Готовый перевод Wolf Drinking Soy Milk Chasing the Wind / Там, где ветер шепчет о любви: Глава 4

Его хрупкое тело казалось тоньше листа бумаги. Стоило ему встать там, как налетевший полевой ветер заставил его пошатнуться, будто он мог рассыпаться от малейшего дуновения.

Детская злоба, заложенная от рождения, была самой ядовитой: дразнясь и хихикая, они сорвали с него последние лохмотья стыда.

— Но твоя мама бросила тебя!

Вэнь Ли застыл на месте, ошеломленный, и крупные, похожие на маленькие жемчужины слезы одна за другой катились по его щекам.

Передняя часть одежды намокла насквозь, а на подбородке еще дрожали капли воды.

Ему было невыносимо больно, но признавать это он не хотел. Назло самому себе он побрел по знакомой с детства дороге на поиски мамы — ему во что бы то ни стало хотелось доказать то, чего быть не могло.

Маленький ребенок переставлял короткие ножки навстречу багровому закату, сливаясь с бесконечной цепью горных хребтов.

У дороги лежали убранные, заваленные соломой и объедками пшеничные поля. Воздух казался полным ледяной крошки, и от каждого вздоха горло жгло так, будто его резали ножом.

Всё это складывалось в самую жуткую зиму — точно такую же, каких Вэнь Ли пережил немало и думал, что не выживет.

Холодный ветер ударил прямо в лицо, и Вэнь Ли, словно вдохнув смертельный яд, в тот же миг задохнулся. Закрыв лицо руками, он согнулся пополам и зашелся в яростном кашле.

У него была врожденная астма, и, возможно, именно это стало причиной того, от него отказались.

Хотя болезнь не вела к неминуемой смерти, она изрядно изнуряла человека.

Родители Вэнь Ли мучились все эти годы и наконец разбежались, а сегодня он и вовсе докатился до того, что мог умереть на обочине всеми забытый.

И правда — умер бы, и столько хлопот сразу бы отпало.

Ли Яньфэн вылез из придорожного стога сена как раз в этот момент.

На нем была поношенная ватная куртка, личико покраснело от холода, а в волосах торчали две соломинки. Словно сошедшее с небес божество, он присел на корточки прямо перед Вэнь Ли.

Ли Яньфэн подтянул свои грязные штаны и сперва долго и настороженно разглядывал его.

— Эй, ты что, помирать собрался?

Семилетний Ли Яньфэн был мало что повисшим сопляком и думал, что так хвататься за грудь и кашлять до багрового лица может только тот старый хрыч из соседнего двора, который болел чахоткой.

Старики всегда умирают, а перед смертью обязательно кашляют.

Его дед, когда напивался, кашлял точно так же.

Вэнь Ли не мог нормально дышать; стоя на коленях, он из последних сил вцепился в одежду Ли Яньфэна.

Ему хотелось хоть что-то сказать — хотя бы позвать на помощь, но приступы дикого кашля вперемешку с головокружением не позволяли ему вымолвить ни звука.

Ли Яньфэн склонил голову набок и заглянул Вэнь Ли в лицо.

Ему показалось, что это личико ему знакомо, поэтому он подхватил Вэнь Ли за подбородок и придвинулся ближе:

— Ой! Да ты же тот самый никому не нужный малец!

Вэнь Ли наконец издал какой-то звук, помимо кашля, — он горько заплакал.

Позже Ли Яньфэн дотащил Вэнь Ли на спине до ближайшего медпункта. У деревенских были контакты всех родственников, и бабушку вызвали очень быстро.

Как именно его тогда спасли, Вэнь Ли уже не помнил.

Он помнил лишь то, как той ночью бабушка долго-долго плакала, прижимая его к груди, — так долго, что Вэнь Ли заснул в ее объятиях, дав себе молчаливую клятву больше никогда и никуда не уходить.

Получасовой дневной сон пролетел как целое вечность. Когда Ли Яньфэн разбудил его, Вэнь Ли все еще чувствовал себя немного отрешенным.

