Готовый перевод Starfall: The Ascendant Botanist / Звёздный Травник: Возрождение Империи: Глава 4

Каждый год экзамены в конце семестра проверяют состояние учащихся. Бэй Янь рассчитывал, что к тому времени его духовная сила сможет пробиться до ранга А, однако рост духовной силы, превосходящий его природный потенциал, можно объяснить средством для стимуляции духовной силы, которое ему подсыпал Му Юй. Заодно это окончательно подтвердит версию о том, что Му Юй причинил ему вред, но в результате несчастья Бэй Янь лишь извлек выгоду и повысил свою духовную силу. Но как быть с физическим телосложением? Если взглянуть на всю Вселенную, лишь Романдская империя разработала препарат, способный с десятипроцентной вероятностью позволить человеку превзойти свой потенциал на один ранг, причем этот препарат имеет класс S и не продается иностранцам. Если физическое телосложение Бэй Яня превзойдет его потенциал, как это объяснить?

Сказать напрямую, что он сам разработал новое лекарство?

Не говоря уже о том, поверит ли хоть кто-нибудь, что он, отъявленный неудачник из среднего учебного заведения, внезапно изобрел то, чего не смог создать никто во всей Вселенной, — что делать после того, как такое лекарство будет представлено миру?

Аристократия наверняка осознает, какой удар этот препарат нанесет по существующей системе, а клан Бэй, который сейчас является лишь обычным родом среди первоклассных аристократов, никоим образом не сможет отразить давление со стороны других семей. После этого ему, боюсь, придется столкнуться с так называемым Советом старейшин, с «милостью, соединенной с силой» со стороны дядюшек и дедушек из одного клана, тетушек и кузин из другого, и даже оказаться под постоянной секретной слежкой — в нем будут одновременно и нуждаться, и относиться к нему с крайним подозрением...

Это совсем не тот результат, которого добивался Бэй Янь.

Поломав голову над идеальным решением и так и не найдя его, Бэй Янь просто мотнул головой и уткнулся лицом в стол:

— Ладно уж. Будет мост — перейдем, река — переплывем. В конце концов, я же не боец: хотя телосложение ранга Е и приводит к тому, что я быстро устаю при изготовлении лекарств, это не такая уж большая проблема... Когда я снова стану первоклассным духовным мастером растений уровня 3S, у меня появятся и рычаги для торга, и достаточный простор для маневра, даже если я создам препарат, угрожающий аристократической системе... Наверное?

Короче говоря, на данном этапе не стоит так много об этом думать. Сейчас на нем все еще красуется клеймо «никчемы». Хотя благодаря усердной учебе за последний месяц он потряс весь свой круг общения, в глазах окружающих, даже если он внезапно исправился, он максимум превратится в зубрилку, а никчемный потенциал по-прежнему делает невозможным любое его практическое применение. А все эти занятия вроде «использования духовной силы» способны лишь едва-едва проскочить на письменных тестах благодаря минимальным проходным баллам, ну а что до практической сферы... Хе-хе.

Но по крайней мере теперь одноклассники не так сильно его ненавидят. И ярче всего это проявлялось в Ли Бэнтэнэ.

— Бэй Янь, — Ли Бэнтэн уселся на соседнее с Бэй Янем место и толкнул его локтем. — Ты решил, куда поедешь на месяц каникул?

— На каникулы? Сначала вернусь домой поспать на пару дней, а там видно будет.

Конечно, ему нужно было вернуться домой, чтобы посмотреть, что из себя представляют его отец и старший брат, который был на тридцать лет старше его и все никак не женился. Академия Чунъяо придерживалась полностью закрытого режима обучения с проживанием, отпуская учащихся на семидневные месячные каникулы раз в месяц и разрешая покидать территорию школы. Прошлые каникулы... э-э, как раз пришлись на период расстройства духовной силы прежнего владельца тела, и все семь дней недели он провел лежа на больничной койке.

— Тц, какая скукотища, — Ли Бэнтэн задрал подбородок и бросил на него хвастливый взгляд. — Мои старший и второй братья тоже свободны, так что мы договорились поехать в Ирисовый лес! — После этого он самодовольно стал ждать зависти со стороны Бэй Яня. Но Бэй Янь скосил на него глаза и бесстрастно бросил: «Приятного отдыха».

