Готовый перевод Mr. Sleep Paralysis and the Floating Organism / Господин Кошмар и Планктон: Глава 7

Хорош же этот лживый, хитрый пройдоха! Чуть не попался на его удочку!

Шан Цзинь молча глубоко вдохнул и выдохнул несколько раз, решив с этого момента, что бы тот ни говорил и ни делал, он сохранит невозмутимость и отреагирует с хладнокровием. Ни за что не позволить этому проклятому призраку снова преуспеть!

— Раз ты и сам живешь так трудно, почему бы тебе не поискать кого-нибудь другого? Чего ты привязался ко мне со своими поборами? Очевидно же, что затраты превысят прибыль, — с деланным безразличием предложил Шан Цзинь.

Услышав это, призрак шевельнул глазными яблоками и перевел взгляд на гардеробное зеркало в углу гостиной.

Возможно, всё было действительно так, как он говорил: их существование отличалось от того, как его обычно представляют и понимают люди — у них не только имелся едва заметный силуэт, но и зеркала отражали их истинный облик.

Призрак посмотрел на собственную фигуру и внешность в зеркале, и его глаза слегка опустились, выказав, к явному удивлению Шан Цзиня, толику уныния и досады.

Призрак медленно произвел:

— Из-за того, что от природы у меня низкосортная внешность, на эту работу мне приходится тратить гораздо больше сил и средств, чем другим коллегам.

Что?

Низкосортная внешность?!

Этот призрак снова нёс какую-то чушь, которую Шан Цзинь был не в силах понять.

Шан Цзинь и сам не удержался — вытянул шею и заглянул в зеркало.

Если не считать мрачной ауры, безжизненного цвета кожи и чересчур контрастных, чёрно-белых глаз, призрак в зеркале выглядел совершенно как красивый, статный мужчина.

Впрочем, Шан Цзинь вовсе не собирался сообщать ему о своих мыслях.

— Но те твои отвратительные... — Шан Цзинь провел рукой по собственному лицу, сообразил, что это не то, и снова замахал руками в сторону призрака. — Все эти белки глаз, электронные голоса и прочее, что тогда внезапно расплавилось...

— Это были сменные спецэффекты, но все они имеют ограничение по времени. Срок истекает — и всё возвращается к первоначальному виду, — сухо пояснил призрак.

Понятно, если перевести на язык человеческого мира: призрак выглядел слишком «уродливо», недостаточно «привлекательно» (пугающе), поэтому ему приходилось полагаться на косметические фильтры, чтобы стать «красивым».

Неудивительно, что он то и дело менял обличья.

Столкнувшись с таким разительным контрастом, Шан Цзинь на мгновение лишился дар речи.

Но стоило вспомнить, что все эти спецэффекты предназначались для того, чтобы запугивать его самого, как стоящий перед ним «уродливый» (красивый) призрак уже не казался таким уж страшным, и он злорадно изрек:

— Если сравнивать по большому счету, ты ведь тоже ненамного лучше меня. Столько времени вертишься, а всего лишь низшая единица — зря только старался.

И с какой стати тебе смотреть свысока на мою работу и мою жизнь?

Подумав так, Шан Цзинь почувствовал, как у него отлегло от сердца.

Призрак снова перевел взгляд своих похожих на стеклянные шарики глаз из зеркала на Шан Цзиня, с тем же бесстрастным лицом неторопливо произнес:

— Зато у меня есть официальное трудоустройство.

Эти его слова обладали такой сокрушительной силой, что Шан Цзинь схватился за грудь и долго не мог подобрать возражения.

Шан Цзинь, конечно же, не собирался заключать сделку с призраком, хотя этот Господин Призрак и предлагал предоставить соразмерную плату.

Например, он мог бы попугать людей, которые Шан Цзиню неприятны.

Или, к примеру, воздействовать на человеческие эмоции особыми, свойственными призракам способами, чтобы начальство реже ругало Шан Цзиня за опоздания или ошибки.