В ноздрях стоял легкий запах лекарств — чуть горьковатый, с освежающим ароматом.Ли Яньфэн сидел на краешке кровати и как раз отвинчивал крышку ингалятора от астмы, когда заметил, что Вэнь Ли открыл глаза. Его ладонь сама собой легла на лоб юноши.

— Что такое?

Тот проспал так крепко, что покрылся испариной.

Вэнь Ли пошевелил глазными яблоками, настраивая фокус, и перевёл взгляд на лицо Ли Яньфэна.

Он приоткрыл рот:

— Видел сон.

Убедившись, что температура в норме, Ли Яньфэн убрал руку:

— И что же приснилось?

— Прошлое.

— Мм?

— Как у меня приступ прямо на улице, а ты всю дорогу ругаешься на чём свет стоит и тащишь меня на спине в больницу.

Короткий полуденный отдых позволил мыслям Вэнь Ли унестись далеко-далеко.

Глядя на молчаливого юношу перед собой, он чувствовал абсолютный контраст с тем весёлым ребёнком из сна.

Ли Яньфэн взял Вэнь Ли за запястье и помог сесть:

— И что потом?

Вэнь Ли тихонько заныл, продолжая:

— А на следующий день прибегаешь ты, весь такой воодушевленный, и рассказываешь, что старик из соседнего дома, у которого была такая же чахотка, как у меня, прошлой ночью умер.

Ли Яньфэн бесстрастно произнёс:

— Открой рот.

Вэнь Ли со страдальческим выражением лица посмотрел на поднесённый к его губам ингалятор:

— Мне ведь не плохо.

— Быстрее.

Вэнь Ли закрыл глаза, нахмурился, с крайне неохотным видом приоткрыл рот и, словно отправляясь на плаху, зажал губами насадку.

— Вдох.

Одновременно с этим Ли Яньфэн нажал на баллончик. Вэнь Ли резко вдохнул, вцепившись обеими руками в руку Ли Яньфэна так сильно, что на тыльной стороне ладоней выступили вены.

Леденящая свежесть пронзила насквозь.

Вэнь Ли чуть не закатил глаза от такой встряски.

— В голове так кружится, — пробормотал он, выплевывая насадку и всем телом, словно без костей, заваливаясь в объятия Ли Яньфэна. — Тошнит.

Ли Яньфэн обнял его за талию, вытер насадку краем одежды за спиной Вэнь Ли и плотно закрутил крышку флакона.

К подобным привычным капризам он уже давно привык. Вэнь Ли хоть и не любил лекарства, но сейчас наверняка больше притворялся.

Убрав ингалятор, Ли Яньфэн достал из кармана конфету, развернул фантик и поднёс к его губам, чтобы хоть немного успокоить.

Приоткрыв полусонные глаза, Вэнь Ли взял конфету губами и принялся её сосать. Тем временем Ли Яньфэн поднялся на ноги и принялся рыться в шкафу в поисках футболки для него.

— Вечером будет прохладно, надень.

Вэнь Ли протяжно выдал «о-о», стянул толстовку и принялся медленно натягивать футболку.

Он был очень худым: фарфорово-белая кожа едва обтягивала рёбра, а хрупкое тело, как и в детстве, оставалось болезненно-слабым, источая бледную ауру недуга.

Ли Яньфэн отвёл взгляд, поднял с пола помятую толстовку и аккуратно расправил рукава.

— После обеда у меня обход со студсоветом, в школу пойдёшь сам.

Вэнь Ли высунул голову из воротника толстовки и проговорил сдавленным голосом:

— Хорошо, господин председатель.

Ли Яньфэн вовсе не был председателем студенческого совета, так, занимал какую-то сомнительную мелкую должность.

Иногда он просто ходил по очереди на дежурства с маленьким блокнотом, чтобы записывать опаздывающих учеников.

Впрочем, обычно Ли Яньфэн никого не трогал, в худшем случае делал круг по школьному двору и шёл по своим делам.

Он не любил лишних хлопот и бюрократизма, просто классный руководитель хотел, чтобы его всесторонне развивали — и в моральном, и в интеллектуальном, и в физическом плане, — вот он и послушно шёл на поводу у этой системы.

http://bllate.org/book/34922/4309677