Готовый перевод Teacher Xu's Emotional Records / Записки учителя Сюй: Долгий путь к сердцу: Глава 1

Холодный и суровый воротила юридического мира и прекрасный бродячий щенок-сунь.

Шестнадцатилетний Сюй Цзиньли сжался в клубок в доме Чжао Ланя, робко потянул его за рукав и попросил конфету.

А затем услышал обещание Чжао Ланя: Я буду относиться к тебе как к семье.

Двадцатичетырёхлетний Сюй Цзиньли в баре неожиданно столкнулся взглядом с теми самыми знакомыми глазами и увидел, как Чжао Лань легко покачивает бокал с вином и с лёгкой улыбкой произносит: Давно не виделись.

Но Сюй Цзиньли сопротивлялся, испытывал отвращение и хотел лишь одного — чтобы тот исчез.

За окном автомобиля Сюй Цзиньли просунул язык между зубами парня, а Чжао Лань с бесстрастным лицом набрал номер: Переведите Цзян Цуннаня в другой город.

В ночь, когда Сюй Цзиньли был пьян, Чжао Лань прижал пропахшего алкоголем парня к зеркалу: Посмотри хорошенько, у тебя всегда краснеют мочки ушей, когда ты лжёшь.

Сюй Цзиньли умолял его: Умоляю… отпусти меня домой…

Чжао Лань связал его бьющиеся руки: Считай это своим домом.

Галстук на запястьях заставил Сюй Цзиньли едва ли не сорваться: Неужели борец Чжао намерен загнать меня в угол?

В глазах Чжао Ланя плескалась темнота: Я учу тебя разобраться в собственном сердце.

Подсказка:

Парень — подонок, Чжао Лань — истинный сонь.

Взаимные недомолвки из прошлого.

Тело в сто раз честнее языка.

Метки: разбитое зеркало склеенное вновь, смена партнера, властный старший, сверхъестественная жажда контроля, лопата, подкапывающая чужую стену, лопата проникающая в самое сердце.

Глава 1

Ливеньл лил как из ведра. Сюй Цзиньли стоял перед пестрящим огнями клубом carousel club, слегка сожалея, что набросился на острый хого с такой жадностью.

Если бы они не засиделись до самого закрытия, ему бы не пришлось вымокнуть до нитки на полпути и искать убежища у входа в бар.

В глубоком переулке уже близилась полночь, все закусочные и круглосуточные магазины были закрыты, и лишь бар мерцал тусклыми огнями.

Сюй Цзиньли насквозь промочил одежду и, прижавшись спиной к дверям бара, ощущал зябкий холод.

Цзин Чэнт вытер лицо: М-мы, может, зайдем внутрь?

Сюй Цзиньли отказался: В барах очень дорого.

Тогда я угощаю.

Сюй Цзиньли возразил: А что, если мы встретим кого-то из родителей учеников?

Цзин Чэн повернул голову и посмотрел на народного учителя перед собой: на Сюй Цзиньли была дешёвая рубашка и брюки, насквозь промокшие насквозь и облепившие его тонкую упругую талию и округлые ягодицы так, что всё было как на ладони; полудлинные мокрые пряди липли к бледным щекам, а чернильные зрачки выглядели одновременно прекрасными и жалкими.

Цзин Чэн сказал: У-учитель Сюй, за твоей спиной гей-бар, здесь просто невозможно встретить родителей, а даже если встретим, они точно не посмеют поднимать шум.

Дверь распахнулась, и Цзин Чэн втолкнул Сюй Цзиньли внутрь.

Неподалёку виднелась ещё одна полупрозрачная стеклянная дверь, из-за которой доносились приглушённые раскаты грохочущей музыки, а за стеклом мелькали кричащие огни.

Подожди! — Сюй Цзиньли остановил Цзин Чэна и расстегнул свой портфель.

Он вытащил браслет, надел его на запястье, а под взглядом Цзин Чэна достал ещё и тонкий, мягкий галстук, похожий на верёвку.

Цзин Чэн бесстрастно смотрел на него.

Сюй Цзиньли распустил несколько пуговиц, обнажив изящные ключицы, повязал галстук на шею, слегка поправил промокшую рубашку и мягко улыбнулся Цзин Чэну.

Молодой и красивый учитель Сюй вмиг растворился в манящем неоновом свете бара.

Цзин Чэн: …Разве ты не не хотел идти?

Сюй Цзиньли согнул глаза в улыбке: Раз уж пришли, надо зайти.

