Готовый перевод High Compatibility Pheromone Disguise Matters: Erhu on the Wall / Феромоны идеальной совместимости: Игра в маскировку: Глава 13

Пэй Цзицин накрасил маме губы её любимой помадой, которую она носила при жизни.

Когда они жили в Нижнем городке, чтобы оплатить лечение матери, Пэй Цзицин заложил их квартиру за огромную сумму.

Вышибалы перерыли все тайники, где он только мог спрятаться, но Вэй Цзи укрыл его, и они бежали, прячась везде, где только было можно.

А затем сновидение внезапно залило багровым.

Пэй Цзицин навсегда запомнил траекторию падающей оцинкованной стальной трубы — она точь-в-точь напоминала ту дугу света из ритм-игры, в которую так любил играть Вэй Цзи.

Но на этот раз Вэй Цзи не стал, красуясь, принимать победную позу перед Пэй Цзицином, а принял этот удар своей собственной смертной плотью.

Вэй Цзи рухнул на колени, выплевывая кровавую пену, но его пальцы мертвой хваткой вцепились Пэй Цзицину в запястье.

Головорезы занесли трубу, но так больше и не ударили — Вэй Цзи отлично дрался.

Пэй Цзицин дрожащими руками попытался зажать рану у него на ключице, ладони мгновенно залило кровью. Вэй Цзи поднял голову, осклябился в улыбке, и его испачканные кровью клыки, казалось, отливали зловещим алым светом:

— Кажется, перелом.

Словом, мысли Пэй Цзицина крутились вокруг одного и того же — тех давних событий, погружая его в хаос феромонов.

Проснувшись, Пэй Цзицин обнаружил, что постель рядом пуста, а сам он с ног до головы закутан в одеяло.

Остатки бушевавших минувшей ночью अल्फा-феромонов всё еще витали в воздухе, и системе очистки воздуха требовалось еще несколько часов, чтобы полностью нейтрализовать их.

Сегодня он неожиданно встретился взглядом с Шэнь Хуэйсином, который как раз одевался.

Шэнь Хуэйсин стоял к нему спиной, застегивая рубашку. Приглушенный свет ночного светильника у изголовья делал его широкие мышцы спины еще более впечатляющими.

Альфа обернулся, застегивая вторую и третью пуговицы у воротника. В вырезе военного мундира мелькнул след от укуса на ключице, но тут же скрылся за тканью.

Пэй Цзицин вдруг вспомнил, что его капризный муж в последнее время расслабился, и мгновенно переключился в роль примерной и заботливой супруги.

Пэй Цзицин вылез из постели и, проявив инициативу, принялся застегивать пуговицы на рубашке Шэнь Хуэйсина, ласково произнося:

— Дорогой, ты же так давно не ел моей стряпни.

Кто бы мог подумать, что Шэнь Хуэйсин внезапно оттолкнет его руку, посмотрев на него тяжелым взглядом.

Почувствовав, как альфа сжал его запястье, Пэй Цзицин поморщился и тихонько выдохнул: «Больно», — а в следующее мгновение хватка ослабела. Растерянно глядя на Шэнь Хуэйсина, он спросил:

— Дорогой, что случилось?

Шэнь Хуэйсин холодно бросил:

— С кем ты вчера виделся?

— С коллегой.

— От тебя пахнет чужим альфой.

Пэй Цзицин выдавил из себя натянутую улыбку, шагнул вперед, обнимая Шэнь Хуэйсина, и смягчил голос, трепеща ресницами:

— Дорогой, ты ревнуешь? Я же говорил, это просто новый коллега. В следующий раз я буду держаться на расстоянии, правда, я просто случайно испачкался чужими феромонами.

Пэй Цзицин подумал: неужели вчера Шэнь Хуэйсин потерял самообладание именно потому, что уловил на нем остатки феромонов Вэй Цзи?

Острый нюх S-класс альф далеко превосходил возможности обычных людей, к тому же они невероятно чувствительны к чужим феромонам.

Шэнь Хуэйсин нахмурился:

— Не хочу, чтобы в следующий раз я снова почувствовал этот запах.

Пэй Цзицин кивнул:

— Хорошо, дорогой, я во всем тебя послушаю.

А сам подумал: до чего же у этого альфы черново сомнительное чувство собственности!

Лишь кивнув, Пэй Цзицин сообразил, что только что с виноватым видом покорно согласился со словами Шэнь Хуэйсина.

Что вообще значат слова Шэнь Хуэйсина? Он ведь его омега, а не какой-нибудь подчиненный, с какой стати он должен во всем подчиняться чужим указаниям! Тиран чертов!

— В следующий раз держись от альф подальше.

— Хорошо, дорогой.

