Готовый перевод Can You Give Me a Little Pheromone? / Можно мне немного ваших феромонов?: Глава 23

Чжоу Юй стоял прямо под лампой, высокой фигурой заслоняя добрую половину света.

Линь Юньшу запрокинул голову. На лице Чжоу Юя, пусть и оказавшемся в тени, расплылась широченная, искренняя улыбка.

От неё почему-то стало неожиданно тепло.

В пресной, бесцветной, точно немое кино, жизни Линь Юньшу такое ослепительное тепло казалось чем-то чужим и едва ли постижимым.

На пару мгновений он замер, сбитый с толку, но затем уголки его губ чуть дрогнули в ответной полуулыбке. Вцепившись в руку Чжоу Юя, он с его помощью поднялся на ноги.

***

Ли Сюнь жил за городом, в небольшом коттедже. Чжоу Юй решил не вызывать водителя и сам сел за руль.

— Если без пробок, пилить два с лишним часа, — проворчал Чжоу Юй, косясь на навигатор, а затем повернулся к спутнику: — Ты как, выдержишь дорогу?

Линь Юньшу, как раз пристегивавший ремень безопасности, одарил его странным взглядом:

— Всего-то пару часов. Мы ведь раньше и по нескольку суток в плацкарте на зеленых поездах тряслись — и ничего, не рассыпались.

— Сравнил тоже, — вздохнул Чжоу Юй.

Эх, молодые были времена... Чжоу Юй тогда только окончил университет, а Линь Юньшу едва поступил на первый курс.

Рожденный в роскоши, Чжоу Юй отродясь не ездил на поездах и в честь выпуска решил «попробовать простую жизнь». Собрав компанию близких друзей — Тань Цуна, Линь Юньшу и еще парочку приятелей, — он рванул в путешествие на стареньком межрегиональном экспрессе.

Степные просторы, заснеженные вершины, пасущиеся стада овец... Поездка и впрямь вышла незабываемой.

Чжоу Юй до сих пор отчетливо помнил: у секретаря Линя тогда щечки были по-детски пухлыми и розовыми, а когда он говорил, его круглые глаза сияли, точь-в-точь драгоценные камни.

Где-то в середине пути они проезжали мимо заснеженных гор. Линь Юньшу приник к окну с фотоаппаратом, а за его спиной тянулся бесконечный хребет, озаренный лучами утреннего солнца.

Профиль юноши словно растворялся в этом ослепительном белоснежном мареве, оставляя лишь живой, лучистый блеск глаз.

Объектив Чжоу Юя изначально целился в горные пики, но каким-то неведомым образом видоискатель сместился.

Когда снимки проявили, на всех кадр за кадром оказался Линь Юньшу.

Должно быть, именно тогда сердце Чжоу Юя впервые пропустило удар.

И вот теперь Чжоу Юй снова всматривался в Линь Юньшу.

Тот стал куда взрослее, заметно осунулся. Скулы обтянулись, отчего черты лица обрели четкую, чеканную выразительность.

Но он по-прежнему оставался чертовски красив — до звенящей, почти опасной остроты.

— И в чем же разница? — Линь Юньшу поднял взгляд.

Его ясные глаза точь-в-точь совпадали с воспоминаниями, вот только теперь их подергивала легкая, еле уловимая дымка — кроткая, мягкая, сглаживающая чрезмерно резкую, слепящую красоту.

— Да разница очевидна, — усмехнулся Чжоу Юй, вскинув бровь. — На поезде-то мы просто ехали, а вот на днях... вполне себе переспали.

Линь Юньшу лишился дара речи и воззрился на Чжоу Юя в абсолютном ошеломлении.

Как у этого человека получается с невозмутимой миной выдавать подобную непотребщину?!

Чжоу Юй как ни в чем не бывало продолжал:

— Да ты не переживай, тачка у нас мягкая, да и вожу я отлично — не утрясет. В крайнем случае подложу тебе под мягкое место подушку...

— Не нужно! — едва не сорвался на фальцет Линь Юньшу.

Прижав руку к груди, с ярко-пунцовыми ушами, он с трудом перевел дыхание и постарался вернуть голосу хоть подобие ровности:

— Со мной всё в полном порядке.

— Уже не болит? — искренне удивился Чжоу Юй. — Ты же еще вчера только на животе лежать мог.

Линь Юньшу зажмурился:

— Регенеративные способности человеческого организма гораздо выше, чем вы себе представляете.

— Серьезно, что ли? — Глаза Чжоу Юя азартно блеснули.

— Совершенно серьезно, — с наигранной твердостью выпятил подбородок Линь Юньшу. — Я абсолютно здоров, чувствую себя великолепно.

