Готовый перевод Shore Leave / Причал: Осколки искренности: Глава 10

— Я передумал. — Хэ Ванбо достал из бумажника чек.

***

Бай Чжоу, как и ожидалось, быстро закончил занятия, но не стал снимать белый халат, оставшись в своем обычном докторском обличье.

— Раз уж вы приехали, я хотел бы познакомить вас с одним человеком, можно? — осторожно спросил он.

Хэ Ванбо догадывался, что Бай Чжоу хочет познакомить его с младшей сестрой, но всё же спросил, заранее зная ответ:

— С кем?

— С моей младшей сестрой.

Палата Бай Цзян находилась в другом корпусе. Обычно путь туда пролегал через больничный двор, но Бай Чжоу знал короткий путь. По дороге Хэ Ванбо болтал с Бай Чжоу, расспрашивая, чему тот научился сегодня вечером, и тон его при этом был до того отеческим, будто отец спрашивал ребенка, как прошли уроки в школе.

Бай Чжоу, будучи послушным ребенком, конечно же, добросовестно отчитался. Когда он начинал рассказывать о вещах, связанных с медициной, то переставал быть молчаливым. Хэ Ванбо слушал его голос, наслаждаясь моментом, и сам не заметил, как они добрались до онкологического центра.

Бай Чжоу, как к себе домой, привел гостя в изолятор, где лежала Бай Цзян. Девочка читала книгу и, видимо, наткнулась на какой-то неприятный сюжет, раз так сильно нахмурилась, но, подняв голову и увидев брата, тут же расплылась в улыбке, еще более сияющей, чем весенние цветы. Эта улыбка застыла, стоило ей заметить высокого мужчину, стоящего за спиной брата. Интуиция подсказывала Бай Цзян: этот человек опасен.

Бай Чжоу представил гостя:

— Это господин Хэ. Цзянцзян, поздоровайся.

В тот самый миг, когда она осознала, что перед ней тот самый господин Хэ, в голове Бай Цзян пронеслись тысячи мыслей, но она не подала и виду. Мило улыбнувшись, она поприветствовала его:

— Оказывается, это господин Хэ! Огромное спасибо за вашу заботу в это время. Благодарю, что нашли время навестить меня сегодня.

Слова Бай Цзян звучали очень искренне, и Хэ Ванбо остался доволен. Родители семьи Бай были рыбаками, наверняка не получили высокого образования, но детей воспитали очень послушными.

— Это честь для меня, — ответил Хэ Ванбо.

— Господин Хэ, вы слишком скромны. Мы никогда не забудем вашей доброты, — продолжала Бай Цзян, глядя на него с предельной серьезностью. — Если в будущем представится случай, пожалуйста, позвольте нам отплатить вам.

— Твой брат уже отплатил мне, — многозначительно улыбнулся Хэ Ванбо, взглянув на Бай Чжоу. — Он отлично готовит.

В его взгляде промелькнуло нечто скрытое от посторонних глаз, отчего сердце Бай Цзян сжалось. То чувство опасности, возникшее с первого взгляда на Хэ Ванбо, лишь усилилось.

— Мой брат всегда отлично готовил, — Бай Цзян сощурила глаза, повернулась к Бай Чжоу, который как раз наливал ей воды, и произнесла: — Эй, брат, с тех пор как я заболела, я еще ни разу не видела тебя таким радостным.

— М? — Бай Чжоу повернул голову.

— Ты сегодня вечером очень счастлив, не так ли? У тебя даже глаза улыбаются.

Тайные мысли Бай Чжоу были случайно приоткрыты сестрой, и он смутился, заговорив еще более неуверенно:

— Это потому, что ты встретилась с господином Хэ, наконец… ну…

Бай Цзян тихо усмехнулась, помогая брату закончить мысль:

— Я тоже очень рада, что смогла лично поблагодарить господина Хэ.

Зная, что в присутствии господина Хэ брату неудобно задерживаться, Бай Цзян, обменявшись лишь парой дежурных фраз, зевнула, притворившись сонной. Бай Чжоу не стал её больше беспокоить.

Когда они ушли, Бай Цзян осталась сидеть на кровати, не двигаясь. Она не стала пить воду, которую налил брат, и не вернулась к книге. Она уставилась на молочно-белую стену перед собой, и её лицо, обычно такое милое, застыло в холодном выражении.

Не так, подумала Бай Цзян, всё не так.

