Готовый перевод Don't Get a PhD, Find Love / Аспирантура: не для слабонервных, или Как приручить соседа-математика: Глава 2

Вэнь Ди посмотрел на обложку видеофайла, прежде чем отправить его в корзину, и на мгновение предался воспоминаниям. Этот ролик снимали силами факультета еще на втором курсе, а главные роли исполняли тогдашние «золотые мальчик и девочка», которые с тех пор давно разбежались и теперь терпеть друг друга не могли.

Уходящая юность, что тут скажешь.

Прибрав флешку, он вышел из корпуса гуманитарных наук и увидел неподалеку третий учебный корпус.

Взглянув на часы, Вэнь Ди понял, что через пять минут начнется вторая пара. Студенты торопливо слезали с велосипедов и сплошным потоком устремлялись в здание. В толпе выделялась высокая мужская фигура: светло-пепельный костюм подчеркивал широкие плечи и узкую талию. Мужчина шел медленнее остальных, и студенты, пробегавшие мимо, словно огибали невидимую границу, создаваемую его серой фигурой.

Вэнь Ди смотрел издалека, чувствуя, как в груди разливается тоска, смешанная с трепетом.

Он вспомнил первый день этого семестра.

В библиотеке не оказалось мест, и он отправился в пустую аудиторию третьего корпуса, чтобы доделать материалы для научного руководителя. В межсезонье легко простудиться, и Вэнь Ди не избежал этой участи: он сидел в маске, чтобы не кашлять, но, написав пару строк, совсем разморился и уснул прямо на столе.

Когда на душе неспокойно, сон выходит поверхностным. Сознание, словно морская пена, то взмывало вверх, то опускалось вниз, покачиваясь на волнах.

Неизвестно, сколько прошло времени, но сквозь туман он услышал, как вокруг воцарилась тишина, а затем раздался низкий, бархатный голос:

— В большинстве дисциплин то, что открывает человечество, в лучшем случае лишь бесконечное приближение к идеалу, которое постоянно меняется со временем. Одно поколение опровергает достижения другого, и здание науки, возведенное нынешним поколением, будет разрушено следующим. Лишь математика — это история, в которой каждое поколение дописывает новую главу к старой структуре.

Вэнь Ди открыл глаза и поднял голову. Сам того не заметив, он оказался в окружении студентов, которые напряженно вглядывались вперед.

Вэнь Ди перевел взгляд на кафедру и увидел высокого мужчину. Для профессора он выглядел на удивление молодо. Высокая переносица, свет падал сбоку, оставляя большую часть лица в тени. Четкая линия челюсти, мощные грудные мышцы, обтягивающие пиджак — он был больше похож на боксера, чем на математика.

Однако его голос звучал ровно и убедительно, с оттенком интеллигентной учтивости:

— Надеюсь, на этом курсе вы сумеете ощутить эту неизменную силу.

Вэнь Ди смотрел, как он повернулся и начал выводить формулы на доске. Рукава белой рубашки были закатаны до локтей, обнажая крепкие предплечья. Когда мужчина сжимал мел, на тыльной стороне ладони выступали четкие вены.

Его стиль преподавания, как и манера одеваться, был лаконичным и строгим. Вэнь Ди прослушал лекцию, которая казалась ему тарабарщиной, но ничуть не заскучал.

Слушая размеренный голос человека на кафедре и глядя на его глубокие, выразительные глаза, Вэнь Ди почувствовал, как его давно угасшая романтическая натура вновь ожила.

С тех пор каждый раз, проходя мимо третьего корпуса, он останавливался, чтобы посмотреть на здание издалека. Если удавалось выкроить время, он надевал маску, прокрадывался на математический факультет и тихо слушал лекцию с задних рядов.

Впрочем, до сих пор дело ограничивалось лишь созерцанием — он даже не перекинулся с ним ни словом. Сердце Вэнь Ди бешено колотилось уже несколько недель, а профессор даже не удостоил его взглядом.

При мысли об этом на душе у Вэнь Ди стало еще мрачнее.

В учебе никаких прорывов, научрук — настоящий мучитель, целыми днями приходится выполнять копеечную работу, а о личной жизни и мечтать не приходится. Четвертый год докторантуры... неужели его жизнь в аспирантуре закончится так печально?

Вороны на улице Сюэтан начали каркать, добавляя обстановке уныния.

Телефон снова завибрировал. Вэнь Ди взглянул на бесконечный поток новых сообщений, поправил сумку — грустить толку нет, пора за работу.

Он корпел над диссертацией в старом корпусе до десяти вечера, после закрытия пришел домой и продолжил заниматься материалами до глубокой ночи, а потом сам не заметил, как вырубился прямо за столом.

Это был тяжелый, лишенный сновидений сон, словно его ударили дубиной по голове.

А затем, из самой глубины темноты, внезапно раздался пронзительный скрип.

Вэнь Ди мгновенно проснулся.

Звук был резким и пугающим, словно кто-то скрежетал ногтями по металлу. У Вэнь Ди мурашки побежали по коже, и он вскочил со стула.

Не успел он перевести дух, как скрип повторился, обрушившись на него целой серией звуков. Это было словно изощренная пытка: его начало трясти, а в голове будто кто-то сверлил стальной проволокой, вызывая невыносимую боль.

Вэнь Ди схватился за голову и повалился на кровать, пытаясь остатками сознания понять, что происходит. Это скрипка. Звук доносился совсем рядом, скорее всего, из соседней квартиры.

Кто в здравом уме заставляет ребенка играть на скрипке в такое утро, да еще и в праздник?!

Охваченный праведным гневом, Вэнь Ди достал телефон. Когда он снимал квартиру, старший товарищ добавил его в общий чат жилого комплекса, чтобы он вовремя узнавал об отключении воды или электричества. Он зашел в чат, нашел аватарку жильца 301-й квартиры и добавил его в личные сообщения.

