Готовый перевод After Going on a Dating Show with the Film Emperor, the Cannon Fodder Became Super Popular / На шоу свиданий с актером: как пушечное мясо стал главной звездой: Глава 17

Усаживаясь на диван, Лу Жэнь с запоздалым ужасом осознал: прямой эфир уже шёл вовсю.

Оно и понятно — объектив камеры только что чуть ли не в нос ему упирался.

"Стоп... Если эфир уже идёт, неужели зрители услышали всю ту чушь, которую Инь Бэйлинь плёл про переодевание?!"

Лицо Лу Жэня, только-только успевшее остыть, вспыхнуло с новой силой, готовое сменить густой румянец на мертвенную бледность, но тут его отвлёк глубокий тяжкий вздох, раздавшийся рядом.

— Похоже, мне всё-таки пора серьёзно взяться за диету, — сокрушённо роняла Ло Цзюгэ.

Все сидевшие в гостиной моментально обернулись к ней. Лу Жэнь, устроившийся по соседству, тоже изумлённо воззрился на кинодиву.

Сбрасывать? Что сбрасывать? Вес?!

Но ведь Ло Цзюгэ стройна как тростинка! Куда ей ещё худеть? Будь он на её месте, давно позволил бы себе пару сытных обедов и пару лишних килограммов, а она собралась истязать себя диетами... Требовательность актрис к собственной фигуре доходила до абсурда.

Сидевшая напротив Жао Мэнмэн прижала ладонь к губам, изображая крайнее изумление:

— Учитель Ло, о чём вы! У вас же идеальная фигура!

— Вот-вот, — со всей серьёзностью поддакнул Лу Жэнь. — Вы совсем лёгкая, Учитель Ло. Здоровье куда важнее!

Ло Цзюгэ одарила его долгим, нечитаемым взглядом и тихо, с лёгкой поволокой в голосе, произнесла:

— Сяо Лу, какой же ты всё-таки заботливый...

Лу Жэнь хлопал глазами, изображая полное непонимание:

— Э-э?..

"Притворяешься дурачком?" — мысленно усмехнулась Ло Цзюгэ, глядя на его простодушную физиономию.

Она приняла виноватый вид и вздохнула:

— Если бы я случайно не наступила тебе на ногу, ты бы её не подвернул. Мне так неловко.

В гостиной воцарилась пауза.

Экран трансляции моментально взорвался комментариями:

[... В шоке. Только подумала, что Мать Попрошайничества исправился, а он всё тот же!]

[... Ну не факт же! На Ло Цзюгэ в тизере были огромные шпильки!]

[Из-за одного случайного шага подвернуть ногу? А потом заставить Лорда Линя нести себя на руках? Тошнит уже от этого раздутого драматизма!]

[Кто-нибудь, забаньте этих фанатов Лу-Попрошайки!]

[Ага, теперь всё понятно! Цзюгэ просто оступилась в тизере, а эта присоска тут же ухватилась за повод притереться к Инь Бэйлиню!]

[Я грешным делом зашипперила эту парочку, пойду делать себе харакири!]

До Лу Жэня только сейчас дошёл смысл её слов. Так вот почему она заговорила про диету! Подумала, что отдавила ему ногу своим весом!

— Да что вы, Учитель Ло, ни в коем случае! — замахал он руками. — Вы ни капли не тяжёлая, правда!

[И чего так орать? Лу Жэнь сам сказал, что она не виновата!]

[Притворяйся дальше, Попрошайка!]

[Очевидно же: испугался, что фанаты Цзюгэ сожрут его с потрохами, вот и включил святую простоту!]

"И что за дичь он несёт?" — нахмурилась про себя актриса. По её сценарию Лу Жэнь должен был ухватиться за подброшенную наживку и свалить вину на неё. Тогда она, благородно признав вину перед кадрами трансляции, обезоружила бы его и намекнула зрителям на излишнюю раздутость его «травмы».

Ло Цзюгэ стиснула зубы. Этот парень куда хитрее, чем кажется.

— И всё равно это я по неосторожности наступила тебе на ногу, — с печальной улыбкой винилась она. — Прости меня, правда.