— Ты не можешь выдать нормальную человеческую реакцию? — пробормотал Ли Бэнтэн. — Ладно, даже с таким полуживым характером это все равно лучше, чем раньше.

— ... — Полуживым? Бэй Янь протянул руку и потер лоб, подавляя готовые выпрыгнуть вены на висках. — Юноша, настанет день, когда ты поймешь: это называется невозмутимостью, закаленной временем.

— Я так и знал, что та деревяшка, которую подсунул тебе Му Юй, все-таки имеет побочные эффекты, — Ли Бэнтэн искоса глянул на него. — Помимо того, что у тебя прояснился ум, ты еще и начал из себя строить непонятно что.

«Та деревяшка» — так Ли Бэнтэн после разоблачения стал называть Му Юя, узнав, что тот подсыпал лекарство Бэй Яню, хотя Бэй Янь не раз говорил ему, что деревяшки не исчисляются в штуках.

Бэй Янь решил положить конец этой бессмысленной словесной перепалке:

— Ладно, лучше расскажи, каков ваш план насчет поездки в Ирисовый лес?

Ирисовый лес был самым хорошо сохранившимся и самым известным лесом на Имперской планете Империи Иньхуа. Там царили прекрасные пейзажи, а в изобилии росли духовные растения. Хотя в лесу обитало немало диких зверей, из-за их низкого ранга (самые сильные достигали лишь ранга В, а большинство было и вовсе уровня D) степень опасности оставалась невысокой. Это место определенно идеально подходило для тренировок как духовных мастеров растений, так и космических бойцов. Оба старших брата Ли Бэнтэна были бойцами и уже достигли совершеннолетия; Бэй Янь не знал их точных рангов, но, полагая, что они наверняка находятся на ранге А, понимал, что Ирисовый лес едва ли представляет для них какой-либо интерес.

— Ну, похоже, из-за того, что наш спутник Бокси сместился в пространство между Землей и Цзиньцзяо (звездой), звери в лесу в этом году раньше впадут в состояние бешенства. Ты же знаешь, в самом центре леса естественным образом растет трехлетняя пионовидная трава с тигровыми полосами ранга А — это постоянная точка сбора Имперского научно-исследовательского института духовных растений. В этом году звериное бешенство начнется до назначенного срока сбора, и после него все, боюсь, будет уничтожено. Так что необходимо провести экстренный сбор... Братья тоже отправятся туда.

— И вам даже разрешают брать с собой членов семьи?

Учащиеся третьего курса отделения духовных растений среднего учебного заведения практически не имели никаких практических навыков.

— Изначально не разрешали, но ответственным за эту миссию назначен кто-то из семьи Сюй.

Бэй Янь всё понял — семья Сюй была кланом матери Ли Бэнтэна.

— Значит, у тебя появится шанс полюбоваться стадом несущихся диких зверей ранга D? А заодно и поляной трехлетней пионовидной травы с тигровыми полосами?

— Именно! — Ли Бэнтэн выглядел очень взволнованным: в конце концов, их третий курс до сих пор лишь под руководством преподавателей пробовал составлять лекарства рангов F и E, а духовные растения они видели только на образцах и картинках, не имея никакого опыта реального погружения в места их произрастания лицом к лицу со звериным бешенством. — Кстати, Бэй Янь, хочешь поехать с нами?

— Спасибо, но лучше не надо.

Старший и второй братья Ли Бэнтэна не были столь же лицемерны, как Ли Бэнтэн: они презирали Бэй Яня вполне открыто и искренне. Даже если бы они согласились взять его по просьбе младшего брата, на их лицах наверняка не было бы и тени гостеприимства. Бэй Яню не улыбалось навязываться со своим дружелюбием к тем, кто смотрит на него свысока, однако, говоря об Ирисовом лесе... ему действительно было необходимо туда наведаться. В прошлые века у него в недрах этого леса находилась целая лаборатория. Вот только осталась ли она хоть в каком-то виде спустя пятьсот лет?

— Ну и ладно.

Ли Бэнтэн до некоторой степени понимал отношение своих братьев к Бэй Яню и не стал настаивать:

— Я привезу тебе сувенир.

