Готовый перевод War and Peace / Война и мир: Отражение тьмы: Глава 6

Утро выдалось погожим, но к тому времени, как Гарри и остальные добрались до Хогвартса, небо не только почернело, но и разверзлось проливным дождем.

Гарри, то и дело оступаясь в глубокую грязь, плелся в толпе первокурсников, оживленно обсуждавших школу. Хагрид шел впереди, указывая путь. Гарри очень хотелось наложить на себя согревающие чары или заклинание «Аква Эрукто», но, видя вокруг себя лишь промокших до нитки, возбужденно галдящих детей, он решил не высовываться. Как бы он тогда объяснил, что Мальчик-Который-Выжил, выросший в семье магглов, сам научился волшебству? Он не считал, что может сравниться с Гермионой.

Дрожащий от холода Гарри едва не споткнулся о собственную мантию при посадке в лодку, но его кто-то придержал. Спасибо, — сказал Гарри и, подняв голову, обнаружил, что это Гермиона. Знакомое чувство волнения тут же всколыхнуло душу, и Гарри с трудом поборол желание обнять её. Разумеется, нынешняя Гермиона была все так же высокомерна. Гордо вскинув подбородок, она ответила: Пожалуйста. Затем она повернулась к мальчику рядом: Твоя жаба не пропадет, может, ты найдешь её в своем чемодане, как только приедешь.

Гарри заметил, что оказался последним, кто сел в лодку. Гермиона сидела рядом с Невиллом, а веснушчатый рыжий мальчик осторожно держался от неё на расстоянии — о, это явно был Рон, и Гарри почувствовал радостное облегчение. Еще один мальчик сидел на носу лодки, у фонаря. Он смотрел вдаль, на замок, скрытый под грозовыми тучами. Гарри видел только его профиль, но это не помешало ему заметить, что одежда и волосы этого мальчика совершенно сухие.

На фоне этого контраста Гарри почувствовал, как его собственная мантия стала еще более холодной и неприятно липкой. Он сел на свободное место посередине и откинул назад промокшие волосы, чтобы дождевая вода не затекала в глаза. Сидевший напротив Невилл тихо всхлипывал, но вдруг замер, словно звук застрял у него в горле: О-о... Гермиона, пытавшаяся его успокоить, проследила за его взглядом и невольно охнула: Ты Гарри Поттер!

Рон, сидевший рядом с Гарри, в этот момент забыл о своей неприязни к Гермионе. Он подался вперед, округлив глаза: ...Правда! Этот шрам в виде молнии... — он прикрыл рот рукой, явно пораженный.

Мальчик с носа лодки обернулся. Опять черноволосый и черноглазый, подумал Гарри. Лицо у него было бледным, выражение — холодным, что в сочетании с тонкими, правильными чертами лица создавало гнетущее впечатление. Гарри почему-то показалось, что он знает этого человека, и уже очень давно.

Я читала о тебе, — возбужденно сказала Гермиона. — В нескольких книгах! Я имею в виду, я купила еще несколько справочников, и там везде упоминаешься ты...

О, правда? — Гарри не знал, как на это реагировать, и выдавил из себя улыбку. — Я и не знал...

Гермиона выглядела удивленной: Эй, если бы это была я, то обязательно купила бы и прочитала все книги, где обо мне пишут!

Наверное... — Гарри отмахнулся, надеясь поскорее сменить тему. — Смотрите, теперь мы однокурсники...

Гермиона Грейнджер, — первой представилась умная девочка и дружелюбно протянула руку. Гарри пожал её, чувствуя, что отвратительное настроение из-за скверной погоды немного улучшилось. Рон Уизли, — Гарри взглянул на своего рыжего друга, который выглядел очень напряженным, и невольно улыбнулся. Невилл Лонгботтом, — круглолицый мальчик, казалось, был готов заикаться.

Все взгляды устремились на последнего пассажира. Мальчик посмотрел на них, не выражая никаких эмоций. Когда неловкость достигла предела и атмосфера, казалось, вот-вот замерзнет, он наконец произнес: Том Кинг.

Невилл украдкой взглянул на Гермиону, явно надеясь, что она разрядит обстановку. Гермиона, заметившая одежду Тома, с интересом спросила: Ты наложил на свою одежду какое-то заклинание? Том холодно взглянул на неё, и когда Гарри уже решил, что тот не ответит, он произнес несколько кратких слов: Заклинание «Аква Эрукто», согревающие чары.

