Готовый перевод The Guide: Whispering Wilds / Проводник: За гранью виртуальных клеток: Глава 6

Ночью. — Изменила показания Нин Цзи.

Се Тин не сразу сообразила, что к чему, и промолчала.

Нин Цзи повернулась к ней, окинула взглядом её лицо — ей едва исполнилось восемнадцать, — выдержала секундную паузу и прямо пояснила:

Сегодня ляжем в постель.

— Ну надо же...

Слишком прямолинейно, щеки Се Тин тут же вспыхнули.

Намекала бы себе на здоровье, к чему говорить так открыто?

— Ладно. — Она снова легла под одеяло.

По правде говоря, особого отторжения она не испытывала.

Поначалу, когда выяснилось, что Нин Цзи не причинила ей, настоящей Се Тин, никакого вреда, она даже удивилась.

Ждет совершеннолетия, значит.

Впрочем, помимо смирения, другого выхода у неё всё равно не оставалось.

Се Тин была в свое время продана Нин Цзи. Можно было попытаться сбежать, но Нин Цзи явно вела себя как прожженная деловая женщина — неужели она станет спокойно смотреть, как купленный ею товар уплывает из рук?

Не говоря уже о том, что Нин Цзи владела далеко не только легальным бизнесом, на её счету числилось немало темных делишек.

Поразмыслив над этим, оставалось только смириться.

К тому же сейчас она ничего не знала, этот мир был ей совершенно чужд, и влиться в него пока не представлялось возможным.

По сравнению с тем, чтобы оригинальничать и пускаться в сольное плавание, плыть по течению оказалось куда более разумным вариантом.

К тому же Нин Цзи была недурна собой, даже очень красива.

Се Тин только исполнилось восемнадцать, а Нин Цзи, если память её не подводила, должно быть, стукнуло тридцать шесть — ровно вдвое старше.

На редкость извращенно, но её ментальный возраст равнялся двадцати семи, так что приняла она это относительно легко.

И в конце концов, раз уж человек красив, чистоплотен и вроде бы не страдает никакими странными привычками, с какой стороны ни посмотри, она оставалась в выигрыше.

При этой мысли её вдруг охватила тревога.

А что, если у неё всё-таки обнаружатся какие-нибудь странные наклонности?

Тц.

— Иди сюда. — Знакомый голос и привычная интонация прервали её буйные фантазии.

Медленно спустившись с постели, она перебралась к Нин Цзи и спросила:

Что такое?

Нин Цзи распустила галстук, и Се Тин на секунду замерла, разом всё поняв.

Только что ей уже помогали справляться с этим, поэтому она послушно подняла руку, обнажая запястье.

Какая же ты дурочка, думала, что обойдется без странностей.

Хотя вчера всё было куда проще, обрывки чужих воспоминаний всё никак не укладывались в голове как следует. Весь день вчера они не виделись, а позапрошлым вечером ничего подобного не происходило, и без личного опыта она просто забыла об этой детали.

Черная рубашка, черный галстук — выглядело это донельзя мрачно, но при этом идеально подходило к суровому темпераменту Нин Цзи.

Только вот кожа в этом теле Се Тин была невероятно нежной и белой, стоило чуть сильнее прикоснуться, как на ней оставался красный след.

Вчера она случайно ударилась коленом — удар был совсем слабым, но на коже все равно расплылся темный синяк.

Контраст черного и белого оказался разительным. Нин Цзи надавила чуть сильнее, но в меру — ровно настолько, чтобы остался легкий след, но не было больно.

Она завязывала его уже столько раз, что набила руку.

Закончив, она сдвинула узел чуть ниже, обнажая покрасневшую кожу. Нин Цзи полюбовалась на результат пару секунд и осталась весьма довольна.

Другой конец ленты она кое-как примотала к собственному запястью.

И отвела левую руку в сторону.

Благодаря тем проклятым обрывкам воспоминаний Се Тин снова всё поняла без слов: она поднялась на цыпочки и уселась к той на колени.

Кресло подалось вперед. Левой рукой Нин Цзи обняла её, а правой щелкала мышкой, продолжая всматриваться в текст и цифры на мониторе.

