Хозяин лапшичной — это персонаж, у которого была раскрыта лишь часть сюжета.
В видео, прикрепленном Цзян Сюньшэном к резюме, он исполнял сцену, где хозяин лапшичной расчленяет тело своей жены.
В самом конце этого эпизода также был эмоциональный поворот: с беспристрастным выражением лица персонаж завернул куски плоти в пищевую пленку, убрал их в холодильник, после чего ему позвонил мастер по доставке лапши. Тот сказал, что в складе протечка, и лапши на следующий день будет лишь половина от обычного объема. Извинившись, он попросил хозяина лапшичной заранее подготовиться к нехватке. Хозяин лапшичной оставался с абсолютно бесстрастным лицом, однако звучавший из его уст голос казался необыкновенно мягким и простодушным, что создавало жуткий контраст с залитой кровью комнатой:
— Ничего страшного. Как раз в последние два дня было слишком много гостей, а у моей жены болит поясница. Будем считать, что закроемся пораньше и отдохнем.
Осветительные приборы и камеры всё еще настраивали. Мао Линь скучал, сдвинул стул на полметра, высунулся из-за монитора и непринужденно заговорил с Цзян Сюньшэном, растягивая слова:
— Знаешь, с такой внешностью, как у тебя, в серьезных драматических проектах приходится тяжело — почти ни одна съемочная группа не берет актеров с вашей внешностью в серьезное кино. Тебе больше подошли бы мелодрамы, всякие там идолы-дорамы и прочее. Там и деньги платят быстрее, и прославиться легче, да и фан-база растет. Я посмотрел твоё портфолио, подобных работ у тебя немало, а значит, ты и сам прекрасно понимаешь, что у такого жанра высокий процент успешных прослушиваний. С чего вдруг тебя потянуло на серьезную драму, да еще и на роль злодея? Сам пойми, если такого персонажа снимут и пустят в эфир, он практически не привлечет поклонников — хорошо еще, если зрители не станут ненавидеть тебя до скрежета в зубах.
Цзян Сюньшэн ответил честно:
— Хотелось попробовать что-то другое, бросить вызов самому себе.
— Люблю таких актеров, твое амплуа не должно быть слишком узким.
Мао Линь усмехнулся и вернулся к прежней теме:
— Когда мы отбирали актерские резюме, вообще-то я тебя отсеял. Я взглянул на то лицо у тебя в удостоверении личности и сразу решил — не годится. Это слишком сильно отличалось от задуманного мною образа. Мне нужен был кто-то постарше, с первого взгляда внушающий абсолютное доверие, и совсем не важно, симпатичный он или нет. Но наш продюсер промахнулся мимо кнопки, и по чистой случайности открылся приложенный к твоему архиву видеоролик с пробы. Посмотрели мы его, значит, и поняли: нежная и ухоженная внешность домашнего тирана — это ведь тоже довольно занимательный контраст. К тому же подобный образ домашнего насилия в нынешней индустрии кино и сериалов встречается нечасто, и поучительный посыл тут ничуть не хуже, чем у простецкого образа. К тому же у тебя хватит мастерства вытянуть эту роль, и детали проработаны отлично, так что мы решили дать тебе шанс.
— Хочешь узнать, какая именно деталь заставила нас принять решение в твою пользу? — снова спросил Мао Линь.
Цзян Сюньшэн только собрался переспросить, как сидевший за камерой сотрудник уже окликнул Мао Линя, докладывая, что всё готово.
Мао Линь улыбнулся и придвинул стул обратно на полметра:
— Потом расскажу, сначала давай посмотрим на твою игру.
Для проб требовалось, чтобы кто-то из сотрудников подыграл в роли жены. Получив от сотрудника знак о готовности, прослушивание официально началось.
Всё шло гладко по сценарию.
В самом конце сцены суровый взгляд Цзян Сюньшэна замер перед экраном монитора Мао Линя. Мао Линь не стал кричать «стоп». Спустя две-три секунды Цзян Сюньшэн отвел взгляд, но не вышел из образа, а продолжил движения варки лапши: сменив выражение лица, он поднял голову, взял лежавшее у плиты полотенце, перекрутил его в руках и с прежней улыбкой на лице осведомился у воображаемого гостя, что тот будет заказывать. И только после этого Мао Линь скомандовал «стоп».
