Готовый перевод The Anti-Fan's Rise to Stardom / Руководство по карьере: как хейтеру стать возлюбленным: Глава 5

Разрушение — это подготовка к новому рождению и созиданию. И мы, Spark, в будущем вместе со всеми вами, подобно Поцзюню, пройдем через еще большие инновации и приключения. Через разрушение — к созиданию, возродившись из пламени, мы распустимся, подобно фейерверку!

Закончив эту речь, Хао Юнь, отвечавший за создание атмосферы, взял на себя инициативу и захлопал в ладоши, и эту тему свели на нет как часть сценического эффекта.

Позади камеры Ли Ань с облегчением выдохнула:

— Шангуань Яогуан проявил благоразумие. И правда глупец: Сюй Чэнъюэ дает ему шанс, а он ухватиться за него не может.

Помощница прикусила губу:

— Сестрица Ань, до Е Сяо по-прежнему не дозвониться, скоро начнется блок созвона...

Только что опустившие плечи Ли Ань снова напряглись:

— Ни с кем нет покоя! Дай сюда телефон.

— Верно, а теперь настала пора всеми долгожданного сегмента созвона. Давайте угадаем, чем сейчас занимается братец Е Сяо? — закончив проговаривать регламент, Сюй Чэнъюэ посмотрел за кулисы.

По идее, в этот момент сотрудники должны были передать уже соединенный вызов, но сейчас все, казалось, были донельзя заняты телефонами.

Наконец, помощница подняла табличку с надписью:

[Сестрица Ань говорит — попробуйте позвонить с ваших телефонов].

Все четверо на диване перед камерой увидели это, и Хао Юнь первым подхватил тему:

— Я угадываю, братец Е Сяо сейчас ест ночной дожрак.

Чжоу Цинцин даже через такое расстояние попыталась стукнуть его веером по голове:

— Сейчас же утро! Обжора!

У Сюй Чэнъюэ изогнулись полумесяцем глаза:

— Похоже, всем очень любопытно. Тогда давайте начнем созвон.

Фу Ян, сидевший как на иголках весь эфир, на редкость проявил инициативу:

— Давай я позвоню.

Только... он достал из кармана телефон, экран которого светился требованием ввести пароль.

Он молча убрал его обратно.

— У меня телефон сел, давайте лучше вы звоните...

[Выражение лица Шангуаня просто уморительное, вылитый грустный щеночек]

[Так сильно хотел первым позвонить Е Сяо, я пошипперю эту парочку]

[Почему сегодня Шангуань Яогуан такой живой, совсем на себя не похож]

[Да дело наверняка в прическе, раньше волосы закрывали половину лица, конечно, никаких эмоций не было видно]

[Счастливчик-милашка дозвонился, наконец-то удастся услышать голос моего мужа]

Все взгляды устремились на телефон, с которого звонил Хао Юнь, однако вызов не проходил, сколько ни набирай — трижды шли короткие гудки.

Тогда, словно передавая эстафету, Чжоу Цинцин достала свой телефон — всё то же самое, вызов не проходил, а на второй попытке ее и вовсе сбросили.

Раздался звук длинных гудков, и атмосфера на площадке стала крайне неловкой.

К этому моменту прошло уже почти десять минут, и чат трансляции пестрил одними вопросами.

Фу Ян, будучи фанатом, попытался оправдать его:

— У него, наверное, какие-то срочные дела.

Хао Юнь тоже добавил:

— Верно, братец Е Сяо сейчас, возможно, занят. Капитан, попробуй набрать в последний раз.

Странное дело: в обычных условиях в подобных ситуациях Сюй Чэнъюэ как капитан всегда звонил первым и уж точно не стал бы тянуть до последнего.

Под взглядами всех присутствующих, полными надежды на всеобщное спасение, Сюй Чэнъюэ только вывел номер, как не прошло и трех секунд...

— Алло, — раздался с другого конца провода низкий бархатистый голос.

Хао Юнь разинул рот и молча указал в сторону экрана трансляции на три своих непринятых вызова.

[Обнимаю нашего счастливчика-милашку]

[До чего же уморительно, Е Сяо что, специально?]

[Может, он и правда очень занят]

[Тогда почему, как только звонит Сюй Чэнъюэ, сразу берет трубку? Он даже звонок Чжоу Цинцин сбросил]

Сюй Чэнъюэ еще ничего не сказал.

А на том конце уже не скрывали нетерпения.

— Чэнъюэ?

