Готовый перевод The Years I Pretended to be a Big Shot / Годы, когда я притворялся великим мастером: Глава 60

Юй Ту даже испугаться толком не успел — серый щенок его опередил: просто взял и хлопнулся в обморок. Как только малыш отключился, странные метаморфозы прекратились сами собой. Ушки и мордочка приняли прежний, совершенно обычный вид.

Зелёный плющ осторожно потыкал листиком распластавшегося на полу щенка. Тот лежал пластом, не шевелясь, и лишь мерное вздымание круглого брюшка говорило о том, что он всё ещё дышит.

Юй Ту только и смог что безмолвно покачать головой.

Пытаться растолкать Сяо Хуэя было бесполезно. Смирившись, Юй Ту оставил бесплодные попытки. С помощью магии он соткал мягкую пушистую лежанку, пристроил её за стойкой администратора и велел плющу аккуратно перетащить туда спящего задохлика.

«Если уж он умудрился упасть в обморок от собственного отражения, то наверняка и понятия не имеет, к какой породе принадлежит».

Устроив найдёныша поудобнее, Юй Ту вернулся в плетёное кресло-качалку и снова углубился в чтение древнего фолианта. Рассчитывать на этого трусливого щенка явно не приходилось — придётся разбираться во всём самому.

Шорох переворачиваемых страниц нарушил новый звук. Юй Ту замер. В тишине раздалось чьё-то дыхание — слабое, прерывистое. В лавке явно появился третий.

Юй Ту поднял взгляд и посмотрел поверх стойки в сторону входа. Закончив купать щенка, он приоткрыл массивную деревянную дверь, чтобы выветрить сырость, и теперь сквозь щёлку пробивался свежий воздух.

Однако на пороге стояло вовсе не жуткое чудовище и не визитёр из Внутреннего мира. Напротив двери нерешительно замерла миловидная, но вкрай измотанная девушка. Одной рукой она опиралась на косяк, другой придерживала ручку серебристого чемодана. Встретившись взглядом с Юй Ту, гостья смущённо улыбнулась:

— Простите, пожалуйста. Я подумала, что здесь гостевой дом...

Юйлань провела в пути почти двое суток. Сначала сутки в самолёте, потом пересадка на скоростной поезд, затем обычная электричка, автобус... Эта бесконечная дорога выжала из неё все силы. Добравшись наконец до посёлка Утун, она сразу направилась к местному торговому кварталу в поисках ночлега. Возвращаться прямиком в родительский дом девушка не решалась: там её ждала тяжёлая, выматывающая семейная баталия, к которой нужно было подготовиться.

Она не была в посёлке Утун четыре или пять лет, и многие вывески на улице успели смениться. Юйлань собиралась не спеша пройтись по кварталу и присмотреть приличную гостиницу, но ближе к концу торговых рядов её взгляд словно магнитом притянуло к одной неприметной двери.

Лавка резко выделялась на фоне современных витрин. Никаких окон, никаких кричащих неоновых вывесок — лишь широкая деревянная дверь, украшенная искусной резьбой. Черепичная крыша из глубокого чёрного глянца тихонько поблёскивала в лучах заходящего солнца. Из-под изогнутых карнизов свисали старинные литые колокольчики, издававшие при каждом порыве ветра глухой, умиротворяющий звон.

С первого взгляда становилось ясно: этот традиционный китайский декор влетел владельцу в копеечку.

В любой другой день Юйлань ни за что не перепутала бы частное заведение с новомодным отелем в этническом стиле. Но сейчас голова соображала туго. Сама не понимая, что творит, она даже не удосужилась постучать — просто заглянула в полуоткрытую дверь, бесцеремонно вкатив чемодан в чужую прихожую.

— Мне безумно неловко, простите ещё раз.

Юйлань готова была сквозь землю провалиться от стыда. Поспешно извинившись, она уже развернулась, чтобы поскорее сбежать, как вдруг её настиг мягкий, неторопливый и на удивление приятный голос.

