Готовый перевод The Years I Pretended to be a Big Shot / Годы, когда я притворялся великим мастером: Глава 31

Резать торт на колесе обозрения было неудобно, поэтому Гу Хунъин аккуратно уложил десерт с задутыми свечами обратно в коробку, завязал красивый шелковый бант и вручил Ань Цзяцзя:

— Заберём с собой, дома устроим ночной перекус!

Миновав пиковую точку, гигантское колесо медленно пошло на спуск. Однако, когда до земли оставалось всего каких-то четыре-пять метров, конструкцию внезапно сильно тряхнуло, и механизм намертво замер. Сквозь металлическую обшивку и стекла до ушей компании донеслись испуганные крики, покатившиеся по соседним кабинкам.

Гу Хунъин инстинктивно посмотрел на Юй Ту.

Юй Ту недоуменно приподнял брови:

— Что?

Но не успел он расспросить друга, как колесо обозрения содрогнулось вновь. Удар был такой силы, словно в конструкцию на полном ходу врезалось нечто невероятно тяжелое.

Нахмурившись, Лу Яинь поспешно вытащила из сумочки бумажный талисман и чиркнула зажигалкой. Бумага мгновенно вспыхнула, обращаясь в струйку дыма — причудливое переплетение нежно-розового и молочно-белого оттенков. Дымчатый шлейф выскользнул в приоткрытое окошко кабинки и устремился к самой вершине аттракциона.

Лу Яинь воспользовалась талисманом вопрошания причин. Его суть проста: он позволяет мгновенно выяснить природу происшествия. Если бы дело было в банальной технической поломке, дым окрасился бы в угольно-черный. Однако сейчас в воздухе кружили два цвета. Розовый указывал на присутствие демонов-яо, белый — на вмешательство человека. Очевидно, аттракцион сломался не сам по себе.

— Ну за что-о-о?! — взмолилась Лу Яинь, театрально заламывая руки. — Почему даже на обычном отдыхе нам обязательно подкидывают работу?

Согласно правилам, при возникновении любых аномалий, связанных со Внутренним миром, разбираться на месте обязана та оперативная группа, которая находится ближе всех и свободна от текущих дел. И сейчас, когда колесо обозрения внезапно вышло из строя, именно они оказались в эпицентре.

И самое главное — у них при себе не было ни одного активного задания.

Лу Яинь выразительно покосилась на Цинь Фэя.

Цинь Фэй помрачнел. Улыбка мгновенно исчезла, уступив место тоскливой обреченности:

— Дай мне талисман скрытности.

Лу Яинь со вздохом вытащила из запасов несколько высокоранговых талисманов скрытности и скрепя сердце вложила их в его ладонь. Стоимость таких артефактов зависела исключительно от объема пространства, которое необходимо утаить от посторонних глаз: чем больше цель, тем мощнее и дороже требовалась бумага.

Дверь их кабинки на мгновение приоткрылась и тут же с тихим щелчком захлопнулась. Цинь Фэй бесследно растворился в воздухе.

— А брат Цинь справится? — с сомнением в голосе спросил Гу Хунъин.

— Ой, да не переживай ты так. Цинь Фэй два года стажировался в Куньлуне по обмену, — отмахнулась Лу Яинь. — Наверху буянит кто-то из демонов-яо, так что лучшего кандидата нам просто не найти.

Пока они переговаривались, колесо снова содрогнулось. Органы чувств у обладателей духовной энергии развиты куда тоньше, чем у обычных людей, поэтому ребята отчетливо слышали, как панические крики в других кабинках переросли в настоящий ультразвук.

Примерно через десять минут застывшее колесо обозрения наконец медленно заскрипело и пришло в движение. Стоило очередной кабинке коснуться земли, как перепуганные пассажиры гурьбой выскакивали наружу, словно спасаясь с тонущего судна. Толпа на площади стремительно росла, разгневанные люди тут же плотным кольцом окружили бледных сотрудников парка. Где-то вдалеке, за пределами ограждений, уже завывали сирены спешащих к месту ЧП полицейских машин и карет скорой помощи.

