Хо Янцин уже говорил Юань Синчжоу при встрече, что когда тот женился на Е Хуае, он разочаровался в нем как фанат.
Его последним обновлением стал лайк чужому посту о выходе из фэндомах. Юань Синчжоу никогда не смел читать такие высказывания фанатов, но теперь, спустя столько времени, наконец набрался смелости взглянуть.
Та запись оказалась очень мягкой: автор лишь с сожалением отмечала, что в ее сердце Синчжоу оставался очень старательным и талантливым певцом, чей потенциал должны были увидеть многие. Группа СТ была не слишком добра к Юань Синчжоу, и теперь, после ее распада, фанаты каши ждали его перерождения, надеясь, что он воспользуется этим шансом и вырвется из клетки.
Но, к сожалению, он умудрился выбрать женитьбу. Для айдола брак равносилен отказу от карьеры кумира. Его позиции и без того казались слабее, чем у остальных, а как теперь двигаться вперед без поддержки поклонников?
Разве что он уже планировал все бросить. Если так, то ей, кроме пожеланий счастливого брака, оставалось лишь жалеть о потраченных впустую годах.
Юань Синчжоу дебютировал через талант-шоу в девятнадцать лет, год участвовал в соревнованиях, затем два года находился под заморозкой, после чего еще два года провел в группе СТ — незаметно пролетело пять лет.
Он ничего не добился, а фанаты разочарованно разошлись.
Сказать, что он не испытывал сожаления или чувства вины, было бы неправдой.
В те годы я безумно любил сцену, особенно на первом концерте — эмоции просто зашкаливали. После выступления мне хотелось как следует поклониться и поблагодарить зрителей, но меня согнали со сцены. На душе стало так паршиво, словно у меня развилась мания, и когда все зрители разошлись, я вернулся в пустой зал, чтобы поклониться и закрыть занавес.
Юань Синчжоу сидел на собственном стуле, сжимая в руке термос, и улыбнулся Хо Янцину:
— Тогда моя женитьба выглядишкакой-то внезапной... но на самом деле к тому моменту я просто потерял веру в себя. Мне исполнилось двадцать четыре, для возвращенца в индустрию я уже староват, думаешь, у меня еще был шанс стать популярным? Вот я и решил... к черту все, займусь чем-нибудь другим.
Е Хуай вернулся на следующий день после встречи с маленькой фанаткой, и Юань Синчжоу наконец смог вздохнуть спокойно, предвкушая полноценный сон в собственной постели. Однако человек предполагает, а небеса располагают: в ту же ночь для него началась нечеловеческая круговерть из ночных смен, плавно перетекавших в дневные, а затем снова в ночные.
Актеры съемочной группы завершали работу один за другим, помощник режиссера сбился с ног, а расписание съемок превратилось в полнейший хаос.
Юань Синчжоу одновременно утешал себя тем, что оставшихся сцен оставалось совсем немного, и полуживым от усталости хлестал крепкий кофе, пытаясь взбодриться.
Хо Янцин сегодня завершал съемки и в ожидании своего выхода болтал с ним, каким-то образом переведя тему на давний скандал с уходом фанатов.
Юань Синчжоу все еще испытывал чувство вины.
Хо Янцин же заметил:
— Дерево пересадишь — погибнет, а человека — спасется. Разве ты сейчас не в куда лучшем положении, чем тогда? Будь я твоим фанатом по части карьеры, я бы просто кайфовал до смерти.
Юань Синчжоу усмехнулся, мысленно с облегчением выдохнув.
— Но в те времена быть твоим поклонником — то еще испытание для нервов, — озадаченно протянул Хо Янцин. — Сам подумай: и поешь прекрасно, и танцуешь отлично, почему же ты никак не взлетал? Ладно еще тягаться с Е Хуаем — у того от природы звездное лицо. Но что из себя представляют этот Юань Чэн и его компания? Ни нот не знают, ни на музыкальных инструментах не играют, зато целыми сутками строят из себя гениев, тошнит уже от этого.
Тут Хо Янцин осекся и вдруг посмотрел на Юань Синчжоу:
— Говорят, Юань Чэн на днях выпускает новую песню, того и гляди снова устроит грязные махинации, чтобы приплести тебя, так что готовься.
После распада группы Юань Синчжоу думал, что навсегда порвет все связи с теми людьми, но оказалось, вовсе нет.
Когда транслировался сериал с его участием, стоило лишь его персонажу привлечь к себе внимание, как фанаты Юань Чэна тут же врывались в обсуждения с продвижением своего кумира, заявляя, что в бытность группы они были близкими друзьями, Юань Чэн постоянно помогал Юань Синчжоу, и что по-настоящему талантливые люди всегда тянутся друг к другу.
