Готовый перевод Great! We're Saved_Yingmen / Голодный паразит: Путь выживания в мире безумия: Глава 5

А что, если он просто хочет смерти Лян Сюя?

— Быть того не может, все мы законопослушные граждане! — испуганно воскликнул Фэйняо.

— …

Юй Хуэй лишь равнодушно перевёл взгляд.

Сидящий в самом центре класса человек обливался холодным потом, но на его лице по-прежнему застыла натужная улыбка:

— Да, Лян Ай меня терпеть не может, но это вовсе не повод завидовать Чжоу Цину. Ну и пусть ненавидит, в худшем случае я мог бы держаться подальше, чтобы не мозолить ей глаза, и всё равно продолжал бы получать дивиденды от компании.

— Из-за золотой медали по физике. Ты собирался вернуться в родовое гнездо с этой медалью, чтобы померяться силами с Лян Ай, но тут, как назло, подвернулся Чжоу Цин. Мало того, что ты остался без медали, так ещё и опозорил отца перед всеми своими хвастливыми речами. Ты выместил злобу на Чжоу Цине.

Лян Сюй привык чувствовать себя вседозволенным, он всегда вёл себя заносчиво и властно, и даже склонить голову для него было лишь временной мерой. Стоило немного надавить, как он тут же срывался на огрызание:

— Так объясните мне, пожалуйста, я выместил на нём зло или позавидовал ему? Вы сами-то не замечаете, как противоречите собственным словам?

— Какая разница, какими были мотивы? — в ответ бросил Янь Шуэр, уже успевший подловить Лян Сюй на слове. — Ты ведь не стал отрицать, что занимался буллингом.

Попался.

Лицо Лян Сюй окаменело, но он тут же попытался принять безразличный вид:

— Говорите что хотите. Пусть я действительно измывался над Чжоу Цином, но о его смерти мне ничего не известно.

За один только буллинг ты ещё хлебнешь лиха.

Фэйняо свирепым взглядом зыркнул на него и машинально коснулся длинного клинка за спиной — если бы только устав позволял, хмм…

Янь Шуэр продолжил допрос:

— Раз уж ты утверждаешь, что ничего не знаешь о гибели Чжоу Цина, то как насчёт его исчезновения?

От долгих разговоров в горле пересохло, и он бросил взгляд на Юй Хуэй. Тот сразу всё понял, шагнул вперед и продолжил:

— Согласно расследованию, пожар произошёл 17 июня. Многие свидетели утверждают, что в дни перед трагедией Чжоу Цин долго не появлялся в школе, а самое раннее отсутствие зафиксировано в полдень 13-го числа. Осведомлённые лица сообщили, что в тот день в обеденный перерыв его увёл с собой именно ты.

Он неумолимо наседал, и каждое его слово било точно в цель:

— По данным камер наблюдения, после того как ты увёл Чжоу Цина, его больше никто не видел. Ни у школьных ворот, ни на перекрёстках, ни возле жилого комплекса — нигде. Ты — последний, кто контактировал с Чжоу ЦИном, и у нас есть все основания подозревать тебя в убийстве. А теперь отвечай правду: с какой целью ты увёл Чжоу Цина в обед тринадцатого числа?

Средняя школа Цзичуань была частным учебным заведением, где уделяли особое внимание конфиденциальности учащихся, поэтому камеры устанавливали только в общественных местах, а в не учебных зонах вроде туалетов, душевых и общежитий их не было.

Именно поэтому камеры не смогли зафиксировать больше полезной информации, однако из этого чётко следовало, что исчезновение Чжоу Цина теснейшим образом связано с Лян Сюем.

Лян Сюй словно потерял всякую осторожность и махнул на всё рукой:

— Избить его.

— Избить? — Фэйняо сделал шаг вперед, сравнявшись с братом, и они оба свысока уставились на допрашиваемого. — И ты избил его до смерти?

У Лян Сюй подёрнуло кожу на лице, и он поменял показания:

— Надругаться, ладно?! Как же вы надоели!

…

Янь Шуэр вернулся на своё первоначальное место. За окном немного рассеялся туман, он рассеянно водил ручкой по бумаге, пытаясь выстроить логику происходящего.

Поле Коллапса являлось проекцией реального мира, вернее, проекцией остаточного сознания. В реальности девятый корпус общежития и учебный корпус уже превратились в руилы.

Но спроецированный учебный корпус стоял целым и невредимым. Не говорит ли это косвенно о том, что [Чжоу Цин] в Поле Коллапса придаёт учебному корпусу колоссальное значение и даже готов тратить огромное количество энергии на создание иллюзии, поддерживающей его в первозданном виде?

— Расскажи подробно, как именно вы издевались над Чжоу Цином, — потребовал Фэйняо.

Лян Сюй с неохотой тянул время, но под давлений в конце концов заговорил.