Оказалось, бдительные граждане успели набрать экстренные службы в первые же секунды аварии. К счастью, все застрявшие благополучно спустились на землю — происшествие обошлось без жертв.

Пробившись сквозь бушующее человеческое море, ребята отыскали Цинь Фэя. Тот стоял в тихом темном углу с абсолютно каменным лицом. На его скуле наливался сочный синяк. Рядом с ним жалась странная парочка: у мужчины правая щека распухла, а на левой стороне лба красовалась огромная гематома; его спутница физически не пострадала, но выглядела совершенно раздавленной, а ее глаза покраснели от слез. Как только их кабинка опустилась, Цинь Фэй, воспользовавшись скрытностью, незаметно вывел обоих из толпы и оттащил в это безлюдное место.

— Так, и что здесь стряслось? — озадаченно почесала затылок Лу Яинь. — Кто из вас человек, а кто демон?

Ее вопрос послужил последней каплей. Заплаканная женщина разрыдалась в голос:

— Я демон, ы-ы-ы-ы!..

— Здесь не место для разговоров, — негромко кашлянул Цинь Фэй. — Давайте найдем уголок потише. Там… скажем так, любовная драма. Всё крайне запутанно.

И хотя во Внутреннем мире присутствие демонов-яо давно стало привычным делом, для обитателей Внешнего мира подобные откровения обычно оказывались шоком.

В головах остальных членов группы в этот момент пронеслись сюжеты доброй сотни дешевых мыльных опер о запретной любви, душевных терзаниях и разбитых сердцах.

Сгорая от любопытства, ребята завели нарушителей в глухую аллею. Цинь Фэй смерил парочку холодным взглядом:

— Ну? И кто начнет вещать?

— Давайте я, — тяжело вздохнул побитый мужчина, бережно касаясь распухшего лба. — Меня зовут Мужун Фу. А это моя невеста, Линь Сусу. Сегодня на самом пике колеса обозрения я собирался сделать ей предложение.

— И что, она так обрадовалась, что от избытка чувств обратилась в истинную форму? — шепотом поинтересовалась Лу Яинь.

На лице Мужун Фу отразилось крайнее смущение:

— Э-э, нет… Просто когда Сусу услышала мои слова, она… немного погорячилась.

— О да, «погорячилась» — слабо сказано, — ядовито вставил Цинь Фэй, осторожно прощупывая ушибленную скулу. — Когда я ворвался в вашу кабинку, она мертвой хваткой вцепилась тебе в глотку и охаживала кулаками так, словно твердо вознамерилась отправить тебя на тот свет. А когда я попытался вас растащить, ты, защитничек хренов, еще и мне в челюсть прописать умудрился.

— Мне плевать на ваши амурные разборки, — Цинь Фэй перевел строгий взгляд на притихшую Линь Сусу. — Но первый пункт Первого закона барьера гласит: деятельность существ Внутреннего мира не должна мешать жизни обычных людей и ставить под угрозу их безопасность.

— Я знаю, что виновата, но когда услышала про свадьбу, во мне просто всё закипело от злости! — всхлипнула Линь Сусу. Природа наградила ее утонченной, нежной внешностью, и сейчас, когда крупные слезы катились по бледным щекам, она казалась хрупким цветком под проливным дождем. — Я правда не хотела нарушать закон барьера…

— Нет, вы серьезно? — недоуменно вмешался Гу Хунъин, чей нелепый ободок с волчьими ушками продолжал весело мигать разноцветными огнями. — Любые обиды можно обсудить с глазу на глаз на земле! Вы устроили драку на огромной высоте! Если бы мы чисто случайно не оказались рядом, дело закончилось бы жуткой катастрофой!

«Неужели жизни простых смертных вообще ничего не стоят?!»

