Готовый перевод The Prince's Male Concubine / Пленник холодного князя: Игры в тени дворца: Глава 11

Когда Хо Яо вернулся после купания и смены одежды, Ли Юйбо уже лежал в постели и вяло произнес:

— Ванъе, похоже, моя конституция слишком слаба для таких сильных лекарств. Выпив ту ночную отвару, я почувствую себя нехорошо. Боюсь, сегодня я не смогу послужить вашему высочеству.

С точки зрения Ли Юйбо, чтобы избежать трагического конца оригинального персонажа, существовало по сути два пути: первый — бежать из княжеской резиденции и скрываться на краю света, второй — сбросить с себя личину шпиона и заставить Ван Ляна поверить, что он вовсе не человек наследного принца.

Сейчас он находился в Резиденции Лян-вана, где на каждом шагу его окружала целая дюжина слуг, так что шансы на побег были ничтожно малы. Первый путь в данный момент выглядело крайне трудноосуществимым.

Значит, следовало подготовить запасной план. До тех пор, пока он не станет совершать поступки оригинала — например, пытаться соблазнить Ван Ляна, тайком проникать в его кабинет или передавать весточки наследному принцу, — у Ван Ляна не останется никаких причин считать Ли Юйбо лазутчиком.

Поэтому Ли Юйбо решил создать себе образ добродетельной супруги: на словах неустанно твердить Ван Ляну я твой человек, а на деле — без крайней необходимости не предаваться плотским утехам.

Хо Яо с первого же взгляда раскусил фальшивую болезнь Ли Юйбо. Играл тот неубедительно, да к тому же в уголке рта у него еще оставались крошки от марципанового печенья с финиками. Сам он обычно почти не перекусывал сладостями и никак не мог взять в толк, как кто-то может быть настолько падким до еды.

Так или иначе, Хо Яо сразу понял: Ли Юйбо вовсе не жаждет ему услужить. Впрочем, он и сам не собирался исполнять супружеский долг на самом деле — на свете еще не родился человек, способный растревожить сердце Ван Ляна.

Просто Хо Яо находил забавным подразнить этого фальшивого шпиона, ему нравилось наблюдать за смущенным и донельзя милым видом Ли Юйбо. Он протянул руку к лицу Ли Юйбо и коснулся его правого уголка губ — кожа оказалась на удивление мягкой.

Ли Юйбо остолбенел и замер от страха, не смея даже дышать, решив, что Хо Яо намерен взять его силой.

Великие небесцы, да моя жемчужная чистота сегодня пойдет прахом, ууу!

Кто бы мог подумать, что Хо Яо лишь едва заметно, словно лепесток, коснулся его губ, а затем тут же отдернул руку.

Страшно-то как, сердце вот-вот из груди выпрыгнет!

А ведь он даже не догадывался, что Хо Яо всего-навсего смахнул крошки марципанового печенья с его рта. Голос Хо Яо прозвучал глухо:

— Раз уж тебе сегодня нездоровится и ты не можешь послужить этому вану, тогда этот ван послужит тебе.

Чего?! Опять? И непременно сейчас! До того ли он голоден?

А в книге черным по белому неоднократно подчеркивалось, что Ван Лян устремлен всей душой к власти и чужд любых мирских помыслов!

Ли Юйбо в панике сжался в комок, страшась, что ванье набросится на него свирепым тигром. Он осторожно пробормотал:

— Не стоит, не стоит. Моя жизнь дешевле грязи, как я смею утруждать ванье? Прошу вас, отправляйтесь ночевать в Жунчуньтан, а как только я поправлюсь, то непременно послужу вашему высочеству.

Мало того что не собирается прислуживать, так еще и выгоняет!

Хо Яо присел на краешек постели, перехватил Ли Юйбо за тонкиие белые запястья и проговорил голосом демона:

— Любимая наложница заболела, неужто этот ван может бросить ее в беде? Подвинься-ка ближе к стене.

Запястье Ли Юйбо в руке Хо Яо испуганно дрогнуло, словно лапка перепуганного крольчонка.

Хо Яо аккуратно уложил запястье Ли Юйбо под одеяло, отпустил руку, бережно подоткнул края и впился в него ледяным взглядом от которого у Ли Юйбо затылок покрылся мурашками. Чистой воды деспотизм и издевательство сильного над слабым.

Ли Юйбо пришлось оставить свои планы, послушно сдвинуться к стене и уступить Хо Яо место.

