Готовый перевод 80s Hustle: From Street Stall to Riches / Восьмидесятые: путь к успеху с уличного лотка: Глава 8

У Чжэнци кивнул и, с обиженным видом, продолжил сражаться с комарами.

Они прождали около двух часов. Ли Шицин чувствовал, что все его тело вот-вот одеревенеет — даже несмотря на то, что он то присаживался на корточки, то полуприседал, ноги все равно невыносимо затекли.

У Чжэнци было еще хуже: ему приходилось постоянно отбиваться от насекомых.

— Старик Цин, уже так поздно, тот тип вряд ли придет. Давай вернемся.

Ли Шицин не хотел сдаваться.

— Пождем еще немного, еще чуть-чуть — и уйдем.

Прошло еще минут десять, и вдруг с улицы донесся резкий скрежет, словно кто-то волочил по земле что-то тяжелое. Ли Шицин и У Чжэнци мгновенно встрепенулись и, не мигая, уставились на угол, где находилось их торговое место.

— И чего этот мусор такой тяжелый? Неужели я переборщил? — пробормотал человек, тащивший груз. — На каком это было месте? Кажется, здесь, тут еще метка была.

На улице не было ни души, стояла полная тишина, поэтому каждое слово отчетливо донеслось до них.

У Чжэнци, забыв про комаров, пулей выскочил из укрытия.

— Ах ты, паршивец! Это ты тут пакостишь? Не можешь победить нас честно, так решил прибегнуть к таким грязным трюкам? Получай от дедушки!

Тот человек как раз собирался вывалить мусор, но от мощного пинка У Чжэнци кубарем влетел прямо в кучу отходов.

Ли Шицин последовал за ним и, увидев эту картину, не смог сдержать смеха:

— Ха-ха-ха! Старик У, молодец! Мусор должен питаться мусором.

— Бээ! — Лю Сяоцян отлично знал, сколько «ингредиентов» добавил в этот мусор, и когда его лицо уткнулось в кучу, сердце у него ушло в пятки. Он, шатаясь, поднялся на ноги, не в силах даже выругаться, и его тут же стошнило. Рвотные массы растеклись по земле, превратив место в еще более грязную помойку.

Проблевавшись, Лю Сяоцян понял, что не может так просто оставить это дело:

— Вы издеваетесь?! Я… я вызову полицию!

— Что? Вызовешь? — Ли Шицин поковырял в ухе и с недоумением посмотрел на У Чжэнци. — Слышал? Он говорит, полицию вызовет?

У Чжэнци, потеряв дар речи, пнул Лю Сяоцяна еще раз:

— Ты еще и полицию приплел? Мы сами сейчас вызовем полицию, чтобы тебя загребли!

Ли Шицин вдоволь насмеялся, велел У Чжэнци караулить нарушителя, а сам побежал за полицейскими.

Когда стражи порядка прибыли и направили лучи фонариков на место, перед ними предстал Лю Сяоцян, перепачканный гнилыми овощами и объедками, в которых копошились тараканы. Полицейские перевели взгляд на Ли Шицина и У Чжэнци, чья открытая кожа была сплошь покрыта следами от укусов.

— Что здесь происходит? Подрались и проиграли, а теперь решили жаловаться? — предположил один из них, привыкший к тому, что молодежь вечно ввязывается в подобные истории.

У Чжэнци, мастерски играя на публику, мгновенно прослезился:

— У-у-у, господа полицейские, мы не виноваты! Этот тип увидел, что у нас торговля идет бойко, и, пользуясь тем, что мы приезжие, решил навалить мусора на наш прилавок. А когда мы его поймали, он даже признаваться не хочет!

Увидев опухшее лицо У Чжэнци, полицейский склонился к тому, чтобы поверить им, и строго взглянул на Лю Сяоцяна:

— Все так, как они говорят? Мало того, что пакостишь, так еще и людей избил? Похоже, тебе хочется посидеть пару лет на казенных харчах в тюрьме.

Лю Сяоцян был новичком в криминальных делах, и его впервые так грозно допрашивали полицейские. Полагая, что полиция не лжет, он перепугался до смерти и задрожал:

— Это не я! Это Чжу Цянь заплатил мне, чтобы я это сделал! Я получил всего пять фэней, просто высыпал мусор, я никого не бил! За что меня в тюрьму?! Если хотите кого-то сажать, сажайте Чжу Цяня!