— Ты все еще сердишься на меня? Прости...

Сюй Чэнъюэ тут же оборвал его:

— Идет трансляция.

[Ого, что за ситуация? Что за сплетни?]

[Оуу, эта перестрелка прямо хороша, атмосфера между Е и Сюй слишком живая]

[Из-за чего сердится-то? У меня есть друг, который хочет узнать (теребит пальцы)]

[Наверное, дело в тех горячих темах про разделение партийных строк, сколько фанатов Е ругают Сюй Чэнъюэ, фанаты ругаются, а кумир извиняется]

[Простите, раньше я плевал на этот пейринг, но теперь я искренне шипперю их]

[Говорю же, токсичные соло-фанаты, хватит ругаться, вашему драгоценному кумиру приходится унижаться и ублажать]

У Фу Яна от увиденного лицо скомкалось в один сплошной комок — что вообще происходит?

Но почему Е Сяо должен извиняться перед Сюй Чэнъюэ? Неужели история с разделением партий действительно означает, что все напрасно оклеветали Сюй Чэнъюэ?

На том конце провода воцарилось молчание секунд на десять, после чего послышался официальный голос Е Сяо:

— Всем привет, я Е Сяо из Spark. Очень жаль, что в этот раз не смог вместе с товарищами по группе поучаствовать в продвижении альбома, надеюсь, вы окажетесь нам большую поддержку.

Глава 4

Хао Юнь придвинулся к Сюй Чэнъюэ и произнес:

— Братец Е Сяо, куда это ты запропастился, даже нам ничего не сказал?

— Секрет, в будущем преподнесу всем сюрприз.

Голос на том конце провода, за исключением тех двух фраз, сказанных Сюй Чэнъюэ, в остальном выражался довольно расплывчато, и не прошло и нескольких минут, как под предлогом плохой связи звонок был завершен.

Фу Ян заметил, что с тех пор, как Е Сяо взял трубку, лицо Сюй Чэнъюэ оставалось холодным, а маленькая красная родинка между бровей делала его и вовсе строгим — казалось, он совершенно не желал говорить с Е Сяо и просто швырнул свой телефон Хао Юню.

Какова бы ни была правда о скандале с разделением строк, по крайней мере сейчас было очевидно, что они в ссоре.

Большинство зрителей в трансляции ждали именно выхода Е Сяо на связь, и стоило тому положить трубку, как половина фанатов испарилась. Сюй Чэнъюэ провел еще пару формальных процедур, и трансляция подошла к концу.

У Фу Яна на душе скребли кошки от любопытства.

Слухи о дедовщине в сети не казались выдумкой: на первый взгляд отношения в Spark были нормальными, но между Сюй Чэнъюэ и Е Сяо и впрямь чувствовалось нечто неуловимое.

В словах Е Сяо даже проскальзывало заискивание, в то время как «наигранный» мягкий нрав Сюй Чэнъюэ перед лицом Е Сяо даже не пытался притворяться — он прямо показывал недовольство.

Не выдавая своих мыслей, Фу Ян прощупал почву:

— Капитан, у вас с братцем Е Сяо вышел конфликт?

Трансляция уже закончилась, сотрудники убирали аппаратуру.

Хао Юнь и Чжоу Цинцин, чьи отношения, похоже, и правда были отличными, побежали назад играть с декоративными воздушными шарами, так что на диване остались только Фу Ян и Сюй Чэнъюэ.

— Ты сегодня, кажется, очень сильно переживаешь за своего братца Е Сяо.

Сюй Чэнъюэ слегка приподнял веки, бросив на Фу Яна оценивающий взгляд от которого у того по спине пробежали мурашки. Не успел он ответить, как Сюй Чэнъюэ улыбнулся:

— Это прекрасно, так и должно быть. Раньше ты был слишком замкнутым, а раз мы группа, то должны быть дружными, сплоченными и идти рука об руку.

Красивые слова.

Фу Ян мысленно закатил глаза: ну надо же, самый настоящий двуличный лицемер, трансляция уже окончена, перед кем он играет комедию?

Речь Сюй Чэнъюэ была поистине безупречной: ходил вокруг да около, а на заданный вопрос так ничего и не ответил.

Ли Ань, закончив разговор по телефону, в ярости вернулась в гостиную. Оглядев комнату, она натолкнулась аккурат на Хао Юня и Чжоу Цинцин, которые как раз баловались с шарами.