Цзин Чэн обошел его и направился вглубь зала.

Сюй Цзиньли снова извлек из портфеля кожаную чёрную портупею для рубашки.

Это надевать нельзя!

Сюй Цзиньли поднес её к груди, и металлические пряжки ярко блеснули в полумраке: Красиво же?

Если хочешь, чтобы к тебе приставали, надевай!

Сюй Цзиньли с некоторым сожалением засунул вещь обратно в сумку.

Стоило толкнуть стеклянную дверь, как оглушающая музыка набросилась на них волной.

Визги раздавались один за другим, на сцене извивались тела. Сюй Цзиньли схватил Цзин Чэна за руку, слегка возбуждённый.

Он ведь впервые в жизни пришел в бар!

Они протиснулись сквозь толпу веселящихся людей и под хаотичными лучами прожекторов добрались до своего столика.

Официант протянул им карту напитков, и Сюй Цзиньли с любопытством придвинулся ближе, безапелляционно заявив: Выбирай самое дешевое!

Цзин Чэн без колебаний заказал минимальную сумму, и вскоре небольшой столик в общей зоне заставили ряды ледяного пива.

Сюй Цзиньли взял бокал пива, воткнул трубочку и зачарованно огляделся по сторонам.

Он впервые оказался в баре, и всё вокруг казалось ему новым. Их столик находился прямо перед сценой, откуда отлично были видны танцоры.

На сцене выступали одни мужчины: чувственные, невинные, с бугрящимися мышцами, сдержанные и холодные. В откровенных нарядах, с горячими танцевальными движениями — Сюй Цзиньли окинул каждого из них взглядом: Да если бы я поднялся туда, то точно танцевал бы лучше них.

Цзин Чэн произнес: Не разрешаю.

Сюй Цзиньли подпер подбородок рукой и посмотрел на Цзин Чэна.

Цзин Чэн подчеркнул: Не разрешаю бросать меня.

Сюй Цзиньли улыбнулся и опустил руку: Не бойся, я не брошу тебя.

Тело Цзин Чэна слегка напряглось.

Сюй Цзиньли слишком сильно привлекал к себе внимание: стоило ему просто сесть, как на них тут же устремилось множество блуждающих взглядов.

Сюй Цзиньли и впрямь был чертовски приметен.

Изящные черты лица, сияющие глаза и сочные губы; в игре света и тени он выглядел миловидно и броско.

Большие глаза, длинные уголки глаз, переносица тоньше, чем у большинства мужчин, слегка заостренный подбородок — красота была очень восточной, поверхностной. У внешнего уголка глаза темнела крошечная родинка, придававшая ему некоторую прелесть, если взглянуть вскользь.

Особенно когда Сюй Цзиньли улыбался: родинка взмывала вверх вместе с уголками глаз, а бледноватые губы складывались в красивое сердечко, отчего он казался одновременно очень сладким и манящим.

И сейчас уголки губ Сюй Цзиньли слегка приподнимались, в глазах отражались мерцающие огни, а обнаженные предплечья и крошечный кусочок груди в вырезе воротника казались под светом ламп мертвенно-белыми.

Он осушил пиво, расстегнул ещё две пуговицы и задвигался в такт танцорам прямо на своем месте.

Кто-то поднял телефон и украдкой навел камеру на Сюй Цзиньли, сидевшего под сценой.

Вдруг полуобголенный танцор сопрыгнул со сцены и принялся танцевать вплотную к Сюй Цзиньли.

В толпе прокатился взрыв визгов, Сюй Цзиньли немного смутился и отпрянул назад.

Мускулистый парень придвинулся еще ближе: Так хорошо танцуешь, пойдешь со мной наверх?

Сюй Цзиньли выставил ладонь перед грудью мужчины: Нет, я не умею.

Но тот резко дернул Сюй Цзиньли за запястье, наклонился, подхватил за ягодицы и втащил на возвышающуюся примерно по пояс сцену.

Цзин Чэн закричал: Цзиньли!

Не успел Сюй Цзиньли выпрямиться, как вновь оказался в объятиях этого парня.

Сюй Цзиньли слегка разозлился: Отпусти!

Руки сомкнулись крепче, и собеседник произнес: А если не отпущу?

У мужчины были мощные руки, Сюй Цзиньли никак не удавалось вырваться. Повернув голову, он бросил: У меня есть парень, отпусти.

Тот прижался губами к его уху: Есть парень, а ведешь себя так распутно?

