Готовый перевод Professor, More Pheromones / Профессор, еще немного феромонов: Глава 14

Итак, Цэнь Хуайчжи теперь привёл Цзи Минсуя в торговый центр, поскольку совершенно не представлял, куда ещё можно отправиться. На вопрос о том, чего бы хотелось ему самому, Цзи Минсуй ответил «всё равно», полностью оправдывая своё имя.

Заметив слегка напряжённое выражение лица Цэнь Хуайчжи, Цзи Минсуй понимающе произнёс:

— Давай просто найдём какую-нибудь кофейню и посидим там. Моя тетушка любит сводить всех подряд.

Они отыскали ближайшее кафе, сели за столик и сделали заказ. После этого Цзи Минсуй, казалось, полностью забыл о только что сказанных словах и перешёл прямо к делу:

— Честно говоря, ты мне очень нравишься. Изначально я вообще не хотел сегодня идти на эту встречу — я в принципе не спешу заводить отношения, но после того, как тетушка прислала мне твою фотографию, я передумал. Можешь назвать меня поверхностным, но стремление к красоте заложено в каждом человеке, и я тут не исключение. Давай познакомимся ещё раз, уже всерьёз: меня зовут Цзи Минсуй, я бета, в настоящее время работаю в старшей школе, преподаю математику. Никаких вредных привычек не имею и очень надеюсь на развитие наших отношений.

Выражение лица Цэнь Хуайчжи ничуть не изменилось, оставаясь всё таким же отстранённым:

— Я...

— Профессор!

Речь Цэнь Хуайчжи была бесцеремонно прервана, и Цзи Минсуй слегка нахмурился.

Этот некстати появившийся человек возник прямо перед ними словно из ниоткуда — трудно было даже представить, из какого угла он вынырнул. Цэнь Хуайчжи чуть приподнял голову: кто же это мог быть? Кроме Сунь Цзинлуаня, во всём университете вряд ли кто-то ещё осмелился бы окликнуть его за пределами кампуса.

Бросив взгляд на чуть покрасневшую шею Сунь Цзинлуаня, Цэнь Хуайчжи заметил, что тот даже не смотрит на него в ответ — его глаза были прикованы к сидевшему напротив профессора человеку. Не спрашивая разрешения, Сунь Цзинлуань притащил стул из соседнего прохода, уселся рядом с Цэнь Хуайчжи прямо под пытливым взглядом Цзи Минсуя и произнёс:

— Профессор, у меня есть к вам вопрос.

Он повернулся к Цэнь Хуайчжи, и тот с лёгкой растерянностью отвёл взгляд.

Цэнь Хуайчжи понятия не имел, что у этого парня на уме, ведь Сунь Цзинлуань заговорил с ним впервые после того самого случая.

— Какой? — спросил он.

Сунь Цзинлуань говорил с самым серьёзным видом:

— Пару дней назад я нашёл дома книгу по древним тотемам, и в ней оказалось столько элементов, о которых вы рассказывали на лекциях! Но кое-что я всё-таки не до конца понял и хотел бы обсудить с вами. Да, профессор, я ведь ещё записался на университетский конкурс по древней культуре, вы сейчас свободны? Мне нужна консультация.

Хотя на словах всё выглядело вполне убедительно, в душе Цэнь Хуайчжи лишь тяжело вздохнул: этот сорванец снова нёс полную чушь, ведь в конкурсе по древней культуре могли участвовать только профильные студенты.

Цэнь Хуайчжи виновато посмотрел на Цзи Минсуя:

— Прости, я сначала отвезу тебя? У студента намечается важный конкурс.

Цзи Минсую совсем не хотелось отпускать его, но поделать было нечего. Мысленно он подумал, что этот студент совершенно не умеет чувствовать границы — даже во время каникул преследует преподавателя с вопросами, — однако внешне сохранил понимающую улыбку:

— Ничего страшного, я скоро сам доберусь домой, занимайся своими делами.

— И правда, прости. Поговорим в другой раз.

Цзи Минсуй кивнул:

— Я буду ждать от тебя вестей.

Уходя, Цэнь Хуайчжи бросил напоследок:

— Я передам твоей тете.

В тихом, никем не замечаемом уголке уголки рта Сунь Цзинлуаня едва не разъехались до самых ушей.

Сегодня его буквально заставили плясать под чужую дудку: Сун Чэнъюй притащил его в собственный торговый центр под благовидным предлогом «попрактиковаться и набраться опыта». Конечно же, Сунь Цзинлуань прекрасно понимал, что это отцовская задумка — тот боялся, что дома парню придут в голову глупые мысли и он тайком сбежит в больницу на операцию. Избавиться от железы альфе уровня S и впрямь невероятно тяжело, но ради достижения цели люди способны на всё. Чтобы пресечь любые попытки Сунь Цзинлуаня лечь на операционный стол втайне ото всех, его карты на этот раз заблокировали по-настоящему.