Полицейские сами не ожидали, что стоит лишь слегка надавить, как этот субъект выложит всё как на духу. Если бы все преступники в тюрьме были такими разговорчивыми, было бы замечательно.

— Ладно, значит, Чжу Цянь, говоришь? Знаешь, где он живет? — полицейский почесал подбородок, проверяя слова парня.

Лю Сяоцян быстро закивал:

— Я провожу вас, только не сажайте меня!

У Чжэнци перестал плакать — такого поворота событий он не ожидал. Он подмигнул Ли Шицину:

— Этот Чжу Цянь недаром носит фамилию Чжу — свинья свиньей. Нанял на грязное дело такого дурака. Хотя нет, постой, в его имени даже есть иероглиф деньги, может, он потому его и нанял, что это был самый дешевый вариант.

У Чжэнци попал в точку: именно так Чжу Цянь и рассуждал. Поскольку все его предыдущие делишки проходили гладко, он посчитал, что тратить целый юань на устранение конкурентов — это слишком дорого. А так как Ли Шицин и его товарищ были новичками, да еще и молодыми, на них буквально было написано, что их легко запугать. Вот он и не удержался.

Итог: потратил пять фэней на идиота, который привел полицию прямо к нему домой.

Чжу Цяня подняли с постели, позволили кое-как одеться и препроводили в отделение. Три дежурных полицейских, выслушав всю историю, с нескрываемым любопытством разглядывали Лю Сяоцяна, отчего тот чувствовал себя крайне неловко.

— Я привел вам того, кого вы искали, теперь не сажайте меня, — Лю Сяоцян указал на Чжу Цяня. — Пять фэней я тоже не хочу, забирайте обратно. Я могу идти? — с надеждой спросил он у полицейских.

Чжу Цянь, сжимая в руке монеты, был вне себя от ярости. Правду говорят: скупой платит дважды. Он злобно сверлил Лю Сяоцяна взглядом, проклиная в душе все его поколение.

— Нет, вы оба затеяли беспорядки. Согласно законам нашей страны…

Финал вышел вполне удовлетворительным: и Чжу Цяня, и Лю Сяоцяна отправили под арест, правда, на разные сроки. С Чжу Цяня дополнительно взяли письменное обязательство, что он больше никогда не будет заниматься подобными вещами.

Ли Шицин наконец успокоился и потер воспаленные глаза:

— Ну всё, пошли домой спать. Сегодня берем выходной, торговать не будем.

— Ура!

Проспав до самого обеда, Ли Шицин, лежа в постели, вспомнил события прошедшей ночи и невольно тихо рассмеялся. Столь чистосердечных глупцов редко встретишь.

Повалявшись еще немного, Ли Шицин встал варить кашу. Заодно он поднял и все еще спящего У Чжэнци.

— Что случилось? Разве мы не договорились сегодня не торговать? — спросил У Чжэнци, с трудом разлепляя заспанные глаза.

— Вставай, ешь. Позже сходим прогуляемся, посмотрим, чем можно заняться дальше.

Как только речь зашла о деньгах, У Чжэнци мгновенно взбодрился и вскочил с кровати.

Быстро покончив с едой, они вышли из дома. Маршрут Ли Шицин продумал заранее:

— Сначала пойдем на улицу Дунфэн, она ближе всего.

Улица Дунфэн находилась недалеко от вокзала, и после обеда там было полно народу. Еще не успев войти, Ли Шицин услышал отовсюду зазывающие крики торговцев: здесь продавали жареных улиток, рисовую лапшу, кашу в глиняных горшочках, травяные чаи и жареные закуски. У Ли Шицина глаза разбегались.

— Старик Цин, давай купим порцию жареных улиток? Смотри, какие они крупные, выглядят очень аппетитно, — загорелся У Чжэнци.

— Хорошо, давай попробуем.

Смакуя мясо улиток, они обошли всю улицу.

— Ну как? — спросил У Чжэнци.

Ли Шицин покачал головой:

— Большинство посетителей здесь — местные, боюсь, моя стряпня не придется им по вкусу. Поищем еще что-нибудь.