— Погодите, — раздалось из глубины помещения. — У меня здесь не гостиница. Это чайная лавка.

Тонкие, изящные пальцы придерживали створку резной двери. Юй Ту распахнул её пошире, впуская внутрь густой оранжево-красный свет заката.

— Если вы никуда не торопитесь, присаживайтесь, выпейте чашечку чая. Отдохнёте с дороги, а потом решите, куда идти дальше.

Напряжение спало, и у Юйлань отлегло от сердца. Неловкость почти улетучилась, и девушка твёрдо решила: сколько бы ни стоил местный чай, она обязательно закажет чашку. Пусть это будет платой за её беспардонное вторжение.

Сжав покрепче ручку чемодана, она робко кивнула:

— Да, спасибо. Если можно, одну чашку.

— Конечно.

Получив ответ, Юйлань наконец переступила порог. Она успела заметить лишь удаляющийся силуэт в традиционном длинном халате-чаншане, скрывшийся за изящной ширмой.

«Ого, какой статный со спины, — мимолётно подумалось ей. — Интересно, каков он с лица?»

Но стоило её взгляду скользнуть по ширме, как все посторонние мысли мгновенно улетучились.

Деревянный каркас ширмы не отличался строгой геометрией форм — его линии изгибались свободно и плавно, повинуясь природной прихоти. Сама перегородка сияла многоцветием красок, которые, не смешиваясь, перетекали друг в друга. В лучах закатного солнца её грани светились мягким, завораживающим мерцанием.

Девушка остановилась посреди зала, удивлённо озираясь по сторонам. И чем больше она всматривалась в детали, тем сильнее у неё холодело внутри. Филигранная резьба на стойке отливала перламутром — похоже на настоящую инкрустацию раковинами. Настенные полки складывались в причудливые узоры, затмевающие своей изысканностью музейные экспонаты... Юйлань мало что смыслила в искусстве, но намётанный глаз сразу определил: всё это великолепие стоит целое состояние!

«Ну всё, приплыли...»

Сердце испуганно ёкнуло. Если интерьер выглядит так роскошно, то в какую же сумму ей обойдётся одна-единственная чашка чая?

Юйлань покосилась на приоткрытую дверь. В её душе разыгралась нешуточная борьба между здравым смыслом и чувством собственного достоинства. Может, пока не поздно, сделать ноги?

— Почему вы стоите? Присаживайтесь, пожалуйста, — раздался голос хозяина лавки, пресекая все пути к отступлению.

Не успела она решиться на позорный побег, как Юй Ту вернулся из-за ширмы.

Отбросив недавнее смущение, девушка наконец смогла рассмотреть его лицо. В её глазах промелькнуло искреннее восхищение.

Хозяин чайной оказался совсем молодым человеком. Чёрные волосы, выразительный разрез глаз, на одном стекле поблёскивал изящный монокль. Тёмно-угольный чаншань, расшитый таинственными серебряными узорами, сидел на нём безупречно. От всей его фигуры веяло благородной, ускользающей красотой ушедших эпох.

Над пиалой поднимался тонкий завиток пара. Юй Ту плавно опустил чашку на столик прямо перед гостьей и приглашающим жестом указал на стул. Под стёклышком монокля его взгляд казался глубоким и загадочным.

В офисной жизни Юйлань чаем не баловалась — её главным топливом всегда был крепкий кофе. Сорт напитка, источавшего тонкий аромат, оставался для неё загадкой. Да и прошлый опыт говорил, что все эти чайные изыски, будь они зелёными, красными или белыми, обычно отдают горькой травой.

Но отступать было некуда. Чай заказан, цена наверняка заоблачная, так что уйти, не притронувшись, было бы верхом глупости. Набравшись храбрости, девушка решительно поднесла пиалу к губам и сделала крошечный глоток.

