В конце концов Лу Бяньсюй выставил всех лишних людей за дверь, оставив лишь Цинь Ли и тарелку пасты с томатным соусом и мясом.
Омега остался весьма доволен сегодняшним завтраком, наконец-то сменил гнев на милость по отношению к Чжао Юаня, потянул его за рукав и наказал завтра положить побольше мясного соуса. Чжао Юань пару раз кивнул в ответ, наконец-то сумел высвободить свой рукав и вместе с Чжоу Иту спустился вниз.
Цинь Ли сидел на стуле, держа тарелку одной рукой и поглощая лапшу. Две пуговицы на его пижаме по-прежнему своевольно были расстегнуты.
Омега действительно выглядел очень красиво, но не в том мягкотелом смысле. Черты его лица не были сглаженными, кончики бровей выглядели аккуратно и четко, уголки глаз взлетали вверх, словно нарисованные одним росчерком кисти, напоминая искусно и остро ограненный драгоценный камень.
Лу Бяньсюй разглядывал его — точнее говоря, подвергал тщательному досмотру, столь скрупулезному, будто видел его впервые в жизни.
Хотя вчерашнее вторжение с выбиванием двери действительно заслужило ему кое-какую симпатию, вещи, которые требовалось прояснить, все равно нужно было прояснить.
Мысленно восстановив по порядку воспоминания вплоть до вчерашнего провала в памяти, он начал допрос: — Как ты вчера вошел? Не припомню, чтобы давал тебе ключ.
— Взломал, взломал проволокой. Выдернул проволоку из тетради на пружине, — на одном дыхании выпалил Цинь Ли, отправил в рот вилку с лапшой и невнятно пробормотал: — Я услышал... бах! И подумал, что ты тут у-у...
— Ох. — Неожиданно получив порцию заботы, Лу Бяньсюй снова счел омегу невероятно милым, мысленно простил ему то, что тот завалился спать в его постель без разрешения, и даже смирился с таким невоспитанным поступком, как взлом двери. — Чжоу Иту тоже ты позвал?
— Кто? Не знаю такого, я просто позвонил Чжао Юаню и спросил, нет ли у него знакомого врача. — Цинь Ли проглотил пасту и пожаловался: — К тому же он вчера едва переступил порог, как сразу меня толкнул.
Лу Бяньсюй зацепился за первую половину фразы: — У тебя есть номер Чжао Юаня?
Прошло всего несколько дней, а он уже умудрился ублажить Чжао Юаня так, что тот даже поделился номером телефона.
— Есть. Он еще велел мне не писать ему по пустякам, — пожаловался Цинь Ли. — Жадина.
Они даже в мессенджере добавили друг друга. Лу Бяньсюй на мгновение замолк, тихонько протянул ох, не стал расспрашивать дальше, словно на полуслове в его мысли вмешалось что-то другое, требующее внимания, и погрузился в задумчивость.
Пользуясь моментом, омега снес завтрак со скоростью урагана, выудил из кармана сигарету, зажал ее в зубах, достал зажигалку и с явным удовольствием закурил.
Встревоженный щелчком зажигалки, Лу Бяньсюй поднял взгляд и обнаружил, что эта зажигалка выглядит крайне непривычно — насколько он помнил, он никогда не покупал подобных кричащих вещиц.
— ...Откуда она?
— М? Ты про Козырного Брата? — Цинь Ли подбросил зажигалку вверх, поймал ее и снова подбросил. — Чжао Юань дал.
Лу Бяньсюй лишь спустя несколько секунд сообразил, что Козырный Брат — это имя, которое омега дал зажигалке, и нахмурился.
...Он забирает не только то, что дарит он сам, но и подарки от других людей?
Поразмыслив немного, он иносказательно намекнул: — Пару дней назад кто-то прислал зажигалку, мне она без надобности. Раз уж ты взял вещь Чжао Юаня, эту отдай ему.
Омега тут же ухватился за возможность: — А? Я хочу новую, новую можешь мне отдать? Я верну Козырного Брата.
Лу Бяньсюй немного помариновал его молчанием.
— Муж, я хочу ту новую зажигалку.
— ... — Это обращение возымело потрясающий эффект: Лу Бяньсюй больше не мог намеренно игнорировать его и был вынужден заговорить: — Прошлой ночью между нами ничего не было, верно?
Разумеется, ничего не могло произойти, он просто для приличия решил убедиться.
