Готовый перевод Our Slogan: No Scumbags Allowed / Наш девиз: Не быть подонком [Система]: Глава 5

— Проснулся? Иди скорее обедать, я приготовил свиные ребрышки в кисло-сладком соусе и карасей в соевом соусе, всё как ты любишь.

Стоило Линь Наню повернуться, как он увидел в дверях спальни Чэнь Сюя и, радостно улыбаясь, вышел с тарелкой кисло-сладких ребрышек.

Чэнь Сюй опомнился, посмотрел на улыбку Линь Няня и машинально ответил:

— Угу.

Но стоило ему разлепить губы, как звука не последовало.

Тогда он мысленно выругался.

Линь Нань работал в начальной школе недалеко от дома. Если ехать на электроскутере, дорога занимала меньше десяти минут, поэтому обычно в обед он возвращался домой, чтобы приготовить Чэнь Сюю еду. Если же времени совсем не оставалось, он заказывал для него доставку, но готовая еда стоила недешево да к тому же вредила здоровью. Поэтому, если только Линь Нань не был завален делами по горло, он всегда возвращался готовить сам.

Конечно, Чэнь Сюй на самом деле не любил еду, которую стряпал Линь Нань. По правде говоря, он бы предпочел, чтобы Линь Нань заказывал ему доставку.

Сегодня был понедельник, к тому же Линь Нань впервые в этом семестре стал классным руководителем, так что дел накопилось столько, что он ничего не успевал, а потому и вернулся домой позже обычного.

Чэнь Сюй посмотрел на пот на лбу Линь Няня и на фартук, который тот даже не успел снять. Уголки его губ дернулись, и он машинально хотел было съязвить, но перед тем как заговорить, вспомнил, что сейчас на него наложено молчание, и снова закрыл рот.

Он подошел к Линь Наню, сел за стол, взял палочки для еды и, окинув взглядом три блюда и суп, помедлил немного, зацепил кусочек выглядевших сносно кисло-сладких ребрышек, откусил и принялся жевать.

Готовил Линь Нань посредственно, и Чэнь Сюй вечно его за это пилил. Заметив, что Чэнь Сюй ест его ребрышки, Линь Нань слегка напрягся — он даже замер с палочками в руках и тревожно уставился на Чэнь Сюя.

Чэнь Сюй с бесстрастным лицом проглотил мясо, откусил еще раз и сгреб зубами всё мясо с косточки.

Линь Нань сглотнул слюну и спросил:

— Сяо Сюй, ну как на вкус?

Услышав его вопрос, Чэнь Сюй поднял голову, бросил на него быстрый взгляд, снова опустил глаза и подцепил в пиалу второй кусок.

Увидев это, Линь Нань тут же просиял и, глядя на Чэнь Сюя, глуповато улыбнулся:

— Если нравится, завтра я снова их приготовлю.

Чэнь Сюй не стал на него смотреть и лишь брезгливо выругался про себя.

Что это вообще за кисло-сладкие ребрышки? Ни кислинки, ни сладости — будто просто сварили в воде, сухие, волокнистые, жесткие, как подошва. Кто не знает, решил бы, что это вареные на воде ребра.

Впрочем, по сравнению с той тарелкой изуродованного карася и обугленной дочерна листовой капустой, эти ребрышки были еще хоть куда — можно было съесть пару кусков.

Настоящий никчема, до сих пор толком готовить не научился, столько времени прошло.

Мысленно ругаясь, Чэнь Сюй положил в пиалу еще один кусок ребрышек.

Человек с нормальным эмоциональным интеллектом, заведомо зная, что какая-то тема неприятна собеседнику, обычно не станет заводить о ней разговор.

Но Линь Нань был другим: когда дело касалось учебы Чэнь Сюя в школе, он неизменно проявлял ослиное упрямство.

— Сяо Сюй, ты... — Линь Нань украдкой покосился на лежавшие неподалеку нетронутые учебники. — ...утром в школу ходил?

Едва эти слова сорвались с губ, в гостиной воцарилась внезапная тишина.

Линь Нань испуганно сжался, с трудом проглотил еду, впился пальцами в палочки и осипшим голосом продолжил допытываться:

— А во второй половине дня? Пойдешь после обеда?

Он опустил голову и принялся механически ковыряться палочками в тарелке.