Глава 10. Шэнь Хуэйсину никогда не нужно знать, что когда-то я…

В тот самый миг, когда умные шторы с тихим жужжанием свернулись в рулоны, электронные часы показали время, близкое к уходу Шэнь Хуэйсина на службу. На затылке у Пэй Цзицина выступила испарина.

Пэй Цзицин был вынужден признать, что этот допрос заставил его испытать легкий страх. Особенно когда янтарные зрачки Шэнь Хуэйсина заволокло бездушным холодным блеском, пока он выпытывал, откуда на супруге чужой альфа-запах. Сам Шэнь Хуэйсин, пожалуй, даже не осознавал, насколько давящим и грозным стал изгиб уголков его глаз.

Занимая столь высокое положение, он даже с собственным омегой разговаривал неизменно командным тоном.

В последнее время Пэй Цзицин слишком расслабился, привыкнув лгать напропалую. Рядом с Шэнь Хуэйсином у него, пожалуй, не было ничего подлинного, за исключением статуса омеги да диплома о высшем образовании — всё остальное в той или иной степени оказалось фальшивкой.

Он никогда даже не помышлял о том, что однажды Шэнь Хуэйсин может его разоблачить. Когда сахарная вата лжи рассыплется в прах, Пэй Цзицин даже боялся вообразить, какой будет реакция мужа.

Говаривали, что когда-то один из подчиненных предал Шэнь Хуэйсина, и закончил тот свой путь в лечебнице для душевнобольных с диагнозом «мания преследования».

Перед Шэнь Хуэйсином Пэй Цзицин всегда вел себя покладисто, а его извечной присказкой было: «Я во всем слушаюсь мужа».

Пэй Цзицин поднял руку, поправляя на Шэнь Хуэйсине галстук с темным жаккардовым узором, и неторопливо закрутил темно-синий шелк на кончике тонкими пальцами.

Шэнь Хуэйсин посмотрел на стоявшего перед ним омега:

— Как зовут твоего нового коллеги?

Это было крайне странно — Шэнь Хуэйсин никогда раньше не интересовался его работой. Сердце Пэй Цзицина пропустило удар, но в мгновение ока он нацепил невинную улыбку и, не моргнув глазом, с видом полнейшего недоумения произнес:

— Да так, обычный стажер. То ли Сяо Лю, то ли Сяо Сян? Я не помню точно, дорогой, а зачем ты спрашиваешь?

Шэнь Хуэйсин кивнул. Пэй Цзицин тут же прощебетал:

— Любимый, тогда я пойду приготовлю тебе завтрак, ладно?

Закрыв за мужем дверь, Шэнь Хуэйсин продолжал смотреть вслед удаляющейся фигуре Пэй Цзицина, пока тот окончательно не скрылся из виду.

На душе у Пэй Цзицина скребли кошки. Охваченный странным стремлением искупить вину, он наотрез отказался от готового завтрака, приготовленного шеф-поваром, и решил встать к плитам сам.

Застыв перед разделочным столом, Пэй Цзицин смотрел на разложенные ингредиенты с таким выражением лица, будто шел на верную смерть. На телешоу ему довелось подержать в руках немало ножей, но когда он в последний раз готовил для Шэнь Хуэйсина лично, он уже и припомнить не мог.

Завтраки для Шэнь Хуэйсина выбирались по специальному атласу блюд и готовились поваром; от Пэй Цзицина требовалось лишь поджидать мужа у лестницы в полном порядке, чтобы под руку провести его к столу, а затем победоносно приподнять тарелку:

— Любимый, это я приготовил для тебя завтрак с любовью, съешь всё до последней крошки.

Иногда Пэй Цзицин выкладывал снимки в соцсети с подписью: любовь, что варится в лучах утреннего солнца посреди суеты людского мира.

На самом деле Пэй Цзицин даже запаха кухонного чада толком не знал. Хоть он и вел кулинарное шоу, львиную долю времени уходило на болтовню, и никто из зрителей никогда не пробовал стряпню самого ведущего.

Поэтому, когда Шэнь Хуэйсин отведал ложку говядины со скремблом и неторопливо промокнул уголки рта салфеткой, он произнес:

— Новопринятого повара рассчитайте и выгоните.

Пэй Цзицин:

— …Невкусно?

Шэнь Хуэйсин коротко бросил:

— Угу.

Пэй Цзицин подцепил вилкой кусочек говядины с тарелки и, ощутив во рту дикую, горчащую от соли смесь, мгновенно поморщился.

Старшая сестра Чжан поспешно затараторила:

— Да-да, этот новый повар и впрямь и рядом не стоял с мастерством господина.

Шэнь Хуэйсин доел завтрак парой кусочков печенья с молоком и уехал на работу, оставив на лбу Пэй Цзицина легкий прощальный поцелуй — давняя привычка за столько лет брака.

Пэй Цзицин с трудом взял себя в руки, провожая мужа, и дотронулся пальцами до собственного лба.