— Было, — с видом полной уверенности заявил Цинь Ли. — Вчера ночью мы спали вместе, пусть мы и не заслужили наград, но потрудились на славу. Муж, я хочу зажигалку.
Столкнувшись с столь явной чушью, Лу Бяньсюй остался совершенно невозмутим и мягко предложил: — Если между нами действительно что-то было, давай я вызову тебе полицию.
Нелегальному иммигранту связываться с полицией было крайне хлопотно, и Цинь Ли тут же сдал назад: — Прости, Лу Бяньсюй.
И снова поднял взгляд: — Но я правда очень хочу новую зажигалку, от Козырного Брата пахнет чесноком... Вчера я еще давал тебе лекарство и помог дойти до кровати.
Долгое время препираясь с Цинь — Одуванчиком — Ли, Лу Бяньсюй наконец почувствовал некоторое удовлетворение и сдался, дав согласие — в конце концов, взламывающие двери омеги попадались нечасто, и он надеялся, что в следующий раз его снова взломают.
Затем он позвал Чжоу Иту.
Разминувшись с ним в дверях, Чжоу Иту оглянулся на омегу, который с тарелкой в руках бегом спускался вниз.
— В чем дело? — спросил Лу Бяньсюй.
— Понятия не имею, о чем ты думаешь, — Чжоу Иту небрежно прикрыл за собой дверь. — Но с какой стороны ни посмотри — будь то точка зрения семейного врача и психотерапевта или позиция друга, — я бы не советовал тебе сближаться с этим омегой.
Лу Бяньсюй промолчал.
Чжоу Иту привык к тому, что тот избегает проблем с помощью молчания, и не ждал от него ответа, продолжая говорить: — Он родом из шестнадцатого медицинского округа, к тому же нелегальный иммигрант с туманным прошлым — кто знает, в какой день он испарится без следа. Даже заводя любовника, нужно же хоть немного выбирать. У тебя уже не осталось сил выдерживать неудачные близкие отношения. Пока ты увяз не слишком глубоко, откупись от него деньгами, Лу Бяньсюй.
Лу Бяньсюй по-прежнему молчал, судя по всему, подбирая доводы, чтобы убедить собеседника и заодно успокоить самого себя.
Спустя мгновение он заговорил: — Раньше ты советовал мне завести кошку или собаку, говорил, что пушистые маленькие животные полезны для физического и психического здоровья.
— М-м, верно. Не выбрал никого по душе?
— Меня поцарапали, — Лу Бяньсюй отвел взгляд. — Ни одно животное в зоомагазине... от хомяков до собак, не испытывает ко мне симпатии. Но Цинь Ли тянется ко мне, у нас очень высокий уровень совместимости, должно быть, дело в гормонах, а у кошек и собак нет желез.
Чжоу Иту: — ...
Лу Бяньсюй: — Ты также советовал мне заняться комнатными растениями и подарил горшок с кактусом, он уже умер.
— ... — Чжоу Иту тяжело вздохнул: — Так ты решил переключиться на зависимость от гормонов?
— Если бы на тебя шипела кошка, на тебя мочилась собака, кролик убегал бы при твоем виде, а хомяк притворялся мертвым, ты бы думал точно так же. — Лу Бяньсюй вдруг захотел выпить горячего молока, опустил голову, чтобы отправить сообщение Чжао Юаню, и одновременно произнес: — У меня есть чувство меры.
У альфа-омежных союзов есть такое преимущество: даже без эмоциональной базы высокий уровень совместимости по феромонам заставляет людей подсознательно проявлять друг к другу больше терпения, тем самым порождая иллюзию любви.
Шаг за шагом отступая, можно сказать, что компаньон, полученный с помощью гормонов и небольшой суммы денег, — не так уж плохо, по сути, ничем не отличается от содержания маленького питомца.
Это был безупречный довод, он почти убедил самого себя.
— У тебя-то есть чувство меры, а вот у другой стороны — не факт, — не одобрил Чжоу Иту. — Этот омега направо и налево зовет тебя мужем, я уж думал, вы успели переспать, ни капли стыда.
— Чжоу Иту, следи за выражениями.
Не ожидав, что Лу Бяньсюй вспылит, Чжоу Иту на секунду замер и уже собирался ответить.
Тук-тук, кто-то постучал в дверь.
— Господин Лу, молоко подогрето. — Чжао Юань вошел с молоком в руках.