Казалось, она совсем не боится, что Се Тин подглядывает, хотя по идее всё, что она изучала, должно было составлять строжайшую тайну.

Се Тин из любопытства скосила глаза на экран, но у нее тут же закружилась голова, и желания смотреть на это дольше секунды не осталось.

Телефон она с собой не захватила, стало немного скучно, но не настолько, чтобы прерывать Нин Цзи и бежать за гаджетом.

Немного погодя она заметила, что Нин Цзи потеряла прежнюю сосредоточенность.

Каждый раз, когда прокрутка текста на экране замедлялась, левая рука, обнимавшая её за талию, начинала блуждать.

Она то легонько сжимала мягкую плоть на талии, то касалась косточки на запястье — боли не было, всё это больше напоминало ласку.

Но стоило этой руке замереть, как страницы на мониторе снова начинали двигаться заметно быстрее.

Когда экран в очередной раз притормозил, Се Тин украдкой повернула голову, чтобы вглядеться в лицо Нин Цзи.

Они сидели так близко, что теперь она разглядела едва заметные темные круги под ее глазами.

Нин Цзи, должно быть, заметила этот взгляд, но проигнорировала его.

Раз та не обращала внимания, Се Тин осмелела и принялась разглядывать ее уже открыто.

Глава 5

На самом деле в это трудно было поверить, но Нин Цзи выглядела максимум на двадцать восемь-девять лет.

При ближайшем рассмотрении можно было заметить тончайшие морщинки, но благодаря идеальным чертам лица и прекрасной коже они лишь добавляли ей шарма, совсем не старя.

К слову, раньше Се Тин любила наблюдать за чужими зрачками — кхе, одно из ее многочисленных странных увлечений.

У большинства людей цвет зрачков был ни темным, ни светлым, и черными они казались лишь при определенном освещении.

У Нин Цзи же радужка оказалась темнее, чем у остальных, а вкупе с холодным выражением лица и таким же холодным нравом ее глаза выглядели поистине бездонными.

Это было вовсе не преувеличение: казалось, в ее глазах и впрямь таится нечто скрытое от посторонних глаз, бесчисленные мысли, которым еще не суждено было вырваться наружу.

Поглазев на нее с минуту, Се Тин поинтересовалась:

Ты спать хочешь?

Эти глаза, произведшие на нее такое сильное впечатление позапрошлым вечером, сейчас казались слегка затуманенными.

Только тогда Нин Цзи перевела на нее взгляд.

Се Тин невольно моргнула — у Нин Цзи была особенная манера смотреть, от которой становилось немного не по себе и неуютно.

Спустя пару секунд Нин Цзи отвела глаза обратно.

Еще десяток секунд спустя она наконец отозвалась:

Немного.

Се Тин моргнула и предложила:

Может, пойдешь вздремнешь? Если сосредоточишься, дело пойдет быстрее, чем сейчас.

Нин Цзи ничего не ответила... нет, сейчас Се Тин подумала: она не ответила на это сразу.

Если нужно, я могу тебя разбудить или предупредить, когда придет какое-нибудь сообщение, — добавила она.

Прошло еще неизвестно сколько секунд, прежде чем Нин Цзи закрыла файл, ответив на предложение действием.

Улыбнувшись, Се Тин слезла с ее колен.

На сей раз, не дожидаясь разрешения, Нин Цзи отреагировала мгновенно: тут же посмотрела на нее, помедлила две секунды, но в итоге промолчала.

Они вместе сходили вымыть руки и вернулись в постель.

На этот раз мысль о том, что ее водят на поводке, как собачонку, уже не вызывала у Се Тин внутреннего протеста. Забравшись под одеяло следом за Нин Цзи, она не стала ложиться, а прислонилась спиной к изголовью, достав телефон — боялась уснуть.

Через сколько тебя разбудить? — спросила она.

Через час. И если будут звонки, тоже буди, — голос, прохладный и поначалу казавшийся таким грозным, после того как Нин Цзи улеглась, звучал на удивление сонно.

Хорошо, без проблем. — Одной рукой Се Тин выставила будильник.

Правая рука оставалась под одеялом, но из-за короткого галстука отдалиться друг от друга они не могли.

Вскоре рядом разное ровное дыхание.

