В тот вечер за ресторанным столом напротив него сидел Лу Ци. Он был так хорош собой, что казалось, будто им можно насытиться, поэтому Цзян Кэ совсем не чувствовал голода и был занят лишь тем, что пытался подкатить к собеседнику, под столом слегка касаясь ногой его голени.
Но даже несмотря на столь явные намеки, после ужина Цзян Кэ так и не смог вволю шагнуть вместе с Лу Ци за порог отеля. Лу Ци пригласил его поужинать, и это, судя по всему, действительно было обычным ужином, из-за чего Цзян Кэ выглядел человеком с нечистыми помыслами и даже в какой-то мере бесстыдником.
А ведь он даже захватил с собой удостоверение личности!
Французский ужин длился целых два с половиной часа, и Цзян Кэ так и не наелся, поэтому ему пришлось покупать оданэру в круглосуточном магазине неподалеку, чтобы перекусить перед сном.
Он выбрал несколько шариков с мясом и тофу, мешочки с икрой и горячую редьку — всё это лежало в одноразовом пластиковом контейнере, наполненном бульоном. Цзэн Сяофань помог ему расплатиться:
— С вас девятнадцать.
Он указал на леденцы у кассы:
— Не хотите взять конфетку? Как раз выйдет ровно на двадцать.
Цзян Кэ поддразнил его:
— А ты неплох в торговле, наверное, немало денег принес своему боссу.
Говоря это, он с легким сердцем взял леденец со вкусом молока и оплатил через телефон ровно двадцать.
Цзэн Сяофань смущенно улыбнулся и достал пакет, чтобы упаковать контейнер, дабы тот не обжигал руки.
На телевизоре под потолком шли повторы вечерних новостей. Цзян Кэ волей-неволей бросил туда взгляд и тут же замер, привлеченный услышанным, после чего не удержался от вздоха:
— Ну и неспокойное нынче время.
В новостях сообщали, что горожане обнаружили на берегу реки тело мужчины, а предварительным временем смерти назвали десятое марта. Судя по почерку преступника, весьма вероятно, что это дело рук того же серийного убийцы, что орудовал ранее.
Цзэн Сяофань с тревожным выражением лица произнес:
— Сейчас все очень боятся, по вечерам покупателей заходит всё меньше. Хотелось бы, чтобы полиция поскорее поймала преступника, иначе никто и носа на улицу не рискнет казать.
Цзян Кэ развернул фантик и засунул молочную конфету за щеку:
— Ты тоже будь осторожнее, работая в ночную смену каждый день. Хоть круглосуточный магазин и находится прямо у входа в жилой комплекс, охраны здесь нет, и если кто-то положит на тебя глаз, хлопот не оберешься.
Цзэн Сяофань был искренне тронут:
— Спасибо за заботу, иди домой, уже очень поздно.
Тогда Цзян Кэ, прихватив упакованный оданэру, направился домой.
Войдя в квартиру, он сначала отпихнул ногой прибежавшего на запах персикового кота, а затем сдвинул в сторону сваленные на диване вещи, чтобы освободить себе местечко.
Оданэру поставили на журнальный столик. Усевшись на диван, Цзян Кэ открыл контейнер и палочками разломил мягкую разваренную редьку пополам. Он уже собирался приступить к еде, как вдруг резко зазвонил телефон, и ему пришлось отложить палочки, чтобы ответить.
Звонил Су Цзинчэн, и едва вызов соединился, в трубке раздался полный гнева рев:
— Цзян Кэ, ты что, объелсо медвежьего сердца да леопардовой желчи?! Совсем жить надоело?!
Цзян Кэ тут же удивился. Хотя Су Цзинчэн частенько его отчитывал, подобные ситуации, когда он сам звонил с нападками, хотя сам Цзян Кэ ничего предосудительного не совершил, происходили довольно редко.
Приняв беспечный вид, Цзян Кэ развалился на диване и лениво протянул:
— Чего это ты вдруг такой злой?