Линь Сусу разрыдалась с новой силой:

— Я согласна понести наказание! Забирайте меня во Внутренний мир, заприте в тюрьме, делайте что хотите! Я больше ни секунды не желаю видеть эту рожу!

— Сусу! — Мужун Фу отчаянно вцепился в ее руку. — Куда же ты? А как же я?! Мои чувства к тебе чисты и искренни! Мне абсолютно все равно, что ты лисица!

С этими словами он выхватил из внутреннего кармана квадратную бархатную коробочку, щелкнул крышкой, демонстрируя изящное кольцо с крупным бриллиантом, и опустился на одно колено. Заглядывая девушке в глаза, он с надрывом произнес:

— Сусу, лишь спустя столько лет я осознал, что моя единственная любовь — это ты. Ты выйдешь за меня?

Со стороны эта сцена межвидовой преданности могла бы показаться невероятно трогательной, если бы не реакция невесты. Стоило Линь Сусу услышать пламенную речь, как ее круглые человеческие зрачки мгновенно сузились в вертикальные щелки. На макушке испуганно дернулись пушистые лисьи уши, а из-под подола показался пышный рыжий хвост. Демоница пребывала в неописуемом бешенстве.

— Да кто пойдет за тебя, придурок ты бесхребетный?! У тебя вместо мозгов одна розовая жижа! — взвизгнула она, а ее аккуратные ногти превратились в острые полупрозрачные когти. — Я последние несколько месяцев умоляла тебя: вернись к своей «белой луне» — недосягаемой первой любви! Какого черта ты умудрился переключиться на меня?!

Она с силой отпихнула руку незадачливого жениха, и ее лицо вновь исказилось отчаянием:

— Скажи, чем я еще на нее похожа?! Какая черта во мне напоминает твой идеал?! Я изменю в себе абсолютно всё, только отстань от меня!

Обрушившийся на ребят поток столь специфических откровений личной жизни был настолько ошеломляющим, что Гу Хунъин и все остальные присутствующие дружно впали в ступор.

Линь Сусу захлебывалась обидой и злостью. Теряя контроль над собой, она уставилась на Мужун Фу диким взглядом. Едва ее когти коснулись шеи мужчины и на коже проступила тонкая полоска крови, как вдруг из темноты со свистом вылетела угольно-черная плеть и тугой петлей захлестнула запястье демоницы. На другом конце оружия стояла молодая девушка с прямыми черными волосами, ровной челкой и дерзким пирсингом в нижней губе.

— Насилу отыскала! — тяжело дыша, выдохнула незнакомка. — Линь Сусу! А ну приструни свои животные инстинкты! Ты что, порешить его вздумала?!

Резкий рывок плетью немного остудил пыл демоницы, вернув ей крупицы разума. Линь Сусу удивленно обернулась:

— Лили?

Девушка, которую назвали Лили, сделала пару шагов назад, увлекая нарушительницу за собой:

— Остынь уже наконец...

Договорить она не успела. Густой полумрак заброшенной аллеи мгновенно прорезали резкие снопы света от мощных фонарей. Ослепленные внезапной вспышкой, ребята зажмурились, и в ту же секунду над парком разнесся усиленный мегафоном громоподобный голос:

— Всем оставаться на своих местах! Руки за голову, быстро!

Из кустов высыпал отряд вооруженных до зубов полицейских во главе с хмурым офицером. Дула автоматов были нацелены прямо на оторопевшую компанию.

— Нам поступил сигнал от граждан, — сурово произнес командир, оглядывая место происшествия. Взгляд его скользнул по сидящему на земле избитому Мужун Фу, затем переместился на связанную плетью заплаканную Линь Сусу и замер на окружившей их толпе подозрительной молодежи. Офицер нахмурился еще сильнее: — Сообщили, что группа вымогателей зажала в углу пострадавших с колеса обозрения и вытрясает из них деньги. Всем соучастникам — приготовиться на выход. Задержать их!