Когда же их пейринг с Е Хуаем взлетал в тренды, поклонницы Юань Чэна выкатывали видео и анимированные картинки, причитая, как же тяжело приходится Юань Чэну, раз ему приходится прикрывать этих двоих балбесов.
Юань Синчжоу от этого воротило. Однажды во время интервью он попытался сделать мягкое опровержение, за что тут же подвергся травле со стороны фанатов Юань Чэна, обозвавших его неблагодарной собакой, забывшей чужое добро.
Теперь для поклонников Юань Чэна поливать Юань Синчжоу грязью стало привычным делом, они даже в прошлой трансляции успели устроить грызню.
Юань Синчжоу ничего не мог с этим поделать.
— На мой взгляд, раз он так цепляется за твое имя, тебе лучше не терпеть, а устроить знатную заварушку, — закинув ногу на ногу и принимая вид полководца, поучал Хо Янцин. — Ваши разборки — сплошной цирк, все норовите исподтишка нагадить. Взял бы да выдал жесткий номер, лично вышел на передовую, прямо как западные дивы.
Сам Юань Синчжоу не прочь был бы лично устроить грандиозный скандал и выпустить пар, но это оставалось лишь в мечтах. Он даже перед Ли Юем не имел смежности возразить, а стоило ему огрызнуться в ответ, как он потом полдня жалел об этом — откуда у него храбрость идти на открытый конфликт?
Вспоминая слова, брошенные Ли Юю, Юань Синчжоу каждый раз горько раскаивался: в последнее время тот даже перестань присылать ему новые сценарии, а что насчет главной роли в сериале, о которой прежде шли переговоры? Все заглохло?
Не получая никаких вестей, Юань Синчжоу невольно начинал паниковать.
Стоило ему об этом подумать, как спустя неделю, аккурат после завершения съемок его сцен, объявился Ли Юй.
Юань Синчжоу как раз вел машину домой, прихватив с собой букет цветов в честь окончания съемок и красный конверт. Приняв вызов, он глубоко вздохнул, напоминая себе вести себя предельно сдержанно.
Однако Ли Юй завел речь о Е Хуае.
— Е Хуай на днях умудрился подписать контракт на рекламу товаров массового спроса. Все рекламные материалы уже отсняты, — с завистью вздохнул Ли Юй. — Людей и правда бессмысленно сравнивать. Кто-то горбатится полжизни, а толку меньше, чем от этого смазливого личика.
Если подумать, Е Хуай после дебюта лишь пару лет баклуши бил в группе, а последние годы за рубежом вообще носа не показывал — можно сказать, выпал из индустрии. Кто бы мог подумать, что стоило ему вернуться, как рекламодатели сами побежали за ним с пачками денег. По сравнению с ним Юань Синчжоу и он являлись абсолютными противоположностями: первый как ни старался в составе группы, так и не прославился, а второй палец о палец не ударил, но все равно купался в лучах всеобщей любви.
Юань Синчжоу давно привык к подобному и честно признался:
— Честно говоря, когда я смотрю на него, то тоже чувствую, что его аура отличается от остальных — от него будто исходит какое-то естественное сияние.
— И то верно. Он ведь родился в семье потомственных ювелиров, сколько знаменитостей повидал с самого рождения, — вздохнул Ли Юй. — Так что, когда он заявил, что против твоего фальшивого романа с Хо Янцином, я даже растерялся, не зная, что и ответить...
Пейринг Хуай-Син мелькнул в тот день и затих, и Юань Синчжоу решил, что затею отменили, поэтому поспешно произнес:
— Раз не надо играть влюбленных, то и слава богу, мне самому не улыбается изображать пару с Хо Янцином.
— Ты думаешь, у тебя есть право выбора? — в свою очередь спросил Ли Юй. — Кто сейчас, кроме Хо Янцина, осмелится помочь тебе разрушить этот искусственный роман? Звезды первой величины не станут мараться ради пиара с нами, а артисты помельче боятся ввязываться в эту грязь. Он капризничает, а до тебя до сих пор не дошло?
Юань Синчжоу остолбенел, лишенный возможности ответить хоть слово.
— В общем, в ближайшие дни следи за взаимодействием с Хо Янцином, когда потребуется сделать репост в блоге, я тебе напомню, — Ли Юй явно злился. — И еще насчет того шоу. Подумай, как именно продемонстрировать в кадре напряжение в отношениях с Е Хуаем.