Взгляд Чжоу Юя стал темнее, он задумчиво протянул:

— Вот как... Значит, зря старался. А я ведь и впрямь прихватил подушечку...

— Босс, — перебил его секретарь Линь. Его щеки пылали от стыда и досады, терпение окончательно лопнуло. — Может, лучше я сяду за руль?

Чжоу Юй осекся и только тут сообразил, что машина до сих пор стоит на месте. Своим трепом он рисковал превратить двухчасовую поездку во все три.

Прокашлявшись, он торопливо пристегнулся:

— Какое тебе за руль! Ты после пары часов в кресле уже спинную грелку просишь, стану я тебя сажать. — И, покачав головой, буркнул: — Опять начнет хныкать: «Ой, спина затекла, ой, руки ломит»... Мне что, потом тебя разминать?

Линь Юньшу на мгновение онемел от такой наглости. Его личный мир дал трещину и рухнул прямо на голову.

— Да когда это я—

Рёв мотора заглушил возмущенный возглас — Чжоу Юй резко утопил педаль газа в пол.

***

За городом воздух был куда свежее, чем в мегаполисе. Ли Сюнь выбежал навстречу еще у ворот и жестом указал, где лучше припарковаться во дворе.

— Впервые приехал в гости к подчиненному, — бросил Чжоу Юй, выбираясь из салона.

— Да ну, с чего бы? — удивился Ли Сюнь. — Вы же до свадьбы чуть ли не каждый день к секретарю Линю домой наведывались.

Пусть дальше гостиной его ни разу и не пустили.

— Тебе что, премию урезать, если молча не постоишь? — недовольно покосился Чжоу Юй.

Ли Сюнь молниеносно запечатал рот и виновато притих.

Линь Юньшу вышел из машины и тепло улыбнулся:

— Доброе утро, брат Ли.

— Утречко, секретарь Линь! — оживился Ли Сюнь. — Да уже почти полдень. Может, останетесь на обед?

Чжоу Юй тут же заслонил собой Линь Юньшу:

— Обойдемся без обеда. Заберем котенка — и сразу назад. — Он по-хозяйски положил ладонь на поясницу Линь Юньшу и со вздохом добавил: — У него желудок совсем капризный, почти ничего не принимает. Зачем тебе лишние хлопоты? А то наестся, опять живот прихватит, и он ко мне канючить пойдет.

Ли Сюнь озадаченно моргнул. Это он сейчас чем хвастается? Секретарь Линь и «капризные канюченья» — понятия из параллельных вселенных.

Ли Сюнь почуял неладное: босс сегодня явно перепил какого-то возбуждающего отвара. Помощник перевел ошарашенный взгляд на Линь Юньшу.

На лице секретаря Линя застыло абсолютное, безмятежное смирение — выражение человека, который, пройдя через все круги ада и поняв бессмысленность сопротивления, обрел высшую форму дзена.

Улыбнувшись, Линь Юньшу мягко сменил тему:

— Покажешь малышку?

— Да-да, конечно! Проходи, — Ли Сюнь закивал и поспешил увлечь его в дом.

Пока они шагали впереди, Ли Сюнь пригнулся и шёпотом спросил:

— Что это с нашим боссом?

Всего пару дней не виделись, а он взвинчен так, словно его током ударило.

— Ничего особенного, — с безупречной невозмутимостью отозвался Линь Юньшу. — Погода разгулялась, пожелтевшие листья снова зазеленели, река из берегов выходит. Вполне естественно, что и у человека жизненные силы через край бьют.

Ли Сюнь с открытым ртом переводил взгляд с одного на другого, а секретарь Линь лишь сохранял олимпийское спокойствие.

Чжоу Юй и впрямь в последнее время вел себя странновато, будто его подменили на пришельца, однако Линь Юньшу уже приспособился. Уж в чем-чем, а в гибкости ему не откажешь — иначе он просто не продержался бы несколько лет под началом начальника с настолько инопланетной логикой.

Внушительный оклад прекрасно помогает отключить критическое мышление и оправдать любые выкрутасы босса. Пока плата за труд оставалась щедрой, босс был прав во всём. И даже если бы Президент Чжоу решил пробежаться по улице в чем мать родила, у него наверняка найдутся на то веские, глубоко обоснованные причины.

Ли Сюнь был поражен глубокой верой секретаря Линя. В этот момент он даже почувствовал, что его зарплата ниже вовсе не из-за должности, а потому, что ему не хватает этой святой готовности обелить шефа при любых обстоятельствах.

— Хороший домик, — заметил подошедший Чжоу Юй, оглядывая интерьер. — Три этажа, да еще и с двумя двориками.

Ли Сюнь аж подскочил:

— Босс, вы только ничего такого не подумайте! Это обычный деревенский дом, сами строили! Я тут вообще только по выходным бываю!