Вся группа тут же загорелась жаждой. Гарри понимал, о чем они думают, ведь он сам хотел избавиться от холода и сырости. Том слегка нахмурился, обведя их взглядом. Гарри показалось, что его глаза задержались на нем дольше, чем на остальных. Наконец он пошел на уступки и достал свою Волшебную палочку: Аква Эрукто! Тепло как весной!

Гарри мгновенно почувствовал прилив бодрости. Мантия на нем тут же высохла, и всё тело окутало приятное тепло, словно он грелся не под дождем, а на солнце. Ливень был сильным, кожа чувствовала потоки воды, но леденящего холода больше не было. Он широко улыбнулся Тому: Спасибо. Том убирал Волшебную палочку обратно под мантию — Гарри заметил, что кончик её слегка обуглился — и в ответ лишь формально дернул губами.

После решения этой важной проблемы атмосфера в лодке оживилась. Они обсуждали школу, уроки и свои мечты, а Гарри лишь изредка поддакивал. Его друзья были очень жизнерадостны, и Гарри подумал, что это хорошо. Он не мог сближаться с ними слишком сильно, но все же невольно улыбался. Мальчик по имени Том почти всё время молчал; Гарри чувствовал, как его взгляд постоянно скользит по нему, но стоило ему обернуться, как тот либо смотрел на замок, либо опускал голову, погруженный в раздумья.

Их маленькая компания продолжала болтать без умолку, даже когда они собрались перед Большим залом. Ученики старших курсов уже вошли внутрь. Гарри смотрел на закрытые двери Большого зала, ожидая распределения. Он снова сказал себе: забудь о Волан-де-Морте.

Это оказалось не так уж сложно, потому что прямо перед ним, неизвестно откуда, возник светловолосый мальчик, а за его спиной — двое крепких приспешников. Этот фирменный цвет волос, высокомерное выражение лица — всё говорило о том, что перед ним Драко Малфой, заклятый враг, которого Гарри считал таковым все шесть лет в Хогвартсе.

Гарри Поттер? — произнес Драко с характерной для Малфоев растяжкой. — Значит, слухи верны, Мальчик-Который-Выжил действительно приехал в Хогвартс. — Он скользнул взглядом за спину Гарри, где Рон, Гермиона и Невилл продолжали оживленно беседовать, и нахмурился: Я Драко Малфой. Поверь, Малфой — это гораздо более подходящая компания для тебя.

Гарри уставился на протянутую руку. Этот покровительственный тон... Он должен был признать, что Драко Малфой в итоге доказал, что не является законченным злодеем, но его враждебность к Гермионе, рожденной в семье магглов, и привычка издеваться над слабыми... Однако, если он обидит Малфоя сейчас, то в будущем может столкнуться с неожиданными неприятностями, а он хотел устранить любые помехи... Гарри на мгновение закрыл глаза, решив не ставить его в неловкое положение на глазах у всех. Он поспешно пожал руку Малфою и сухо бросил: Привет.

Драко явно был не в восторге от такой реакции. Он приподнял бровь и уже собирался что-то сказать, как вдруг распахнулись двери Большого зала. Первокурсники тут же притихли. Вышла профессор Макгонагалл в мантии изумрудного цвета; выражение её лица давало понять, что с ней шутки плохи. Дети, добро пожаловать в Хогвартс! Скорее стройтесь в колонну и будьте готовы войти!

Толпа с разной степенью волнения и нервозности вошла в Большой зал. Заколдованный потолок заволокло грозовыми тучами, по небу прошла разветвленная молния, точь-в-точь как снаружи; тысячи парящих белых свечей освещали зал; четыре длинных стола занимали почти всё пространство, за ними сидели ученики, хотя кое-где были пустые места; на столах стояли белоснежные тарелки и сверкающие столовые приборы... Гарри издалека увидел табурет перед столом преподавателей и отчаянно зашептал про себя: тетя Петуния, дядя Вернон и Дадли...

В Большом зале воцарилась тишина. Все смотрели на них. Профессор Макгонагалл привела их на свободное место между столами факультетов и преподавательским столом, а сама вернулась на свое место. Дамблдор сегодня был в фиолетовой мантии, усыпанной золотыми звездами. Его приветственная речь была очень краткой, и они сразу перешли к распределению.