Конечно, у Сунь Цзинлуаня имелись собственные тайные сбережения — прожив столько лет, разве мог он остаться без карманных денег?

И всё же, хоть он и мог пойти против Сун Чэнъюя, ему вовсе не хотелось волновать Ань Исуэра. Поддавшись его воле, Сунь Цзинлуань приехал в торговый центр. Поначалу он был крайне недоволен, шагал по этажам с видом скучающего покупателя, а поскольку наступили зимние каникулы и вокруг толпилось полно народу, по дороге к нему то и дело подходили люди с просьбой оставить номер телефона. Каждому из них он неизменно отвечал: «У меня есть парень».

Заметив краем глаза знакомый силуэт как раз в тот момент, когда он только что отшил какого-то омегу-парня, Сунь Цзинлуань с первого же взгляда безошибочно узнал Цэнь Хуайчжи. Спрятавшись в тёмном углу, он подождал, пока они войдут внутрь, а затем осторожно последовал за ними. Стоило ему подойти к дверям заведения, как сзади раздался зычный голос среднего возраста:

— Маленький босс! Подождите меня!

Сунь Цзинлуань на мгновение замер — он совсем забыл про этого человека. Сун Чэнъюй приставил к нему управляющего здешним филиалом, чтобы тот следил за сыном.

Сделав пару шагов назад, Сунь Цзинлуань шепнул управляющему несколько слов, и лицо того сменилось с растерянности на полное понимание:

— Хорошо-хорошо, маленький босс, занимайтесь своими делами...

Разобравшись с этим, он вошёл в кафе и, стараясь не привлекать к себе внимания, устроился за соседним столиком, который идеально загораживала декоративная перегородка.

Слушая всё, что этот незнакомец говорил Цэнь Хуайчжи, он сгорал отчаянной ревностью. Мужчина был с профектором одного возраста, той же профессии, да к тому же еще и бета — любой дурак понимал, что вероятность выбора беты для профессора намного выше. По сравнению с такими, как он сам, альфами, от беты сплошная польза: можно не беспокоиться о проблемах с феромонами, ведь для бет союз друг с другом — идеальное сочетание.

Типичный случай самоуничижения и возвеличивания противника.

Больше не в силах слушать ответы профессора, он в порыве отчаяния решил рискнуть, бросился вперед и принялся нести чушь. К счастью, профессор не стал делать вид, будто они не знакомы, и не стал разоблачать его перед этим бетой.

Значит, этот бета не такая уж и большая угроза.

Шагая вслед за Цэнь Хуайчжи куда глаза глядят, он наконец пришел в себя лишь тогда, когда у входа в туалет до его носа донёсся странный, не поддающийся описанию запах. Не веря своим ушам, он уставился на Цэнь Хуайчжи:

— Профессор... вы что, собираетесь со мной в туалет?

Прислонившись спиной к стене и скрестив руки на груди, Цэнь Хуайчжи бросил на него ледяной взгляд:

— Разве я не говорил тебе перестать преследовать меня?

Сунь Цзинлуань и сам не понимал, почему только что профессор был вполне доброжелателен, а теперь всё так круто изменилось. Начав бессвязно бормотать, он постепенно снизил голос до шёпота:

— Н-нет же... Вы ведь сказали только, что между нами ничего не выйдет, но вы же не говорили, что мне нельзя продолжать добиваться вас...

Раз уж всё зашло так далеко, он решил рискнуть и выложил всё как на духу:

— Профессор, я не знаю, почему вы не можете принять альф, но не могли бы вы дать мне шанс? Дать шанс нам обоим? Я же чувствую, что я вам небезразличен. К тому же, с нынешним развитием медицины и подавлятелей период гона у альфы — это вовсе не смертный приговор...

Он говорил сумбурно, торопливо, выпалив целую тираду.

Цэнь Хуайчжи не прерывал его, лишь молча глядя на него. Сам же Сунь Цзинлуань не осмеливался встретиться с ним взглядом: поначалу его глаза блуждали по сторонам, но в конце концов уперлись в ключицы Цэнь Хуайчжи. На профессоре сегодня была надета черная рубашка с расстёгнутыми верхними пуговицами и черное пальто поверх неё.

Его кадык невольно дернулся, он сглотнул слюну, и голос отчаянно охрип:

— К тому же, я больше не ваш студент. Теперь-то я могу ухаживать за вами?

Цэнь Хуайчжи не стал выражать своё отношение прямо — он молча изучал Сунь Цзинлуаня долгим взглядом, после чего произнёс:

— Сначала поехали домой.

— В каком районе ты живешь? Я отвезу тебя.

Сунь Цзинлуань автоматически выпалил:

— В Еване... Ой! Я последнее время живу у друга, мы поссорились с домашними, идти мне некуда, так что жмусь у него.

Хотя сам Чжу Чичжоу был бы только рад потесниться с Сунь Цзинлуанем в Еване, Сунь Цзинлуань вовсе не собирался предоставлять ему такую возможность.

