Готовый перевод Love's Timely Encounter / Любовь, пришедшая вовремя: Глава 6

Когда рейс, на котором летела Ши Цинцю, приземлился в городе Б., Вэнь Цинхань уже давно ждала её там. Чёрная шестая модель BMW выглядела сдержанно и солидно.

Толпа людей спешила по своим делам, но Вэнь Цинхань казалась отрешённой от всего мирского, будто её никто не мог потревожить. От неё веяло такой отчуждённой холодной неприступностью, что она одновременно привлекала к себе взгляды и в то же время не удостаивала никого ни единым вздохом внимания.

Ши Цинцю сняла защитную маску и повернулась к Ян Сяо, чтобы о чём-то заговорить. Вэнь Цинхань шагнула им навстречу, забрала у Ши Цинцю чемодан и уложила его в багажник. Оказавшись у двери машины, она слегка нахмурилась. Ши Цинцю улыбнулась и, повернувшись к своей помощнице, сказала:

— А Сяо, возвращайся, я поеду со своей знакомой.

Ишь ты, опять эта ледяная гряда.

Мысленно фыркнула Ян Сяо, но на лице изобразила подобие улыбки и произнесла:

— Хорошо, тогда я пойду, сестра Ши.

Она помахала рукой и удалилась, катя за собой собственный чемодан.

Ши Цинцю беспомощно посмотрела на Вэнь Цинхань, не зная, что и сказать. Вэнь Цинхань вообще не любила много говорить, а уж с незнакомыми людьми её и вовсе было не заставить раскрыть рот.

— Поедем, — негромко произнесла Вэнь Цинхань и, открыв дверь, села на водительское место.

Ши Цинцю обошла машину спереди, открыла пассажирскую дверь и устроилась внутри. Пристегнув ремень безопасности, она дождалась, пока автомобиль плавно тронется с места.

Машина ехала размеренно. Ши Цинцю повернула голову к Вэнь Цинхань, вспомнила только что разыгравшуюся сцену и невольно улыбнулась уголками губ.

— Цинцю, чему ты улыбаешься? — Вэнь Цинхань смотрела прямо перед собой, и её красивые тонкие губы слегка шевелились.

— Да так, ничему особенному, не стоит упоминания.

Ши Цинцю отвернулась к окну, её взгляд постепенно затуманился, и она принялась разглядывать отражение Вэнь Цинхань на стекле.

Они были знакомы с самого детства, и Ши Цинцю уже не помнила, когда именно увидела Вэнь Цинхань впервые. В памяти запечатлелось лишь то, что та всегда была немногословной. Даже в беззаботные детские годы Вэнь Цинхань никак не удавалось влиться в шумную компанию.

Дело было вовсе не в высокомерии. Если кто-то проявлял инициативу и пытался с ней подружиться или пообщаться, Вэнь Цинхань всегда вела себя крайне вежливо, просто она не умела существовать внутри больших коллективов. Из-за этого люди, никогда с ней не общавшиеся близко, постепенно начали распускать слухи вроде: Вэнь Цинхань всех презирает или у Вэнь Цинхань скверный характер.

На самом деле Вэнь Цинхань была просто не склонна к бурному проявлению чувств. Точно так же, как и Ян Сяо только что: из-за того, что Вэнь Цинхань вечно выглядела холодной, надменной и словно недоступной для общения, помощница никогда не решалась заговорить с ней первой.

Стоило бы Ян Сяо поздороваться с Вэнь Цинхань, как она непременно заметила бы, что та холодна лишь внешленно, но в её поведении нет ни капли неуважения.

При этой мысли Ши Цинцю снова улыбнулась. В этом заключалась вся суть характера Вэнь Цинхань. В нынешнем обществе сохранить собственную индивидуальность — уже поистине немалое достижение. И Ши Цинцю вовсе не желала видеть изменения в такой лишённой мирской суеты Вэнь Цинхань.

В этот момент до неё неожиданно донёсся голос Вэнь Цинхань:

— Цинцю, дядя Ши пару дней назад звал меня к ним поужинать. Я согласилась, и мы договорились на сегодня.

Из-за плотного графики работы у Ши Цинцю была своя отдельная квартира, но обычно, возвращаясь в город, она останавливалась у родителей, чтобы не видеться с ними пару раз в год. Услышав это, она сразу поняла, что сегодня Вэнь Цинхань приедет к ним на ужин.