[Да за что ты извиняешься?! Бесит! Лу Жэнь явно всё разыгрывает, с какой стати наша звезда должна извиняться перед этим ничтожеством?!]

[Бедная наша Цзюгэ!]

Видя искреннее расстройство на лице первой красавицы шоу-бизнеса, Лу Жэнь окончательно смутился.

— Правда, вы абсолютно ни при чём... Это всё, э-э, старая травма давным-давно даёт о себе знать, — сбивчиво объяснил он. Затем, взглянув на опечаленную диву, с горячей искренностью добавил: — Серьёзно, вы великолепны! Не нужно никакой диеты!

Он вспомнил свои массовки в низкобюджетных веб-дорамах. Совсем молодые девчонки, первокурсницы, игравшие эпизодические роли, истязали себя голодом ради кадра: одна миска овощного отвара в день, и всё. Однажды во время ночных съёмок, где Лу Жэнь играл евнуха, статистка в костюме дворцовой служанки упала в обморок прямо на площадке. Оказалось, двое суток пила только воду, чтобы снять отёки перед крупным планом, и свалилась от гипогликемии.

Воспоминание отозвалось в нём щемящим сочувствием.

— Учитель Ло, здоровье — это главное, особенно для девушек, — убеждённо произнёс он, серьёзно кивнув. — Вы невероятно красивы. Сейчас ваша фигура безупречна, так что не стоит мучить себя.

Ло Цзюгэ замерла.

"Какой изощрённый, коварный ход!"

Она потрясённо уставилась на этого «безгрешного ангелочка». Сначала он легко смахнул тему с ногой на какую-то «старую травму», обезоружив её. А затем выдал тираду о том, что «женское здоровье важнее», а она «и так идеальна». Стеклянный подтекст очевиден: если она продолжит худеть, то обесценит усилия всех остальных девушек! И всё это — на глазах у сотен тысяч зрителей! Он же просто стравливает её с публикой, выставляя капризной и неблагодарной!

Будучи женщиной проницательной и подозрительной, Ло Цзюгэ моментально скомпоновала в голове эту «ловушку». Её губы вытянулись в натянутую улыбку.

— Вот оно как... Главное, что с тобой всё в порядке, — выдавила она сухой смешок. — Ты прав, конечно. Здоровье дороже любой красоты.

Сидевшая напротив Жао Мэнмэн наблюдала за этой сценой с затаённым презрением.

"Как я и думала, Ло Цзюгэ — обычная пустышка, взлетевшая на волне популярности. А вот кого реально стоит опасаться, так это Лу Жэня. Хитрая лиса в овечьей шкуре."

Лу Жэнь смутно почувствовал, что атмосфера испортилась. Вроде бы Ло Цзюгэ продолжала мило улыбаться, но за её улыбкой угадывался ледяной приток неудовольствия.

Сглотнув слюну, он ощутил себя так, словно под боком у него материализовалась продвинутая версия Сестры Ин. Справа — дьявол Инь Бэйлинь, слева — затаившая злобу кинодива. Лу Жэнь сжал колени, скромно съёжившись посередине, словно нашкодивший первоклассник, и боясь сделать лишний вдох.

Ощущения — врагу не пожелаешь.

К счастью, режиссёр Цянь наконец перешёл к делу и объявил начало основного блока. Суть была проста: участникам предлагалось продемонстрировать свои таланты.

Вот теперь встало на свои места обилие инструментов в гостиной — от рояля и скрипки до профессиональных микрофонов на стойках.

— Поскольку у нас интерактив, — с улыбкой объявлял режиссёр Цянь, — участник, набравший больше всего зрительских голосов, получит главный бонус сегодняшнего дня — набор свежайших продуктов для ужина!

Зрительское голосование...

Лу Жэнь мысленно попрощался с обедом.

Вспомнив утренние комментарии в духе «Мать Попрошайничества, сдохни» и «Вон из шоу-бизнеса», он уныло потёр кончик носа. Кажется, его рейтинг пробьёт дно.

И предчувствие лишь усилилось, когда на «сцену» вызвалась первая участница — Сюй Цинцин.

Девушка поднялась без лишних слов. Расшитое золотоносным узором платье вспыхнуло на свету, тонкие ремешки изящных туфель бесшумно ступили на малоазиатский ковёр. Подойдя к камину, Сюй Цинцин подхватила скрипку и уверенным жестом прижала её к левому плечу.