— А он может сделать так, чтобы мои опоздания просто не фиксировали, или чтобы в конце месяца премию не урезали? — спросил Шан Цзинь.

— Нет, — ответил призрак.

— Тогда об этом не может быть и речи, — решительно отказался Шан Цзинь.

Ведь требование призрака заключалось в том, чтобы Шан Цзинь сопровождал его на поиски других людей, способных производить Духовное тело, а заодно выступал его экспертом-оценщиком: изучал, брал на вооружение и применял на практике чужие страшные, пугающие образы и методы.

В конце концов, Шан Цзинь был человеком и куда лучше понимал, чего именно боятся люди.

— Столь неискренняя и неравноправная сделка — ты кого за дурака держишь... то есть, кого ты вообще пытаешься обмануть?

Оставим в стороне вопрос о том, хлопотно это дело или нет, — Шан Цзинь просто ленился, но дураком не был.

— Ты ведь просто хочешь попутно использовать меня как запасной пучок лука-порея? Чуть что — и меня можно будет срезать пару раз. Твои хитроумные планы по извлечению тройной выгоды были слышны даже у моих родителей в другом городе! — холодно фыркнул Шан Цзинь.

— Тогда я продолжу увиваться за тобой, — не стал вдаваться в лишние слова призрак, проявив железобетонную твердость.

Черт!

Чтобы спрятаться от этого призрака, Шан Цзинь специально взял на фирме трехдневный отпуск и съездил к родителям в другой город.

Плевать он хотел на странные взгляды стариков — он наглым образом притащил в их спальню двухъярусную кровать, заявив, что намерен спать здесь из сыновней почтительности. Бедные старики решили, будто сын узнал от врача о какой-то неизлечимой болезни и боится им сказать, но расспросить напрямую не смел, и все три дня ходили как на иголках, пытаясь выведать правду окольными путями.

В итоге, пока Шан Цзинь отбивался от вопросов мамы и папы, в же первую ночь дома ему приснился кошмар: его оплела женщина-змея.

Называть это создание женщиной-змеей было оскорблением и для женщин, и для змей — в лучшем случае это был урод с человеческой головой и змеиным туловищем, а ярко-накрашенные губы выглядели так, будто их содрали с лица паркового клоуна и насильно прилепили на место, при этом змеиный язык капал слюной и норовил коснуться его лица и тела.

Более того, у Шан Цзиня были веские основания подозревать, что та змея была... змеем-трансвеститом.

Потому что во сне, когда он отталкивал этот скользкий огромный хвост, он отчетливо разглядел две пиписьки. А стоящие вертикально овальные зрачки излучали недобрую, сальную желтоватую похоть.

Испугавшись, что если сон продолжится, то у него самого появится два задних прохода, он поспешно заставил себя задержать дыхание и сосредоточиться, вырываясь из кошмара.

Стоило ему открыть глаза, как он увидел призрака, который лежал рядом на боку, подперев голову одной рукой, в то время как его вторая рука и нога тяжело, словно свинец, давили на него самого.

Оказывается, призрак, будучи духовной сущностью, тоже обладал весом.

Но это было не главное. Заметив, что Шан Цзинь проснулся, призрак прижал палец к собственным губам, напоминая, что родители всё еще спят на большой кровати напротив.

Такая поза и жест выглядели так, будто Шан Цзинь тайком от родителей предавался любовным утехам с каким-то незнакомым мужиком.

Взбешенный Шан Цзинь сбросил призрака со своего тела — изначально он просто хотел, чтобы тот не давил на него, но, не рассчитав силу, ненароком столкнул его с кровати, и тот рассыпался по полу: оторванные руки, ноги и кровавое месиво.

Его голова повернулась в сторону Шан Цзиня и моргнула, а затем две отрубленные руки поползли к родительской постели.

— Тьфу! — Шан Цзинь торопливо спрыгнул с кровати и пинком отбросил их подальше.

Шан Цзинь был готов рыдать от бессилия.

Точно как он и предполагал: даже смена дома и места не помогла — этот призрак всё равно смог его отыскать.

http://bllate.org/book/35731/4421884