В тот же миг Сюй Цзиньли почувствовал, как в руках мужчины, охвативших его талию, вспыхивает пугающая сила. Он глухо охнул, и его тело мгновенно обмякло.

Голос утонул в оглушающей музыке, и снизу были видны лишь прильнувшие друг к другу тела и двусмысленные поглаживания.

Толпа улюлюкала, и только Цзин Чэн изо всех сил карабкался на сцену.

Внезапно удушающая сила исчезла в одно мгновение, и Сюй Цзиньли услышал, как мужчина резко сменил тон на почтительный: Господин Чжао.

Цзин Чэн тоже наконец взобрался на сцену и следом выкрикнул: Адвокат Чжао?

Сюй Цзиньли повернул голову и тяжело дыша посмотрел туда, куда были устремлены взгляды обоих.

Неподалеку стоял мужчина в деловом костюме, высокого роста, с острым взглядом, упавшим аккурат на лицо Сюй Цзиньли.

Зрачки Сюй Цзиньли чуть сузились.

Цзин Чэн в два-три шага подскочил к нему и спросил: Ты в порядке?

Сюй Цзиньли отвел взгляд и покачал головой.

Мужчина перевел взгляд на Цзин Чэна: Что ты здесь делаешь?

Цзин Чэн запинаясь ответил: Адвокат Чжао, да-давно не виделись, на улице идет дождь, мы вы-нуждены были… зайти переждать дождь.

У Цзин Чэна было легкое заикание, которое становилось особенно заметным при общении с чужими людьми. Когда он с трудом закончил, мужчина чуть кивнул: Идем со мной, я вас подброшу.

Цзин Чэн взял Сюй Цзиньли за руку и двинулся вперед.

Однако Сюй Цзиньли в нерешительности замер.

Цзин Чэн обернулся: Идем же?

Сюй Цзиньли приоткрыл рот: Я…

Не-не бойся, я его знаю. — Цзин Чэн без лишних слов потянул Сюй Цзиньли за собой, быстро приближаясь к мужчине.

Мужчина шел уверенной поступью, его прямая осанка, превосходное телосложение и ладно сшитый костюм создавали ощущение недоступности.

Сюй Цзиньли смотрел на его спину, слегка потеряв дар речи.

Цзин Чэн пояснил на ходу: Он адвокат, ра-раньше в родных краях вел мое дело. Он очень хороший человек, не переживай.

Мужчина провел их по ступеням в зону отдельных кабинетов.

VIP-кабинеты на втором этаже разительно отличались от шумного первого этажа: двери каждой комнаты были плотно закрыты, а в коридорах почти не было посетителей.

Словно другой мир, обретший тишину посреди шума.

Мужчина толкнул дверь одной из комнат и сказал Цзин Чэну: Подождите меня здесь немного.

Мужчина вошел внутрь.

Кабинет оказался огромным. На гигантском кожаном полукруглом диване, способном вместить больше десятка человек, сидел мужчина в повседневной одежде.

Увидев Сюй Цзиньли, тот улыбнулся: А я гадал, куда это Чжао Лань запропастился, оказывается, ходил за этим мальчишкой.

Чжао Лань подошел к нему: Это другой.

Не этот? — Мужчина легко улыбнулся. — Тогда, может, позволишь ему уйти со мной?

Чжао Лань опустился на диван и тоже поднял взгляд на Сюй Цзиньли.

Выражение лица Сюй Цзиньли слегка застыло.

Цзин Чэн испугался: М-мы никуда не пойдем! — Он посмотрел на Чжао Ланя взглядом утопающего. — Ад-адвокат Чжао, вы же обещали подвезти нас?

Сидевший рядом мужчина усмехнулся: Шучу я. Тот парень, что к вам приставал — мой сотрудник, я приношу извинения за него. — Он поднялся, подошел к Сюй Цзиньли и протянул руку. — Моя фамилия Юй, я хозяин этого бара, давайте дружить?

Сюй Цзиньли не протянул руку в ответ.

Мужчина приподнял брови и беспомощно посмотрел на Чжао Ланя.

Убедившись, что Чжао Лань не собирается ему помогать, хозяин бара был вынужден опустить руку и вернуться к Чжао Ланю: Ладно, к делу.

После всего случившегося Цзин Чэн явно пожалел, что так легко привел Сюй Цзиньли в это место, и уже собирался уходить, как Чжао Лань вдруг поднял глаза: Войдите.

http://bllate.org/book/35125/4336650