Готовый перевод Deep Desire / Глубокая жажда: Маска добродетели: Глава 4

Чжао Юаньпин с силой подавил охватившее его чувство несправедливости и отрезал: — Поэтому я непременно выкуплю акции Синьфэн у Чуншэн. Я не отдам свой многолетний труд посторонним, так что лучше оставьте мысли о Синьфэн, забудьте об этом пораньше!

Лу Цзиншэнь посмотрел на человека напротив, который отчаянно цеплялся за соломинку. Высокие стандарты воспитания не позволяли ему выказывать презрение или насмешку, поэтому он лишь спокойным тоном констатировал факт: — Цену, которую может предложить Шансинь, вы предложить не в силах. Вы, конечно, можете снова заняться привлечением инвестиций, но если бы от этого был толк, сегодня вы бы не пришли ко мне.

Облик Чжао Юаньпина в одно мгновение стал невероятно уродливым оттого, что Лу Цзиншэнь сорвал с него маску.

По сравнению с таким гигантом, как Шансинь Кэцзи семьи Лу, его собственная компания не тянула даже на муравья. Прежде ему просто повезло: он сумел привлечь инвестиции от Чуншэн Цзыбэнь — одного из ведущих финансовых гигантов страны, благодаря чему его компания стремительно пошла в гору. Выпущенное ими коммуникационное приложение даже смогло составить конкуренцию аналогичному продукту Шансинь по доле рынка. Но как только он, полный амбиций, собрался развернуться во всю мощь, Чуншэн Цзыбэнь сочла, что настало время пожинать плоды инвестиций, и без малейших колебаний решила избавиться от своего пакета акций Синьфэн. И приобрести их вознамерилась как раз Шансинь Кэцзи.

Чжао Юаньпин прекрасно понимал: как только акции Чуншэн уйдут к Шансинь, учитывая неизменный стиль последней, он окончательно потеряет контроль над компанией, а если останется, то сможет лишь заглядывать людям в рот и горбатиться на чужого дядя. Он действительно подумывал о том, чтобы попытаться привлечь других инвесторов, но стоило кому-то услышать, что покупателем выступает Шансинь Кэцзи, как желающих соваться в эту мутную воду и идти против Шансинь не оставалось вовсе. Доведенный до полного отчаяния, он и заявился к Лу Цзиншэню, наивно надеясь, что генеральный директор Шансинь Кэцзи изменит свое решение.

Лу Цзиншэнь не дал ему возможности возразить и продолжил: — Если вы не собираетесь продавать свои акции, оставайтесь в Синьфэн. Вы вышли из технарей, и в дальнейшем нам все равно придется полагаться на вас в технических вопросах. Либо же вы можете последовать примеру Чуншэн и тоже продать нам все свои акции. Компанию, которую вы когда-то подняли на ноги, потратив меньше миллиона, за пару лет можно перепродать за сотни миллионов — при любом раскладе эта сделка не будет в убыток.

Либо остаться и быть у угодничества на побегушках, либо забрать деньги и уйти — никаких возможностей для переговоров. Чжао Юаньпин уловил смысл слов Лу Цзиншэня, и у него от злобы зазвенели зубы: — Ты ведь тоже знаешь, что я создал эту компанию своими руками! Все мои душевные силы вложены в Синьфэн, я считаю Синьфэн своим собственным ребенком, и моя мечта — вырастить Синьфэн собственными силами!

Лу Цзиншэнь остался непреклонен: — У вас нет выбора.

Лу Цзиншэнь всегда был именно таким: не заносчивым, но до крайности жестким.

Никому еще не удавалось заполучить от него хоть какую-то выгоду. Тот человек из прошлого, семилетней давности, был единственным исключением.

Взгляд Фэн Сы неотрывно скользил по лицу Лу Цзиншэня, с живым интересом наблюдая, как тот ведет переговоры.

Однако подобная позиция Лу Цзиншэня явно вывела Чжао Юаньпина из себя. Сквозь стиснутые зубы он прорычал: — Не думайте, что сможете отделаться от меня деньгами! Синьфэн принадлежит мне, и по-вашему не будет!

Чжао Юаньпин резко вскочил на ноги, схватил стоящую перед ним чашку с горячим кофе и со злостью швырнул ее в Лу Цзиншэня.

