Готовый перевод Roman Chaotic Days I+II (Prince of Tennis Series 3) / Римские хаотичные дни I+II (Серия "Король тенниса" 3): Глава 8

Первый день можно сказать прошёл без происшествий, но на волоске от беды. Вернувшись в отель, Анджи тут же включил телевизор и переключился на новостной канал. Не глядишь — так и не знаешь, а глянешь — дух захватывает.

— Нана, Юнши, неужели все эти двадцать восемь человек — воры? — Авантюрист, всю жизнь проживший в замке, просто не мог в это поверить.

— Воров здесь столько, что нашему воображению и не снилось. Анджи, не сменить ли нам место? — «сидя» на диване, произнес серебряный Юнши.

— Юнши, как ты можешь такое говорить Анджи? Анджи — авантюрист, он не должен отступать перед любыми трудностями и тем более бежать от них.

Красная Нана была совсем иного мнения. Обвившись вокруг запястья своего маленького хозяина, она выпрямила тело и заговорила:

— Анджи, куда бы ты ни отправился, мы с Юнши поддержим тебя и будем рядом. Мы можем поручиться, что никто и никогда не догадается о нашей причастности. Впредь мы с Юнши будем осторожнее и станем дожидаться, пока эти люди не отойдут ко сну уже после твоего ухода. Анджи, это Земля, а не планета Солан, пока мы с Юнши не пожелаем, нас никто не увидит.

Тот, кто еще мгновение назад сомневался, стоит ли уходить, улыбнулся. Воры его вовсе не пугали, просто на душе было немного совестно. Стоило ему только добраться до Рима, как из-за него двадцать восемь человек угодили в больницу.

Поймав взгляд Наны, Юнши заговорил:

— Анджи, Нана права. Если бы они не вздумали украсть сумку Анджи, мы бы их не кусали. Тебе совершенно не о чем переживать. Быть может, твое появление поможет снизить уровень преступности среди воров в Риме и даже во всей Италии. С этой точки зрения Анджи — не просто авантюрист, а примерный гражданин, охраняющий порядок.

— Не примерный гражданин, а Бэтмен.

— Верно. Но мне больше нравятся Сунь Укун или Нэчжа.

— А я всё равно считаю, что Анджи похож на Бэтмена. Когда Бэтмен появляется, он всегда скрывает свое лицо, этим он очень похож на Анджи.

— Мм, если ты так говоришь, то я и правда нахожу сходство с Бэтменом. Хотя мне еще нравится Человек-паук, но Анджи он не по душе.

Нана и Юнши наперебой рассуждали о том, на кого похож их маленький хозяин, даже не заметив, как чье-то лицо покраснело точь-в-точь как спелое яблоко.

— Нана, Юнши… я вовсе не такой крутой. — Анджи смутился, но глаза его ярко блестели: неужели он и впрямь может стать Бэтменом?

Забравшись на плечо маленького хозяина, Юнши с серьезным видом спросил:

— Анджи, ты правда не хочешь подумать насчет Человека-паука? — Ему всё казалось, что Человек-паук круче Бэтмена.

И крошечный остаток угрызений совести в сердце Анджи испарился без следа.

— Нана, Юнши, а ведь они так и не украли мою сумку.

Юнши, конечно, прекрасно понял, к чему клонит его маленький хозяин, и тут же вставил:

— Не переживай, мы с Наной проявили милосердие. Через три дня они придут в себя и не почувствуют никакого недомогания. Конечно, тот момент, когда их укусили, полностью сотрется из их памяти.

— Нана, Юнши, спасибо вам.

Сбросив с плеч груз забот, Анджи отправился в ванную смывать грим и принимать душ, а Нана с Юнши тем временем принялись обсуждать, чем бы им поужинать.

Глубокой ночью на подушке мирно спавшего Анджи свернулся клубочком дуэт Наны и Юнши, а сам он, прижимая к груди подушку в виде черепахи, видел сладкие сны. Во сне он превратился в Бэтмена и патрулировал улочки Рима в поисках воришек, промышляющих кражей пирожных.