— Ты ведь только поступил на первый курс, отстал от программы несильно, если пойдешь сейчас, еще успеешь всё нагнать. Потом наверстывать будет уже поздно, да и после окончания учебы нормальную работу найти не получится...

Линь Нань продолжал что-то бубнить себе под нос, но у Чэнь Сюя аппетит пропал напрочь.

Посмотрев на нетронутую еду, Чэнь Сюй невозмутимо вытер рот салфеткой, поднялся из-за стола и со злостью швырнул палочки на стол.

Палочки пару раз подпрыгнули на крышке, брызнув капельками подливы прямо на Линь Няня.

Линь Нань вздрогнул, его лицо мгновенно побелело. Он торопливо поднял голову, но успел заметить лишь удаляющуюся спину Чэнь Сюя.

Дверь спальни с грохотом захлопнулась, отчего потрескавшаяся штукатурка на стене задрожала, готовая в любую минуту осыпаться вниз.

— Сяо Сюй... — Линь Нань приоткрыл рот, а затем разочарованно опустил глаза.

Вернувшись в комнату и заметив на полу подушку Линь Няня, Чэнь Сюй занес ногу, намереваясь как следует впечатать ее в грязь, но, подумав, передумал. Впрочем, поднимать ее с пола он тоже не стал, оставив так и валяться в одиночестве.

Который день подряд шли дожди. За окном заунывно шупало ненастье, завывал ледяной ветер, из щелей в рамах тянуло сквозняком — чем дольше сидишь в комнате, тем сильнее мерзнешь.

Чэнь Сюй забрался прямо на кровать и целиком укрылся с головой в одеяле.

Когда Линь Нань вошел в комнату, он увидел лишь торчащий наружу небольшой пучок волос Чэнь Сюя, и сердце его мгновенно оттаяло.

Он поставил на стол аптечку, подобрал с пола подушку, взбил ее и положил обратно рядом с Чэнь Сюем. Поднимаясь, он бросил взгляд на бугорок под одеялом и тихонько пробормотал:

— Наволочку ведь только на прошлой неделе стирал...

Затем он притащил стул, сел у изголовья и произнес:

— Сяо Сюй, ты спишь? Я помогу тебе сменить повязку.

Чэнь Сюй не шелохнулся — казалось, он и вправду заснул.

Линь Нань с горькой усмешкой покачал головой, осторожно отогнул край одеяла и, заметив плотно сомкнутые веки Чэнь Сюя, на секунду замер, после чего перевел взгляд на его руку.

Закатав рукав рубашки Чэнь Сюя, он с испугом увидел, что наложенная вчера марля снова пропиталась розоватыми пятствами крови. Поспешно размотав бинты, он закономерно обнаружил, что рана почему-то опять разошлась.

— Сяо Сюй, ты...

Должно быть, это дико больно... Почему ты молчишь?

В глазах Линь Няня мелькнуло сложное выражение.

Нужно быть аккуратнее, следить за тем, чтобы швы не расходились, так и до воспаления недалеко.

Линь Нань закусил губу, аккуратно обработал рану и заново перебинтовал руку. Он прикоснулся ладонью ко лбу Чэнь Сюя, а затем наклонился и прижался своим лбом к его лбу — только после этого он наконец немного успокоился.

Сложив лекарства в аптечку и выбросив окровавленные бинты, он привел в порядок гостиную и кухню. Взглянув на часы, Линь Нань понял, что пора выходить.

Чэнь Сюй всё еще спал — судя по тому, как сильно были сдвинуты его брови, ему снилось что-то неприятное.

Посмотрев на его бледное лицо, Линь Нань на мгновение засомневался, но затем наклонился и легонько коснулся губами его нахмуренного межбровья, а после невесомо прижался к его губам.

Мгновенное, легчайшее касание.

*

Проспав почти до пяти часов вечера и не увидев за это время ни единого сна, Чэнь Сюй чувствовал себя так, будто сполна наверстал упущенный ночью отдых.

Линь Нань еще не вернулся, в квартире царила глухая тишина.

Полежав с пустым взглядом на кровати, Чэнь Сюй протянул руку за телефоном.

В половине пятого Линь Нань прислал ему сообщение: написал, что ученики в классе подрались, вызвали родителей для разбирательства, поэтому он задержится. Он также упомянул, что на кухне осталась еда со вчерашнего дня, и если Чэнь Сюй проголодается, то сможет разогреть ее в микроволновке, так что ужинать его ждать не нужно.