Се Тин глянула на нее: похоже, та действительно не сомкнула глаз за всю ночь и держалась из последних сил.

Иначе с чего бы ей доверять слежку кому-то еще? Теряет бдительность.

Раз уж та уснула, Се Тин принялась разглядывать ее уже совершенно не прячась.

Рассматривая её, она предавалась праздным мыслям: а ведь Нин Цзи не такая уж страшная, даже в чем-то милая.

Впрочем, это относилось только к ее сонному и изнуренному взгляду минутной давности.

Пятьдесят с лишним минут спустя, вопреки желаниям Се Тин, телефон Нин Цзи все-таки зазвонил.

Движимая личными побуждениями, она легонько ткнула Нин Цзи в щеку и, заметив, как задрожали ее ресницы, произнесла:

Тебе звонят.

Нин Цзи приоткрыла глаза, и во взгляде еще племанилась пелена сна.

Се Тин посмотрела на нее и неожиданно для себя улыбнулась.

Ой.

Однако сонливость рассеялась в тот же миг, сменившись ясностью ума. Не вставая с постели, Се Тин протянула ей телефон, приложив к самому уху.

Громкую связь она включать не стала, поэтому расслышать разговор не удавалось. Неизвестно откуда набравшись храбрости, она в упор уставилась на Нин Цзи.

Холодное выражение лица, чуть опущенные брови, ледяные нотки в голосе.

И при этом — лежащая на кровати растрепанная прическа и легкий беспорядок.

Ой-ей.

Вновь подумала Се Тин.

Она глазела настолько бесстыдно, что на ее губах даже играла улыбка.

Взгляд Нин Цзи скользнул по ней, легкомысленно сместился в сторону, и она продолжила отчитывать собеседника.

Тридцать. — Отчитывать, пожалуй, было громко сказано, тон оставался ровным и холодным.

Других вариантов нет.

Сказав это, она подняла руку, накрыла ладонь Се Тин, державшую телефон, поднесла аппарат ближе к себе и сбросила вызов.

Затем рука расслабленно опустилась на постель.

Глаза снова закрылись.

Се Тин положила телефон на место и подбадривающе шепнула:

До конца еще есть время, спи.

Едва она договорила, как межбровей у Нин Цзи разгладилось — ушла едва заметная складка.

Ой.

Подумала она снова.

Несколько минут спустя она снова тыкнула Нин Цзи в щеку и тихо позвала:

Время вышло.

Нин Цзи открыла глаза, нахмурилась, выражая явное недовольство.

Заметив это выражение лица, какое вряд ли увидишь в обычное время, Се Тин снова не удержалась от улыбки, тронувшей уголки ее глаз.

Хочешь поспать еще? — с лукавой улыбкой соблазнила она.

Нин Цзи покачала головой? Нет, она вообще не ответила.

Се Тин смотрела на нее, ожидая, что та вот-вот поднимется.

Десяток секунд спустя ее резко дернули за талию, и Нин Цзи притянула ее к себе.

Такого поворота она никак не ожидала и не успела сориентироваться.

Приподнявшись на локте, Нин Цзи нависла над ней, дотянулась через нее до телефона, выставила новый будильник, швырнула аппарат в сторону и заодно поправила подушку Се Тин.

Спи, — бросила она, натянула одеяло повыше, укрывая их обеих, поудобнее устроила девушку в своих объятиях и смежила веки.

Прижавшись к ее груди и чувствуя крепкую хватку на талии, Се Тин моргнула.

Мм? Разве этот человек не должен быть невероятно дисциплинированным и сдержанным?

Кажется, она открыла в ней новую грань.

И тогда в сердце вновь всколыхнулось то приятное чувство, будто нашел красивый камешек, и в душе зашумел целый сад.

Ах, люди все-таки многогранны, подумала она с удовольствием.

Только в контрастах кроется истинная красота, а жесткие рамки скучнее всего.

Размышляя об этом, она уже не могла обуздать нахлынувшее возбуждение.

Я не хочу спать, совсем не хочется.

В ее голосе прозвучало сдерживаемое волнение, похожее на водную гладь перед самым закипанием, на которой то тут, то там лопаются пузырьки.

http://bllate.org/book/35268/4357872