Готовый перевод Don't Play With Him / Держись от него подальше: Глава 22

Чэнь Инь в панике судорожно отменил отправку. Однако буквально в следующую секунду от Тун И прилетел милый стикер с подписью: «Папочка~».

Лицо Чэнь Иня мгновенно вспыхнуло. Он открыл было рот, но так и не смог вымолвить ни слова. Сердце заколотилось где-то в горле, а пальцы с трудом набрали ответ:

— Извини, случайно не тот стикер отправил.

— Подружка? — Мин Сыхао мгновенно оживился, абсолютно не замечая, что его друга только что вглухую загнало в краску. — Вот это да, Бог учёбы! В тихом омуте, а?

Шэн Чанлю лишь промолчал. Официант, которого он подторопил, быстро принёс поднос и один за другим стал расставлять тарелки. Поняв, что развивать тему Шэн Чанлю не настроен, Мин Сыхао переключился на Мэн Вань и занялся варкой мяса для неё.

Чэнь Инь никак не мог прийти в себя после такого флирта. Он положил телефон экраном вниз, перевёл дыхание и только потом взялся за палочки. Однако стоило ему зацепить аппетитный ломтик говядины, плававший в кипящем бульоне, как чужие палочки ловко перехватили кусок прямо перед его носом.

Шэн Чанлю невозмутимо отправил говядину в свою пиалу. И даже не подумал съесть — просто отложил.

— Ладно, сам себе сварю, — пробормотал уступчивый Чэнь Инь и потянулся к тарелке с сырым мясом.

Но тут вмешался Мин Сыхао, бессовестно заграбастав последние два ломтика:

— Ваньвань, тебе один и мне один! Хи-хи.

Чэнь Инь стиснул зубы:

— Ладно. Тогда я буду креветки.

Он перевёл взгляд на пиалу со свежими креветками. Впрочем, не успел он к ней даже прикоснуться, как Шэн Чанлю подхватил её и отодвинул на самый край стола — туда, куда Чэнь Инь точно бы не дотянулся.

— Морепродукты мешают заживлению, — произнёс Шэн Чанлю, пристально глядя на его подбородок.

— Да брось, у меня всё заживает как на собаке, — ответил Чэнь Инь и попытался подняться, чтобы достать миску.

Шэн Чанлю лёгким жестом остановил его и едва заметно улыбнулся:

— Всё же лучше беречься. Если испортишь лицо, сложно будет найти девушку.

— Точняк-точняк! — беспечно поддакнул Мин Сыхао. — У тебя же кроме личика ничего нет, беречь надо! Кальмаров и крабов тоже не трогай.

Под одобряющим взглядом Шэн Чанлю Мин Сыхао перетащил почти всё мясо и морепродукты на их половину стола. В итоге перед Чэнь Инем остались лишь тарелка с креветочными чипсами да миска брокколи.

— Ешь, не стесняйся, — Шэн Чанлю мазнул взглядом по опешившему Чэнь Иню и отправил в рот тот самый ломтик говядины.

Шэн Чанлю выложил за этот ужин под тысячу юаней, но Чэнь Инь от силы съел рублей на десять — бесплатные чипсы и брокколи. Ни к мясу, ни к рыбе его так и не подпустили. Когда же он попытался заказать хотя бы десерт из саго и подзвал официанта, Шэн Чанлю вдруг поднялся и бросил:

— Чек, пожалуйста.

После ресторана Мин Сыхао с Мэн Вань отправились в кино, попрощавшись у самого выхода. Чэнь Инь, не обмолвившись с Шэн Чанлю ни словом, сразу шагнул к ларьку с одэном и злобно заказал сразу два больших стакана согревающих лакомств. Шэн Чанлю — то ли случайно проходил мимо, то ли нарочно подошёл — внимательно посмотрел на него:

— Не наелся?

Чэнь Инь набил рот одэном и, пылая от злости до красноты в глазах, даже не удостоил его взглядом.

Вечные игры в молчанку, дурацкие обиды на пустом месте, постоянные издевательства... Чувство голода лишь подлило масла в огонь. Расправившись с порциями в два счёта, Чэнь Инь купил бутылку колы и в несколько прыжков нагнал Шэн Чанлю, который ждал такси у дороги:

— Надо поговорить.

Шэн Чанлю спокойно перевёл на него взгляд:

— О чём?

— В более спокойном месте, — Чэнь Инь кивнул в сторону небольшого сквера, где обычно занимались спортом местные жители, и первым шагнул в темноту аллеи.

Шэн Чанлю пару секунд медлил, но, когда Чэнь Инь обернулся, всё же пошёл следом.

