Готовый перевод When Will We Break Up / Когда мы наконец расстанемся?: Глава 9

Испуганный Лу Нянь совершенно растерялся и машинально попытался остановить его, но взмахнул рукой впустую. Протянутая рука застыла перед его лицом, словно стеснительная девушка из древности, у которой внезапно приподняли вуаль на шляпе.

Особенно когда он хлопал своими длинными ресницами, а его кожа была белой и нежной, как селадон; если бы волосы были чуть длиннее, его и впрямь приняли бы за красивую девушку.

Хоть бы он действительно оказался девчонкой, — невольно подумал Хэ Цзянтин.

Впрочем, будь он и впрямь девушкой, он бы не стал вести себя с ним так бесцеремонно.

— Разозлился?

В тоне шедшего следом за ним Хэ Цзянтина явно слышался смешок. Лу Нянь тяжело вздохнул и мысленно предостерег себя: на самом деле тот не желает ему зла, возможно, просто шутит, не стоит злиться, не стоит.

Однако выходя на улицу, он всегда привыкал носить маску. Из-за того, что в последнее время он обходился без нее, у него появилось чувство стыда, будто он голышом стоит перед толпой. Ему безумно хотелось закрыть лицо руками, как можно быстрее купить еду и убежать, но это выглядело бы слишком странно, поэтому ему оставалось лишь делать вид, что он совершенно спокоен, и терпеть.

— Не ходи туда... — Лу Нянь наконец заговорил с ним и, держа миску в руках, направился в угол. — Садись здесь.

Сейчас был самый разгар обеденного времени, и народу набилось видимо-невидимо. Лу Нянь отчетливо чувствовал, как его сердце начинает колотиться все быстрее и быстрее; ему хотелось уйти подальше от этого галдежа в какое-нибудь тихое и просторное место.

Но сейчас об этом не могло быть и речи.

— Осторожнее.

Кто-то небрежно приобнял его за плечо: одной рукой придерживая миску, другая рука легко сжала его плечо, слегка притягивая к себе.

Впрочем, Хэ Цзянтин тут же отпустил его:

— Смотри под ноги, когда идешь.

Лу Нянь, который неизменно начинал нервничать в подобных местах, совершенно не заметил шедшего навстречу человека:

— ...Угу.

Дело было вовсе не в том, что он любил тишину — обычно он частенько болтал с Ли Чжо, Лу Цзые и остальными, — но с Хэ Цзянтином он просто не знал, о чем говорить, поэтому предпочитал молча уткнуться в еду, чтобы поскорее закончить с обедом и вернуться в общеборжитие.

Хэ Цзянтин же выглядел не слишком голодным. Сделав всего пару грезков, он сдвинул палочки вместе и, лениво подперев подбородок рукой, уставился на него:

— Так вкусно?

— ...Угу.

— Чего это ты в ленте ничего не постишь?

— ...Да нечего выкладывать.

— Понятно.

Лу Нянь подумал, что на этом разговор окончен.

Но Хэ Цзянтин снова спросил:

— А у тебя вообще есть какие-нибудь увлечения?

— ...Что значит увлечения? — Лу Нянь поначалу даже сообразил, что именно ему нравится. Поскольку вопрос не стоил того, чтобы ломать над ним голову, он отделался дежурным ответом: — Люблю мелких животных.

Хэ Цзянтин фыркнул:

— А я-то думал, ты назовешь какую-нибудь еду или хобби, например, фитнес или плавание.

— Ха-ха, — ответил Лу Нянь. — У меня нет столько свободного времени и душевных сил на всякие глупости.

Этот эпизод мелькнул у него в голове и тут же стерлся, не оставив и следа в памяти.

Однако вскоре произошло одно заслуживающее внимания событие: Хэ Цзянтин начал выкладывать в ленте фотографии, хвастаясь своим новым питомцем.

Первой мыслью Лу Няня до того, как он открыл картинку во весь экран, было: как же завидно этим мажорам, что они могут позволить себе снимать такие огромные квартиры за городом, снимать жилье так близко к центру точно стоит немалых денег.

А реакцией после того, как он открыл полное изображение, стало: какого чёрта, что это за хрень?! Хэ Цзянтин завёл змею! Разум Лу Няня на мгновение оцепенел от ужаса, и он тут же вышел из приложения, пытаясь успокоить нервы.

Ибо только небесам было ведомо, как сильно он боялся всяких пресмыкающихся.

После того как Хэ Цзянтин пять дней подряд выкладывал напоказ своего нового любимца, Лу Нянь предпочел заблокировать его публикации в ленте.