— Напряжение? — Юань Синчжоу подавил подступающие эмоции. — Мы что, должны ссориться? Я-то думал, это шоу создано для демонстрации романтики.
— Передача держится на популярности Пейринга Хуай-Син, а как именно вы это преподнесете — решайте сами, — бросил Ли Юй. — Желательно обойтись без открытых ссор. Тонко намекните, что между вами пробежала кошка: например, что у него чересчур властный характер, он никому не уступает, а ты из-за этого чувствуешь давление... Или что ты излишне суетлив, а ему это не по душе... Короче говоря, балансируй на грани правды, к которой он при всем желании не сможет придраться.
Ли Юй добавил:
— Это отличный шанс дать всем понять, что в ваших отношениях не все гладко.
— Но ведь нужно хотя бы предупредить Е Хуая? — уточнил Юань Синчжоу. — Мне с ним поговорить?
— Предупредить? — раздраженно фыркнул Ли Юй. — Зрители не слепые, сыгранное никогда не будет выглядеть естественной реакцией.
— Я уверен, если ты подойдешь к делу серьезно, у тебя все получится отлично, — помолчав, добавил Ли Юй. — И это не сарказм.
Юань Синчжоу больше нечего было сказать. Ли Юй не выносил его мягкотелости, но в то же время привычно давил на него, ожидая беспрекословного подчинения своим приказам.
Положив трубку, Юань Синчжоу какое-то время посидел в машине, собираясь с мыслями, после чего подхватил вещи и поднялся наверх.
Е Хуай развалился на диване с телефоном в руках и, завидев его, удивленно протянул:
— Съемки окончены?
Е Хуай явно пребывал в прекрасном расположении духа и, склонив голову набок, поинтересовался:
— Кульминационную сцену отсняли?
Юань Синчжоу: «...»
С того самого раза, когда он сам над собой подшутил, Е Хуай завел привычку ребячески подкалывать его, и теперь редкий телефонный звонок обходился без упоминания этой злополучной кульминационной сцены. Сперва Юань Синчжоу относился к этому просто, но после нескольких подобных вопросов начал смущаться.
Однако стоило Юань Синчжоу хоть чуть-чуть смутиться, как Е Хуай тут же переходил в наступление и продолжал давить с удвоенной силой.
— ...ее вырезали, — снимая обувь, бесстрастно ответил Юань Синчжоу. — Больше никакой кульминации.
Е Хуай: «...»
Лишенный своей кульминационной сцены, Юань Синчжоу выглядел странно, и Е Хуай, заметив это, уставился на него, склонив голову.
Юань Синчжоу направился с цветами налево — голова Е Хуая повернулась налево, стоило Юань Синчжоу отойти направо — Е Хуай тут же перевел взгляд туда же.
Внутри Юань Синчжоу закипало раздражение, выплеснуть которое было некуда. Он сделал пару шагов туда-сюда, уже собираясь со злости зашвырнуть букет в мусорное ведро, но в последний момент сжалился и оставил его на обеденном столе.
Е Хуай: «...»
— Ты чего? — осведомился Е Хуай. — Чего у тебя такой похоронный вид?
— Ничего, все в порядке.
Юань Синчжоу знал, что не смог совладать с выражением лица, и подсознательно попытался отнекаться. Но, подумав, решил, что в этом нет нужды: на улице он и так натерпелся, так что дома можно позволить себе ходить с каким угодно кислым лицом.
— Да так, пустяки... — поправился он, опуская взгляд. — Ничего страшного, скоро пройдет.
Он поставил цветы на обеденный стол, принялся слой за слоем снимать упаковку, собираясь подрезать стебли, но обнаружил, что куда-то запропастились ножницы. Качество казенных цветов со съемочной площадки оставляло желать лучшего, от срезов уже исходил легкий душок гниенины. У Юань Синчжоу в этот день валилось все из рук, поэтому он принялся яростно рыться в шкатулках и коробках, твердо намереваясь во что бы то ни стало отыскать ножницы.
— Иди в душ, — неожиданно мягко напомнил Е Хуай. — На призрака похож, хватит тут мельтешить.
Юань Синчжоу, снедаемый раздражением, стоял на своем, упрямо борясь с беспорядком.
— Быстрее... — Е Хуай тоном, не терпящим возражений, взмахнул смартфоном. — Быстро приведи себя в порядок и жди здесь, я закажу тебе жареной курочки, еще возьму чипсов, колы, арахиса с солью... А Воцай будешь?
— ...Не буду.