— С твоим-то вкусом... Надеюсь, это не зубы какого-нибудь странного хищника.

— Эй!

Неделя занятий подошла к концу, и вскоре наступили месячные каникулы. Стоило признать, что за пятьсот лет мир духовных растений и космических бойцов Иньхуа не только не продвинулся вперед, но даже деградировал, однако в сфере технологий и машиностроения, включая производство мечей-меха, был достигнут огромный прогресс. Глядя на летательный аппарат совершенно нового образца, Бэй Янь почувствовал себя несколько чужой на этом празднике жизни. К счастью, подобные вещи развивались по пути все большего упрощения и удобства: осмотрев несколько кнопок, Бэй Янь безошибочно отыскал клавишу запуска.

— Здравствуйте, хозяин. Подскажете, сегодняшним маршрутом снова домой?

Прямо перед ним внезапно возник полупрозрачный голографический проектор. Искусственный интеллект летательного аппарата принял облик высокого красивого юноши в ладно скроенном деловом костюме и выглядел чрезвычайно вежливым. Но стоило Бэй Яню взглянуть на его лицо, как у него непроизвольно задергался уголок рта: внешность этого ИИ была точной копией внешности Лэй Тяньхая! Если только в Лэй Тяньхая тоже кто-нибудь не вселился, он никак не мог превратиться в образ столь учтивого и безупречного дворецкого.

— Ты... э-э, Тяньхай... — Уголок рта Бэй Яня снова дернулся. Совсем не потому, что ему хотелось называть его столь приторно, просто прежний владелец тела дал этому ИИ имя «Тяньхай»! — Можно изменить твои настройки внешности и имя?

— Конечно, хозяин, это ваше право. — ИИ с внешностью «Лэй Тяньхая» вежливо улыбнулся. — Скажите, пожалуйста, какой образ вы бы хотели мне придать?

— Просто восстанови заводские настройки по умолчанию.

Бэй Янь считал, что совсем не разбирается в эстетике художественных образов — большую часть времени в прошлой жизни он просиживал в лабораториях, к тому же он никогда не был человеком, придающим значение излишествам и комфорту. — А имя...

Он вспомнил имя одного из своих бывших роботов-помощников:

— Называй себя Сяо Цю.

— Слушаюсь, хозяин.

Проектор мелькнул и с недоступной человеческому глазу скоростью начал трансформироваться, мгновенно сменив облик на девушку в черно-белом горничном платье на вид лет четырнадцати-пятнадцати:

— Скажите, у вас есть еще какие-нибудь пожелания?

— ... — Хотя Бэй Янь и понимал, что имеет дело с искусственным интеллектом, наблюдать воочию, как парень ростом под метр девяносто превращается в миловидную девчушку, было немного непривычно. К тому же... какими же вкусами обладают люди спустя пятьсот лет? Настройки по умолчанию выглядят именно так? Неужели все вокруг уже превратились в любителей лоли в костюмах горничных?!! Да и ладно. — Больше никаких требований, домой.

— Слушаюсь, хозяин.

Главная усадьба прямой ветви клана Бэй находилась в Имперской столице, или, точнее говоря, на Имперской планете — да-да, столица представляла собой целую планету — в восточном ее секторе. Весь этот район целиком был местом компактного проживания основной ветви рода Бэй, его боковых ответвлений и подчиненных семей. От академии до особняка Бэй было около восьми тысяч километров, но дорога заняла всего полчаса, что было куда быстрее, чем пятьсот лет назад.

Летательный аппарат прибыл к воротам резиденции Бэй. ИИ, управлявший поместьем, распознал сигнал летательного аппарата и нежным женским голосом произнес: «Добро пожаловать домой, второй молодой господин», после чего распахнул массивные ворота.

История клана Бэй насчитывала уже тысячу лет, и благодаря защите высоких технологий эта резиденция главной ветви практически ничем не отличалась от той, что существовала пятьсот лет назад. С бесстрастным выражением лица Бэй Янь бросал взгляды исподлобья на эту знакомую и в то же время чуждую усадьбу, опуская веки, чтобы скрыть затаенную на дне глаз тоску и ностальгию.