Фэн Сы среагировал молниеносно: он протянул руку и оттолкнул удар. Чашка врезалась ему в плечо, а затем рухнула на пол, разлетевшись на мелкие осколки.

Перед глазами Лу Цзиншэня пестрели лишь брызги кофе да в мгновение ока заслонивший его собой Фэн Сы.

Его ресницы едва заметно дрогнули, и когда зрение снова сфокусировалось, обезумевшего от ярости Чжао Юаньпина уже прижали лицом к дивану.

Фэн Сы одной рукой придавливал голову Чжао Юаньпина, лицо его было на редкость свирепым, а белая рубашка пилота вся забрызгана грязными пятнами.

Лу Цзиншэнь с мрачным лицом поднялся на ноги и, когда подбежала отельная охрана, холодно приказал: — Вызывайте полицию.

Поднимаясь наверх в лифте, Фэн Сы расстегнул пуговицы и ослабил воротник пилотской рубашки, обнажив крепкий, мускулистый торс.

Лу Цзиншэнь нахмурился, а Фэн Сы, тронув губы усмешкой, указал на свое правое плечо: — Покраснело.

Кофе был горячим, и Чжао Юаньпин, не сделав ни глотка, вылил все содержимое на Фэн Сы — на его правом плече, куда угодила чашка, расплылось огромное алое пятно.

Лу Цзиншэнь перевел туда взгляд, задержал его на пару секунд и тут же отвел.

Фэн Сы тихонько хмыкнул.

Только что этот человек выглядел свирепым демоном, а теперь снова скалился с беззаботной улыбкой, не проявляя ни капли серьезности.

В тишине просторной кабины находились лишь они двое. Лу Цзиншэнь молча смотрел на двери лифта с привычным холодным выражением на лице.

Фэн Сы прислонился спиной к зеркальной стене лифта, небрежно распахнув испачканную рубашку — в нем не было заметно и следа растерянности. Он в упор разглядывал Лу Цзиншэня, а уголки его губ по-прежнему трогала улыбка, словно он выслеживал какую-то крайне забавную добычу.

Лифт остановился на этаже, где располагался номер Фэн Сы. Перед тем как выйти, Фэн Сы вдруг с усмешкой бросил: — Генеральный Лу, я только что помог вам, и вы даже не скажете спасибо?

Не успел Лу Цзиншэнь ответить, как снаружи раздались тихие возгласы — это были те самые две стюардессы, ожидавщие лифт.

Они собирались выйти в город за покупками и никак не ожидали, что после открытия дверей увидят внутри Фэн Сы в таком неопрятном виде, да еще и в компании Лу Цзиншэня, отчего от удивления невольно ахнули.

Заметив странную атмосферу между двумя мужчинами в кабине, стюардессы тут же пришли в себя, извинились и в нерешительности замерли, не смея войти.

Фэн Сы чуть тронул губы усмешкой и вышел первым. Проходя мимо стюардесс, он весело подмигнул им и подсказал: — Лифт едет наверх.

Девочки слегка покраснели, а двери лифта уже захлопнулись прямо перед ними, скрывая ставшее еще более отчужденным лицо Лу Цзиншэня.

Спустя полчаса поднялся Лю Цзе и доложил Лу Цзиншэню о результатах разбирательства: Чжао Юаньпина скрутили и отправили в полицейский участок, его задержали.

Брови Лу Цзиншэня не разгладились. Он велел подчиненному купить мазь от ожогов и отнести Фэн Сы.

Лю Цзе между делом восхитился: — Тот командир корабля оказался весьма неплох в драке, сказывается армейское прошлое. Если он согласится, было бы здорово приставить его к вам телохранителем, шеф. И нам не придется нанимать кого-то еще.

Раньше у Лу Цзиншэня тоже был телохранитель, но после госпитализации отца тот перешел к нему. Изначально планировалось подыскать нового человека, но после случившегося Лю Цзин внезапно подумал, что этот Фэн Сы подошел бы идеально. Можно было бы заключить с ним полноценный контракт и окончательно забрать из компании бизнес-авиации, вот только согласится ли он сам, не сбежит ли снова через какое-то время?

http://bllate.org/book/35378/4372400