— Этот Лу Ци... — Су Цзинчэн шумно и протяжно выдохнул, перевел дыхание и продолжил: — Ты всё еще за ним бегаешь?
Цзян Кэ усмехнулся:
— Что, приревновал?
— Приревновал твою матушку к кочерге! Ты хоть знаешь, кто он такой?!
Цзян Кэ небрежно отпихнул запрыгнувшего на журнальный столик персикового кота, который пытался стянуть еду, и бросил:
— Знаю, конечно, мой непосредственный начальник.
— ...Когда ты прислал мне ту фотографию, лицо показалось мне знакомым, а потом я навел справки. — Чеканя каждое слово, произнес Су Цзинчэн: — Его фамилия Лу. Из той самой Группы Лу.
Цзян Кэ не сразу сообразил:
— Подумаешь, редкость какая. Я и так знаю, что у него фамилия Лу, как суша, а не как дорога. Конечно, он из той же самой Группы Лу...
До него мгновенно дошло, и он невольно выпрямился на диване, после чего осторожно, нащупывая почву, переспросил:
— Ты хочешь сказать, что Лу Ци — из того самого семейства Лу?
— И не только! Ты ведь знаешь Лу Чжэнхуна? Бывшего главного акционера Группы Лу. Так вот, Лу Ци — его единственный сын. Пять лет назад Лу Чжэнхун скончался, и Лу Ци взял под свой контроль все дела семьи, став истинным теневым правителем клана Лу.
Куда бы ты ни ступил в этом городе, по какому бы проспекту ни шел, какие бы здания ни разглядывал, в какие магазины ни заходил, какие фильмы ни смотрел... повсюду почти неизменно чувствуется тень Группы Лу. У Лу Ци такая огромная власть, а ты все равно смеешь к нему лезть — жить надоело? Не боишься, что, в конце концов наигравшись и бросив его, ты так сильно его разозлишь, что тебя закатают в бетонный столб при строительстве моста?!
Цзян Кэ после услышанного долго не мог вымолвить ни слова. Просидев в оцепенении на диване целых несколько минут, он неуверенно протянул:
— Но...
— Но что? Какие еще могут быть но?
С обиженным видом Цзян Кэ ответил:
— Но он ведь и правда очень красивый...
Су Цзинчэн:
— ...Поделом тебе, если помрешь.
Цзян Кэ закинул ноги на спинку дивана, вытянувшись во весь рост, и недоуменно произнес:
— Раз всё обстоит именно так, и Лу Ци — главный человек в кланении Лу, почему он пришел к нам в компанию простым генеральным директором? Это же слишком мелкая для него должность.
— Он делает это явно с какой-то скрытой целью. Пожалуйста, будь осторожнее, не вляпайся в разборки между крупными шишками. Если тебя заденет по касательной, я даже не знаю, куда идти забирать твое тело.
Су Цзинчэн на мгновение умолк:
— Кстати, ты же говорил раньше, что тебе присылают какие-то странные вещи — всякие цветы там, открытки? Он всё еще тебя преследует?
— Да нет, этот извращенец с крестиком наконец-то угомонился.
Су Цзинчэн потерял дар речи:
— Да у него на открытках было подписано Люблю тебя, Икс, это же английская буква, какой еще крестик? Не превращайся в неграмотного сразу после окончания института!
Он вздохнул:
— Ну и невезучий же ты: то серийный убийца вокруг крутится, то сталкер. В новостях передавали, что снова кого-то убили, а я в командировке в другом городе и не могу о тебе позаботиться, так что береги себя.
Цзян Кэ чмокнул в трубку:
— Понял. Вернешься — с меня ужин.
Глава десятая. Я заболел тоской по тебе
На самом деле Цзян Кэ не горел желанием докапываться до истинного происхождения Лу Ци.
Он добивался Лу Ци лишь для того, чтобы завязать с ним более-менее стабильные отношения постельного характера, а вовсе не для того, чтобы крутить роман, и уж тем более не рассчитывал прожить с ним долгую жизнь рука об руку до самой старости.
http://bllate.org/book/35409/4376708