Старшая сестра Чжан, заметив расстроенный вид Пэй Цзицина, утешила его:

— Господин, не переживайте, кулинарному искусству всегда можно научиться.

Однако Пэй Цзицина волновало совсем другое.

Его тревожили утренние расспросы Шэнь Хуэйсина: неужели тот что-то заподозрил?

В тот самый момент, когда появился Вэй Цзи, мозг Пэй Цзицина словно оглушило назойливым зуммером.

Вэй Цзи ушел первым еще много лет назад, и Пэй Цзицин давно нажал в памяти кнопку безвозвратного удаления. При новой встрече Пэй Цзицин даже не почувствовал тоски — в душе шевельнулось лишь настороженное предупреждение.

Но о какой компенсации он там толком говорил? Стоит признать, Вэй Цзи вломился в его жизнь с той же бесшабашной легкостью, с какой когда-то исчез.

Теперь Вэй Цзи представлял собой огромную угрозу для его спокойного существования. Чудовищная ложь уже сорвалась с губ, но Шэнь Хуэйсин — это последний человек на свете, кому позволено знать правду.

Вэй Цзи первый бросил его, поэтому Пэй Цзицин имел полное право искать свое новое счастье, и ему не нужны были никакие подачки. Он лишь хотел, чтобы его жизнь оставалась такой же тихой и благополучной, как и минувшие пять лет, и ничто не должно было порвать гладкую кожу их пятилетнего брака.

Опустив взгляд, Пэй Цзицин подумал, что ему всё же придется поговорить с Вэй Цзи.

Раздобыв номер Вэй Цзи через старосту Юя, он столкнулся с изрядным любопытством последнего: староста никак не мог взять в толк, что же там стряслось между ними в тот день?

Пэй Цзицин ответил:

— А что могло случиться?

Староста Юй удивился:

— Вы что, знакомы? Или он тебе денег должен?

Пэй Цзицин отмахнулся.

Староста Юй тихо усмехнулся в трубку:

— Ощущение всё равно было странное. Я тут слышал от Лысого Хэ, что Вэй Цзи парень дерзкий, но в тот день…

Выглядело так, будто Пэй Цзицин просто задавил его своей аурой.

Когда староста Юй впервые повстречал Пэй Цзицина, на телеканале как раз проводился отбор ведущих для нового кулинарного шоу, искали свежую кровь. На письменный экзамен и собеседование пришло много претендентов, но Пэй Цзицин оказался ярче всех: красивый, с подвешенным языком, он превосходил даже профессиональных дикторов. День незаметно клонился к вечеру, за стеклянными витражами неоновые огни разлились по реке разбитого золота. Пэй Цзицин почему-то не уходил — стоял в зоне отдыха, глядя на улицу, и фонари выхватывали из полумрака изгиб его бледной шеи, а черты лица казались сошедшими с картины.

Староста Юй подошел к нему и поинтересовался, почему тот до сих пор здесь, на что Пэй Цзицин, бросив на него взгляд, ответил: когда он поднимался снизу, то думал о том, как выглядит вид на противоположный фасад с огромным экраном.

Напротив возвышался гигантский экран на целое здание, протянувшийся через все тридцать восемь этажей — его называли крупнейшим дисплеем в Яляньго. В тот момент на нем крутили голографическую запись речи Пятой армии Яляньго перед отправкой на фронт, и золотое шитье на мундире стоявшего во главе генерала ярко сверкало под потоками ливня.

Пэй Цзицин спросил:

— Этот проект позволит всему миру увидеть меня?

Староста Юй ответил:

— Возможно.

Тогда Пэй Цзицин заявил:

— Значит, эта должность ведущего моя.

Староста Юй тогда изумился столь самоуверенному тону, а следующая их встреча произошла уже при зачислении новичка в штат.

Сначала Пэй Цзицин тоже был зеленым новичком без всяких связей, который ночами напролет корпел над составлением проектов и концепций — именно в ту пору они и начали работать в паре.

Староста Юй знал, что тот женат: перед камерами Пэй Цзицин снимал обручальное кольцо, но в личной жизни ничего не скрывал. Никто из коллег никогда не видел его вторую половинку; в этом вопросе Пэй Цзицин проявлял удивительную осмотрительность и до момента публичного признания не раскрыл ни единой детали о своем спутнике жизни.

В прежние времена на редких общих посиделках большинство коллег появлялось с семьями, и кто-то в шутку бросал, что Пэй Цзицин прячет дома сокровище и ником его не показывает.

Звездное небо на потолке бара бросало на его плечи россыпь световых бликов, а Пэй Цзицин, задумчиво катая пальцами капельки конденсата на стенке бокала, с легкой улыбкой отвечал:

— Я и сам-то его не вижу толком, как я вам его покажу?

http://bllate.org/book/34998/4318971