Готовый перевод My Cold Senior Sister Was My Childhood Friend / Моя холодная наставница — та самая подруга из детства: Глава 10

Долго шла пара путников, пока не добралась до деревянного хиражины в самом центре небольшого острова.

Хижина была небольшой, и во всём островке, казалось, больше не было никаких других строений. У входа дежурили Верховное божество Чунгуан и те несколько учеников внутреннего круга, которых Ань Цзинь видела в тот день в главном зале.

Заметив приближающихся, ученики почтительно склонили головы перед Лин Ци, а Верховное божество Чунгуан слегка нахмурилась и молча посмотрела на них.

Цэнь Сияо шагнула им навстречу:

— Драконица наотрез отказывается с нами разговаривать. Она выгнала нас всех и заявила, что никого не примет, если только не придёшь ты.

— Я поняла.

Лин Ци кивнула, толкнула дверь деревянной хижины и вошла внутрь.

Внутри хижины.

Подняв глаза и увидев вошедшую, Драконица Восточного моря не произнесла ни слова — опередив Лин Ци, она протянула деревянную шкатулку, которую держала в руках:

— Кто-то попросил меня передать это тебе.

Лин Ци приняла шкатулку, не став спрашивать, кто этот некто и почему вещь нужно отдать именно ей. Она лишь кивнула:

— Благодарю.

Но…

— Почему ты не пришла прямо во Дворец Чунгуан искать меня?

Лин Ци изначально не верила, будто эта Драконица Восточного моря способна запустить какой-то Массив Цянькунь. Как бы сильно та ни дорожила собственной кошкой, она не принадлежала к числу тех, кто станет приносить в жертву другие живые существа.

Иначе в прошлом Юань Шуньхуа вовсе не смогла бы её спасти.

— Да потому что меня бы туда даже не пустили! — Драконица вздохнула, уселась за деревянный стол и, подперев голову рукой, уставилась на гостью. — Я заходила к тебе незадолго до того, как ты отправилась в Мир смертных устраивать их Собрание учеников. Стоило мне произнести твоё имя, как меня тут же выставили вон. Другие вошедшие могут просто назвать имя — и их пропускают. И где тут искать справедливости?

Лин Ци на мгновение умолкла и больше ничего не сказала.

Понять, что Верховное божество затаило на неё сильную обиду, и услышать своими ушами, что́ именно произошло — вещи всё же совершенно разные.

В хижине воцарилась тишина.

Спустя какое-то время Лин Ци подняла руку и легко провела пальцами по деревянной шкатулке.

Мелькнул слабый золотистый свет, после чего брови девушки чуть дрогнули:

— Божественная кость неполная?

— А? — Божественной силы Драконицы не хватало, чтобы исследовать содержимое шкатулки, и она узнала об этом впервые. — Правда что ли? Когда Мастер пути Байху отдавал её мне, он об этом не упоминал.

— Что еще сказала тебе Юань Сихэ?

— Она сказала… — Драконица откинулась на спинку стула, силясь вспомнить. Прошло слишком много времени, и в памяти кое-что стёрлось. — Она сказала, что надеется: к их следующей встрече… прошлые обиды рассеются без следа, а в Поднебесной воцарится мир.

— Мы ведь еще увидимся, правда? — голос Драконицы неожиданно зазвучал тревожно. — Насильственное извлечение Божественной кости приводит лишь к потере памяти и перерождению в колесе сансары. Истинно развеиваются прахом лишь те, кто, подобно Императору Цинъюаню, сам уничтожает свою Божественную кость. Ведь так?

— …Да.

Лин Ци смотрела прямо на неё — то ли отвечая Драконице, то ли успокаивая саму себя.

Чеканя каждое слово, она произнесла:

— Мы обязательно встредимся вновь. Всё не останется прежним навсегда, я обещаю.

Выйдя из хижины, Лин Ци увидела, что у дверей её ждали все обитатели Дворца Чунгуан.

Одарив Ань Цзинь успокаивающей улыбкой, Лин Ци перевела взгляд на остальных:

— Массив Цянькунь уничтожен, можно возвращаться.

— А как же Божественная кость?

Не успело Верховное божество Чунгуан раскрыть рта, как Ян Аньпин перебила её с упрёком в голосе:

— Старшая сестра часом не присвоила Божественную кость себе, едва заполучив её?