В следующее мгновение её смоляные волосы, схваченные драгоценным ободком, взметнулись; тонкие пальцы с невероятной скоростью побежали по грифу, извлекая виртуозную, стремительную пассажную трель!

Лу Жэнь так и застыл с открытым ртом.

[... Ого, вот это техника!]

[Да что вы понимаете! Это же виртуознейшая партия из «Зимы» Вивальди! Без струнного аккомпанемента играть такое на лету — настоящий высший пилотаж. Она явно с детства за инструментом!]

[А ведь когда играет, прямо преображается. Очень красивая и погружённая. Респект за такое отношение к музыке.]

[Да обычный понторез.]

[... Хватит уже желчи в адрес девушки! Даже Попрошайка реагирует адекватнее вас!]

Едва отзвучал последний аккорд, Лу Жэнь зааплодировал с искренним восторгом. Его громкие хлопки подтолкнули и остальных гостей поддержать исполнительницу.

Проходя мимо, Сюй Цинцин бросила скользящий взгляд в их сторону. И хотя Лу Жэнь понимал, что целилась она явно в Инь Бэйлиня, он всё равно восторженно поднял два больших пальца вверх.

Аристократка из-под пера Дунфан Чжичжу — и играет соответственно!

Инь Бэйлинь, как и ожидалось, остался бесстрастен. Зато парень по соседству от него хлопал с неистовством морского котика, да ещё и корчил глупые рожицы с этими своими пальцами... Сюй Цинцин насупилась и наградила его строгим взглядом.

Лу Жэнь тут же смущённо опустил руки.

И это её снова задело.

"Неужели нельзя выразить восхищение нормально?! Как Бай Ли, например — выкрикнуть «Браво!» А это что за деревенские жесты?! Никакой элегантности!"

Впрочем, глубоко внутри гордая принцесса ликовала: её виртуозность явно сразила этого простолюдина наповал.

По правилам очередности — чередование мужчин и женщин — следующим без лишних уговариваний вышел Чжоу Цзычуань.

Лу Жэнь оценил его уверенную осанку. Сразу видно айдола: никакой робости перед камерами.

Как и подобает главному танцору и лидеру группы HOWL, Чжоу Цзычуань попросил включить фонограмму и выдал мощнейший номер с пением и танцем, исполнив сольный трек из нового альбома.

Лу Жэнь снова ничего не понял в современных направлениях, но был глубоко поражён: грудные мышцы айдола изолированно вибрировали с такой частотой, будто внутри у него был встроен электродвигатель.

[Почему никто не засирает Чжоу Цзычуаня? Опять двойные стандарты? Я буду первым! Кривляния и масло, фу!]

[Ну да, с мимикой переборщил, но за командный дух зачёт — на любом шоу пиарит родную группу, настоящий капитан!]

[Честно говоря, после выступления Сюй Цинцин это вообще не впечатлило. Обычные айдольские попсушки.]

[А сам-то хоть так сможешь, критик хренов?]

Следом выходила очередь девушки, а значит, потом наступал черёд либо его самого, либо Инь Бэйлиня. Пока Лу Жэнь лихорадочно соображал, чем удивить публику, сидевшая напротив Жао Мэнмэн подала голос:

— Режиссёр Цянь, можно нам с Сестрой Цзюгэ сыграть вместе? В четыре руки?

[Вау! Две первые красавицы за одним роялем?! Бегу за попкорном!]

Лу Жэнь торопливо оглянулся и лишь сейчас заметил, что Ло Цзюгэ уже успела перебраться к Жао Мэнмэн. Девушки сидели вплотную, плечом к плечу.

— Мы обе играем на фортепиано, — с мягкой улыбкой пояснила кинодива. — Вы не против?

Режиссёр Цянь замялся на пару секунд, уточнил что-то у ассистентов и расплылся в широкой улыбке:

— Чат просто взрывается от восторга! Вперёд, прекрасные дамы!

Они выбрали классический «Канон» Пахельбеля.