Чжоу Юй хохотнул:

— Да ладно тебе, я ж без подтекста. Чего так перепугался?

Ли Сюнь перевел дух, но, оглядевшись, вдруг осознал, что остался один. Оказывается, Чжоу Юй бесшумно вклинился аккурат между ним и Линь Юньшу, по-хозяйски обвил ладонью талию секретаря и увлек того вперед. Словно одна лишняя минута рядом с другим мужчиной могла нанести секретарю Линю смертельный урон.

Ли Сюню осталось лишь тяжело вздохнуть про себя.

Едва ступив на порог, Чжоу Юй уловил густой, аппетитный запах фритюра. Он поморщился:

— Ты что, с самого утра жареную курицу уминаешь?

Обеденный стол был завален пакетами из фастфуда, трапеза явно находилась в самом разгаре: гора обглоданных косточек росла на глазах, а маслянистый дух специй густо висел в воздухе.

Пригнувшись к Линь Юньшу, Чжоу Юй вполголоса поинтересовался:

— Тебе от этого запаха не мутит?

— С чего бы? — Линь Юньшу даже растерялся от такой заботы. — Я вовсе не настолько...

— Главное, что не мутит, — перебил Чжоу Юй.

И дело было не в излишней мнительности: он знал, что людям с нездоровым желудком тяжело переносить жирные ароматы. Особенно такому, как секретарь Линь, который выглядел так, словно всю жизнь питался исключительно паровыми овощами да прозрачными бульонами. Хрустящая фастфудная курица вообще никак не вязочно сочеталась с его образом.

— Ну... А разве для жареной курицы есть какое-то специальное время? — недоуменно развел руками Ли Сюнь. — Захотел — и съел! Вы же платите нам такую шикарную зарплату как раз для того, чтобы подчиненные ни в чем себе не отказывали, были довольны жизнью и с удвоенной энергией пахали на ваше благо!

Линь Юньшу одобрительно кивнул.

Чжоу Юй потер нос, искренне не понимая, с каких пор эти двое успели сойтись на почве духовного единства.

— Ладно-ладно, — махнул он рукой. — Ешь что хочешь. Неси котенка.

— Сюда-с! — Ли Сюнь радостно рванул вверх по лестнице.

Придерживая Линь Юньшу за плечи, Чжоу Юй потянул его к дивану:

— Присядь.

— Да нет, я лучше постою, — ответил тот, осторожно прижав ладонь к пояснице. — И так слишком долго сидел.

Чжоу Юй аккуратно массировал его поясницу:

— Ломит?

— Просто размяться хочу, — улыбнулся Линь Юньшу. — Нам ведь еще два часа обратно пилить.

В этот момент сверху донесся дробный топот: Ли Сюнь слетал по ступеням, бережно прижимая к груди крошечный пушистый комок одной рукой, а во второй таща увесистый пакет.

Заметив в его руках неясные очертания котенка, Линь Юньшу мгновенно подобрался, охваченный легким волнением.

Подошедший Ли Сюнь без лишних церемоний грохнул пакет на пол и выудил из закромов своего худи мягкий пушистый комочек.

Малышка была настолько послушной, будто плюшевая игрушка: она спокойно сидела на широкой ладони Ли Сюня, не вырываясь и не мяукая, лишь с тихим любопытством косилась на красивого незнакомого человека.

— Ты чего, Ми? Не признала? — хмыкнул Ли Сюнь. — Вчера же по видеосвязи болтали!

Линь Юньшу, нервничая, осторожно прикоснулся пальцем к ее розовой подушечке на лапке:

— Здравствуй...

Чжоу Юй не удержался от смешка:

— Ты с ней здороваешься, что ли? За руку?

— А? — не сразу сообразил Линь Юньшу.

Чжоу Юй расплылся в улыбке еще шире.

— Давай, секретарь Линь, возьми ее на руки, пообщайтесь! — Ли Сюнь потянул кроху к его груди.

Линь Юньшу от неожиданности отшатнулся было, но Чжоу Юй мягко перекрыл ему путь к отступлению. Видеть обычно собранного секретаря настолько растерянным было для Чжоу Юя отдельным удовольствием. Сжав его плечи, он тихо шепнул:

— Не бойся, бери.

Переведя дыхание, Линь Юньшу бережно, словно драгоценность, принял малышку из рук Ли Сюня.

Невероятное ощущение.

Глаза Линь Юньшу мгновенно засияли, он восхищенно выдохнул:

— Какая же она крошечная... И мягкая...

Это была длинношерстная трехцветная кошечка с огромными круглыми глазами, внешне слегка опущенными книзу, отчего мордочка у нее казалась вечно обиженной.