Юань Синчжоу не понимал, с чего вдруг тот решил заказать доставку фастфуда, но послушно выдавил:
— Я даже газировку не пью.
— Раз кульминационную сцену вырезали, — хмыкнул Е Хуай, — какой теперь смысл беречь кубики пресса? Все равно их дома некому показывать, а мне они и даром не сдались.
Юань Синчжоу: «...»
— Живее, живее, — оформив заказ, поторопил его Е Хуай. — Ты на взводе исключительно от того, что накопил слишком много напряжения.
Позавчера у него была тяжелая ночная смена, вчера — непрерывные переезды, за последние двое суток он спал меньше трех часов, так что освежиться ему определенно не помешало бы. К тому же Е Хуай редко проявлял подобную инициативу, портить ему настроение не хотелось.
— Тогда я сначала в душ, потом разберусь.
Юань Синчжоу кивнул, понуро плетясь в ванную. Сбросив одежду, он выкрутил кран на максимум и шагнул под водяные струи.
Спустя полчаса Юань Синчжоу вышел из ванной, завернутый в банный халат, и впрямь почувствовал себя значительно расслабленнее.
Однако в гостиной царил полный кавардак: Е Хуай устроил настоящий пир. На журнальном столике красовались две баклажки пива, два пакета жареной курицы, миска лапши с кислинкой и остринкой, горы пачек с чипсами и рисовыми лепешками, коньячные снеки, соленый арахис... и две огромные бутыли колы.
Его дом окружил бросовый фастфуд.
К телевизору была подключена игровая приставка, и человечки на экране вовсю карабкались на гору.
Юань Синчжоу: «...»
— Я уже полгода так не расслаблялся, — смиренно усаживаясь на диван и оглядывая уставленный снеками стол, вздохнул он. — Последний раз позволял себе лишнего, когда съел ту сладкую булочку.
— Я же говорил, что ты просто перегорел, — хрустя пачкой чипсов и закинув ноги на стол, Е Хуай сосредоточенно уставился в экран.
Поколебавшись секунду-другую, Юань Синчжоу тоже вскрыл одну пачку и пристроился рядом, наблюдая за игрой.
Какое-то время в комнате раздавался лишь хруст — они оба походили на парочку голодных мышей.
Постепенно Юань Синчжоу отпустило. Он прекрасно понимал причину своего гнетущего состояния: они с Ли Юем абсолютно не подходили друг другу. Раньше это касалось лишь характеров, но теперь, столкнувшись с реальными делами, он осознал, что их взгляды на методы работы и жизненные ценности тоже сильно расходятся. Впрочем, выхода из ситуации он пока не видел — контракт с компанией был рассчитан еще на несколько лет, а среди менеджеров Хуая Ли Юй оставался лучшим мастером по подбору сценариев.
Способность Ли Юя находить для такого начинающего актера, как Юань Синчжоу, громкие проекты с глубокими ролями, сложность которых идеально укладывалась в его возможности, не вызывала сомнений.
Юань Синчжоу порой думал: выпади ему шанс сделать выбор заново, он, пожалуй, все равно предпочел бы Ли Юя.
Он слишком отчаянно рвался к славе.
Теперь известность пришла, не хватало лишь знаковой работы. Если бы Ли Юй подобрал ему сильный сериал с главной ролью, это наверняка укрепило бы его позиции...
Шел третий год его актерской карьеры — точнее, уже четвертый на подходе. Пройти через забвение после талант-шоу, участие в бойз-бэнде, распад группы и успешный переход в актеры... Если за четыре года удастся закрепиться в индустрии и сохранить постоянное появление на экранах, значит, он тоже на что-то способен.
А все эти злые языки... Да пошли они, плевать он хотел.
Разобравшись в собственных мыслях, Юань Синчжоу ощутил, как из груди вырвался тяжелый застоявшийся вздох. Переведя взгляд с экрана телевизора на профиль Е Хуая, он почувствовал, как сердце наполняется странным теплом.
— Спасибо тебе, Е... Е... — запнулся Юань Синчжоу и вдруг осознал, что за все эти дни так ни разу и не назвал Е Хуая по имени. Они все время были вдвоем, и в обращениях просто не было нужды — собеседник и так понимал, к кому он обращается.
Называть по имени слишком официально, но как тогда? Брат Е? Брат Хуай?
— Чего ты уставился, дедушку зовешь? — усмехнулся Е Хуай. — Послезавтра презентация, с таким кислым лицом ты всех распугаешь, люди еще подумают, что у нас тут неравный брак старика с внучком.
http://bllate.org/book/35061/4328573
Сказали спасибо 0 читателей