Обе семьи так долго пытались их свести, что, узнай они об их тайном замужестве, от удивления наверняка бы рты попадали. Столько лет пытались сватать, они даже встречаться не начали, а уже взяли и поженились!

Ши Цинцю тихо вздохнула и произнесла:

— Хорошо, тогда поедем.

Вспомнив, что их отношения всё ещё держатся в секрете, она снова посмотрела на Вэнь Цинхань и спросила:

— Кстати, мы им расскажем о нас?

Если промолчать, то по прибытии домой родителей снова охватит желание сосватать их обиняками, и о чём бы ни зашёл разговор, обязательно найдется пара тем, которые они сведут к их союзу. За столько лет они уже привыкли к этому, затишье было лишь в течение одного года посреди всего этого.

Именно в тот год Ши Цинцю объявила родным, что у неё появилась девушка. И как бы сильно тогда ни разочаровались близкие, они всё же не могли разрушить чужую любовь.

Вэнь Цинхань слегка прибавила скорость, похоже, ни о чём глубоко не задумываясь:

— Можно сказать, а можно и не говорить, я полагаюсь на твоё решение.

Когда другие говорят подобные фразы вроде поступай как знаешь, в них обычно сквозит уступчивость, но от Вэнь Цинхань это прозвучало всё так же холодно и отстранённо.

Немного подумав, Ши Цинцю неторопливо ответила:

— Тогда давай пока не будем говорить. Мы и сами ещё до конца ко всему не привыкли, давай ещё немного подождём.

Вэнь Цинхань молча вела машину, ничего не отвечая, только скорость уже не снижалась и была заметно выше, чем минуту назад.

Дом родителей Ши Цинцю находился совсем близко от дома семьи Вэнь, в том же самом коттеджном посёлке, просто два здания смотрели в разные стороны. Именно поэтому семьи столько лет поддерживали прекрасные отношения, иногда даже договариваясь о совместных прогулках после ужина.

Именно поэтому Вэнь Цинхань всякий раз прекрасно понимала, с каким умыслом её родители отправляли её занести что-нибудь в семью Ши.

Вэнь Цинхань припарковала машину возле дома семьи Ши, сама достала вещи Ши Цинцю, и они вместе направились к главному входу.

Ши Хунлан и Тан Цзинхуэй заранее приказали слугам накрыть целый стол и теперь ждали возвращения дочери и Вэнь Цинхань в гостиной. Как только раздался звонок в дверь, Тан Цзинхуэй тут же бросилась открывать и, увидев Вэнь Цинхань с чемоданом дочери, расплылась в улыбке.

— А вот и Цинхань! Проходи скорее, мы с твоим дядей Ши вас уже заждались.

Тан Цзинхуэй жестом велела домработнице забрать багаж и, взяв Вэнь Цинхань за руку, повела её вглубь дома.

— Тётя, дядя, извините, я сегодня немного задержалась и заставила вас ждать, — с лёгкой улыбкой произнесла Вэнь Цинхань, поднимая взгляд на приближающегося Ши Хунлана.

Ши Хунлан одной рукой поглаживал свой пивной живот и присоединился к приветствию:

— Ничего страшного, тебе же ещё нужно было встретить Цинцю, опоздать вполне нормально. Еда как раз только что на столе, давайте садитесь за стол.

Тан Цзинхуэй, продолжая вести Вэнь Цинхань за руку, заговорила:

— Цинхань, ты ведь наверняка только с работы? Да ещё и в аэропорт за Цинцю ездила, совсем измоталась.

Разговаривая, они прошли внутрь. Ши Цинцю тем временем успела зайти в кухню и вымыть руки; когда она повернулась, чтобы выйти, нос к носу столкнулась с Вэнь Цинхань, которая тоже пришла мыть руки. Выключив воду, Ши Цинцю отошла к противоположному краю раковины. Она уже собиралась завести разговор, как вдруг заметила на руке Вэнь Цинхань, протянутой под струю воды, ярко-красный широкий рубец, пересекавший кожу поперёк.