Иначе, открывая каждый день ленту и натыкаясь на коллажи из девяти фотографий зелёной змеи во всех ракурсах, он точно потерял бы сон.

Глава 8

Спустя несколько дней, когда Лу Нянь с большим трудом уже почти забыл об этих поистине ужасающих для него снимках, он открыл чат и совершенно неожиданно снова наткнулся на них.

Несколько фотографий подряд, снятых под разными углами.

Хэ Цзянтин даже поинтересовался у него: милашка?

Милашка твоя лысая башка!

Хотя эта зелёная змейка была совсем крошечной и послушно свернулась кольцами на запястье Хэ Цзянтина, это ничуть не уменьшало его страха перед ней. Особенно когда змея уставилась прямо в объектив, у Лу Няня возникло полное ощущение, будто она вот-вот сорвется с экрана.

Он подряд отправил десять смайликов: не присылай мне больше эти фотографии!

Хэ: ?

Хэ: Разве ты не любишь мелких животных?

Да, он действительно обожал всяких кошечек и собачек, но в эту категорию абсолютно точно не входили такие твари, как змеи.

Даже от одной мысли об этом у него перехватило дыхание, и он сглотнул слюну: ...Я не люблю этих ползающих тварей, пожалуйста, больше не присылай мне их.

Он только-только заблокировал ленту Хэ Цзянтина, но никак не ожидал, что тот полезет к нему в личные сообщения. С каких это пор их отношения стали настолько близкими? Пожалуй, Хэ Цзянтин вел себя точь-в-точь как молодой папаша, который только что завел ребенка: хвастаться в соцсетях ему казалось мало, обязательно нужно было разослать фото каждому знакомому в надежде получить похвалу.

Лу Нянь был смертельно удручен, от страха у него пропал аппетит.

Он написал Сунь Чуаню: Хэ Цзянтин присылал тебе фотки своей змейки?

Сунь Чуань: Змейки? Нет. Он держит ее в съемной квартире за территорией кампуса, в общежитие он ее не привозил. А что, хочешь потискать?

Лу Нянь: Нет, ни капли не хочу. Просто он только что ни с того ни с сего скинул мне фото этой змеи, я чуть со страху не помер.

Сунь Чуань: Наверное, она ему очень нравится. Раньше я не замечал за ним тяги к животным, а теперь он целыми днями постит их в ленте, ха-ха-ха.

Лу Нянь: Вот поэтому я и заблокировал его.

Сунь Чуань: Ну ладно, по мне так она вполне симпатичная.

Лу Нянь был близок к истерике: Какая же она симпатичная?! Я уже заблокировал его посты, а он всё равно прислал мне её в личку, я чуть не поседел от ужаса!

Сунь Чуань покатился со смеху, живо представляя себе, как Лу Нянь ощетинился от злости. Обернувшись в кресле, он бросил взгляд на соседа:

— Ты что, и Лу Няню отдельно скинул?

Хэ Цзянтин как раз листал ленту новостей — подума подумать, ведь каждая фотка получилась такой классной... Подняв голову, он спросил:

— С чего ты взял?

— Он мне написал, что ты прислал ему эту хрень и напугал до смерти. Эй, ты что, не знал, что некоторые люди жутко боятся подобных животных?

Хэ Цзянтин с первого же взгляда заметил на экране его телефона ключевое слово:

— Заблокировал?

Сунь Чуань кашлянул:

— Наверное, перепугался твоих фоток. Слушай, может, в следующий раз будешь ставить видимость только для нас, а его исключать?

Хэ Цзянтин: ...

Спустя полчаса Лу Нянь получил сообщение.

— Сними блок.

В ту же секунду его охватило ощущение, будто его поймали с поличным. Он тут же написал Сунь Чуаню: Зачем ты ему сказал, что я заблокировал его?

Сунь Чуань ответил мгновенно: Виноват, он сам заглянул в мой телефон и подсмотрел.

— Не отвечаешь мне, зато отвечаешь Сунь Чуаню, да?

Преодолевая внутреннее напряжение, Лу Нянь напечатал: Он что, сидит рядом с тобой?

Сунь Чуань повернул голову и заметил, что Хэ Цзянтин косится в его сторону уже неизвестно сколько времени.

— Пиши.

Лу Нянь наконец ответил ему: Ты целый день постишь в ленту это... Уверен, не я один тебя заблокировал.

Хэ Цзянтин: Удалил.

Лу Нянь: ?

Хэ Цзянтин: Я говорю, что уже удалил эти фото, и больше выкладывать не буду. Снимай блок.