Ван Лян и вправду оказался невероятно подозрительным и себе на уме: и на кушетку Ли Юйбо не отпустил, и сам уходить в Жунчуньтан не пожелал. Разве спать одному на огромной кровати плохо? Обязательно нужно тесниться вдвоем на…

Впрочем, кровать и правда оказалась просторной, тесноты не чувствовалось, и постель была очень мягкой.

Так вот что ванье имел в виду под услужением — просто лечь на одну кровать. Ложная тревога.

Устроившись на постели, Хо Яо задал вопрос, прекрасно зная ответ заранее:

— Чему ты научился сегодня у матушки У?

Ли Юйбо потерял дар речи. И надо же ему было заводить эту тему!

У матушки У познания в той самой сфере оказались совершенно девственно чистыми, сколько бы Ли Юйбо не пытался выведать хоть что-то обинуками, ничего путного добиться не удалось. Но не станет же он спорить об этом с Хо Яо, поэтому пришлось отделаться общими фразами:

— Учился правильно заботиться о ванье, узнал ваш распорядок дня. Верю, что под руководством матушки У в будущем смогу окружить ванье самым лучшим уходом.

Хо Яо повернулся набок, подпер голову рукой, глядя на Ли Юйбо, и на его губах заиграла загадочная полуулыбка:

— Раз у тебя есть такое стремление, это просто прекрасно.

Стоило Ли Юйбо встретиться взглядом с Хо Яо, как его тут же окатила волна ледяного давления, от которой в груди защимило и стало трудно дышать. Он опустил ресницы, думая про себя: умоляю, отвернись, перестань пялиться на меня!

— Этот ван выглядит настолько устрашающе? — голос Хо Яо казался полным эха, оно гуляло по всей комнате, застревая прямо у Ли Юйбо в ушах.

До чего же жуткий человек, обязательно требует, чтобы на него смотрели.

Ли Юйбо пришлось снова поднять ресницы и уставиться на Хо Яо. Когда Хо Яо молчал, его глубокий, как океан, взгляд, тонкие сжатые в нить губы и строжное выражение лица внушали невольный трепет.

Ли Юйбо украдкой перевел взгляд на нос и губы Хо Яо — стоило лишь избегать прямого зрительного контакта, как напряжение немного отступало. Он принялся льстить:

— Ванье красив и невероятно обаятелен, это я от природы трусоват и не смею смотреть людям в глаза. Кто вообще способен понять всю боль социофоба?

Хо Яо оставил это без ответа и спросил:

— Сегодня твой первый день в Резиденции Лян-вана, сильно ли здесь всё отличается от твоего дома?

Ли Юйбо, попавший в книгу совершенно внезапно, пробыл в Резиденции Ли всего чуть больше часа и толком ничего не распробовал, как тут сравнивать? Припомнив сегодняшнюю жизнь в резиденции — а жилось ему там на удивление сладко, — он выпалил:

— Кабан по-доньцзюски, которого подали сегодня в резиденции на обед, был просто восхитителен! Это самое вкусное тушеное мясо, что я когда-либо пробовал! Его тушили так долго, что оно таяло во рту, ароматное, нежное, жирное, но совсем не противное — стоило откусить кусочек, как мясо само скользило внутрь.

Он шумно сглотнул слюну, чувствуя, что не наелся, и был готов умять еще целую тарелку.

Ли Юйбо воодушевленно продолжил:

— А арбуз, который давали после полудня, такой сладкий! Даже жара летняя не так чувствуется! И еще, еще марципановое печенье с финиками просто пальчики оближешь!

Стоило зайти разговор о еде, как его глаза засияли звездами — перед ним сидел самый обыкновенный, не ведающий забот подросток. Хо Яо даже сам не заметил, как заразился его настроением, на его губах появилась легкая улыбка, и он произнес:

— Все эти мелочи не стоят внимания, ешь сколько душа пожелает.

И при этом, как бы сильно Ли Юйбо ни любил поесть и как бы много ни поглощал пищи, сам он оставался стройным и тонкими, двигаясь легко, словно дуновение ветра — поистине человека не судят по внешности, а море не измеряют черпаком.

— Сегодня мы с матушкой У еще договорились, что завтра устроим партию в маджонг. Я пока не очень хорошо умею играть, так что они обещали меня научить.

Раз уж выпало жить здесь, придется приспосабливаться. Раз уж сбежать пока не получается, нужно хотя бы постараться проживать каждый день с радостью.

http://bllate.org/book/35732/4421940