След явно остался от ручки её чемодана. Ши Цинцю подняла глаза на чуть согновенный спокойный профиль Вэнь Цинхань, немного подумала и неожиданно произнесла:

— Цинхань, больше не помогай мне носить чемоданы. В следующий раз я просто попрошу кого-нибудь отправить его доставкой.

Вэнь Цинхань чуть сжала пальцы под струями воды, и выражение её лица мгновенно смягчилось:

— Хорошо.

Поскольку выдалась редкая возможность застать дома и Ши Цинцю, и Вэнь Цинхань, старшие члены семьи сияли от радости. За ужином сначала расспросили Ши Цинцю о работе, а затем незаметно перевели разговор на темы сердечные.

Тан Цзинхуэй общей палочкой положила кусок рыбы на маленькую тарелочку перед Ши Цинцю и с уговором спросила:

— Цинцю, ты не заводила в последнее время знакомых, с которыми тебе было бы комфортно общаться? Если найдётся подходящий человек, приводи домой, познакомишь родителей. Посмотри на себя, ты уже не девочка, пора бы и о спутнике жизни подумать.

Пару лет назад всё было иначе, ведь возраст действительно позволял не спешить, но после того, как дочери стукнуло двадцать пять, в глазах родителей она превратилась в старую деву, засидевшуюся в невестах. Впрочем, одним лишь наставлением дело не ограничивалось. Ши Цинцю слишком хорошо знала эту тактику, а потому, по своему обыкновению, с невозмутимым видом положила себе еду в тарелку и посмотрела на Тан Цзинхуэй:

— На данный момент таких знакомых у меня нет.

Даже если бы они и были, у неё просто не осталось бы сил разбираться в чужих душах. Бросив беглый взгляд на Вэнь Цинхань, она заметила, что та жует маринованный баклажан так, словно вообще ничего не слышит — ни единой капли соуса не упало на её губы, всё выглядело изящно и сдержанно.

Тогда взгляд Тан Цзинхуэй обратился к Вэнь Цинхань:

— А что насчёт Цинхань?

Вэнь Цинхань отложила палочки, сделала вид, что глубоко задумалась, и встретилась взглядом с Тан Цзинхуэй:

— Тётя, у меня тоже никого нет.

Ши Хунлан усмехнулся и подхватил:

— Раз ни у кого никого нет, так подумайте друг о друге! Вы только посмотрите: внешне подходите, семьи под стать, разве не так? Не думайте, что мы, старики, пытаетесь вас надуть. Пусть вы и держитесь всё время вот так на расстоянии друг от друга, но проводите-то времени больше всех.

Как тут не признать, что они знают друг друга как облупленные? Ши Цинцю прекрасно это понимала, однако сама не знала, почему всё ещё не хочет так быстро признаваться родителям, что она и Вэнь Цинхань уже расписались.

Вэнь Цинхань мельком глянула на профиль Ши Цинцю, в её глазах мелькнуло трудночитаемое выражение, но на губах заиграла лёгкая улыбка. Она поднялась, взяла общие палочки и положила по кусочку нежнейшей рыбы на тарелочки как Ши Хунлану, так и Тан Цзинхуэй, мягко произведя:

— Дядя, тётя, эта рыба очень свежая и вкусная, попробуйте сами.

Подобные сценки повторялись уже бесчисленное количество раз, и Ши Хунлан с Тан Цзинхуэй давно привыкли к такому исходу, им оставалось лишь мысленно вздыхать и признавать поражение.

Тан Цзинхуэй больше не стала настаивать и призвала:

— Давайте берите палочки, чего застыли? А то всё остынет. Цинцю, ешь побольше, что ты вечно такая худая, и Цинхань тоже...

Ши Цинцю улыбнулась и в свою очередь положила рыбу в тарелку Вэнь Цинхань. Атмосфера за столом наконец смягчилась.

После ужина Ши Цинцю ушла в свою комнату разбирать вещи из чемодана, а Вэнь Цинхань долго о чём-то беседовала с Ши Хунланом в гостиной.

Когда Ши Цинцю вышла, Тан Цзинхуэй как раз несла чайник, чтобы подлить чаю сидящей рядом Вэнь Цинхань. Та повернула голову и кивком выразила благодарность.

Ши Цинцю с любопытством прислонилась плечом к стене в коридоре и издалека наблюдала за происходящим, прислушиваясь к неспешным голосам родителей и Вэнь Цинхань.