Около девяти вечера парк уже опустел. Чэнь Инь стремительно шагал вглубь, пока деревянный настил не привёл его к самому центру лотосового пруда, где не было ни души. Шэн Чанлю не спеша приблизился. В его пальцах откуда-то появилась зажжённая сигарета, от которой тянулся тонкий сизый дымок.

Чэнь Инь ненадолго задержал взгляд на огоньке сигареты, после чего поднял глаза на лицо Шэн Чанлю, скрытое полутенью паркового фонаря, и спросил без экивоков:

— Почему ты вечно ко мне цепляешься?

Шэн Чанлю помедлил, а затем тихо отозвался:

— Вовсе нет.

— Да ладно тебе, мы тут одни, хватит притворяться! В понедельник ты со мной весь день не разговаривал, сегодня поужинать нормально не дал, да ещё... — Чэнь Инь запнулся, и его глаза вспыхнули. — Я ведь знаю про тебя и твою троюродную сестру. Зная твой характер, ты должен был прижать меня и вынести предупреждение, но не обмолвился ни словом. Будто тебе вообще плевать, даже если бы я сегодня всё выложил Мин Сыхао.

Губы Шэн Чанлю изогнулись в ленивой полуулыбке:

— Я к тебе не цепляюсь.

В начале лета сквер оглашался кваканьем лягушек, так что молчание совсем не казалось давящим. Чэнь Инь ждал продолжения, но Шэн Чанлю больше ничего не добавлял. Он лишь поднёс сигарету к губам и отвернулся, опираясь спиной о деревянные перила настила.

Чэнь Иню показалось, будто он бьёт кулаками по вате. Желание спорить и доказывать что-то моментально испарилось.

— Ладно, — сухо бросил он.

Он круто развернулся и сделал шаг прочь, но, когда проходил мимо Шэн Чанлю, тот резко перехватил его запястье. Ладонь у него была широкой и прохладной, а хватка — до того крепкой, что вырваться казалось немыслимым.

Чэнь Инь с раздражением воззрился на него. Шэн Чанлю, не выпуская сигареты из зубов, произнёс:

— У меня ничего нет с сестрой. — Он чуть прищурился, и в его взгляде мелькнула надменная издевка. — Она сама на меня вешается.

Чэнь Инь медленно перевёл дыхание. Мысли спутались: ему хотелось спросить, почему тот отвечает невпопад, но Шэн Чанлю не дал ему вставить и слова. Сняв сигарету, он бесцеремонно ткнул фильтром прямо между губ Чэнь Иня. Его большой и указательный пальцы на мгновение мимоходом коснулись его губ и тут же отстранились.

Чэнь Инь нахмурился, собираясь выплюнуть сигарету, но в следующий миг Шэн Чанлю понизил голос до шепота:

— Я внебрачный сын.

Чэнь Инь замер, так и не выплюнув фильтр. Настроение Шэн Чанлю изменилось за секунду: он стал мрачным, отстранённым, готовым к нападению.

— В прошлом году отец умер, — пристально глядя ему в глаза, проговорил он. — И теперь меня все пытаются выжить.

Сигарета выпала из ослабевших губ и упала на доски. Чэнь Инь невольно приоткрыл рот, из которого вырвался лишь еле слышный, растерянный вздох:

— А...

Чэнь Инь смотрел на него не мигая. В глубине этого темного, штормового взгляда просвечивало что-то похожее на ненависть и непреклонность — и за этой броней угадывалось глубокое, отчаянное одиночество человека, идущего до конца в одиночку.

Чэнь Инь мгновенно вспомнил: именно такой странный, жгучий взгляд был у Шэн Чанлю тогда, во время обеда с Шэн Чжиланом, когда тот позвал его с собой.

Но эта вспышка угасла так же быстро, как и появилась. Шэн Чанлю снова расслабился и небрежно бросил:

— За всю жизнь меня бросали трижды, так что характер у меня и впрямь паршивый. Извини.

— Ничего подобного, — почти не задумываясь, выдохнул Чэнь Инь. Его ладони взмокли, но он крепко сжал руку Шэн Чанлю и совершенно искренне добавил: — Это они сволочи. Ты тут ни при чём.

Шэн Чанлю молча смотрел на него. Чэнь Инь же продолжал:

— Меня вот в детстве постоянно лупили, так что у меня тоже характер тот ещё.

Шэн Чанлю тихо фыркнул, и напряжение между ними разрядилось без остатка. В его глазах отражался серьезный Чэнь Инь, не сводивший с него искреннего взгляда. А затем Чэнь Инь полушутливо проговорил:

— У каждого из нас свои детские травмы. Давай зализывать их вместе.

http://bllate.org/book/34841/4513048