***

В отделении полиции ребятам стоило колоссальных усилий доказать, что они не шайка уличных грабителей, а оперативная группа, проводившая дознание виновницы аварии на аттракционе. Только после того, как к делу подключились кураторы из Управления по ликвидации аномалий и оформили официальный запрос на передачу задержанных, измученную компанию наконец соизволили отпустить. На часах была глубокая ночь.

Праздничный поход в парк аттракционов, начавшийся так весело, завершился форменным кошмаром и бюрократической неразберихой.

Пустынная ночная улица спала безмятежным сном. Линь Сусу брела по тротуару, уныло повесив голову. Шагавшая рядом Инь Ли продолжала яростно отчитывать непутевую подругу:

— Сколько раз тебе повторять?! И во Внутреннем, и во Внешнем мире истинный путь самосовершенствования строится исключительно на личных усилиях!

— А то, чем занимаешься ты, пытаясь привязать свой духовный рост к чужим эмоциям — чистой воды ересь и глупость! — Она раздраженно наматывала кожаную плеть на ладонь. — И какую только чушь ты себе в голову вбила? Путь забытья чувств? Да у тебя просто мозги набекрень съехали!

— Ты что, в детстве дешевых романов из Внутреннего мира перечитала? Из серии «Властный покровитель тоскует по уехавшей за границу первой любви, находит себе похожую как две капли воды послушную замену, а потом внезапно осознает, что без ума от суррогата»?! Решила разыграть обратный сценарий: вынудить этого болвана бросить суррогат ради тебя, а затем через страдания отринуть земные чувства и вырастить себе лишний хвост?!

Инь Ли всплеснула руками от искреннего изумления:

— Ну какой идиот надоумил тебя так тренироваться?!

— Виновата я, виновата! — хныкала Линь Сусу, размазывая тушь по лицу. — Я сама не понимаю, почему у меня в голове так помутилось…

Пережив сегодняшний стресс, она внезапно почувствовала, как многолетний туман в мыслях начинает рассеиваться. Оглядываясь назад, демоница сама ужасалась собственным поступкам. Всё это время она словно спала наяву или находилась под чьим-то чужим влиянием, безвольно принимая одно безумное решение за другим.

Еще во время учебы в Академии Чанъань она твердо решила идти своим путем, не полагаясь на костыли в виде артефактов и уж тем более не связывая судьбу с капризами смертных. Так когда же всё пошло наперекосяк? Почему она превратилась в безвольную куклу?

Линь Сусу честно пыталась растормошить память, но важные куски прошлого ускользали от нее, оставляя лишь пугающую пустоту.

Заметив, что подруга подозрительно притихла, Инь Ли обернулась. Очертания Линь Сусу плыли: аккуратные лисьи ушки на макушке и пушистые хвосты за спиной то проступали яркими деталями, то растворялись в воздухе. Ее маскировка стремительно рушилась.

— Соберись! Дыши ровнее! — скомандовала Инь Ли и легонько щелкнула подругу по лбу. — Выброси лишнее из головы!

Та послушно попыталась восстановить контроль над бушующей энергией, но паника взяла верх. С легким хлопком человеческий облик окончательно растаял, и прямо на асфальт шмякнулся пушистый комок — изящная двухвостая рыжая лисица.

Новоиспеченная хищница уселась на лапы, уныло повиливая своими роскошными хвостами. Уставившись на разгневанную подругу умными блестящими глазами, она издала тихий, бесконечно жалобный писк:

— И-и-ин...

Инь Ли промолчала. Брюнетка с ровной челкой и дерзким пирсингом в губе почувствовала, как ее медленно затапливает волна глухого отчаяния.