— Играете, играете, только играть и умеете! Вы вообще понимаете, в какое дерьмо превратился танец для нового альбома? Сейчас шоу на выживание в самом разгаре, молодые парни помладше вас прут один за другим, а вы? Прошло три года с дебюта, а никаких успехов не добились, альбомы не продаются, графиков выступлений нет, не можете даже состав на простую трансляцию собрать, и все еще витаете в облаках? Воздушные шары могут летать, а вы сможете?

Шары, принявшие на себя удар этого львиного рыка, жалко опустились на пол, а Хао Юнь и Чжоу Цинцин мгновенно втянули головы, как перепуганные перепела, не смея произнести ни звука.

— Шангуань Яогуан, выйди со мной. — Ли Ань вызвала его на ковер, словно классный руководитель.

Стоило только переместиться в этот мир, как на голову свалилась гора проблем. Фу Ян развалился на диване, закинув ногу на ногу, а в голове царил полный кавардак. Стоило только закончиться изнурительной трансляции и захотеть отдохнуть, как тут же последовала очередная бессмысленная выволочка, и теперь этот командный тон раздражал еще сильнее.

Сюй Чэнъюэ первым поднялся с дивана и, возможно, из-за угла обзора, но словно бы невзначай заслонил собой Фу Яна:

— Сестрица Ань, может, сначала со мной поговорим?

Если смотреть на него снизу вверх, Сюй Чэнъюэ, обычно излучавший мягкость и доброжелательность, сейчас выглядел несколько агрессивно.

Они покинули гостиную и вышли за дверь.

Вскоре до сидевших в гостиной донеслись звуки бьющейся посуды и перепалки.

— Ой, как жутко... — Хао Юнь, самый младший из всех, тут же опустился на диван, точно сдувшийся мяч. — Во всем виновата ты, Чжоу Цинцин, обязательно надо было играть с этими шарами.

Чжоу Цинцин закатила глаза:

— Кто вообще начал?

Они снова собирались затеять перепалку, но Фу Ян, сочтя это бессмысленным, хотел было направиться к двери, чтобы послушать, о чем говорят Сюй Чэнъюэ и Ли Ань, как Хао Юнь схватил его за руку:

— Эй, не ходи туда. Капитан редко выходит из себя, но когда он звереет, даже сестрица Ань ему не соперница, это жесть как страшно. Последний раз такое было год назад...

— Год назад? — Фу Ян уцепился за ключевое слово, тут же вспомнив, что самым громким черным пятном в репутации Сюй Чэнъюэ был как раз прошлогодний скандал с дракой.

— Ну, ты же знаешь эту историю. — Хао Юнь пожал плечами.

Фу Ян: ...Он ничего не знал, и очень просил перестать говорить загадками.

— Эй, вообще-то сестрице Ань тоже нелегко, в той прошлогодней истории... она, наверное, была не в курсе. Но вот насчет сегодняшней — мне кажется, она знала. А ты как думаешь, учитель Чжоу?

Хао Юнь сжал руку в кулак, изображая микрофон, и поднес его к губам Чжоу Цинцин.

— Думаю, лучше всего спросить самого участника событий.

Чжоу Цинцин подыграла ему и перевела импровизированный микрофон к лицу Фу Яна.

Фу Ян: ...Достали, можно обойтись без шарад?

Фу Яну пришлось заставить мозги работать заново: неужели они толкуют об участии Шангуань Яогуана в создании заглавной песни?

Вспомнив комнату Шангуань Яогуана, заваленную книгами по аранжировке...

Во время трансляции Сюй Чэнъюэ, судя по всему, вовсе не пытался намеренно подставить его, а действительно помогал Шангуань Яогуану.

Но если Поцзюнь и вправду был написан Шангуань Яогуаном, почему на нем не было его имени? И раз Шангуань Яогуан действительно умеет аранжировать музыку, откуда об этом узнал Сюй Чэнъюэ, какая ему польза от того, что он это озвучил, какова его цель?

Хао Юнь, свесившись с подлокотника дивана, не оставлял попыток пинать воздушный шар.

— Четвертый брат, мы только что узнали, что Поцзюнь — твоя песня, а те прошлые альбомы, часом, не ты ли насочинял?

Чжоу Цинцин безжалостно растоптала прилетевший от Хао Юня шар, совершенно не вязясь с образом вежливого и обходительного молодого господина, показательно скорчила рожицу рыжему пареньку и произнесла:

http://bllate.org/book/35600/4403237