Услышав это, остальные ученики благоразумно промолчали, делая вид, что их здесь вовсе нет.

Верховное божество Чунгуан ничего не сказала, но тоже пристально посмотрела на Лин Ци.

В её взгляде явно читалось подозрение.

Цэнь Сияо уже собиралась вмешаться, но, заметив предостерегающий жест Лин Ци, проглотила готовые сорваться с языка слова.

— Разумеется, Божественная кость у Драконицы Восточного моря, — на лице Лин Ци не отразилось ни гнева, ни радости. — Или младшая сестрица Аньпин считает мои способности настолько выдающимися, что я смогла заставить другую сторону содействовать уничтожению массива и одновременно добровольно отдать с трудом добытую Божественную кость?

Вся их делегация провела здесь столько времени, но они так и не смогли добиться от Драконицы внятного разговора. Если бы стоило Лин Ци появиться, как та сразу согласилась бы разрушить массив и выдать Божественную кость, это стало бы страшной пощёчиной для всех остальных.

Выражения лиц окружающих непрерывно менялись, да и Верховное божество Чунгуан выглядела недовольной:

— Ты уверена, что Божественная кость не у тебя?

Лин Ци спокойно встретила её взгляд:

— Почему бы Наставнице не зайти внутрь и не спросить самой?

Некокоторое время они молча противостояли друг другу, пока Верховное божество наконец не взмахнула рукавом, приказывая всем возвращаться.

***

После возвращения во Дворец Чунгуан для Ань Цзинь началась прежняя унылая и однообразная жизнь.

Целыми днями она только и делала, что посещала занятия, упражнялась с мечом да снова посещала занятия. Она никак не могла взять в толк, почему другие соученики, единожды увидев демонстрацию техники владения мечом, не могут тут же повторить удар, и почему те чары, которым обучала старшая сестра Цэнь, требуют бесконечных повторных тренировок.

Из уважения к старшей сестре Ань Цзинь, как и прежде, не смела спать на занятиях. Уткнувшись носом в стол, она вдруг заметила, что в последнее время окружающие соученики неизменно смотрят на неё исподлобья каким-то странным взглядом.

Пока однажды после занятий Ляо Хуань, с которой они познакомились в Мире смертных, не подошла выразить благодарность:

— Хорошо тогда выручила меня обменом камней духа, иначе на отборе я бы с треском провалилась… Старшая сестра Лин потом не донимала тебя из-за этого?

Хотя Ляо Хуань казалось, что раз Старшая сестра Лин ничего не сказала на месте, значит, была не в курсе, на душе всё равно скреблись кошки.

Ляо Хуань перебирала в уме множество возможных ответов — от прямого или косвенного намёка на ответную услугу до великодушного заверения, что все они ученики одной школы и не стоит принимать это близко к сердцу. Но она никак не ожидала увидеть на лице собеседницы крайнее изумление:

— Я тогда перепутала камни духа?

Ань Цзинь сложила ладони у груди, изобразив на лице самое виноватое выражение:

— Прости меня, Ляо Хуань! Я была ужасно невнимательна, хорошо еще, что всё обошлось без дурных последствий.

Ляо Хуань откровенно опешила:

— …А, н-ничего страшного.

Заметив такую реакцию, Ань Цзинь улыбнулась и полюбопытствовала:

— Скажи, а ты не знаешь, почему в последнее время… — она огляделась по сторонам и, убедившись поблизости никого нет, продолжила: — Почему все вокруг последнее время украдкой поглядывают на меня?

— Наверное, потому что вы со Старшей сестрой Лин так близки, — ответила Ляо Хуань. — Пару дней назад, когда тебя не было, в учебном классе только и шептались о том, что Старшая сестра Лин скорее пойдёт наперекор Наставнице, чем откажется взять тебя с собой.

Закончив говорить, она даже вздохнула:

— А я-то думала, раз они все отучились в Академии, то наверняка смотрят свысока на таких простых людей, как мы.

Разве могут простые люди обладать врождённой костью бессмертного и официально совершенствоваться под началом самого Верховного божества?

Ань Цзинь стало любопытно:

— А что за Академия?

Благодаря пространным разъяснениям Ляо Хуань Ань Цзинь наконец узнала, что давным-давно Император Цинъюань возвёл Академию на Острове Ую. Помимо того, что он сам выступал там главным наставником, он пригласил преподавать божеств со всех четырёх морей и восьми пустошей.