Брови Лу Бяньсюй немного разгладились, он взял чашку, сделал глоток и счел, что оно уступает по вкусу тому вечернему молоку, после чего между делом спросил: — Чжао Юань, почему от твоей зажигалки пахло чесноком?
— Чесноком? — Чжао Юань растерянно моргнул, достал чудом вернувшуюся зажигалку и понюхал ее. — Нет вроде.
Ее уже вернули.
Лу Бяньсюй остался этим доволен, и молоко сразу показалось куда приятнее на вкус.
Разговор был прерван неожиданным вмешательством, и Чжоу Иту не стал продолжать, благоразумно сменив тему: — Нам с Чжао Юанем переезжать сюда? Так будет удобнее добираться до работы. В ближайшее время ты ведь не собираешься возвращаться в Платиновый павильон?
— Не нужно. — Лу Бяньсюй неторопливо попивал молоко, не будучи уверенным, как долго продлится его интерес к Цинь Ли.
Стоило вспомнить, что Цинь Ли до сих пор не попросил у него контакты, как на душе снова стало тягостно. — Я здесь только временно.
— Ладно. Устрой себе сегодня выходной, не езди на работу, — сказал Чжоу Иту. — Это рекомендация психотерапевта.
— После обеда намечается совещание, мне нужно присутствовать.
— На работе есть лекарства? Вчера, когда я ехал сюда, захватил пару коробок. Три раза в день, пусть помощник напоминает тебе вовремя принимать пищу.
— М-м.
Внезапно в кармане Чжао Юаня завибрировал телефон. Поскольку звонок не прекращался, оба невольно перевели на него взгляд.
Чжао Юань торопливо вытащил смартфон.
Стоило ему нажать на экран, чтобы тот засветился, как дверь за спиной распахнулась с шумом налетевшего ветра, и омега вихрем влетел внутрь.
— Чжао Юань! Чжао Юань~ Нарезка из фруктов закончилась, почему ты не отвечаешь на сообщения? Я хочу виноград без кожицы и косточек, питахайю и очищенные фруктовые огурцы, Чжао Юань~
— ... — Чжао Юань шарахнулся от него, как от чумы, сделав несколько шагов назад. — Я был занят, сейчас пойду нарежу.
Едва стихли его слова, как он получил от омеги пламенный воздушный поцелуй.
Судя по виду, Чжао Юань был готов грохнуться в обморок, он бежал с места преступления так, будто за ним гнались, даже не смея оглянуться.
Цинь Ли изначально намеревался последовать за ним, но, повернувшись и заметив Чжоу Иту, тут же передумал, меняя выражения лица быстрее, чем страницы в книге: — Ты почему до сих пор здесь?
Чжоу Иту, внезапно подвергшийся нападению, на мгновение остолбенел, после чего выдал изумленное: — Я семейный врач Лу Бяньсюя, почему я не могу здесь находиться?
— О? — Цинь Ли с придирчивым видом окинул его взглядом с ног до головы, еще более строго, чем вчера. — Сколько Лу Бяньсюй платит тебе зарплату?
Чжоу Иту, и без того питавший к нему неприязнь, ядовито бросил: — Работаю бесплатно.
— Бесплатно? — изумился Цинь Ли. — Почему? Тебя тоже взяли на содержание?
— ...!!
Прежде чем они успели вцепиться друг другу в глотки, Лу Бяньсюй поспешно спровадил Чжоу Иту.
Неприятный тип удалился, и омега вновь сделался мягким, липко прижался к нему и уткнулся в экран телефона.
— Лу Бяньсюй, у меня нет твоих контактов. — Тон омеги был таким, будто он совершил великое географическое открытие. Он поднял голову, перевел стрелки и с упреком произнес: — Почему ты не дал мне свои контакты?
Лу Бяньсюй: — .
Совершенно незаслуженно схлопотав упрек, он ничуть не рассердился — наоборот, в самых костях у него зарождалось и зудело тайное ликование, и он извлек на свет заранее заготовленную визитку: — Ты не просил.
— Если не просил, значит, и давать не надо было? — с абсолютно невозмутимым видом заявил Цинь Ли, занося контакт с визитки в свой телефон. — Альфа, который не проявляет инициативу, никогда не понравится ни одному омеге.
http://bllate.org/book/35474/4386388
Сказали спасибо 0 читателей