Прибыв в эту эпоху пятьсот лет спустя, он все это время был занят разгребанием завалов, оставленных прежним хозяином тела, и у него не было времени — или, скорее, он намеренно не давал себе времени — ностальгировать по прошлому. Конечно, большую часть его дней пожирали лабораторные стены, но ведь были те исследователи, с которыми они плечом к плечу шли к цели, те старшие духовные мастера растений — кто с мягким характером, а кто со странностями, и... дедушка. Его отец и второй отец десятилетиями не покидали посты на дальних рубежах (люди давно уже научились выращивать детей из половых клеток, даже однополые пары), и именно дедушка вырастил его, дав ему самые первые азы ремесла духовного мастера растений. Столько времени он изо всех сил старался приспособиться к совершенно новой жизни, и даже когда порой внезапно вспоминал того немного капризного, но глубоко сведущего в делах духовных растений старика, тут же спешил заняться чем-нибудь другим, чтобы переключить мысли...

Он сам умер, и что теперь делать дедушке — седовласому человеку, провожающему в последний путь черноволосого, тому, кто потерял обожаемого внука?..

Жаль только, что вернуться назад он уже не сможет и ему придется продолжать жить в этом пространстве и времени. Но даже если он больше не тот несравненный гениальный мастер духовных растений прежнего клана Бэй, он всё равно может продолжить дело дедушки и как следует защитить этот род...

— Второй молодой господин, вы вернулись.

Бэй Янь быстро моргал, сгорая влагу с глаз, и поднял голову. Перед ним слегка кланялся мужчина средних лет в безупречном костюме и с аккуратно причесанными, словно смазанными гелем волосами.

— Управляющий Мо, — произнес Бэй Янь. Осознав, что голос звучит немного хрипло, он поспешно слегка кашкнул, чтобы прочистить горло. — Отец и старший брат уже вернулись?

— Да, глава клана и старший молодой господин уже прибыли и ждут вас в гостиной. — Управляющий Мо протянул руку, отворяя дверь и приглашающим жестом указывая путь. — Молодой господин, прошу вас.

В эту эпоху, хотя роботы и искусственный интеллект уже могли полностью брать на себя обязанности дворецких, слуг и тому подобного, точно так же, как люди питали страсть к бумажным книгам, наем живых людей для выполнения такой работы служил символом высокого социального статуса. Поэтому большинство аристократических семей по-прежнему держали прислугу и управляющих из числа живых людей.

Бэй Янь вошел в роскошный, не уступающий школьному актовому залу парадный зал особняка Бэй и сразу же увидел двух мужчин, сидевших на диване размером с двуспальную кровать.

Бэй Фэн. Бэй Люй. Отец и старший брат этого тела.

— Вернулся?

Сидевший посередине дивана высокий мужчина лишь приподнял веки, его лицо не выражало ни малейших эмоций. Его рост почти в два метра, сочетавшийся с мощной, даже в сидячем положении излучающей колоссальную энергетику фигурой и обтянутыми военной формой налитыми мускулами, делал его невероятно внушительным. Девяностовосьмилетний Бэй Фэн находился в самом расцвете сил — в эпоху, когда средняя продолжительность жизни составляла 200 лет, люди достигали совершеннолетия в 25, а стареть начинали лишь к ста восьмидесяти. Бэй Фэн же, еще в сорок лет достигший пика телосложения уровня SS и духовной силы уровня S и неизменно удерживавший эту форму, сейчас пребывал на этапе активного карьерного взлета, а его воинское звание уже дошло до полковника. Для его возраста подобная должность определенно считалась признаком «раннего успеха в жизни».

Но даже Бэй Фэн казался не столь ослепительным, как Бэй Люй. Сорока девятилетний молодой человек сидел рядом с отцом, даже не подняв век при появлении младшего брата. Его телосложение и духовная сила одновременно достигли уровня SS еще до того, как ему исполнилось тридцать. В годы учебы в юношеском военном училище он неизменно оставался лидером своего потока, а после окончания Высшей академии бойцов «Железная роза» поступил на службу, добившись немалых успехов в более чем десятке крупных и мелких сражений против космических диких зверей.

— Отец, старший брат, — почтительно поприветствовал их Бэй Янь, хотя в воспоминаниях прежнего хозяина тела оба они относились к нему плохо, не проявляли заботы и игнорировали его именно из-за того, что он был бездарностью.