Поначалу она доверяла Хэ Ванбо, ведь её жизнь, по сути, была спасена благодаря пожертвованиям Корпорации Цзиньтянь. Но то, с каким выражением лица Бай Чжоу упоминал Хэ Ванбо в последнее время, заставляло её тревожиться. На самом деле она понимала, что этого трудно было избежать: родители умерли, сестра тяжело больна, и каким бы сильным ни казался её брат, он всё еще молодой человек немногим старше двадцати лет, которому трудно нести на плечах тяжесть судьбы.

И именно в такой момент Хэ Ванбо «случайно» явился, словно герой, спустившийся с небес, и решил все его проблемы. В такой ситуации Бай Чжоу трудно было не проникнуться симпатией — это естественно для человека, даже если оба они одного пола.

Но если… если она не ошиблась, и во взгляде, которым Хэ Ванбо смотрел на её брата, действительно читалось подавляемое долгое время желание, то всё происходящее — вовсе не случайность. Это ловушка.

Глава 10: Чжоу-Чжоу

Выйдя из палаты Бай Цзян, Хэ Ванбо тут же поддразнил спутника:

— Сяо Бай, ты сегодня вечером действительно так счастлив?

Бай Чжоу отвел взгляд и неловко кивнул. Хэ Ванбо продолжил его раззадоривать:

— Помимо того, что я встретился с твоей сестрой, есть еще какая-то причина?

Бай Чжоу быстро метнул взгляд на Хэ Ванбо. Даже если он был не силен в понимании людей, то все равно видел, что Хэ Ванбо спрашивает, заранее зная ответ, поэтому не выдержал:

— Вы же прекрасно знаете…

Сегодняшний Бай Чжоу не был таким послушным, как обычно; он выглядел очень живым и даже научился жаловаться. На лестнице никого не было, и Хэ Ванбо намеренно придвинулся ближе к Бай Чжоу, прошептав ему на ухо:

— Может, потому, что я приехал встретиться с тобой?

Хэ Ванбо видел, как уши Бай Чжоу покраснели, и эта краснота поползла дальше, до самой шеи.

— Я думал… — Бай Чжоу сделал глубокий вдох, собираясь с духом, но внизу послышались голоса группы родственников, поднимавшихся по лестнице.

— Давай поговорим в машине, — сказал Хэ Ванбо.

— Я думал, вы злитесь на меня, — Бай Чжоу, сжимая в руках ремень безопасности, слегка повернул голову к окну. — Вчера ужинал с однокурсниками и не смог вовремя ответить на ваш звонок, а сегодня вечером дежурил с врачом и снова пропустил ваш звонок. Я думал, вы будете злиться, но вы специально приехали в больницу, чтобы увидеть меня, и я так счастлив.

Хэ Ванбо замер. Он не ожидал, что Бай Чжоу всё это время так сильно переживал из-за этого. Вчера он действительно прикрикнул на Бай Чжоу, но гнев был направлен не на него, а на отца, стоило ему только вернуться домой. Сегодня вечером Бай Чжоу пропустил звонок, и, услышав объяснение про занятия, Хэ Ванбо не придал этому значения. А Бай Чжоу, оказывается, всё время держал это в голове, терзаясь сомнениями.

Уголки глаз Хэ Ванбо вдруг изогнулись, и он позвал:

— Сяо Бай.

— Повернись ко мне, — сказал Хэ Ванбо. — Посмотри на меня.

Через две секунды Бай Чжоу медленно повернул голову, выглядя испуганным. Хэ Ванбо непроизвольно смягчил голос:

— Почему ты так боишься, что я разозлюсь?

— Потому что вы наш благодетель.

— Тогда не волнуйся, я не буду злиться на тебя, ты такой приятный человек.

Услышав слово «приятный» (симпатичный), взгляд Бай Чжоу снова затуманился. Хэ Ванбо уже давно разгадал мысли парня, поэтому сейчас чувствовал себя уверенно. Он наклонился, сокращая дистанцию:

— Почему ты никогда не смотришь на меня, когда мы разговариваем?

Потому что ваши глаза похожи на море, подумал Бай Чжоу. Если смотреть в них слишком долго, то даже он, отлично умеющий плавать, задохнется и утонет. Он не мог сказать правду, а поскольку врать не умел, то мог лишь опустить глаза, надеясь, что этот неловкий разговор поскорее закончится.

Но Хэ Ванбо не собирался его отпускать:

— Сяо Бай, ты так покраснел.