Человеческая обида и ненависть — это самое долговечное, что есть на свете.

Янь Шуэр опустил веки, молча слушая историю о том, как никому не известный подросток подвергался жестоким издевательствам.

[Чжоу Цин] пылал лютой ненавистью, и эта ненависть выходила за рамки времени и пространства: Лян Сюй таинственным образом исчез из собственного дома, слуги взломали запертую дверь, и кроме испорченной, провонявшей еды неизвестно какой давности, оставленной нетронутой, внутри не оказалось ни души.

Вскоре после его загадочного исчезновения Доу Кайцзэ и Чжан Цзо оба попали в больницу из-за несчастных случаев: один сломал позвоночник в автокатастрофе и оказался прикован к постели с параличом нижних конечностей, а второго настиг упавший сверху предмет, вызвав черепно-мозговую травму, и теперь он находился в вегетативном состоянии.

Все они получили по заслугам.

Как уже упоминалось ранее, Поле Коллапса имеет свойство расширяться и увлекать за собой в коллапс всё вокруг, поэтому обязанность Особого отдела по делам ереси заключалась в ликвидации таких зон и предотвращении их распространения — а лучше всего было пресекать их появление ещё до того, как рождался [кризис], способный сформировать Поле Коллапса.

Янь Шуэр помнил, что это Поле Коллапса в Средняя школа Цзичуань возникло всего пару дней назад, и забрать живого человека из внешнего мира в пустоту, чтобы бесконечно истязать его там, — это явно не стоило малых затрат.

[Чжоу Цин] ненавидел Лян Сюя настолько яростно, что был готов на любые жертвы, лишь бы затащить его с собой.

Он снова вспомнил слова Фэйняо о том, что парня избили до тяжелых травм, несовместимых с жизнью. Возможно, Чжоу Цин скончался ещё во время надругательств, а исчезновение или пожар были лишь способом уничтожить улики и замести следы…

Ах да, останки.

Стоило лишь отыскать кости Чжоу Цина, как всё встало бы на свои места.

Стоило ему только подумать об этом, как в правом глазу началось нестерпимое зудящее движение. Янь Шуэр носил в себе паразита уже не первый день и давно изучил значения всех его состояний.

Внезапное беспокойство при мыслях об останках означало, что те обладают для Сущности притягательной силой. При этом обычные останки Она не ела — ни свежие, ни несвежие. А значит, с огромной долей вероятности [Чжоу Цин] притаился именно там, где лежат кости, и Сущность уже это почуяла.

Что ж, теперь предстоят поиски костей?

Сосредоточив взгляд, он набросал на бумаге два наиболее возможных места: учебный корпус и общежитие номер 9. Заметив, что Сущность никак на это не отреагировала, он добавил ещё несколько вариантов, но Она по-прежнему оставалась равнодушной.

Найду — отдам тебе.

Эта фраза обладала колоссальной соблазнительностью: Янь Шуэр отчётливо почувствовал, как правый глаз зачастил в быстром трепете, заворочавшись вверх и вниз. Зрение даже поплыло, напоминая поездку на американских горках — необычное и странное ощущение рассинхронизации видимого. Впрочем, вскоре Сущность успокоилась, замерши на несколько секунд над каждым из обозначенных на бумаге мест.

Он задумался:

— Ты хочешь сказать, что останки перемещаются?

Зрачок задрожал в знак согласия.

Глава 5. Средняя школа Цзичуань (5)

Сущность перевела взгляд на другое место, замерла на мгновение, а затем вновь недоверчиво заскользила между всеми точками, будто потеряв цель из виду.

[Ур-р-р, ур-р-р]

Она недоумевала, Она была озадачена и раздражена. Судя по всему, осознав, что с ней играют, как с котом, Она поклялась во что бы то ни стало отыскать верное место.

Взгляд перемещался всё быстрее и быстрее, Янь Шуэр почувствовал, как в глазницах нарастает жжение, а глазное яблоко раздувается от боли, грозящей разорвать его изнутри.

Если так пойдёт и дальше, случится беда. Ему вовсе не улыбалось устраивать прямо на допросе перформанс с взрывом глазного яблока ради всеобщего удивления.

Мысленно выругавшись, он зажмурился, прерывая воздействие. Сущность недовольно толкнула веко изнутри пару раз и наконец затихла.

В глазу всё ещё пульсировало жжение, и Янь Шуэр прижал пальцы к веку, пытаясь унять боль. В этот момент допрос у близнецов перешёл в самую горячую фазу, и Лян Сюй сорвался на истеричный крик:

— Я же сказал, всё сказал! Какого чёрта вы заставляете меня повторять одно и то же?! Я говорю: я просто притащил его туда и отметелил, а что было потом, понятия не имею!!