С точки зрения Бэй Яня, Бэй Фэн и Бэй Люй действительно уделяли крайне мало внимания процессу взросления Бэй Яня и не давали прежнему владельцу тела достаточного тепла и семейной заботы, однако нельзя было сказать, что они совсем его не любили. Пренебрежение из-за слабых способностей отсутствовало напрочь; а вот недостаток внимания, косвенно приведший к тому, что Цзи Юньцин (мать) избаловала Бэй Яня... В этом был определенный смысл. Во многих аристократических семьях дети действительно испытывали дефицит близкого общения, поскольку аристократы в основном занимались военным делом или растили духовные растения, а обе эти профессии требовали колоссальной занятости. Так что прежний хозяин не был исключением, но испортился почему-то он один. Помимо никчемного потенциала, Бэй Янь считал, что главную ответственность за это несла Цзи Юньцин — во всяком случае, куда большую, чем Бэй Фэн и Бэй Люй вместе взятые.

Услышав послушное приветствие Бэй Яня, Бэй Фэн и Бэй Люй одновременно подняли головы и бросили на него взгляды. Хотя на их лицах по-прежнему не отразилось никаких эмоций, Бэй Янь легко мог догадаться об их удивлении: ведь раньше этот парень никогда не приветствовал старших с такой покорностью.

— Слышал, в этом месяце ты вел себя неплохо? — Бэй Фэн опустил чашку с чаем на стол и махнул рукой, жестом предлагая Бэй Яню присесть. — Если бы подчиненные Бэй Фэна услышали эти слова, они, наверное, расплакались бы: «Господин полковник, нас гоняют на тренировках до полусмерти, а вы удостаиваетесь лишь сухого „удовлетворительно“, тогда как Бэй Яню достаточно просто честно пробыть месяц без происшествий, чтобы заслужить целое „неплохо“!» — Продолжай в том же духе.

— Да, отец, я понял, — Бэй Янь кивнул, словно внезапно что-то вспомнив, и произнес: — Отец, ранее Му Юй с четвертого курса подсыпал мне слабый кислый травяной стимулятор духовной силы уровня D на основе α-кислоты, из-за чего у меня началось расстройство духовной силы. Мама ведь говорила вам об этом?

— Подсыпал лекарство? — Бэй Фэн нахмурился.

Цзи Юньцин говорила ему лишь то, что у младшего сына произошло расстройство духовной силы и он потерял сознание. В тот момент он собирался срочно возвращаться, но имперский форпост на планете Мэйсюэ внезапно подвергся нападению огромной орды космических диких зверей, и они со старшим сыном физически не могли вырваться. Когда же появилась возможность взять отпуск и помчаться домой, жена сообщила, что младший сын уже пришел в себя и с ним все в порядке, поэтому он развернулся и уехал обратно на передовую. Но насчет того, что ему подбросили яд...

— Как это понимать?

Вслушиваясь в холодеющий голос Бэй Фэна, Бэй Янь почувствовал, как в груди шевельнулось удивление: судя по всему, его прежние выводы были не совсем верными. Изначально он думал, что раз помешанная на сыне Цзи Юньцин смогла поднять такой шум в академии и потребовать расследования, то она непременно должна была пожаловаться мужу и заявить, что именно Му Юй покалечил прежнего хозяина. Но теперь выяснялось, что хотя эта мать и проявляла чрезмерную слепую любовь к ребенку, получив от руководства школы официальное заключение о том, что происшествие было делом рук самого Бэй Яня, она сохранила остатки здравого смысла и не стала выдвигать мужу обвинений против Му Юя без улик. Хотя по факту это действительно было дело рук Му Юя.

Выслушав объяснения Бэй Яня о том, как развивались события, Бэй Фэн нахмурился:

— Ты уверен, что твои выводы верны?

Будь на его месте прежний Бэй Янь, он, скорее всего, тут же подскочил бы и принялся с криками допытываться у отца, почему тот ему не верит. Но нынешний Бэй Янь, разумеется, так поступать не стал.