Бай Чжоу охватила паника. Хэ Ванбо давил слишком сильно, и он очень боялся, что тот обнаружит его истинные чувства.

— Умоляю, оставьте меня в покое…

Тихая мольба Бай Чжоу лишь разожгла в Хэ Ванбо дурные мысли, его голову наполнили густые образы, и он подумал, что Бай Чжоу безумно ему подходит. Ему нравился такой слабый, податливый характер — это давало ему чувство безопасности, будто всё под контролем.

Хэ Ванбо слегка кашлянул, сел прямо за руль, перестал дразнить Бай Чжоу, отпустил ручной тормоз и приготовился ехать. Бай Чжоу, почувствовав облегчение, перевел дыхание. Он всё еще не решался смотреть на Хэ Ванбо, поэтому, естественно, не заметил, что у того внизу уже возникло сильное возбуждение.

Сердце Бай Чжоу было спутано, как клубок шерсти. Ощущая страх перед Хэ Ванбо, он одновременно с этим испытывал странное, необъяснимое ожидание. Он смутно догадывался, чего именно ждет, но чувствовал, что всему этому сейчас совсем не время. Болезненный вид Бай Цзян всё еще стоял перед глазами, и забыть об этом Бай Чжоу не мог.

В тесном салоне машины висело густое, неразвеивающееся напряжение. Хэ Ванбо специально молчал, чтобы Бай Чжоу не находил себе места в этой тишине. К счастью, путь от больницы до Тяньюаньфу был коротким, и когда пришло время выходить, Бай Чжоу едва ли не сбежал из машины.

Лето в Наньчуне хоть и было долгим, но всё же подошло к концу. В ночном воздухе уже чувствовалась прохлада, ветерок, обдувающий лицо, уносил надоедливый жар. Бай Чжоу был безмерно благодарен этому ветру, который принес его сердцу немного спокойствия.

Хэ Ванбо всё еще сидел в машине, держась за руль, не похоже было, что он собирается парковаться. А раз не паркуется, значит, не собирается оставаться на ночь.

Сердце Бай Чжоу, которое с таким трудом удалось успокоить, снова забилось в панике. Он оглядел летнюю ночь, которая казалась ему бесконечной, словно огромный и тяжелый занавес, готовый в любой момент поглотить его. Бай Чжоу любил тишину и часто был одинок, но это невыносимое чувство одиночества было для него чем-то слишком чуждым.

Следующий поступок удивил его самого: он наклонился и через окно машины с мольбой посмотрел на Хэ Ванбо, жалобным голосом попросив:

— Господин Хэ, останьтесь сегодня, пожалуйста?

На самом деле это была не что иное, как кокетство, но Бай Чжоу не осознавал этого. Как только слова слетели с его уст, он пожалел о своей импульсивности. Сегодня господин Хэ был очень нежен: приехал за ним, навестил его сестру, сказал, что он ему приятен — всё это заставило его переступить черту. Господин Хэ волен делать что хочет, и у него нет права просить его остаться.

Поэтому, прежде чем Хэ Ванбо успел ответить, Бай Чжоу опустил глаза и произнес:

— Извините, я перешел границы.

Однако вместо отказа он услышал смех Хэ Ванбо:

— Ничего страшного. Можешь просить меня о чем угодно.

Господин Хэ сегодня действительно очень нежен, подумал Бай Чжоу.

***

Бай Чжоу приготовил для Хэ Ванбо черешню, вынув косточки из каждой ягоды, прежде чем поставить тарелку на стол. Хэ Ванбо, приняв душ, с удовольствием устроился на диване, посмотрел на ярко-красную черешню в вазе и приоткрыл рот, глядя на Бай Чжоу. Тот не сразу понял, чего от него хотят, и Хэ Ванбо указал на фрукты.

Бай Чжоу мгновенно напрягся, скованно присел рядом с Хэ Ванбо, взял черешню и с неестественно жесткими движениями поднес к его губам. Хэ Ванбо некоторое время разглядывал губы Бай Чжоу, такие же красные, как и черешня, а затем медленно и неторопливо взял ягоду. Было очень сладко.

Так Бай Чжоу и кормил Хэ Ванбо по одной ягодке, а позже, сам не зная как, Хэ Ванбо поцеловал его указательный палец. Бай Чжоу вздрогнул и отдернул руку, а Хэ Ванбо тут же с извиняющимся тоном произнес:

— Прости, я был навязчив. У Сяо Бая такие красивые пальцы.

http://bllate.org/book/35666/4411961