стать тебе.

Губы Чжао Ху задрожали, он замолк. Спустя долгое время он снова вытаращил глаза и указал на Сун Цзияня:

— Ты что сейчас сказал?! Откуда тебе знать, что меня отоварили не в переулке?! И ты еще смеешь утверждать, что это не твоих рук дело?! — Он повернулся к Тан Сяо. — Слышал, он только что сам во всем признался?

Тан Сяо, не задумываясь, встал на защиту своего:

— Ничего подобного!

Сказав это, он сам сообразил, что сморозил глупость, и поспешно попытался исправиться:

— С чего ты взял? Т-ты же висел под мостом, все зеваки видели! Разве тогда у тебя дыра в голове была? Это у тебя... чистой воды новая травма, получена позже.

— Ах вы, бессовестные лжецы! Сговорились, оба два! — Чжао Ху затряс пальцем, но указывать на Сун Цзияня не посмел, так что перенес весь гнев на Тан Сяо. — Я сегодня же вечером —

Сун Цзиянь заслонил собой Тан Сяо. Стоило ему чуть приподнять руку, как Чжао Ху тут же испуганно отпрыгнул в сторону.

— Ты когда-нибудь заткнешься? — у Сун Цзияня явно иссякало терпение. — Не хочешь спать — проваливай, не мешай другим отдыхать.

http://bllate.org/book/35746/4424012