Готовый перевод Twin Killers ABO: A Restless Life / Двойные клинки: Судьба, сплетенная кровью [ABO]: Глава 8

— Хорошо, тогда я чуть позже забронирую номер.

Настроение Жун Шуяна казалось прекрасным, и Чэн Юаньдо не хотел портить ему праздник из-за такой мелочи, поэтому послушно согласился. Что же до Цзян Ханя — тот всегда отличался пониманием, так что он наверняка войдет в его положение.

Беспокойство в сердце наблюдающего за всем этим Бай Цзянханя зазвенело пронзительным набатом. Он был всего лишь бетой самого обычного происхождения, и его статус звезды казался ничтожным и смехотворным рядом с Жун Шуяном, который происходил из знатной семьи и к тому же являлся выдающимся омегой. К тому же ему казалось, что нынешний Жун Шуян в чем-то отличается от того Жун Шуяна, который был беременен, хотя в чем именно заключалась эта разница, он не мог понять.

На сердце у Бай Цзянханя было крайне тревожно: он боялся, что альфа, которого он с таким трудом заполучил, будет отнят Жун Шуяном. Особенно когда он увидел, как нежно Чэн Юаньдо разговаривает с Жун Шуяном и во всем ему потакает, страх в его душе становился все сильнее и сильнее. Наконец, он не выдержал, легонько потянул Чэн Юаньдо за рукав и робко позвал:

— Юаньдо...

С самого момента, как эти двое вошли, Жун Цзиньхань уже догадывался, кем является тот, кто последовал за Чэн Юаньдо. Разговаривая с Чэн Юаньдо, он все это время краем глаза следил за выражением лица этого человека. И теперь, услышав, как тот обратился к Чэн Юаньдо, Жун Цзиньхань наконец окончательно убедился: перед ним стоял именно тот самый Бай Цзянхань — истинная любовь Чэн Юаньдо, столкнувшая Шуяна с лестницы.

Жун Цзиньхань намеренно игнорировал Бай Цзянханя, но стоило тому подать голос, как Жун Цзиньхань бросил на него быстрый пренебрежительный взгляд и снова перевел глаза на лицо Чэн Юаньдо, после чего спросил:

— Зачем ты его привел?

Во взгляде Жун Цзиньханя читались презрение и брезгливость, словно от одного взгляда на этого человека становилось грязно. Бай Цзянхань почувствовал себя униженным, и его руки, сжатые по бокам, крепко задрожали.

Улыбка Чэн Юаньдо слегка померкла, и он произнес:

— Цзян Хань пришел навестить тебя.

— Навестить меня? — Жун Цзиньхань с ухмылкой покосился на Чэн Юаньдо, а затем весело ответил: — Я прекрасно себя чувствую, спасибо.

Увидев это, Бай Цзянхань тут же шагнул вперед и виноватым, полным раскаяния голосом произнес:

— Господин Жун, я искренне сожалею о том, что случилось раньше. Я не думал, что мое появление приведет к тому, что вы потеряете эмоциональное равновесие и оступитесь на лестнице, но раз уж все произошло, я постараюсь загладить свою вину.

Жун Цзиньхань поднял на него взгляд:

— Загладить вину? И как же ты собираешься ее загладить?

Лицо Бай Цзянханя застыло, и он ответил:

— Господин Жун может выдвинуть свои условия.

— Мои условия? — Жун Цзиньхань рассмеялся. — Мой ребенок — старший внук семьи Чэн и внук семьи Жун. Интересно, сможет ли господин Бай это компенсировать?

Он бросил взгляд на подарочные коробки, стоявшие на полу, и многозначительно добавил:

— Боюсь, подобные вещи господину Бай тоже не по карману.

Лицо Бай Цзянханя на мгновение исказилось от досады. Он повернулся и обиженно посмотрел на Чэн Юаньдо, собираясь оправдаться, как вдруг услышал слова Жун Шуяна:

— Ты пришел навестить меня, но купил мне подарки на деньги моего мужа? Неужели и ту компенсацию, о которой ты только что говорил, тоже оплатит мой муж? Господин Бай, а вы неплохо умеете все рассчитывать.

Слова Жун Цзиньха, прозвучавшие как громкий пощечина, отпечатались на лице Бай Цзянханя. Его лицо побледнело, и, бросив на Чэн Юаньдо обиженный и полный скрытого терпения взгляд, он произнес:

— Господин Жун, вы все не так поняли...