******

На следующее утро в восемь часов Анджи уже проснулся. Когда Нана и Юнши вдоволь выспались, Анджи был уже полностью готов к выходу. Обвив запястье маленького хозяина и ощущая его возбужденное настроение, змейки невольно тоже воодушевились. Накануне вечером созвонившись с семьей, Анджи порылся в интернете в поисках знаменитых римских кондитерских, а заодно изучил базовую информацию о городе: например, где интереснее всего побывать, в каких местах больше всего воров и так далее.

Мелодия Белоснежки звенела не переставая — это по очереди названивала та самая четверка. Анджи не желал отвечать: в этот раз он твердо решил больше не позволять им следовать по пятам. Вспомнив, что среди вещей, присланных отцом накануне, лежала новая телефонная сим-карта, он тут же выключил телефон и сменил ее.

На новой сим-карте были записаны только номера бабушки и дедушки, папы, старшего брата и второго папы, так что Анджи позвонил домой, чтобы сообщить родным о смене номера. Поболтав с дедушкой и бабушкой около двух часов, он облачился в бежевый спортивный костюм и вышел из номера.

Первая остановка: кондитерская «Синее море»!

******

Выбравшись из машины, Джо увидел ребенка, чье лицо практически прилипло к витрине, — кажется, он уже где-то встречал этого малыша... Взглянув на часы — было около одиннадцати, — он бросил еще один взгляд на фигурку, застывшую в абсолютно прежней позе, и шагнул внутрь кондитерской.

— Здравствуйте, босс, — поприветствовал Джо хлопотавший за стойкой официант Кави.

Джо откликнулся и, обернувшись к выходу, заметил, что мальчик по-прежнему «приклеен» к стеклу и во все глаза пятами на всевозможные сладости за витриной.

Кави тоже заметил это и вполголоса произнес:

— Босс, этот… уже полчаса там стоит.

— Занимайся своими делами, — Джо повернулся и вышел из кондитерской.

Стоило кому-то приблизиться, как сидевшие на плече маленького хозяина Нана и Юнши тут же насторожились. Джо не видел их, но, заметив, что ребенок никак не реагирует на его приближение, кашлянул. Однако погруженный в жадные колебания у витрины и пускающий слюнки на аппетитные пирожные парнишка даже не шелохнулся от этого кашля. Лишь когда устроившаяся на плече Нана легко прикусила его за мочку уха, он опомнился и вдруг обнаружил рядом с собой человека.

— Ой! — словно провинившийся ребенок, Анджи вытянулся по струнке, лицо его пылало. Задрав голову, он посмотрел на высокого мужчину — ростом с его старших братьев, — показавшегося ему до боли знакомым.

— Хочешь пирожное? — спросил Джо.

Стоило мальчику поднять голову, как он окончательно убедился в догадке насчет его личности. Хотя разглядеть лицо парнишки в аэропорту толком не удалось, Джо был вынужден признать: тот мальчик оставил у него неизгладимое впечатление. Стоя теперь лицом к лицу, он поразился тому, до чего же этот ребенок... пугающе мал.

Собеседник, судя по всему, тоже узнал его: сначала приоткрыл рот, а затем радостно улыбнулся. Нана и Юнши, признав знакомого, плавно скользнули вниз и вновь устроились на запястье маленького хозяина.

— Сэр? — Анджи никак не ожидал встретить здесь того самого господина, что его «спас», после чего искренне поклонился и поблагодарил: — Спасибо вам, сэр.

Джо слабо улыбнулся:

— Не ожидал снова тебя встретить. Хочешь пирожное? — С этими словами он указал на стеклянную витрину.

За тонированными линзами очков полыхнуло вожделение: Анджи снова с жадностью уставился на забитый десертами прилавок, и в его душе разгорелась нешуточная борьба. В синих глазах Джо, скрытых за стеклами очков, мелькнула искра улыбки, которой он сам от себя не ожидал. Ему показалось, будто он видит, как у мальчишки изо рта капает слюна.

— Заходи, я угощу тебя пирожным, — пригласил Джо.

Анджи с трудом оторвал взгляд, снизу вверх глядя на стоявшего рядом «великана», и тихо спросил:

— Можно только половинку?

Он больше не мог терпеть, ему хотелось попробовать каждое пирожное из этого стекла, но ведь он пообещал бабушке с дедушкой, папе, братьям и второму папе есть поменьше сладкого и пить больше сока! Но сейчас он был совсем один, так что, пожалуй, мог бы позволить себе съесть целую половинку. Нет! Анджи, неужели ты забыл о своем обещании? Тебе можно только половинку!

