Готовый перевод The Three-Year-Old Supporting Character Can't Be Managed / Трехлетнюю героиню не вытянуть: Глава 23

— Твоя мама собирается развестись с папой! Она тебя больше не хочет! У тебя не будет мамы! Ня-ня-ня!

Губы Шэн Линханя сжались в тонкую нить. Он крепче стиснул руку Таньтань, и девочке стало больно. Она обернулась и уставилась на него.

Старший братец злится! На его голове маленькие цветочные веточки трясутся!

В комнате находились три воспитательницы: Сяо Ян и ещё две из старшей группы. Увидев, что дело принимает дурной оборот, они поспешили вмешаться.

— Гу, так нельзя говорить другим детям, — мягко, но твёрдо сказала Сяо Ян. — Он ведь твой двоюродный брат.

Гу Синцзун всегда был задирой в садике и ни во что не ставил слова воспитателей.

— Так и есть! Его родители разводятся! Значит, он больше не мой двоюродный брат! — закричал он, глядя прямо в глаза Линханю.

Остальные дети перестали играть и растерянно уставились на происходящее, не понимая, что случилось.

Другая воспитательница старшей группы подошла к Шэн Линханю:

— Линхань, не злись на старшего брата. Сестрёнка здесь — давай лучше пойдём играть вон туда?

Мальчик не шелохнулся. Его грудь вздымалась, глаза горели гневом, устремлённым на Гу Синцзуна.

Но тот говорил правду — ту самую жгучую, невыносимую правду.

Шэн Линхань ещё раз зло уставился на двоюродного брата, затем будто весь воздух вышел из него. Плечи опустились, и маленькие цветочные веточки на голове перестали дрожать. Он слегка потянул Таньтань за руку:

— Пойдём. Вернёмся туда.

Он сделал шаг, но Таньтань не двинулась с места. Девочка недовольно посмотрела на пухлого мальчика и спросила с искренним недоумением:

— А твои родители каждый день спят вместе?

Гу Синцзун растерялся:

— Нет! Я сплю с мамой, а папа — отдельно.

Таньтань вдруг озарилась:

— Тогда ваши родители тоже развелись! Папа сказал: развод — это когда больше не спят вместе!

Едва она произнесла эти слова, Гу Синцзун замер. Потом до него дошло. Получается… его родители тоже развелись?!

Рот раскрылся, и он заревел:

— Мои родители тоже развелись! Ууу… Они тоже развелись!

Воспитательницы опешили. Лишь услышав его плач, они пришли в себя.

Но вскоре обе воспитательницы старшей группы столкнулись с куда более серьёзной проблемой: весь класс начал реветь.

Плач становился всё громче и громче, будто дети соревновались, кто сможет закричать сильнее.

Исключение составляли лишь виновница происшествия и Шэн Линхань, державший её за руку.

Таньтань так и не поняла, что сделала не так. Она повернулась к Линханю, пожала плечами и спросила:

— Почему все в вашей группе плачут?

Шэн Линхань промолчал. Потому что твои слова слишком страшные.

Однако он ласково сжал её ладонь и достал из кармана конфету — ту самую, что утром дал ему водитель. Он берёг её весь день.

Глаза Таньтань снова засияли. Она сладко улыбнулась:

— Старший брат Линхань, ты такой добрый!

Бедным воспитательницам старшей группы пришлось несладко: они метались между плачущими детьми, не зная, за кого хвататься. Несколько раз они с отчаянием и укором посмотрели на Сяо Ян.

Та чувствовала себя крайне неловко. Дети ведь говорят без злого умысла, но слова Таньтань, похоже, обладали особой разрушительной силой.

Она тоже помогала успокаивать малышей старшей группы.

Трём воспитательницам было нелегко справиться с девятью детьми.

Таньтань как раз разговаривала с Шэн Линханем, как вдруг раздался громкий голос системного дяденьки:

[Беда, Таньтань! Тот толстяк сейчас сорвётся! Бегите подальше!]

Гу Синцзун подхватил с пола мячик и швырнул его в Шэн Линханя, но промахнулся. Однако Таньтань возмутилась.

Она шагнула вперёд и резко толкнула Гу Синцзуна. Неизвестно, было ли в этом толчке много силы или мальчик просто не устоял на ногах, но он упал на пол.

Сидя на полу, он снова зарыдал. За три года в детском саду с ним такого ещё не случалось — всегда он сам нападал на других, и никто не смел так с ним обращаться!

Плача, он вскочил на ноги и бросился бить Таньтань.

Шэн Линхань, конечно, не позволил обидеть сестрёнку.