Они обошли еще две торговые улицы: одна находилась рядом со стройкой, другая — возле больницы, но Ли Шицину оба места показались неподходящими. Когда ноги уже почти не слушались, он сказал:

— Давай заглянем на улицу Цзиньгуй, и на этом закончим.

— Ладно, это последнее, — У Чжэнци размял ноющие ноги, подбадривая себя.

Улица Цзиньгуй оказалась отличным местом для торговли: вдоль нее располагались средняя школа, университет, а чуть поодаль — крупная компания.

Ли Шицин, осмотревшись, почувствовал, что его берет азарт:

— Место что надо! Здесь много молодежи, они не боятся пробовать новое и готовы тратить деньги.

У Чжэнци тоже остался доволен:

— Смотри, к этому прилавку очередь человек из двадцати-тридцати. Неужели так вкусно?

Ли Шицин с любопытством заглянул туда и обнаружил, что торгуют завернутыми лепешками: на железной сковороде жарились разнообразные начинки. После того как клиент делал заказ, продавец разогревал лепешку и быстро заворачивал в нее выбранные ингредиенты — очень удобно и оперативно.

Стоявшая в очереди девушка-студентка пояснила:

— У этого дядечки всегда много покупателей. Его лепешки не только вкусные, но и сытные. Правда, после них хочется пить, но стоит сделать глоток воды — и всё в порядке.

Ли Шицин кивнул, поблагодарил ее, еще раз изучил ассортимент начинок и цены, и у него появились кое-какие идеи насчет того, чем заняться дальше. Однако покупать лепешки они не стали и двинулись дальше.

— Мы столько прошли, и повсюду одни закуски, — У Чжэнци заволновался. — Не слишком ли тут высокая конкуренция? Но смотри, там еще есть свободные места? — он почесал затылок. — Почему этот отрезок пустует?

Ли Шицин тоже был озадачен, но быстро сообразил в чем дело:

— Это место между двумя учебными заведениями, здесь плохой поток. Не видишь? Все торговцы жмутся к школьным воротам.

— Черт, и правда. Значит, нам тут не стоит вставать, людей почти нет. Но и на хороших местах…

Ли Шицин немного подумал и сказал:

— А мне вдруг показалось, что здесь неплохо. Я хочу встать именно тут.

— Почему?

— Я придумал, что буду продавать. У того блюда очень сильный запах, возможно, он привлечет студентов из обоих учебных заведений. В таком случае для нас это отличное место, — пояснил Ли Шицин и добавил: — Мы обошли столько улиц, лучше этого все равно не найти. А выбирать не приходится, верно? Главное — заработать.

У Чжэнци не до конца понял логику, но спорить не стал:

— Если ты считаешь, что выйдет — значит выйдет, я тебя во всем поддержу.

Ли Шицин разом решил две задачи и, почувствовав облегчение, впервые за долгое время крепко проспал всю ночь.

На следующее утро, поскольку Чжу Цянь уже не мог пакостить, все булочки раскупили в мгновение ока. Но из-за того, что Чжу Цянь и его жена не появились, другие торговцы начали поглядывать на Ли Шицина и его товарища с подозрением.

Нью Дачжэн помялся некоторое время, но не удержался и заговорил:

— Вы, ребята, даете! Так быстро его упекли. Я-то думал, это Фан Сиго нагадил, а оказалось — Чжу Цянь.

Ли Шицин взглянул на него и промолчал. Честно говоря, он был злопамятным человеком.

Видя, что Ли Шицин его игнорирует, Нью Дачжэн переключился на У Чжэнци. Но У Чжэнци тоже затаил обиду, ответил на пару слов для приличия и отвернулся, чтобы заняться чисткой прилавка.

Нью Дачжэн поболтал сам с собой, смолк и молча ушел к себе.

Ли Шицин проводил его взглядом и сказал У Чжэнци:

— Я пойду куплю перца, а ты вези тележку обратно.

— Хорошо, понял.

На рынке Ли Шицин начал искать нужный ему вид перца. Обычно он приходил сюда только за овощами и думал, что найти перец — плевое дело. Но, обойдя рынок, он с удивлением обнаружил, что ассортимент перцев крайне скуден: везде продавали только зеленый перец с толстой кожурой. Такой перец был совсем не острым и совершенно не подходил для приготовления приправ, чтобы сделать вкус блюда ярче.

http://bllate.org/book/35514/4391996