Стоило Линь Юньшу нежно погладить её по спинке, как малышка растопырила лапки и принялась с трогательным усердием перебирать ими по его кофте, потешно переминаясь.

Сердце Линь Юньшу растаяло без остатка. Обернувшись к Чжоу Юю, он с детским восторгом произнес:

— Я ей нравлюсь!

Сердце Чжоу Юя тоже растаяло.

— А кому ты не нравишься? — негромко отозвался он.

Линь Юньшу смущенно поджал губы и опустил взгляд.

Сдав подопечную, Ли Сюнь вернулся к трапезе. Пошатываясь с пакетиком хрустящей рыбки с картофелем, он поинтересовался:

— Кличку-то ей придумали?

А вот об этом они как-то не подумали.

Линь Юньшу взглянул на Чжоу Юя:

— Есть идеи?

— Мы же договаривались, что имя ребенку выбираешь ты, — ответил Чжоу Юй.

На лице Линь Юньшу отразилось замешательство:

— Я даже не знаю...

— Да не горит, потом придумаете, — с чавканьем жуя чипсы, заступился Ли Сюнь.

Унюхав аппетитный аромат, кошечка встрепенулась. Извиваясь всей тушкой, она отчаянно потянулась к рукам Ли Сюня, вылупив на хрустящие ломтики огромные округлившиеся глазища.

— Тебе такое нельзя, малышка, — быстро прикрыл ладонью угощение Линь Юньшу. — Это не для котиков.

Малышка требовательно замяукала.

— Эх ты, обжора, — усмехнулся Ли Сюнь. — С самого рождения такой была: в помете громче всех требовала молока, вон какое пузо наела!

Линь Юньшу ласково улыбнулся.

— Юйшу, — подал голос Чжоу Юй, с минуту наблюдавший за ними. — Назовем её Юйшу.

Линь Юньшу поднял голову:

— Почему именно так?

Чжоу Юй сделал пару шагов ближе и погладил котенка по пушистой макушке:

— Раз она так бредит хрустящей рыбкой с картошкой, но съесть её не может, пусть зовется Юйшу. Будет умываться — считай, каждый раз лакомится любимым блюдом.

Линь Юньшу онемел от подобной логики, а Ли Сюнь замер с открытым ртом.

— Гениально! — вдруг хлопнул себя по бедру Ли Сюнь. — Вот что значит масштаб босса! Какой уровень! Изобретательно, но со вкусом, мило и невероятно свежо! Браво!

Линь Юньшу лишь округлил глаза. Это когда коллега успел так продвинуться в искусстве лести? Секретарь Линь впервые ощутил жесткую конкуренцию на профессиональном поприще.

— В... в целом сойдет, — с трудом выцедил он.

Чжоу Юй просиял довольной улыбкой.

— Юйшу... Сяо Юйшу... — пару раз опробовал имя Ли Сюнь, но тут же нахмурился: что-то здесь было не так. Звучало как-то чересчур ласково — точь-в-точь домашнее прозвище самого секретаря Линя.

От этой мысли по коже Ли Сюня побежали мурашки.

— Ну что, Ми, — поспешно переменил обращение помощник, погладив кошку по головке. — Сейчас поедешь с папочкой домой. Ждет тебя шикарная жизнь, заживешь как настоящая богатая барышня. Рада?

Кошечка будто поняла слова про зажиточную жизнь: она тут же уткнулась носом в кофту Линь Юньшу и затихла, явно не намереваясь никуда уходить.

Ли Сюнь смущенно почесал затылок:

— Да уж, предательница. Кто кормит — тот и мать.

Линь Юньшу тихо засмеялся. Еще пять минут назад он боялся даже прикоснуться к животному, а теперь готов был не выпускать пушистую кроху из объятий.

— Я слышал, кошки этой породы живут лет до десяти? — поинтересовался он.

— В среднем лет восемь-девять, иногда десять, — пояснил Ли Сюнь. — А если уход хороший, то и до двадцати протянуть могут.

— До двадцати? — изумился Линь Юньшу. — Так долго...

В груди у него вдруг ухнуло в пустоту.

Двадцать лет — огромный срок. Срок, до конца которого он сам вполне мог и не дожить.

— Разве двадцать лет — это долго? — ухмыльнулся Чжоу Юй. — Да мы в самом расцвете сил будем. Мне и двадцати мало.

Дрогнули брови Линь Юньшу, в глубине его глаз промелькнула едва заметная, тихая печаль. Он просто не мог вообразить, каким станет мир через два десятилетия.

— Да... — тихо отозвался он.

Опустив голову, Линь Юньшу бережно сжал крошечную лапку котенка. В уголках глаз защипало от подступивших слез.

«Я постараюсь пробыть с вами как можно дольше», — мысленно пообещал он.

http://bllate.org/book/34862/4523903