Смотритель Филч принес грязную черную шляпу, положил её на табурет и отошел. Гарри уставился на неё, а затем перевел взгляд на преподавательский стол. Учителя выглядели в точности так же, как он помнил, особенно Снегг. Рядом с ним сидел Ророльд, они составляли разительный контраст. Ророльд, по-видимому, о чем-то спрашивал Снегга, тот хмурился, явно не желая с ним разговаривать. Неужели Снегг завидует тому, что Ророльд получил место преподавателя Защиты от темных искусств? — невольно подумал Гарри.

...Том Кинг! — голос профессора Макгонагалл вернул Гарри к реальности, и он заметил, как Дамблдор слегка выпрямился. Он перевел взгляд и увидел, как мальчик из лодки, сохраняя свое обычное невозмутимое выражение лица, вышел вперед.

Распределяющая шляпа, казалось, долго колебалась. Наконец она пробормотала: Ну что ж, ну что ж... Если ты так хочешь... — а затем громко выкрикнула: Гриффиндор!

За столом Гриффиндора раздались радостные возгласы. Гарри увидел, как Том направился к золотисто-красным знаменам; Гермиона уже была распределена туда до него. Он точно помнил, что среди его однокурсников-гриффиндорцев не было никого по имени Том Кинг!

Отлично, стало на одного больше, — с досадой подумал Гарри. Похоже, достичь его целей будет непросто! Но когда профессор Макгонагалл выкрикнула имя Драко Малфоя, его внимание переключилось, не стоило сейчас размышлять о том, в чем заключаются различия между реальностью и прошлым...

Вскоре дошла очередь и до него. Когда профессор Макгонагалл произнесла Гарри Поттер, даже она сама на мгновение замолчала, а потом взглянула на Дамблдора. В Большом зале воцарилась гробовая тишина, и с каждым шагом Гарри чувствовал, как его пронзают сотни взглядов. Гриффиндор, Гриффиндор, Гриффиндор — Гарри чувствовал, что может лишь повторять это слово, чтобы отогнать воспоминания о своей прошлой жизни.

Он сел на табурет, надел шляпу, и перед глазами сразу стало темно. Гарри услышал тихий голос у себя в ушах: Вижу, сердце у тебя доброе... и храбрости не занимать... — не успел он понять, что происходит, как шляпа громко выкрикнула: Гриффиндор!

Так просто? Гарри не мог поверить своей удаче. Он почти спотыкаясь дошел до стола Гриффиндора, где маленькие львята ликовали: У нас есть Гарри! Двое одинаковых рыжих парней подбежали к нему, каждый заключил Гарри в удушающие объятия и громко закричал: У нас есть Гарри!

Джордж, Фред... — Гарри, задыхаясь, узнал их. Те хохотали, явно вне себя от радости. Гермиона хлопала в ладоши до покраснения. Единственным, кто продолжал сидеть неподвижно, был Том, он даже не взглянул на Гарри.

Профессор Макгонагалл попросила тишины, церемония распределения еще не закончилась. Гарри сел за длинный стол и посмотрел на преподавателей. Дамблдор, сидевший в главном кресле посередине, встретившись с ним взглядом, незаметно подмигнул своими голубыми глазами. Ророльд улыбнулся и приподнял бокал в его честь. Хагрид широко улыбнулся. Снегг, с грустью отметил Гарри, по-прежнему ненавидел его, как и в прошлой жизни, или, точнее, ненавидел лицо, которое было точь-в-точь как у его отца.

После того как Блейз Забини был распределен в Слизерин, Дамблдор произнес еще одну короткую речь. Затем они приступили к великолепному пиру. Гарри, направляясь к Башне Гриффиндора, чувствовал, как съеденная еда тяжело легла в желудке.

Первокурсники под предводительством старосты прошли через портрет Полной Дамы и, не задерживаясь в гостиной, сразу отправились в спальни, так как все были очень утомлены дорогой. Гарри тоже позевывал, направляясь к своей кровати с пологом, собираясь разобрать вещи завтра.

Его кровать была самой крайней, поэтому Гарри замер, увидев, что за ней освободилось еще немного места. Там стояла новая кровать с пологом, а её хозяин был повернут к Гарри спиной. Том уже переоделся в пижаму, потянулся, забрался в постель и тут же задернул темно-красные фланелевые полога. Гарри заметил две бледные руки, показавшиеся из-под рукавов, — на них не было ничего лишнего.

http://bllate.org/book/34569/4264318