— Всю зачистку делали Доу Кайцзэ и остальные, я ничего не знаю! Хватит меня допытывать, допрашивать, допрашивать! Вы что, хотите свести меня с ума?!

Его состояние выглядело странным: секунду назад он орал наотмашь, а в следующее мгновение переходил на насмешливую пикировку. Похоже, его психика не выдерживала нагрузки, и он пытался уйти от реальности подобным образом.

Сначала похищение из дома, затем иллюзия, допрос высокой интенсивности — нервы Лян Сюя натянулись до предела и были готовы порваться от малейшего прикосновения. Пока он бессмысленно орал и брызгал слюной, Юй Хуэй и Фэйняо уловили нечто странное в потоке его бессвязных слов.

Доу Кайцзэ?

Если верить словам Лян Сюя, то уборку улик и исчезновение, приведшее к смерти Чжоу Цина, провернул Доу Кайцзэ. В таком случае его участь не ограничилась бы лишь лежачим параличом. А Лян Сюй, который с пеной у рта доказывал собственную «кристальную чистоту», тем временем угодил в Поле Коллапса, где подвергся ментальным истязаниям…

Чёткая шкала ненависти уже указывала на истинного убийцу, однако в этой схеме наверняка таился скрытый узел из-за перепутанных сторонами сведений.

Янь Шуэр растёр правый глаз и поднялся на ноги:

— Когда мы собирали первичную информацию, до Доу Кайцзэ так и не добрались. Что говорят о нём?

— На второй день после происшествия Доу Кайцзэ попал в больницу из-за той аварии, — с мрачным видом произнёс Юй Хуэй. — Очнувшись, он сошёл с ума, не в силах смириться с параличом.

Фэйняо кивнул:

— Именно так. Он совершенно неконтактен и мало чем отличается от дикого зверя.

С этими словами он достал с пояса прибор, похожий на пирометр, и навёл на Янь Шуэра, нажав на курок.

Прибор выдал цифру 20.

— ? — последний изобразил в воздухе вопросительный знак и ткнул себя пальцем в грудь. — Я уже того?

С каких пор, и почему его никто об этом не предупредил?

— Это новый детектор, разработанный Департаментом. С виду он похож на градусник, но на самом деле это измеритель уровня аберации. Используй в любой момент: замеряешь — и видишь степень искажения. От нуля до тридцати — норма, выше тридцати — помрачение рассудка, за сороковкой начинаются когнитивные ошибки, а от пятидесяти и выше стоит задуматься о жёнкем контроле.

— Видишь? Ты, конечно, тот еще чудик, но вполне нормален. — Фэйняо сохранял предельно серьёзное выражение лица и, видимо сочтя этого недостаточно, провёл замер для каждого присутствующего.

Янь Шуэр только и смог выдать:

— О, спасибо.

Сотрудники Особого отдела действительно те еще хамы!

Юй Хуэй закрыл лицо обеими руками, и его приглушённый голос донёсся сквозь пальцы:

— Фэйняо имеет в виду, что когда мы проверяли детектором Доу Кайцзэ, то обнаружили: он не просто калека, его уровень аберации подскочил аж до 53.

Фэйняо тем временем как раз закончил проверку Лян Сюя, на дисплее красовалась цифра 37.

Он тут же обзавёлся наглядным примером:

— Как я и говорил, у такого психопата, как Лян Сюй, уровень аберации всего 37. Можете представить, насколько тяжёлое положение у Доу Кайцзэ. К тому же степень его искажения, кажется, растёт день ото дня. Мы были там всего трижды, и с каждым разом он всё больше походит на…

Сквозь ругань Лян Сюя Юй Хуэй погрузился в глубокие размышления, нахмурив брови — похоже, подобрать точное описание было непросто.

— Рыбу, — подсказал Фэйняо. — Уродливую рыбу.

Рыбу?

Янь Шуэр насторожился:

— Рыбу, шепчущуюся в тенях и скользящую по ним?

— Ты её видел, — в один голос заявили близнецы с абсолютной уверенностью.

Да видел ли только! Она же у него на глазах уплела изрядное количество этой дряни. Однако распространяться об этом не стоило, поэтому он решительно предпочёл включить дурака и пошёл по пути тройного отрицания:

— Какую рыбу? Ничего не видел, к слову пришлось.

Все здесь люди неглупые, и не копать дальше — базовый принцип. Они с поразительным взаимопониманием сменили тему.

После короткой неловкой паузы первыми заговорил Янь Шуэр:

— Пора в общежитие, уже стемнело.

На смене дня и ночи сквозь туман пробился лучик закатного солнца, и сумеречный свет принёс с собой жутковатое затишье. Лян Сюй странным образом утих.

Фэйняо заметил:

— Течение времени нарушено, оно слишком быстрое, сейчас максимум двенадцать часов дня.

http://bllate.org/book/34991/4318261