На языке сперва разлилась едва заметная горчинка, но уже через мгновение её сменило мягкое, бархатистое послевкусие. Приятная сладость вытеснила горечь, не оставляя приторности. Возможно, Юйлань просто внушила себе это, но навалившаяся за долгую дорогу усталость вдруг начала отступать, а мысли прояснились. В теле разлилось удивительное тепло.

«Боже, как вкусно!»

Позабыв обо всяких правилах этикета, Юйлань, точно жаждущий путник в пустыне, осушила пиалу в несколько жадных глотков.

Опустив чашку на стол, она со смущением обнаружила, что хозяин заведения сидит прямо напротив и с лёгкой улыбкой наблюдает за её не слишком изящными манерами.

Решив перехватить инициативу, Юйлань искренне похвалила:

— Невероятный чай. Очень вкусный. — Немного помешкав, она с надеждой спросила: — Скажите, а сколько стоит цзинь... точнее, сколько стоит один лян такой заварки?

Покупать целый цзинь она, честно говоря, побоялась — кошелёк мог просто не выдержать такого удара.

Но ответ Юй Ту её удивил. Он покачал головой:

— Этот чай не продаётся.

— Как... не продаётся? — разочарованно протянула Юйлань. — Очень жаль...

Её реакция явно позабавила хозяина. Он негромко рассмеялся:

— Купить его нельзя, но я с удовольствием налью вам ещё.

Юй Ту ловким, почти фокусническим движением достал изысканный чайник из исинской глины. Тонкая струйка кипятка устремилась в пиалу, и помещение мгновенно наполнилось густым, дурманящим благоуханием свежего чая.

От недавней досады не осталось и следа. Раз уж унести заварку с собой не получится, никто не мешает выпить побольше прямо здесь! Смущение окончательно испарилось, уступив место здоровой практичности. Вторая чашка остывала быстро, и Юйлань принялась неторопливо, маленькими глотками смаковать чудесный напиток.

В лавке царила умиротворяющая тишина, идеально располагающая к отдыху. Девушка расслабилась, и её мысли плавно унеслись далеко отсюда.

Это уютное местечко со сказочным чаем стало для неё настоящим подарком судьбы. Но короткая передышка закончится уже завтра — свободного времени у неё больше не будет.

Стоило вспомнить о причине своего приезда, как к горлу подкатывал гнев. Она вкалывала в чужом городе четыре года, во всём себе отказывала, копила деньги на будущее... и тут внезапно выясняется, что её собственные родители дома ударились в дикое мракобесие! Да так глубоко увязли в этом болоте, что слушать ничего не хотят.

«Какое средневековье! Если бы в мире существовало лекарство, способное вырастить заново отрезанную конечность, на Земле не осталось бы инвалидов, а создатель этого чуда давно сидел бы на вершине списка Forbes и вошёл во все учебники медицины!»

Это же очевиднейший обман! Но родители во время последнего видеозвонка с абсолютно благоговейным видом вещали о каком-то «эликсире жизни». С восторгом рассказывали, сколько связей им пришлось задействовать и какую кучу денег отвалить мошенникам, чтобы выбить для отца «квоту» на это чудо-лекарство.

Мама умудрилась спустить все свои пенсионные сбережения на некий браслет спокойствия. Теперь она при каждой беседе требовала показать руку, проверяя, носит ли дочь этот копеечный оберег.

Юйлань терпела сколько могла, но в конце концов не выдержала, спешно оформила на работе отпуск и первым же рейсом вылетела домой.

Пусть засадить этих тварей за решётку не выйдет, но вытрясти из них родительские деньги она обязана. Обычные телефонные аферисты, наживающиеся на доверчивых стариках! Чем это отличается от продажи чудодейственных БАДов?

За этими безрадостными мыслями она незаметно прикончила вторую пиалу. Тепло окончательно разлилось по венам, снимая зажатость в плечах. Наблюдавший за ней Юй Ту молча наполнил её чашку в третий раз.