Если взглянуть на ситуацию под другим углом, вряд ли кто-то легко поверит, что отъявленный неудачник способен с абсолютной точностью определить, каким именно препаратом его отравили. Именно поэтому перед школьными товарищами Бэй Янь тогда ловко перевел тему, сместив акцент на «вы мне не верите просто потому, что я никчема», и превратил защиту в нападение, заставив одноклассников усомниться в собственных выводах. Но такие дешевые трюки, естественно, не могли сработать на прошедшем через сотни боев Бэй Фэне с его пронзительным взглядом.

— Я абсолютно уверен, — глядя прямо в глаза Бэй Фэну, Бэй Янь ответил максимально спокойным тоном. — Мое восприятие все-таки находится на уровне S, поэтому определить запах и тип препарата было не так уж сложно.

Бэй Фэн смотрел на младшего сына, на мгновение погрузившись в легкое оцепенение. Этот ребенок... Ему доводилось видеть его орущим в бешенстве, доводилось видеть, как тот истерично вопрошает: «Ты что, считаешь меня никчемой и думаешь, что я не достоин быть твоим сыном?!» Доводилось видеть и то, как он высокомерно заявляет посреди улицы: «Я — молодой господин из клана Бэй!» Он заботился о нем, хотел помочь, но в конце концов из-за неумения выражать чувства и нарастающего разочарования постепенно отдалился от него...

Этот ребенок... С каких пор у него появился такой спокойный, но в то же время непоколебимый и твердый взгляд? Прошлый коктейль из раздражительности, показухи, комплексов и избалованности... казалось, был полностью выметен из этих черных глаз. А на дне их осело... то самое присущее уверенным в себе людям качество и подлинная элегантность.

Бэй Фэн какое-то время молчал, не находя ответа.

— Ты учишься на третьем курсе в Чунъяо, — внезапно заговорил сидевший в стороне Бэй Люй.

Лицом он на треть походил на Бэй Яня, но в отличие от утонченных черт последнего, контуры его лица были гораздо более жесткими, от него так и веяло мужественной энергией бойца.

— Твои оценки за первые два года... Половина предметов отправлена на пересдачу. Если отбросить прикладные дисциплины, где можно сослаться на нехватку потенциала, то по таким теоретическим предметам, как теория свойств духовных растений и теория гармонизации свойств лекарственных препаратов, твои оценки составляли всего лишь D. Ты еще толком не усвоил материал из учебников, не говоря уже о том, что стимуляторы духовной силы физически не могут фигурировать в школьной программе. Даже если твое восприятие очень сильно, откуда у тебя достаточные знания, чтобы распознать соответствующий препарат?

Очень едкий и пронзительный вопрос.

Именно по этой причине Бэй Янь тогда перевел тему в разговоре с одноклассниками. Он просто не мог объяснить, каким образом никчема способен распознать столь выходящий за рамки программы препарат.

...Но Бэй Люй — не тот человек, от которого можно отделаться сменой темы. Оставался единственный выход...

— Оказывается, старший брат следит за моими успехами в учебе, — Бэй Янь вдруг расплылся в мягкой улыбке.

Он уродился красивым, с правильными и чистыми чертами лица. Когда после избавления от былой раздражительности и показухи он вот так внезапно улыбался, весь его облик начинал источать трогательную наивность, отчего оба сидевших напротив суровых мужчины на секунду замерли.

— Раньше мне казалось... что бы я ни делал, никто и никогда не обратит на меня внимания.

Не дожидаясь ответа Бэй Люя, он продолжил сам:

— Мои плохие оценки были лишь следствием того, что я думал: сколько ни старайся, в лучшем случае станешь лишь зубрилкой. Без духовной силы, как бы крепко я ни запоминал материал, у меня не было возможности создавать лекарства, поэтому я просто махнул рукой на все эти баллы. Но...

На бледном лице юноши проступила легкая, ускользающая улыбка:

— Я ведь помнил их. Я всё... держал в голове. Просто во время сдачи письменных тестов я ничего этого не писал.

Да, Бэй Янь решил разом изменить весь образ «Бэй Яня» в корне. Если объяснить превращение из тупицы в круглого отличника невозможно, лучше заявить прямо: прежние ужасные оценки были вызваны лишь юношеским протестом, психологией «сгорел сарай — гори и хата» и глупым желанием привлечь к себе хоть капельку внимания.

— Я даже не знал, что старший брат, оказывается, тоже заглядывал в мои ведомости.

http://bllate.org/book/34705/4284292