Контраст нарядов — чёрного и белого — смотрелся невероятно эффектно, а сами девушки выглядели рядом удивительно гармонично. Хотя было заметно, что техника Ло Цзюгэ немного уступает мастерству Жао Мэнмэн — актриса пару раз фальшивила на сложных переходах, — дуэт всё равно получился завораживающим.

Лу Жэнь вместе с Чжоу Цзычуанем от души зааплодировали виртуозам.

[А что этот Попрошайка сидит как истукан? Все стараются, а он только ладоши сбивает!]

[Да ждёт момент, чтобы выдать образ «добрячка»! Потом его фанаты будут орать: «Пусть наш мальчик без талантов, зато как искренне поддерживает остальных!»]

[Его суетливое подхалимство отвратительно. Взял бы пример с Лорда Линя — сидит спокоен и величествен.]

[Ясно, решил из наглого попрошайки перекраситься в невинную лилию.]

[Я обычный прохожий, но вы реально перегибаете. Поаплодировать после выступления — это уже грех? Почему тогда Чжоу Цзычуаня не засираете?]

[О, фанатки под видом «прохожих» подъехали! Смотрите, как чётко работают: отбеливание образа идёт полным ходом!]

Снова настала очередь мужчин. Лу Жэнь с немым вопросом воззрился на Инь Бэйлиня.

Их взгляды встретились. Повелитель демонов лишь едва заметно повел подбородком, давая понять: «Действуй».

Лу Жэнь всё понял и уже потянулся было встать, как вдруг в голове вспыхнуло: «Нога! Я же "подвернул" ногу!»

Он тут же прижал ягодицы обратно к подушкам дивана и виновато поднял руку:

— Э-э... Режиссёр Цянь, а можно мне выступить прямиком отсюда?

Стоило ему произнести это, как чат снова затопила волна желчи.

В технической зоне несколько сотрудников программы с невольной жалостью переглянулись.

— Жесть какая-то, — тихо пробормотал оператор своей коллеге. — Да вроде нормальный парень, не похоже, чтобы притворялся... За что его так ровняют с землёй?

Коллегой оказалась Сяо Линь — ассистентка, которая утром провожала Лу Жэня наверх.

Девушка покусывала губу, глядя на лавину оскорблений на мониторе. Ещё вчера она сама с удовольствием присоединилась бы к этой травле — в конце концов, она думала о нём точно так же.

Но перед глазами вставала его светлая, искренняя улыбка из сегодняшнего утра. И почему-то от ядовитых комментариев у неё самой становилось муторно на душе.

Сяо Линь тяжело вздохнула.

"Даже если он не притворяется, талантов-то у него всё равно нет. Вокруг профессионалы — музыканты, танцоры, а он в лучшем случае просто что-нибудь смущённо пропищит. Сам виноват, что подставляется..."

И тут из динамика раздался смущённый голос Лу Жэня:

— Господин режиссёр, а можно мне акустическую гитару подать?

Сяо Линь замерла.

"Чего? Он умеет играть на гитаре?!"

Мысли зрителей в чате двигались в том же русле. Стоило Лу Жэню принять из рук ассистента инструмент, как экран снова запестрел скепсисом:

[Чего-о? Попрошайка и гитара?]

[Пфф, пару аккордов бренчать любой дурак сможет.]

[Верните лучше девчонок за рояль! Мало крупного плана дали, пусть переиграют!]

Лу Жэнь понятия не имел о происходящем на экране.

Удобнее устроившись на диване и обняв деку инструмента, он коснулся струн. Из-под его пальцев полилось неторопливое, глубокое вступление.

[Э-э... Это явно не "три аккорда для дворовых песен"...]

[... Знакомый мотив.]

[Где-то я эту мелодию слышал?]

[Ого! Древняя классика! Сразу видно поклонника Дона Корлеоне!]

Завершив перебор во вступлении, Лу Жэнь смущённо облизнул губы. Кончики его ушей заметно покраснели. На съёмках он никогда не робел, но вот петь перед такой аудиторией... Внезапно накатило смущение.

Справившись с волнением, он вывел первую строчку:

— Speak softly, love, and hold me warm against your heart...

В просторной гостиной зазвенел его чистый, поразительно прозрачный голос.

— I feel your words, the tender trembling moments start...

http://bllate.org/book/35034/4549156