Готовый перевод After the Omega Built a Nest, His Ex-Husband Came Back / После того как Омега свил гнездо, его бывший муж вернулся: Глава 21

Фанаты Сюй Цзиня могли исходить желчью сколько угодно — руководство «Полюса» вознамерилось довести эту интригу до предела, прикрываясь святой фальшью «честной борьбы». Преданная армия поклонников Сюй Цзиня была огромна, но и желающих посмотреть, как тот споткнется, набралось не меньше. Тема с его гнездованием висела в трендах несколько дней, исчерпав себя: ну разгромит он очередного новичка, и что с того? Какая выгода? А вот если этот самый новичок уложит признанного мастера на лопатки... да еще и заведёт стрим на «Полюсе» — вот тут развернется совсем другое шоу!

Разумеется, топ-менеджмент понимал: риск велик. Сюй Цзинь был далеко не промах, и попытка искусственно продвинуть Чэн Юя могла обернуться позорным клеймом «фабрикации кумиров».

Однако реальность превзошла все ожидания. Едва Пинпин завершил выбор материалов, Чэн Юй принялся за работу с таким азартом, будто в него вселился бес — Сюй Цзинь на его фоне смотрелся ничуть не внушительнее.

— Наша система отобрала ровно по тысяче альф и омег! Не скупитесь на голоса, поддержите своих фаворитов! — ведущий не спускал глаз с бешеных цифр счетчика. — Ноздря в ноздрю! Они идут абсолютно на равных!

357 против 343!

Оранжевая и красная полосы на экране вытягивались с одинаковой скоростью.

Чэн Юй еще никогда так въедливо не заучивал наставления Чу Вэньхэ. Руки парня летали, расставляя предметы. Встроенный шкаф и без того не отличался простором, а уж когда внутрь уложили ворох одежды и плотные пледы, там и вовсе не осталось свободного места.

Динь!

Сюй Цзинь ударил по кнопке готовности. Общий трансляционный экран мгновенно вытеснил изображение из комнаты Чэн Юя, давая зрителям возможность во всех деталях разглядеть его творение.

Тема — «Немое кино прошлых дней». Гнездо расположилось прямо на просторном диване в светлой, помпезной гостиной. Тяжелая обивка и массивные ковры создавали атмосферу утонченной вальяжности ушедшей эпохи.

Материалы сменились с привычного оранжевого на теплую охру, и сначала казалось, что эффект поблекнет, но едва работа завершилась, на картинку наложился фильтр, вернувший всему кадру сочный оранжевый оттенок!

— Какая идея! Какая концепция! — восстановил дыхание ведущий.

Комментарии в чате запестрели откликами:

«Мамочки, я просто влюбился в это гнездышко!!»

«Охренеть, а ведь здорово получилось! Не думал, что Сюй Цзинь на такое способен!»

«Отдал голос! Сюй Цзинь, научи меня так же?!»

Глядя, как счетчик стремительно переваливает за пять сотен и не думает останавливаться, Сюй Цзинь едва сдерживал торжествующую ухмылку. И неважно, что трюк с фильтром в последнюю минуту придумал дизайнер, экстренно вызванный секретарем Лю.

Динь!

Не успел Сюй Цзинь насладиться триумфом, как сигнальный колокольчик прозвенел и у Чэн Юя.

Зрители прильнули к экранам. Первое, что бросилось в глаза, — нежный, почти невинный голубой цвет в средиземноморском стиле. Мебель в комнатке Чэн Юя не шла ни в какое сравнение с роскошной обстановкой соперника, а само гнездо, втиснутое в тесный шкаф, выглядело обтрепанным по краям.

В отличие от Сюй Цзиня, который гордо выставлял свою работу напоказ, Чэн Юй лишь едва заметно повел рукой, призывая к вниманию, развернулся и... юркнул внутрь.

В своей поношенной рубашке цвета немытого шелка он сжался в углу шкафа, охватив руками колени. Затем поднял глаза — полные привычной тревоги и затаенного страха, присущих омегам, — и посмотрел прямо в объектив камеры...

Ведущий опешил. Он прищурился, пытаясь разглядеть хоть что-то, с явным недоумением на лице.

Пока в чате не проскочило сообщение:

«Так вот же его тема! „Подглядывание в выходной“!!»

Следом тут же полетели возмущенные отклики:

«Да где тут подглядывание-то??»

И тут до ведущего дошло. Прежде чем сорваться на крик, он в азарте несколько раз грохнул ладонью по столу:

— Да ведь подглядываем... МЫ!!

Это откровение мгновенно протрезвило аудиторию.

Чэн Юй, сжавшись в комок, боязливо вглядывался в темноту наружу — прямо на них, прильнувших к экранам в попытке проникнуть в тайну его убежища!

Народ опомнился, но оторвать взгляд уже не мог. Если омеги испытывали лишь смутное ошеломление, то альф накрыла волна первобытного, дикого жара: бескрайнее побережье, пустынный пляж... и беззащитный омега, забившийся в тесное гнездо, куда некому прийти на помощь...