Все, кому посчастливилось вести уроки в Академии, составляли цвет элиты Верхнего мира. Помимо прямых учеников самого Императора Цинъюаня, там учились Лин Ци из дворца Цзюян, а также двое учеников Верховного божества Юханя — Ин Байцан и Ин Хуайсюй.

В те времена все Верховные божества и Бессмертные почитали за величайшую честь получить приглашение преподавать в Академии, а обучавшихся там учеников единодушно называли будущими преемниками Верхнего мира — их слава гремела повсюду.

Вот только времена менялись, и от тех шестерых некогда прославленных учеников Академии ныне мало кто остался.

— Кажется… я встречала этого Бессмертного по имени Ин Байцан.

Вспомнив Лес Мира демонов, Ань Цзинь неуверенно произнесла:

— Она оказалась довольно терпеливой и всё время вела нас вперёд. Когда я испугалась какой-то нечисти и не решалась сделать шаг, она даже не стала меня подгонять.

Ляо Хуань удивилась:

— Выходит, слухам нельзя верить слепо. Прежде все только и твердили, будто те выходцы из Академии невероятно горды и заносчивы, а выполняя задания вместе с остальными, вообще ни с кем не общаются.

Интересно, как они тогда выполняли задания — общались силой мысли?

Ань Цзинь беспомощно вздохнула: всегда найдутся слухи, начисто лишённые логики, но желающих поверить в них от этого меньше не становится.

В разгар их оживлённой беседы снаружи внезапно раздались радостные возгласы.

Ляо Хуань распахнула дверь и выглянула наружу.

Улицы гудели от возбуждения, оглушительный шум сливался в сплошной рокот, в котором тонули звуки беспорядочных шагов.

Эти шаги стремительно удалялись — казалось, толпы людей куда-то бежали.

Глава 9. Корни сплетаются с корнями, кости срастаются с костями. Не разделить, не рассечь.

Ляо Хуань на лету перехватила у дверей кого-то из соучеников, собиравшегося броситься за всеми:

— Что вообще происходит?

— Ты что, до сих пор не знаешь? — опешил тот. — На улице вовсю трезвонят: Мастер пути Чжуцюэ прибывает с минуты на минуту!

Ань Цзинь внутри хижины замерла.

Она никак не ожидала, что сможет воочию увидеть ту самую особу, о которой они с Лин Ци беседовали совсем недавно.

Мастер пути Чжуцюэ… неужели у неё действительно огненно-красные перья, и она способна взмывать в небеса и проваливаться сквозь землю, а размерами не уступает Повелительнице магов?

Ань Цзинь и Ляо Хуань вдвоём влились в поток спешащих людей.

Стоило им выскочить из учебного зала, как перед глазами предстало море голов — протиснуться вперёд не было никакой возможности.

Похоже, весь Дворец Чунгуан собрался у главного входа.

Обе девушки с первого взгляда заметили заблаговременно занявшее место Верховное божество Чунгуан.

Она стояла в самомпереди, за ней выстроился ряд внутренних учеников Дворца Чунгуан, включая Лин Ци, а чуть позади расположились те, кто ступил на путь ученичества чуть раньше остальных.

Те, кто бежал быстрее, затесались прямо за ними.

А такие новички, как Ань Цзинь и Ляо Хуань, чьё постижение бессмертного пути началось совсем недавно, а сами они двигались медленнее, могли лишь жаться в самом хвосте толпы.

Пришлось встать на цыпочки и вытянуть шеи, чтобы хоть что-то разглядеть.

Прямо перед ними был разостлан длинный красный ковёр, а стражники в железных доспехах выстроились по обе стороны от ворот в две аккуратные шеренги — эта торжественная и строгая картина до боли напоминала визит высокого начальства с инспекцией.

— Какая помпезность… —

на мгновение Ань Цзинь даже лишилась дар речи.

— И то верно, — подхватил стоявший рядом соученик. — Как-никак, это единственная дочь Императора Цинъюаня, Мастер пути Чжуцюэ, обладающая кровью древних божественных зверей.

— Та самая, которая боится высоты?

Ань Цзинь всё ещё помнила слова, сказанные ей Лин Ци по дороге в Мир демонов.

http://bllate.org/book/35722/4420278