— У Цинхань ведь сейчас не так много дел на работе? Давно ты вот так запросто не заглядывала к нам в гости, — сев в одиночное кресло, с лёгкой ностальгией произнёс Ши Хунлан и принял из рук жены пиалу с чаем.

— Да, к тому же эти дела не требуют больших затрат сил, так что выдалось свободное время, — отвечала Вэнь Цинхань.

В этот момент ей протянули чашку с чаем. Она приняла её обеими руками и повернулась, чтобы поблагодарить:

— Спасибо, тётя.

Уголки губ Ши Цинцю дрогнули в улыбке, в груди шевельнулось какое-то странное, едва уловимое предчувствие. Очень-очень давно она мечтала о том, чтобы рядом был кто-то, кто смог бы вот так же сидеть с ней, разделять трапезу с её родителями в теплоте и уюте, а после ужина обсуждать дела и вести пустые разговоры о жизни.

Она уже не помнила лицо того человека из давних фантазий, но сейчас, глядя на происходящее перед ней, она мысленно соединила тот смутный образ с чертами лица Вэнь Цинхань.

Наверное, с Вэнь Цинхань они смогут прожить всю жизнь, они никогда не оставят друг друга просто потому, что между ними нет любви. Ведь отношения, замешанные на любви, рано или поздно принесут усталость, со временем остынут и выцветут, и однажды кто-то из двоих обязательно попытается сбежать.

Так даже лучше. Без любви, но с Вэнь Цинхань — это тоже превосходно.

Небо постепенно заволокло сумерками. Когда Вэнь Цинхань встала, чтобы попрощаться, Ши Цинцю тоже подошла и вызвалась проводить её до выхода. Старшие, разумеется, возражать не стали и позволили девушкам выйти вдвоём.

Дом семьи Вэнь находился недалеко, ехать туда было от силы пару минут. Проводив Вэнь Цинхань до дверей, они остановились у калитки.

— Цинхань, после окончания съёмок у меня будет небольшой перерыв. Кроме съёмок в одной рекламе, планов больше нет, — Ши Цинцю заложила руки за спину, глядя прямо в смягчившееся в свете фонарей лицо Вэнь Цинхань.

— Хорошо, тогда отдохни как следует.

Неизвестно почему, но Ши Цинцю показалось, что не только выражение лица Вэнь Цинхань стало мягче, но и от её слов перестало веять прежним холодом. От этой мысли Ши Цинцю невольно улыбнулась.

В глазах Вэнь Цинхань мелькнуло редкое веселье, она чуть приподняла руку, словно собираясь что-то сделать, но тут же опустила её обратно. Прищурившись и прикусив губу, она произнесла:

— Если я понадоблюсь тебе, я рядом.

Смысл этих слов был не слишком явным, но с учётом их нынешнего положения Ши Цинцю поняла всё без труда. Раньше они никогда не выражались подобным образом: если хотели встретиться, то так и говорили. Но теперь статус обязывал их проводить вместе больше времени, чтобы скорее привыкнуть друг к другу.

Ши Цинцю охотно согласилась:

— Я поняла. Возвращайся домой и передай от меня привет дяде с тётей.

Вэнь Цинхань кивнула, и в её зрачках чётко отразился силуэт Ши Цинцю. С самой первой минуты сегодняшней встречи её взгляд неотступно следовал за Ши Цинцю. Её завитые волосы придавали ей ещё более соблазнительный вид, а тот прощальный взгляд, брошенный на помощницу после полудня, казался особенно манящим.

Это воспоминание быстро промелькнуло в голове Вэнь Цинхань. Она сделала шаг. Её чёрные, словно чернила, волосы, гладкие и шелковистые, покачивались на концах, когда она наконец повернулась, чтобы уйти.

— Там у поворота вроде бы перегорел фонарь, едь аккуратнее, — донеслось до неё из-за спины.

Ши Цинцю, стоя в нескольких шагах, бросила вслед ещё одно напутствие. Ответила ли что-нибудь Вэнь Цинхань — оставалось неясным. Ши Цинцю могла лишь молча смотреть, как её стройная, прямая, словно бамбуковый стебель, фигура шаг за шагом выходит за круг света надверного фонаря и направляется к машине.

http://bllate.org/book/34641/4274794