Он встал перед ней и каждый раз отбивал удары Гу Синцзуна. Вскоре оба мальчика сцепились в драке.

Таньтань широко раскрыла рот, прикрыла его ладошками и начала топать ногами от беспокойства:

— Не бейте моего братика! Дяденька, что делать?!

Системный дяденька вздохнул:

[Ты вспомнила обо мне только сейчас?]

Я старался направить злодея на путь истинный, а получилось так, что он из-за тебя подрался с другим ребёнком.

Теперь он не просто невиновен — он действительно подрался. Интересно, как его родители это воспримут…

[Ты должна остановить своего старшего брата, — продолжал системный дяденька. — Не дай ему драться! Кто бы мог подумать, что у такого худого мальчишки такой зверский нрав!]

[Быстрее! Если придут родители, твоему брату достанется!]

Таньтань бросилась налево, чтобы удержать их, но они перекатились направо. Она побежала направо — они уже перекатились в другую сторону.

Она ничего не могла сделать и только мешала воспитательницам, которые боялись случайно задеть её.

Таньтань тоже нервничала:

— Как же их остановить? Кого тянуть?!

Системный дяденька мрачно ответил:

[Мне больше нечего сказать.]

Остаётся только смириться и ждать последствий.

Таньтань выжидала момент, наклонилась и протянула руку — но никого не поймала. Когда она выпрямилась, в ладони у неё оказалось несколько волосинок. Она опустила взгляд и задумалась: чьи они?

Остальные дети перестали плакать и теперь только визжали от страха. Они знали, что Гу Синцзун часто задирал Линханя, но чтобы те так дрались — такого ещё не было.

Вся комната превратилась в хаос: дети кричали, метались, было по-настоящему ужасно.

Таньтань оставалась единственным островком спокойствия в этом безумии. Вдруг она развернулась и направилась к двери.

За дверью стояла коротко стриженная девочка, только что проснувшаяся. Она наблюдала за происходящим в комнате и слегка нахмурилась.

Таньтань подошла к ней, обрадовалась, посмотрела на старшую сестру, а потом подняла глаза на маленький росток у неё на голове.

Девочка тоже смотрела на Таньтань:

— Привет, сестрёнка.

Таньтань мило улыбнулась:

— Привет, сестрёнка! Я… я буду тебя защищать! Не бойся!

Девочка внимательно посмотрела на сестрёнку, которая была ниже её ростом, и обняла её.

Системный дяденька мысленно выругался:

[…]

У меня есть одно «мммп», но я не могу его произнести.

Если скажу — получу жёлтую карточку.

В итоге драка закончилась победой Шэн Линханя, у которого на руке осталась лишь небольшая ссадина.

Гу Синцзун получил несколько ударов и теперь валялся на полу, истерично плача и требуя, чтобы воспитательница позвонила его маме. Та, не зная, что делать, набрала номер. Как только линия соединилась, мальчик завопил в трубку.

Воспитательница средней группы смотрела на всё это с тревогой и отчаянием.

Воспитательница Сяо Ян с тяжёлым сердцем набрала номер родителей Таньтань.

Весь день Тан Вэньлэй не находил себе места в офисе. Возможно, дело в том, что он слишком долго не сидел за этим столом.

То он спрашивал Цяо Лу:

— Она нормально пообедает? А вдруг проголодается?

То тревожился:

— Дети ведь часто падают и ударяются. А вдруг она упадёт?

Цяо Лу подумала, что у него послеродовая тревожность, просто проявилась она слишком поздно — ребёнку уже столько лет.

И тут ей позвонила воспитательница Сяо Ян. Услышав новости, Цяо Лу сразу встревожилась:

— Драка? С ребёнком всё в порядке? Хорошо, мы сейчас приедем!

Тан Вэньлэй подпрыгнул от испуга:

— Что?! Подрались?! Плакала ли Таньтань? Где она поранилась?

Цяо Лу потянула его к выходу:

— С ней всё в порядке. Узнаем подробности на месте!

В это же время секретарь Шэн Гочэна, просматривавшая видео несколько часов, наконец решила, что пора доложить боссу.

[Генеральный директор, Линхань подрался в детском саду.]

[Воспитатели улаживают последствия и вызывают родителей. Скоро вы получите звонок.]

Шэн Гочэн увидел сообщение в дороге и нахмурился. Воспитывать ребёнка — настоящее мучение. В прошлый раз его перевели в другой сад именно из-за драки, и вот снова!

Он тут же приказал водителю развернуться — на этот раз он лично поедет разбираться, в чём дело!