Довольный Мао Линь с улыбкой произнес:
— Отлично, мы не разочарованы. Играешь очень естественно, честно говоря, ничуть не хуже ведущих актеров, которых отобрал я сам. Кстати, курить умеешь?
— Практиковался, — ответил Цзян Сюньшэн.
Мао Линь кивнул:
— Ладно, впрочем, если не умеешь — не страшно, этому легко научиться.
Пробы подошли к концу, и Мао Линь отвел Цзян Сюньшэна в зону отдыха.
Дин Нань всё это время ждал на диване. Заметив выходящих Мао Линя и Цзян Сюньшэна, он тут же вскочил на ноги, пытаясь угадать по их лицам результат. Наконец его взгляд столкнулся с Мао Линем, и, увидев утешающую улыбку режиссера, Дин Нань понял, что всё прошло успешно. Он был так взволнован, что чуть не подпрыгнул на месте, но всё же сдержался после долгих усилий и уселся рядом с Цзян Сюньшэном.
Мао Линь достал телефон, сделал звонок и опустился на сиденье по другую сторону от Цзян Сюньшэна.
Закончив разговор, он произвел:
— Все документы для подписания контракта принесли? Подождите минутку, я попросил продюсера принести договор, сейчас подпишем.
Затем Мао Линь открыл галерею в телефоне и продолжил:
— Помнишь тот решающий нюанс, о котором я говорил?
Цзян Сюньшэн утвердительно хмыкнул.
Мао Линь вывел на экран видеоролик и протянул телефон экраном к Цзян Сюньшэну.
В видео проигрывался тот самый эпизод из актерского резюме Цзян Сюньшэна.
Мао Линь промотал запись назад, остановившись прямо перед моментом, где персонаж начинает расчленять тело. Указательным пальцем он обвел движения рук Цзян Сюньшэна на экране, а затем снова перекрутил видео чуть дальше — к моменту, когда герой складывает куски плоти в холодильник и закрывает дверцу. В этот самый момент в ролике зазвонил телефон, и перед тем как принять вызов, Мао Линь нажал на паузу, снова обведя указательным пальцем жест рук Цзян Сюньшэна.
Оба обведенных Мао Линем движения рук заключались в одном и том же: Цзян Сюньшэн привычно брал полотенце, чтобы вытереть руки.
Движения Цзян Сюньшэна были донельзя отточенными — до такой степени, что напоминали безусловный рефлекс, выработанный долгими часами многократного повторения.
— В сегодняшней сцене на пробах ты ведь тоже сделал это движение, верно? Мне оно безумно нравится, — Мао Линь не скупился на похвалу. — Деталь тонкая, такая привычка есть у многих мастеров лапшичных. Наблюдал за ними вживую, признайся?
— Да, наблюдал, — подтвердил Цзян Сюньшэн.
Этот жест действительно был специально продуман Цзян Сюньшэном.
Он несколько дней подряд наблюдал за переулком, и в его блокноте больше всего записей оказалось как раз о семейной паре, державшей ларек с лапшой. Впрочем, делал он это вовсе не ради роли — просто так удачно совпало.
Мао Линь продолжил покадрово разбирать с Цзян Сюньшэном фрагмент его игры, высказав немало ценных предложений. Прошло около десяти минут, прежде чем сверху спустился человек с бумагами в руках.
Узнав в нем продюсера, Цзян Сюньшэн и Дин Нань дружно поздоровались.
Продюсер положил контракт перед Цзян Сюньшэном и пошутил:
— Всё-таки моя оплошность с кнопкой сыграла роль, да, режиссер Мао?
Мао Линь рассмеялся в ответ, а затем снова перевел взгляд на Цзян Сюньшэна:
— Пусть это не главный стержневой персонаж, но как для протагониста первого «подземелья», я обязан это сказать: «Скрытые течения династии Мин» приветствуют твое появление в проекте.
http://bllate.org/book/35242/4354321
Сказали спасибо 0 читателей