Голосование вышло на финишную прямую.

***

На балконе второго этажа клиники Чу Вэньхэ слышал восторженные вопли Чэн Юя, вовсю переполошившие соседей.

Взглянув на экран коммуникатора, он увидел финальный счет: 1353 против 646.

Пройдет пара часов, и сенсационная новость о разгроме Сюй Цзиня разлетится по всей сети.

Искусство омежьего гнездования подразделялось на пять основных типов: «комфортный», «территориальный», «маркировочный», «защитный» и «инстинктивный». Чэн Юй сегодня строил классическое защитное гнездо. Обычно для такого выбирают глухие, укромные углы и используют плотные, тяжелые материалы. Чу Вэньхэ же велел поступить от обратного: взять тонкие ткани и даже нарочно надрезать края, чтобы до предела взвинтить чувство уязвимости и тревожного ожидания.

В мире, откуда Чу Вэньхэ прибыл до своего перерождения, первые упоминания «защитного гнезда» относились к военным временам. До тех пор считалось, будто омеги способны вить гнезда только в абсолютной безопасности.

Тогда солдаты на передовой, пробиваясь сквозь заросли камыша, случайно наткнулись на дупло, набитое ветками и хлопком. Внутри прятался омега — он ждал альфу, но одновременно до смерти боялся его прихода. Снимок, сделанный случайно оказавшимся рядом репортером, в свое время будоражил умы тысяч альф.

Подобных свидетельств хватало. Помимо смертельно раненных, к защитному гнездованию прибегали и беременные омеги.

В современном сытом обществе добиться подобного эффекта почти невозможно. Даже с помощью инструкторов удавалось лишь скопировать внешнюю форму, чтобы привлечь рядовых альф. Но ремесло — лишь часть дела. Главное — правильно подобранные материалы и атмосфера.

С балкона налетел пронизывающий зимний ветер. Чу Вэньхэ плотнее запахнул кардиган и вдруг понял, что промёрз до костей.

В свою первую омежью зиму он осознал простую истину: никакой альфа не заменит хорошей, уютной кофты. Омег часто тянет к вещам, пропитанным чужим духом, что рождает невольное желание разыскать хозяина. Чу Вэньхэ этим не страдал. Он мог лишь мысленно поблагодарить одежду за дарованное тепло, совершенно не заботясь о том, чьи феромоны въелись в пряжу.

С каждым днем становилось все холоднее. Чу Вэньхэ не снимал вязаную шапку; выдыхаемый воздух белыми клубами вырывался из-под маски. Окоченевшими пальцами он поднял коммуникатор к глазам. На экране висел контакт Цзян Юя.

В ту же самую минуту в Мэйцзэ, в полумраке полуночного коридора, Цзян Юй задумчиво разглядывал строчку в своей телефонной книге.

За все время он ни разу не нажал кнопку вызова. А ведь этот номер принадлежал Чу Вэньхэ.

***

Выдав на камеру порцию фальшивых поздравлений, Сюй Цзинь отключил трансляцию, с размаху грохнулся на гримерный столик и зашелся злобной руганью. Прошла всего пара минут после подсчета голосов, а в комментариях на его страничке в Танбо уже бесчинствовали толпы любителей чужих неудач. Про личные сообщения и говорить не приходилось.

К счастью, секретарь Лю оперативно взялся за зачистку. За час он полностью подготовил план антикризисного пиара, а длинное официальное заявление на тысячу слов ждало лишь нужного момента, когда скандал достигнет пика.

Чу Вэньхэ изначально не сомневался: Сюй Цзинь ни за что не признает поражения.

К следующему утру хэштег о победе Чэн Юя взобрался на третью строчку трендов. На Сюй Цзиня обрушился шквал подозрений и упреков, однако Розововолосый стример, действовавший по указке секретаря Лю, тут же включил режим «объективного арбитра».

— Да плевать они хотели на честность, это же «Полюс» крутил счетчик! — Розововолосый кривлялся перед камерой, наигранно хмуря нарисованные брови. Его минутный ролик был полон ядовитой желчи: — За пару дней до баттла людей с «Полюса» видели в Клинике Душевного Покоя. Кто-нибудь может это объяснить?! Зная стиль нашего Сяо Тяня, они намеренно запретили оранжевые материалы! А этот новичок? Серьезно, кто-то выложил сто тысяч, чтобы просто подставить Сюй Цзиня?! Вы хоть знаете, какой годовой доход у этой загнивающей клиники?!

Розововолосый всегда делал себе имя на образе «борца за правду». Начинал с агрессивного хейта, привлекал внимание омег, а когда фантазия иссякла, перешел на полуправду и сплетни — аудитория хавала. Едва удалось выехать на теме отношений Цзян Юя и Сюй Цзиня, как пара затихла. Не найди он новый инфоповод, канал бы окончательно загнивал.

Разъяренные фанаты Сюй Цзиня радостно поддержали вброс и ринулись зачищать комментарии.