Скрипка мучила его еще пять минут, а потом затихла. Вэнь Ди взглянул на экран — собеседник принял запрос.

Вэнь Ди написал: «Сейчас праздники, все отдыхают. Не могли бы вы попрактиковаться в другом месте?»

Ему показалось, что тон получился вежливым, вполне в духе «сначала по-хорошему».

Но ответ пришел быстро: «Это моя личная территория, и играть на инструменте — мое личное право».

Вэнь Ди нахмурился. Что за отношение?

Он продолжил печатать: «Даже на личной территории нужно соблюдать общественные приличия. В доме живете не один, такой шум мешает всем».

Собеседник парировал: «Шум? Как вы можете называть музыку шумом?»

Вэнь Ди в ярости подскочил с кровати. Музыка? У него что, нет ушей?

Не успел он нажать «отправить», как жилец 301-й квартиры написал в общий чат: «Кто-нибудь еще слышит звуки с третьего этажа?»

Вэнь Ди уставился в экран, думая: зачем он сам себя топит? Но жильцы со второго и четвертого этажей отозвались: «Нет», «Какие звуки?».

Вэнь Ди застыл в изумлении. Неужели у остальных нет слуха?

Тут пришло личное сообщение от соседа: «Никто больше не слышит никакого шума, так что ищите причину в себе».

Вэнь Ди вскипел: «Это не шум, это нарушение покоя! Если не прекратите играть, я вызову полицию!»

На какое-то время наступила тишина, и звук «пилы по дереву» тоже прекратился. Вэнь Ди выдохнул, решив, что проблема решена.

Затем от соседа пришло сообщение со ссылкой на Таобао. Вэнь Ди машинально перешел по ней — перед глазами предстала фотография шумомера.

Следом пришло сообщение: «Днем нарушением покоя считается уровень выше 55 децибел. Перед вызовом полиции не забудьте сделать замеры».

Увидев ответ, Вэнь Ди почернел от ярости, гнев ударил в голову, и он чуть не задохнулся.

В Хэцинъюань живут одни профессора да их семьи, по логике, люди должны быть культурными, кто бы мог подумать, что здесь такие неадекваты.

Может, он, как и Вэнь Ди, живет здесь незаконно, по перенайму?

Вэнь Ди вновь воспылал боевым духом и принялся яростно печатать: «Громкость тут ни при чем! Вы играли так, что я чуть коньки не отбросил, кто будет оплачивать мой моральный ущерб?! Где ваша совесть?»

Сосед ответил мгновенно: «А у вас она есть?»

Вэнь Ди: «?»

Что он несет? Сам нарушает покой среди бела дня и еще смеет рассуждать о совести?

Сосед: «(Фотография) (Фотография) В правилах комплекса четко прописано, что оставлять мусор в коридоре запрещено».

Вэнь Ди взглянул на снимки. На них были пакеты с мусором. Они с соседом по комнате за эти дни заработались и забыли вынести их, вот они и стояли у двери. К счастью, на дворе был октябрь, а не лето, иначе бы уже все протухло.

Сосед: «(Приближенное фото мусорных пакетов) И вы даже не сортируете мусор».

А? Это разве главное?

Вэнь Ди, сбитый с толку, переключился на обсуждение сортировки: «Я вообще-то отделяю пищевые отходы от других!»

Сосед: «Крупные кости долго разлагаются, это не пищевые отходы, а прочий мусор. Стеклянные бутылки подлежат переработке, а зеркало — сухие отходы. Туалетная бумага быстро растворяется, это неперерабатываемый мусор. Все свалено в одну кучу, у вас что, совсем нет элементарных знаний?»

Вэнь Ди опешил. Этот человек... почему его так интересует чужой мусор? Он что, все внимательно разглядел? И рассортировал?!

Вэнь Ди: «Ты тайком копаешься в чужих пакетах? Ты что, извращенец?»

Сосед: «Я говорю вам о здравом смысле, а вы переходите на психические диагнозы».

Сосед: «Вы всегда переходите на личности, когда проигрываете спор?»

Грудь Вэнь Ди разрывалась от ярости. У этого типа точно с головой не в порядке!

Вэнь Ди: «В наши дни те, кто хотя бы на две категории мусор делит — уже экологические активисты! Чего ты не пойдешь с плакатом в защиту природы жить на вековом дереве?»

Вэнь Ди: «И еще: если нет музыкального слуха, не мучай уши невинных прохожих, найди себе бревно и пили его».

С детства он никогда не проигрывал в спорах, но сообщение, которое пришло следом, выбило его из колеи.

Короткая фраза, словно атомная бомба, разнесла его рассудок в щепки.

Сосед: «Судя по аватарке, вы любите Шекспира. Неудивительно, что в ваших словах так мало логики».

Мозг Вэнь Ди на секунду отключился, он подпрыгнул на кровати и заорал: «Твою ж мать!!»

Лишение сна, оскорбление его личности, сомнения в его порядочности — все это можно было стерпеть.

Но этот человек посмел оскорбить Шекспира! Это преступление, не имеющее прощения!

Шекспир был его объектом исследования, духовным наставником, опорой на научном пути. Тот, кто смеет плохо отзываться о Шекспире — его кровный враг, заклятый недруг, и с ним нет примирения!

Вэнь Ди: «Шекспир — это Зевс на Олимпе мировой литературы, душа западной драматургии. Ты кто такой, чтобы его порочить?»

Сосед долго молчал. Вэнь Ди решил, что тот потерял дар речи — кто может отрицать великий вклад Шекспира в мировую цивилизацию? А затем собеседник отправил длинное сообщение.

http://bllate.org/book/35376/4372127