Со страхом и трепетом в сердце Лу Нянь наконец удалил его из черного списка: страница Хэ Цзянтина была совершенно чиста, словно там никогда ничего и не публиковалось.

Хэ Цзянтин: Если заблокируешь меня еще раз — тебе крышка.

Лу Нянь: Какого чёрта это моя вина? Ты сам каждый день постишь такое в ленту, у меня каждый раз сердце в пятки уходит, когда я это открываю...

Хэ Цзянтин: ...Откуда мне было знать, что ты терпеть не можешь змей.

Лу Нянь: Дело не в том, что я их терпеть не могу, просто я боюсь! Точно так же, как кто-то боится мышей, кто-то кошек или собак, а кто-то тараканов. То, что я боюсь определенных животных — это абсолютно нормально!

Хэ Цзянтин: Трусишка.

...Лу Няню ужасно не хотелось больше с ним разговаривать.

Но это было бы непрактично. Почему-то в последнее время Сунь Чуань перестал заказывать у него курсовые и рефераты, да и сам он далеко не всегда мог найти достаточно заказов, так что заказы на выполнение учебных работ от Хэ Цзянтина по-прежнему оставались для него ценным источником дохода.

Не считая его порой ядовитого языка, Хэ Цзянтин был просто идеальным клиентом: платил щедро, никогда не выдвигал жестких требований по срокам сдачи, а к качеству работ вообще не придирался. К тому же после каждого заказа Хэ Цзянтин по привычке отправлял ему красный конверт с деньгами. Раз или два — еще куда ни шло, но когда это вошло в систему, Лу Няню стало неловко принимать их.

Хэ Цзянтин же казался полным пофигистом: в следующий раз он все равно отправлял деньги, а заберет ли их исполнитель, его волновало меньше всего.

Хэ Цзянтин: Пойдешь вместо меня на пару?

Лу Нянь: На твою?

Хэ Цзянтин: Угу, факультатив.

Лу Нянь: Когда?

Хэ Цзянтин: Вечером.

Лу Нянь: ...Я подумаю.

Раньше он выполнял только письменные работы онлайн — среди них попадались и гарантийные письма для чьих-то девушек, и презентации для групповых проектов, — но все это происходило в сети, и он еще никогда не брался за подобные поручения в реальной жизни. В их университете расценки на посещение лекций за кого-то составляли от двадцати до сорока юаней за пару, и почасовая оплата в любом случае выходила выше, чем где-нибудь на подработке вне кампуса. Самое главное заключалось в том, что на таких скучных лекциях можно было спокойно залипать в телефоне, попутно выполняя онлайн-заказы или доделывая презентации — получалось сразу два зайца одним ударом.

Единственным минусом было то, что он люто ненавидел толпу и не хотел пересекаться с людьми. Огромная масса народа — от одной мысли об этом становилось тошно. Но, пожалуй, это был самый легкий способ заработать деньги по сравнению со всем остальным: в конце концов, можно просто забиться в какой-нибудь угол, натянуть маску, и никто на него даже не посмотрит...

Наконец он принял окончательное решение согласиться.

На экране телефона всплыло новое сообщение.

— Двести за пару.

Это была ставка, в десять раз превышавшая стандартную почасовую оплату.

Он знал, что Хэ Цзянтин не испытывает недостатка в деньгах, но брать столько было совестно, его заедала совесть:

— Сорок вполне хватит.

На самом деле сорок юаней тоже считалось неплохой суммой, особенно учитывая, что речь шла о бесполезной лекции, где не требовалось никаких профессиональных знаний — всего-то и нужно было, что отметиться на перекличке.

Хэ Цзянтин уже перевел ему на Алипей двести юаней:

— Не нужно.

Что значит «не нужно»?

Лу Нянь: Это слишком много, работа того не стоит.

Преодолевая внутреннее сопротивление, он с трудом перевёл деньги обратно, но Хэ Цзянтин тут же вернул их ему:

— Хватит пересылать их туда-сюда, меня это бесит.

Лу Нянь: ...

Хэ Цзянтин: Слушай, у тебя здесь можно открыть баланс счета?

Лу Нянь: Какой еще баланс?

У них что, написание рефератов и посещение пар теперь тоже идут с предоплатой?

Хэ Цзянтин: Постоянные переводы отнимают кучу времени. Я буду часто обращаться к тебе с заказами, так что скину крупную сумму сразу, а потом будешь списывать с нее по мере необходимости.

http://bllate.org/book/34855/4301445