Анджи изо всех сил боролся с просыпающимся аппетитом, и именно поэтому он целый получаса простоял прижавшись к витрине.

Джо с удивлением усмехнулся, стараясь не замечать крошечную капельку слюны в уголке рта собеседника. Наверное, у него украли кошелек — с такой бедой в той или иной степени сталкивается каждый турист, приезжающий в Италию.

— Я угощаю, можешь есть, пока не наешься, — Джо повернулся ко входу, толкнул дверь и, ожидая, пока мальчик подойдет, отчетливо услышал, как тот сглатывает слюну.

С трудом, шаг за шагом приблизившись к мужчине и сделав несколько глубоких вдохов, Анджи поднял голову:

— Я могу съесть только половинку.

— Хорошо, — не собираясь спорить с ним по этому поводу, Джо подтолкнул всё еще терзаемого сомнениями малыша внутрь и закрыл дверь.

Устроившись за первым попавшимся свободным столиком, Анджи, зачарованный ароматом выпечки, пытался сохранять стойкость. Для того, кто с рождения был не в силах устоять перед пирожными, остаться без надсмотрщика и в одиночку сопротивляться соблазну — разве это не испытание?

Спустя пять минут перед ним оказалась невероятно соблазнительная порция тирамису. Уголки губ Джо вновь невольно дрогнули от улыбки — он услышал донесшийся с противоположной стороны тихий вздох восхищения.

Присев напротив, Джо поставил рядом стакан сока.

— Ешь. А может, хочешь еще и брауни? — Он вновь отчетливо услышал звук сглатываемой слюны.

Воля Анджи была близка к крушению: если бы не голоса двух верных подружек, неустанно шептавших ему на уши напоминания, он, пожалуй, без раздумий уничтожил бы стоящую перед ним сладость. Виновато улыбнувшись угощавшему его мужчине, он взял ложечку, отломил крошечный кусочек, отправил в рот и стал медленно рассасывать, позволяя вкусу пирожного постепенно наполнять его. Затем еще один крошечный кусочек отправился в рот, чтобы он мог как следует распробовать сладкий аромат.

Джо взмахнул рукой, и Кави тут же принес еще и чизкейк. То, с какой осторожностью сидевший напротив ребенок расправлялся с десертом, заставило Джо почувствовать себя немного странно: он не верил, что ребенок, способный летать первым классом, никогда в жизни не пробовал пирожных, но поведение мальчика выглядело так, будто он ест лакомство впервые в жизни.

— Сэр, спасибо вам, — с огромным сожалением Анджи отодвинул чизкейк обратно. — Я могу… съесть только половинку. — Чизкейк так вкусно пах, ему безумно хотелось его отведать.

— Почему только половинку? — Видя, как мальчик ест крошечными кусочками, словно страясь прикончить тирамису как можно позже, Джо не удержался от вопроса. Он не отличался особой любознательностью, но этот ребенок почему-то постоянно пробуждал в нем интерес.

— Потому что Анджи нельзя много есть. — Проговорившись и назвав собственное имя, мальчик даже не осознал этого, уставившись глазами на кусок чизкейка, который ему было запрещено трогать. И даже сквозь тонированные линзы очков сидящий напротив мужчина отчетливо видел его тоску.

Джо не стал допытываться, почему именно ему нельзя много сладкого. Он взял ложечку, отрезал от чизкейка треть и, под изумленный вздох ребенка, переложил отрезанный кусочек к нему на тарелку, а заодно отделил треть от оставшегося у того тирамису.

— Так пойдет? Чизкейк в «Синем море» отменный, попробуй. — Проделав всё это, Джо словно бы уловил проблеск благодарности в глазах собеседника.

— Сэр, спасибо вам. — С восторгом отломив кусочек чизкейка, Анджи поспешно отправил его в рот, и в уголках его губ мгновенно отразилось абсолютное блаженство. — Очень вкусно, спасибо вам, сэр.

— Джо Симони, — представился Джо.

— Спасибо вам, мистер Симони.

— Звони мне просто Джо.

— Джо.