— Вы точно-точно его не продаёте? — Юйлань жалобно посмотрела на него. Напиток был настолько хорош, что она просто не могла сдаться без боя. — Ну хотя бы крошечную горсточку, а?

В ответ на её умоляющий взгляд парень лишь сочувственно покачал головой.

— Эх... Своего счастья вы не понимаете. Сами от денег отказываетесь.

Впрочем, оглядев роскошное убранство чайной, она поняла, что хозяин явно не бедствует. Наверняка открыл заведение просто ради забавы.

— Хороший чай открывается лишь тому, с кем у него есть связь, — неторопливо произнёс Юй Ту. — А судьбу, как известно, не торопят.

«Звучит точь-в-точь как речи тех шарлатанов, что окучивают моих родителей».

Сделав очередной глоток, Юйлань почувствовала, как о её ногу трётся что-то мягкое и пушистое. Опустив взгляд, она увидела очаровательного щенка с редким дымчато-серым окрасом. Малыш, опираясь передними лапками о её колено, настойчиво тянулся к её запястью.

Внешность у песика была довольно необычной, но Юйлань списала это на то, что состоятельный владелец лавки вполне мог позволить себе какую-нибудь редкую экзотическую породу.

Девушка обожала собак и не смогла устоять перед этим пушистым комочком:

— Какой милый! Можно мне его погладить?

— Разумеется, — отозвался Юй Ту.

Юйлань показалось, что на лице парня промелькнуло странное выражение, но она не придала этому значения. Протянув руку, она с удовольствием почесала щенка за ушком.

И тут раздался звонкий, отчётливый хруст.

Серый щенок Сяо Хуэй молниеносно ухватил зубами чёрную бусину на её браслете спокойствия, в одно мгновение разгрыз её и с аппетитом проглотил!

Юйлань онемела от шока. Она испуганно вскочила со стула, едва подбирая слова от волнения:

— Боже мой! Она... пластик... то есть рог... В общем, ваша собака съела бусину с моего браслета!

И пускай этот нелепый браслет с дурацким чёрным камнем, который мама заставила её надеть, Юйлань терпеть не могла и собиралась выбросить при первой возможности — оставлять ядовитую безделушку в желудке живого существа было нельзя. Вдруг это вовсе не натуральный рог, а дешёвая токсичная пластмасса? Нужно срочно спасать животное!

В отличие от перепуганной гостьи, Юй Ту оставался абсолютно невозмутим. Лишь в его голосе прозвучало вежливое сожаление:

— Прошу прощения, Сяо Хуэй иногда бывает несносен. Сколько стоил ваш браслет? Я полностью возмещу ущерб.

Юйлань недоуменно перевела взгляд с песика, который преспокойно уселся на пол и дружелюбно вилял хвостом, на невозмутимого хозяина:

— Да при чём тут деньги?! Щенка нужно немедленно везти к ветеринару, пока ему не стало плохо!

— С ним всё будет в порядке, — мягко улыбнулся Юй Ту. — Малыш всего лишь избавил вас от сгустка чужого несчастья.

— Молодой человек, сейчас неподходящее время для сомнительных шуток.

— Я не шучу, — спокойно возразил Юй Ту. — Посмотрите на свой локоть.

Юйлань растерянно опустила взгляд на правую руку. На нежной белой коже у локтевого сгиба ещё недавно отчётливо проступала жуткая иссиня-чёрная полоса толщиной с шерстяную нить. Но прямо сейчас эта линия, словно живой паразит, стремительно сжималась и таяла, пока не превратилась на самом запястье в крошечную, едва заметную тёмную точку.

Эта странная отметина появилась несколько дней назад, сразу после пробуждения. Девушка планировала сперва разобраться с семейными неурядицами, а уже потом заняться своим здоровьем и пройти обследование у врача...

Посреди залитой ласковым закатным солнцем комнаты Юйлань внезапно пробил ледяной озноб.

http://bllate.org/book/34775/4881005