Продолжая гнуть свою линию с наглым видом мажора, он добавил:

— Профессор, нам ведь даже по пути, это значит, что мы созданы друг для друга.

Цэнь Хуайчжи шагал вперёд, делая вид, что его ничуть не тронули эти слова, однако пальцы рук, опущенных вдоль тела, сами собой сжались в кулаки.

— Разве ты не говорил, что больше не мой студент?

Сунь Цзинлуань на секунду растерялся, а затем тихо рассмеялся:

— Тогда как мне вас называть? Может, братец Цэнь?

Цэнь Хуайчжи уже собирался ответить, как его прервал всё тот же зычный мужской голос, сопровождаемый топотом ног:

— Маленький босс! Я наконец-то нашёл...

Лысеющий мужчина средних лет на всех парах несся прямо к ним. Цэнь Хуайчжи даже инстинктивно оттянул Сунь Цзинлуаня за собой, опасаясь, что того заденут.

Стоя за спиной Цэнь Хуайчжи, Сунь Цзинлуань отчаянно замахал лысеющему руками, пытаясь подать знаки, но то ли бедолага запыхался от бега, то ли забыл надеть контактные линзы — в общем, никаких сигналов он в упор не замечал. Мир Сунь Цзинлуаня рухнул ровно наполовину.

Вторая половина рухнула вместе с его актёрской игрой: заметив, что мужчина вот-вот ляпнет лишнее, Сунь Цзинлуань вовремя перехватил инициативу и оборвал его на полуслове:

— Вы, должно быть, ошиблись человеком! Наверное, перепутали этаж? Здесь нет никакого «маленького босса», о котором вы говорите.

Лысеющий перевёл взгляд с Сунь Цзинлуаня на стоявшего рядом Цэнь Хуайчжи, почесал блестящую макушку и растерянно протянул:

— А? Значит, я и правда ошибся, ха-ха...

Покинув торговый центр, Цэнь Хуайчжи бросил на Сунь Цзинлуаня подозрительный взгляд:

— Точно ошибся?

И добавил тоном лёгкой угрозы:

— Больше всего на свете я ненавидел лжецов.

Стерпев это давление, Сунь Цзинлуань ответил:

— Откуда мне знать? Я знаю только одно: я этого человека не ведаю.

Десять минут спустя они добрались до Еваня.

Остановив машину у ворот особняка Сунь Цзинлуаня, Цэнь Хуайчжи кивнул на пассажирскую дверь, призывая того выходить.

Выбравшись наружу, Сунь Цзинлуань с тоской уцепился за край опущенного стекла и задал самый нелепый вопрос:

— Профессор, я ведь первый, кто сидел на вашем переднем сиденье, правда?

В ответ Цэнь Хуайчжи одарил его взглядом, красноречиво говорящим «с чего бы вдруг».

Проводив взглядом отъезжающую от дома машину, Сунь Цзинлуань сделал вид, что направляется внутрь. Но стоило автомобилю скрыться из виду, как он тут же вернулся к калитке, выждал примерно пять минут, разблокировал телефон и открыл верхний чат, отправив вызов.

Спустя десяток секунд звонок прошёл, и из динамика раздался слегка искаженный голос Цэнь Хуайчжи:

— Что на этот раз?

Включив режим жалости, Сунь Цзинлуань заныл:

— Профессор, мой друг оказался крайне ненадежным человеком — даже не предупредив меня заранее, он тайком уехал в родную деревню. Мне теперь абсолютно негде ночевать, могу ли я перекантоваться у вас всего одну ночь? Обещаю не доставлять хлопот и исчезнуть, как только рассветет.

Цэнь Хуайчжи не дал ни согласия, ни отказа. Решив, что надежды рухнули, Сунь Цзинлуань уже собирался приложить палец к сканеру, чтобы войти, как вдруг верхний диалоговый окошек мигнул: профессор, отроду никому не писавший первым, прислал ему номер дома и точную геопозицию.

План снова сработал. Бедняга Чжу Чичжоу опять принял удар на себя.

Три минуты спустя Сунь Цзинлуань, тяжело дыша, стоял у порога дома Цэнь Хуайчжи. Умный замок отреагировал на приближение человека и передал сигнал находившемуся в гостиной хозяину. Бросив взгляд на экран монитора, Цэнь Хуайчжи нажал кнопку разблокировки.

Планировка в этом коттеджном посёлке была практически одинаковой: за главными воротами скрывался небольшой дворик. Пересёкши его, Сунь Цзинлуань нажал на кнопку умного звонка.

В ту же секунду дверной проём заполнило до боли знакомое, желанное лицо Цэнь Хуайчжи. У Сунь Цзинлуаня отнялось дыхание.

Глава 13

— Спать будешь здесь, по дому не шататься, завтра чуть свет отправляешься обратно.

http://bllate.org/book/34617/4271897