Но синеволосый Сун Ци, хоть и с задержкой, не заставил себя ждать. В кои-то веки выспавшись, он открыл сеть и с удовольствием понял: есть работа!

«Синеволосый: Что, жаба душит?»

«Синеволосый: Выиграли — значит, свет справедливости, а проиграли — сразу заговор?»

Розововолосый уже несколько дней скрежетал зубами при виде этого анонима. Тот въелся в него, точно бешеный пес, а наведенные справки пока не дали результатов.

— Ты что, омеганенавистник, Синеволосый? — Розововолосый вытащил главный козырь, способный взорвать мозг любому омеге.

Градус беседы накалился до предела.

«Синеволосый: Да потому что омега, уведший чужого альфу, — это биомусор худшей пробы!»

Розововолосый хрустнул пальцами и прошипел сквозь зубы:

— Я, блядь, понял, кто ты такой!

***

Тег #ТеневаяСхемаПолюса продержался на вершине весь день. Руководству платформы пришлось срочно сливать в сеть скриншоты серверной аналитики с выборкой зрителей.

Обидно, чертовски обидно! Они действительно собирались подписать Чэн Юя, но тот послал их к черту. Они реально планировали устроить шоу с «созданием кумира», но Чэн Юй уложил соперника своими силами. Цифры были чистейшей правдой, прошедшей любые проверки.

Вскоре подоспел и ответ от команды секретаря Лю. В длинном тексте утверждалось, будто Сюй Цзинь набрал десяток рекламных контрактов, дико устал, но из любви к фанатам пересилил себя и принял вызов. Напоследок не забыли напомнить: Сюй Цзинь вообще-то профессиональная модель, так что не стоило судить его слишком строго.

Спустя полчаса Сюй Цзинь выложил короткую запись на Танбо:

«Больше ноги моей не будет на „Полюсе“. А про закулисные игры, о которых все говорят... Я просто не хочу пачкаться. Умные люди и так все понимают».

Количество репостов и лайков зашкалило в первые же минуты. Комментарии пестрели сочувствием: «Держись, Сяо Тянь!»

***

Личные сообщения Чэн Юя штурмовали сотни пользователей. Поддержки хватало, но и хейтеры плодились как грибы после дождя.

Из ста тысяч, переведенных накануне «бывшим мужем», платформа забрала половину. Остальные пятьдесят тысяч поступили на счет.

Чэн Юй ожидал от Чу Вэньхэ гордого фырканья в духе «кто станет брать грязные деньги этого альфы?», но тот без лишних рефлексий обналичил всю сумму. Мало того, Чу Вэньхэ от щедрот отвалил ему и Сун Ци по двадцать тысяч.

Оставшуюся десятку пустили на нужды клиники: купили удобную больничную койку и отличный торговый автомат.

Чу Вэньхэ тратил эти деньги со спокойной совестью. В конце концов, это была лишь скромная компенсация за то, что он едва не засветил лицо на всю страну.

Пока беснующиеся фанаты Сюй Цзиня исходили ядом в сети, Чу Вэньхэ обжарил тарелочку арахиса и выставил на стол томящуюся на медленном огне черную курицу вместе с запотевшим пивом.

Раздался звонок в дверь.

— О, это Сун Ци! — Чэн Юй скинул фартук. — Я открою!

Чу Вэньхэ остался следить за бульоном. Прошло несколько минут, но внизу было тихо. Он уже собрался спуститься, как до ушей донеслись повышенные тона, а следом наверх вбежал взмыленный Чэн Юй.

— Там... там настоящая бойня! — на лице парня сияло искреннее восторженное злорадство.

Не успел он договорить, как в комнатку с бранью ввалилась троица. Чу Вэньхэ окинул их взглядом: Сун Ци, Розововолосый и незнакомый альфа вида обычного офисного клерка.

— Да послушай же меня! — альфа цеплялся за рукав Сун Ци, заискивающе упрашивая: — Сун Ци, я правда пожалел обо всем! Не злись на меня, ну пожалуйста!

Сун Ци — вот, значит, как звали Синеволосого.

— Ты о моих достоинствах вспомнил? Или просто увидел в соцсетях скрин с покупкой кроссовок за двадцать тысяч? — ядовито огрызнулся тот.

Чу Вэньхэ перевел взгляд на Розововолосого, который мертвой хваткой вцепился в другой рукав альфы, и попытался сообразить, что за цирк тут происходит.

Чэн Юй шепнул ему на ухо:

— Этот альфа, Ян Цин, тащился за Сун Ци через весь город, умоляя возобновить отношения. А по дороге его срисовал Розововолосый — тот самый, с кем он Сун Ци и изменил!

В своей прошлой жизни Чу Вэньхэ насмотрелся на подобные драмы с лихвой. Поправив маску на лице, он вознамерился тихо сбежать к себе в кабинет.

Но перед самым уходом его спину обожгло колким взглядом.

Ян Цин продолжал подобострастно канючить перед Сун Ци, однако его блуждающие глаза уже успели скользнуть по Чу Вэньхэ... и задержались на нем не один раз.

http://bllate.org/book/34915/4567499