Секретарь так и не получила ответа от генерального директора и начала сомневаться, не показалось ли её сообщение слишком формальным. Она пересмотрела запись драки и открыла документ, чтобы составить подробный отчёт.

Нужно доказать боссу, что она не ленилась!

Когда Цяо Лу и Тан Вэньлэй приехали, в офисе уже находились другие родители. Их ещё в коридоре встретил шум.

Воспитательницы младшей и старшей групп спокойно уговаривали одну из мам, прося не волноваться и подождать, пока соберутся все, чтобы посмотреть видео.

Юань Мань, тётушка Гу Синцзуна, унаследовавшая от сына не только пухлость, но и вспыльчивый нрав, стояла, нахмурившись и сверкая глазами, и выглядела весьма грозно. Её громкий голос выражал ясное требование: «Мой сын пережил ужасное унижение! Вы обязаны дать мне объяснения!»

Воспитательница Сяо Ян не могла представить, как её коллега выдерживала такое три года.

Она боялась, что эта мама обидит Таньтань, поэтому крепко держала девочку на руках, защищая её.

Но Таньтань всё время переживала за старшего брата, и воспитательнице пришлось взять на себя заботу о них обоих. Она отступала всё дальше назад, пока не осталось места.

Она лишь молилась, чтобы родители Таньтань поскорее пришли.

Таньтань тихо шептала:

— Учительница, она так громко кричит… У меня уши болят.

Воспитательница Сяо Ян велела ей прикрыть уши и наконец заговорила:

— Уважаемая родительница, каждый ребёнок для нас — сокровище. Мы прекрасно понимаем ваши чувства, но ваш крик пугает других детей.

Юань Мань резко повернулась к ней и, уперев руки в бока, заявила:

— Ты вообще знаешь, кто я такая? Директор сада со мной разговаривает с особым уважением! Ты хочешь потерять работу?

Лицо воспитательницы Сяо Ян побледнело.

Хотя она была возмущена таким поведением родителей, ей всё же страшно было потерять работу.

Таньтань погладила её по щеке и утешающе сказала:

— Воспитательница Сяо Ян, не бойся! Я тебя защитлю!

Её папа хоть и торгует только компьютерами, но у него много знакомых, и он точно не даст воспитательнице уволиться.

Тан Вэньлэй и Цяо Лу уже некоторое время стояли у двери. Увидев, что их дочь в безопасности, они не спешили вмешиваться и хотели сначала понять ситуацию. Но всё, что они слышали, — это крики Юань Мань.

Любой ребёнок с более слабой психикой давно бы расплакался от страха. Тан Вэньлэй мысленно ругался, ему уже не терпелось вмешаться.

Юань Мань, уперев руки в бока, снова начала орать:

— Я тебе скажу, я ведь…

— Тук-тук-тук, — Тан Вэньлэй, прислонившись к дверному косяку, постучал три раза и, скрестив руки на груди, спокойно посмотрел на Юань Мань: — А ты помнишь, кто я такой?

Юань Мань поначалу сердито уставилась на него, но, узнав Тань Цзуня с супругой, её выражение лица мгновенно изменилось:

— Какие люди! Давно не виделись.

Тан Вэньлэй сухо ответил:

— Да, прошло несколько лет. Последний раз встречались, когда у вас родились близнецы.

Лицо Юань Мань покраснело от смущения. Она почувствовала, что дело принимает дурной оборот, и, дрожа грудью, посмотрела на Таньтань:

— Значит, эта девочка ваша…

Цяо Лу слегка улыбнулась, прошла мимо неё на десятисантиметровых каблуках, даже не взглянув на неё, и забрала дочь у воспитательницы.

— Мама! — Таньтань обняла её и послушно сказала.

Юань Мань застыла. Только теперь она вспомнила, что у семьи Таней родилась вторая дочь. Так как они вели себя очень скромно, она думала, что это всего лишь слухи.

Цяо Лу поцеловала дочь в щёчку и сказала воспитательнице:

— Спасибо вам, Сяо Ян. Наша малышка немного шаловлива, в первый же день устроила такие хлопоты.

Воспитательница Сяо Ян наконец перевела дух.

Хотя она не понимала, почему родительница, которая только что так громко кричала, вдруг затихла и явно побаивается родителей Таньтань, она лишь покачала головой:

— Нет-нет, в первый день Таньтань вела себя очень хорошо.

Цяо Лу наконец посмотрела на Юань Мань:

— Это моя младшая дочь. Я родила её в позднем возрасте, но она очень спокойная и не доставила мне особых хлопот.

Подтекст был ясен: я прекрасно знаю свою дочь. Она хоть и шаловлива, но никогда не начинает первая.

http://bllate.org/book/3548/386038