Благодарно улыбнувшись, Анджи принялся маленькими ложечками уплетать тирамису и чизкейк, а мысли покинуть Рим в этот момент окончательно испарились из его головы. Он и не заметил, как в глубоких синих глазах за стеклами очков мелькнул холод, стоило ему назвать собеседника мистером Симони.

Когда в рот отправилась последняя крошка, Анджи с невероятным сожалением отложил ложечку, языком тщательно собрал оставшиеся на губах крем и крошки, затем мелкими глотками выпил немного сока и лишь после этого с болью в сердце отвел взгляд от соблазнительного прилавка — он боялся, что не сдержится и уплетет всё остальное.

Достав кошелек, Анджи положил на стол пятьдесят долларов. Подумав, что этого может не хватить, он достал еще пятьдесят и, опережая любые возражения собеседника, спросил:

— Сэр, не могли бы вы оставить остальное для меня, я приду сюда завтра продолжить?

Раньше всё, что он не мог доесть, за него доедали дедушка с бабушкой или папа с братьями, но теперь оставшееся наверняка просто выбросят, а это ведь такая жалость.

— Завтра Кави выдаст тебе свежее пирожное. Я хозяин «Синего моря», ты можешь приходить сюда хоть каждый день. — Джо сдвинул сто долларов обратно.

Анджи покачал головой, настойчиво пододвигая деньги к Джо:

— Выбрасывать нельзя, я всё доем уже завтра. Второй папа говорил, что в Африке многие люди вообще не видят пирожных, Анджи не должен разбрасываться едой, к тому же они очень вкусные. Сэр, вы обязательно должны приберечь их для меня.

Джо больше не стал отказываться. Взяв сто долларов, он убрал их в карман и произнес:

— Эти два куска не стоят сотни долларов. Впредь все деньги за пирожные, которые ты съешь у меня, будут вычитаться из этой суммы. А оставшиеся пирожные я для тебя сохраню.

— Спасибо вам, сэр. — Анджи был безумно рад, что тот согласился на его условие, и, выудив из кошелька еще сто долларов, протянул их мужчине: — Я буду приходить каждый день.

Джо всё же взял банкноты и улыбнулся:

— Зови меня Джо.

— Спасибо, Джо.

Двести долларов должно хватить месяца на четыре ежедневных пирожных, подсчитал в уме мальчик, не слишком сильный в арифметике.

С тяжелым сердцем распрощавшись с кондитерской «Синее море» и добрым владельцем по имени Джо, Анджи отправился навстречу сегодняшним приключениям. Во рту еще ощущался привкус сладостей, а он уже ждал не дождется завтрашнего дня.

— Анджи, куда мы? — подал голос Юнши.

— Анджи, я хочу стейк, — донеслось из-под рукава, скрывавшего запястье, где тело Наны постепенно становилось отчетливее.

— Тогда пойдем есть стейк! — В превосходном расположении духа Анджи поймал такси, а заметив по другую сторону улицы гигантский постер, решил после стейка заглянуть в кинотеатр.

******

Поручив Кави упаковать остатки пирожных в холодильник, Джо снял очки и извлек из кармана платок для протирки стекол. Хотя этот ребенок неизменно вызывал в нем редкое для него любопытство, он не стал наводить справки о его происхождении.

В этом городе лишь немногие знали, что мягкий и обходительный хозяин кондитерской «Синее море» Джо Симони — это наводящий ужас на всех «Джентльмен» Джозеф. Ребенок, у которого текут слюнки при виде пирожных, уж точно не мог быть лазутчиком, подосланным кем-то из врагов для проверки.

— Босс, вы уверены, что стоит оставлять эти недоеденные куски? — поинтересовался Кави, держа в руках бумажную коробку.

Водрузив очки на переносицу, Джозеф повернулся и озарил лицо мягкой улыбкой:

— Мальчик особо подчеркнул, что их нужно сохранить. Кави, неужели мне нужно учить тебя правилу о том, что клиент всегда прав?

— Слушаюсь, босс. — Кави больше не стал спорить и убрал коробку в холодильник.

Анджи — если память не изменяла, именно так назвал себя тот ребенок.

— Кави, отныне все угощения в нашем заведении для этого мальчика будут за счет заведения.

— А, слушаюсь, босс.

Взглянув на часы, Джозеф покинул кондитерскую. Сегодняшняя римская ночь обещала быть не самой спокойной.

http://bllate.org/book/34654/4276749