Разумеется, вышедшие из участка девушки хотели поговорить без лишних ушей, поэтому Мэн Цзицю и остальные шли на приличном расстоянии, стараясь не нарушать чужих границ. Но стоило беглянке у всех на глазах превратиться в зверя, как оперативный отряд понял: дело принимает скверный оборот. Согласно жестким законам сосуществования двух миров, любой гость из Внутреннего мира обязан строго блюсти маскировку: либо изначально и до конца оставаться в зверином обличье, либо всегда поддерживать человеческий вид. Перевоплощения в общественных местах карались жестоко и незамедлительно.

И пускай улица в этот час пустовала, сам факт спонтанной трансформации Линь Сусу сулил ворох проблем с зачисткой последствий. У оперативников Седьмой особой группы по ликвидации аномалий синхронно разболелись головы.

Только-только удалось заставить Мужун Фу подписать соглашение о неразглашении, впереди еще маячили долгие споры о компенсации ущерба парку аттракционов... Теперь же к обвинениям Линь Сусу в порче имущества и покушении на убийство добавилось грубое нарушение десятой статьи Первого закона барьера.

— Ну всё, прощай, сон! Привет, сверхурочные! — запричитала Лу Яинь.

Мэн Цзицю уже набирал технический отдел, чтобы те срочно стерли записи с окрестных уличных камер наблюдения.

Цинь Фэй со вздохом открыл контакты в телефоне и принялся разыскивать старейшин местного клана лисиц. Нарушительницу нужно было не просто передать сородичам под конвой, но и вызвать авторитетного представителя, способного уладить юридические последствия на официальном уровне.

Тем временем Гу Хунъин, Юй Ту и Ань Цзяцзя плотной стеной встали впереди, заслоняя своими спинами маленькую рыжую виновницу торжества от редких прохожих. Инь Ли быстро сбросила куртку, бережно подхватила лисицу на руки и тщательно замотала ее роскошные, выдающие демоническую суть хвосты.

Рыжая лисица бессильно уткнулась носом в плечо подруги и жалобно пропищала:

— У меня всё из памяти стерлось… Зачем я вообще во всё это ввязалась?

— Ничего, посидишь лет пять под замком за три нарушения кряду — сразу всё вспомнишь, — безжалостно отрезала Инь Ли.

Лисица лишь удрученно шмыгнула носом.

— Серьезно, последние пару лет я словно в бреду жила, и только сегодня разум прояснился, — послышался приглушенный скулёж из-под куртки. Вдруг лисица оживилась и принялась активно водить носом по воздуху. — Ой? Чувствуешь? Опять этот запах. Тот самый, который я уловила прямо перед тем, как накинуться на Мужун Фу.

Рыжий носик смешно задергался.

— Именно он вернул мне трезвость ума, иначе твоя плеть меня ни за что бы не удержала. Пахнет свежестью, лесом… и еще немного… чаем?

Лисица посмотрела на стоящего в паре шагов Юй Ту. Ее блестящие глаза округлились, когда она заметила крохотный зеленый росток, стыдливо прячущийся за его забавным плюшевым ободком с кроличьими ушками.

— Неужели глаза мне врут? — потрясенно прошептала она. — Откуда здесь взялся малыш клана растений?

От этих слов Юй Ту прошиб холодный пот.

И дело было вовсе не в пристальном внимании лисы. Стоило рыжей хищнице обернуться в его сторону, как парень отчетливо ощутил на себе еще один взгляд.

Чужой, тяжелый и липкий. Он не принадлежал ни лисице, ни кому-либо из стоявших рядом друзей.

Сердце испуганно забилось о ребра. Духовная энергия, почти полностью истощенная во время вылазки в Старое здание и до сих пор восстанавливавшаяся по капле, внезапно совершила мощный скачок вверх.

В ту же секунду из кармана донеслось знакомое «динь» — особый сигнал уведомления, настроенный на определенное приложение.

Манга-портал X прислал оповещение: выложена свежая глава «Шёпота гор и морей».

Если его ранние догадки верны, это могло означать лишь одно…

Создатели манги посчитали, что собранного материала вполне достаточно.

http://bllate.org/book/34775/4608451