— Не так понял? — Жун Цзиньхань окинул Бай Цзянханя взглядом, источавшим предельное презрение. — Разве я что-то понял не так? Не думай, будто я не знаю, зачем ты сюда при явился. Разве ты не хочешь посмотреть на то, насколько жалок законный супруг, у которого ты увел мужа и которого по твоей вине лишили ребенка?

— Жун Шуян, не стоит судить о людях по себе и приписывать им такую злобу. Сяо Хань просто хотел навестить тебя из лучших побуждений, — не выдержав все возрастающей агрессии Жун Шуяна, вспылил наконец проснувшийся и проникшийся жалостью Чэн Юаньдо. Нахмурившись, он встал на защиту гостя.

— Пришел навестить? Разве в таком случае не приносят те цветы, которые люблю я? Почему же господин Бай принес те, которые нравятся ему самому? — Жун Цзиньхань с насмешкой посмотрел на Чэн Юаньдо.

Будучи специалистом в сфере дизайна ювелирных украшений, он, пусть и не был экспертом, но имел определенное представление и о мире моды, и об индустрии развлечений. Ему довелось повидать немало таких людей, как Бай Цзянхань, в чьих глазах читался расчет и чьим единственным стремлением было пробиться наверх за чужой счет. И только этот дурак Чэн Юаньдо позволил себя одурачить внешним видом Бай Цзянханя. Такой глупец совершенно не стоил его Шуяна.

— Я просто поражаюсь, — Жун Цзиньхань скрестил руки на груди и откинулся на спинку стула. Смотря на Бай Цзянханя с улыбкой, он говорил прямо Чэн Юаньдо: — Ты привел Бай Цзянханя сюда, чтобы он прямо довел меня до сердечного приступа, дабы потом твоего любимчика возвели в законные супруги?

Брови Чэн Юаньдо сошлись на переносице:

— Жун Шуян, что ты такое говоришь?

— Я говорю глупости? — холодно усмехнулся Жун Цзиньхань. — Ты — мой законный супруг, мой альфа. Но к нему ты обращаешься так нежно, а ко мне — по полному имени. Ты привел в дом своего любовника под предлогом визита ко мне и каждым словом защищаешь его. Если это не попытка довести меня до могилы, то что же тогда?

Губы Чэн Юаньдо были плотно сжаты в тонкую линию, он молчал. Изначально он хотел лишь помочь им разрешить разногласия, но теперь стало очевидно, что вышло лишь хуже.

Заметив, что Чэн Юаньдо молчит, Бай Цзянхань решил, что тот испытывает угрызения совести из-за слов Жун Шуяна, и поспешил заявить:

— Юаньдо, господин Жун и так меня недолюбливает, к тому же он только что потерял ребенка, он не в лучшем расположении духа. Не вини его.

Взгляд Жун Цзиньханя, острый как лезвие ножа, полоснул по Бай Цзянханю, едва не заставив его рассмеяться от злости.

У этой падшей девки язык был подвешен на зависть многим.

В то же время он испытывал жгучую жалость к собственному младшему брату: если он сам так разъярен, то каково же было Шуяну, который так любит Чэн Юаньдо? Нетрудно представить, что творилось на сердце у Шуяна, когда Чэн Юаньдо впервые привел к ним Бай Цзянханя.

— Бай Цзянхань, да кто ты вообще такой? Какое право ты имеешь встревать в дела между мной и моим мужем? — без малейшего стеснения обругал его Жун Цзиньхань.

Ногти Бай Цзянханя впились в ладони до крови, но он отчетливо понимал, как нужно себя вести. Поэтому в следующую секунду его глаза покраснели, и он тихо произнес:

— Простите.

Видя, что выражение лица Жун Цзиньханя становится все более суровым, Чэн Юаньдо начал жалеть, что поддался на уговоры Бай Цзянханя. Он посмотрел на выглядевшего донельзя смущенным и обиженным Бай Цзянханя и почувствовал укол жалости, но, вспомнив о состоянии Жун Шуяна, был вынужден подавить свой гвар. Повернувшись к Бай Цзянханю, он бросил:

— Пойдем отсюда.

Жун Цзиньхань холодным взглядом проводил Чэн Юаньдо.

http://bllate.org/book/35448/4381917