Бросив телефон на постель, Чэнь Сюй еще немного повалялся, а затем неохотно поднялся.

При одевании в руке отозвалась тупая боль. Он замер на полуслове и впредь двигался предельно осторожно, стараясь лишний раз не тревожить рану.

Кое-как отделавшись от ужина и взглянув на часы, он обнаружил, что стрелки перевалили за половину седьмого, а Линь Нань всё еще не шел.

Повертев в руках телефон, он в конце концов вышел из мессенджера и сунул гаджет в карман.

Окинув взглядом пустую квартиру, Чэнь Сюй насмешливо фыркнул, накинул куртку и вышел, хлопнув входной дверью.

Входная дверь захлопнулась с глухим стуком.

Как раз как он и рассчитывал, время действия системного наказания к этому часу уже истекло, и он наконец обрел дар речи.

Вот только на улице не было ни души, и говорить было не с кем.

До центра города от их дома было прилично, прямой автобус от самого подъезда не ходил, оставалось только ехать на старом велосипеде Линь Няня. Хоть дождь и прекратился, на улице стоял лютый холод, и пока Чэнь Сюй крутил педали, лицо его почти онемело. Выдохнув облачко пара, он принялся растирать замерзшие щеки и уши, и лишь после этого почувствовал себя сносно.

Стоит признать, Чжан Яо отличался завидной пунктуацией: когда Чэнь Сюй добрался до места, было без десяти семь, а Чжан Яо уже поджидал его у входа.

Увидев человека из прошлого, Чэнь Сюй на мгновение ощутил себя так, будто прожил целую жизнь, но это чувство длилось недолго — Чжан Яо тут же разрушил наваждение.

— Привет, я Чжан Яо. — Едва завидев Чэнь Сюя, Чжан Яо сразу его узнал и с улыбкой направился навстречу.

Глядя на это лицо, казавшееся намного более юным, чем в его воспоминаниях, Чэнь Сюй неторопливо протянул руку для короткого рукопожатия:

— Чэнь Сюй.

Строго говоря, хоть Чэнь Сюй и поступил в университет совсем недавно, он уже успел прославиться на весь кампус: из-за той истории на военной подготовке его фотографии разошлись по сети с невероятной скоростью. На местных форумах, в студенческих пабликах и бесчисленных чатах не осталось никого, кто бы не знал его в лицо.

Поэтому, даже учитывая, что в этой жизни они с Чжан Яо виделись впервые, тот узнал его с первого взгляда — и Чэнь Сюй вовсе не удивился.

В те годы Чжан Яо был совсем молодым парнем, без малейшего намека на ту расчетливость, что проявится у него в будущем. Он с заметным удивлением разглядывал лицо Чэнь Сюя и, не скупясь на комплименты, выдал:

— Не ожидал, что вживую ты выглядишь еще лучше, чем на фото.

Однако Чэнь Сюй терпеть не мог, когда его внешность описывали словом «красивый». Услышав это, он слегка скривил губы в подобии холодной улыбки, отдернул руку и перевел взгляд на бар по другую сторону улицы:

— Сразу зайдем внутрь?

Чжан Яо опомнился и смущенно отвел глаза:

— Да, я уже обо всем договорился с управляющим, просто пройдем к нему. — С этими словами он снова покосился на Чэнь Сюя и, заметив синяк на его щеке, с любопытством осведомился:

— Слушай, а откуда у тебя эта ссадина на лице?..

Услышав это, Чэнь Сюй машинально коснулся щеки, на секунду замер и бросил через плечо:

— А, подрался.

Хотя бар Мэнъе считался вполне приличным заведением, публика там собиралась самая разношерстная. Сейчас как раз начинался час пик, народу набилось немало. Завидев столь чистого и смазливого паренька, посетители невольно засматривались на него. Кое-кто даже принялся свистеть вслед Чэнь Сюю, бросая на него сальные, недвусмысленные взгляды.

Чжан Яо поспешно заслонил его от чужих глаз и, словно боясь, что Чэнь Сюй передумает и сбежит, зачастил:

— В таких местах всегда так. Но ты не переживай, максимум придется немного посидеть с гостями за выпивкой, ничего такого больше не будет.

http://bllate.org/book/34926/4310153