Готовый перевод The Grass I Heard Secretly Likes Me / Говорят, эта травинка в меня влюблена: Мифы Древнего Китая: Глава 14

В ушах стоял непрерывный шум, Цзюй нахмурился и неохотно пришел в себя.

Раскрыв глаза и приподнявшись, Цзюй оглядел остальных обитателей комнаты.

Большинство детей уже проснулись, а те, кто все еще спал под шкурами, один за другим пробудились от общего гомона.

Заметив, как один из малышей, не выспавшись, рассердился, сбил с ног парочку громче всех кричавших ребят и затевал драку, Цзюй без колебаний присоединился к потасовке, отвесив пару пинков. Ишь чего удумали — мешать людям спать, просто возмутительно!

Сидевшая неподалеку Цзин Вэй наблюдала за тем, как дети в их комнате сцепились не на жизнь а на смерть, и заливисто смеялась. Поскольку ее это побоище не затронуло, она с удовольствием наблюдала за представлением со стороны.

Выпив отвар, снова заснув, а затем проснувшись в поту, Цзюй почувствовал себя гораздо лучше. По крайней мере, сейчас в голове больше не шумело, а конечности не казались такими ватными, как раньше.

Потолкавшись какое-то время в общей куче-мале, Цзюй с синяками на лице выкатился из гущи сражения и уселся рядом с Цзин Вэй. — Сестрица Цзин Вэй, добрый вечер!

На дворе уже темнело, и, пожалуй, не пройдет и много времени, как ночь вступит в свои права. А тогда снова придет время спать.

— Цзюй, чего это ты полез с ними драться? Ты же еще не до конца выздоровел, — с легким беспокойством произнесла Цзин Вэй.

Цзюй покачал головой и небрежно бросил: — Сестрица Цзин Вэй, пустяки. Посмотри на здешних людей — разве кто-нибудь из них не болел? А они такой шум подняли, что меня разбудили. Как же их не проучить, если они по-хорошему не понимают?

Цзин Вэй беспомощно покачала головой и, потянув Цзюя за руку, подняла с постели. — Есть хочешь? Пойдем поедим!

Цзюй кивнул и послушно последовал за Цзин Вэй к выходу.

В эту эпоху еще не знали обуви, и все ходили босиком, ступая прямо по земле. К счастью, куда ни глянь, на земле всегда зеленела трава. Иначе ноги у детей были бы чернее ночи.

Ступая по поросшей травой, словно ковром, земле, Цзюй вслед за Цзин Вэй зашел в просторное помещение. Там никого не было, только огромный котел да целая гора костяных пиал.

Подойдя к котлу, Цзин Вэй карабкалась на каменный помост, поднимаясь наверх.

— Цзюй, подай мне две пиалы, — зажав в руке огромный половник и опустив голову, позвала Цзин Вэй.

Услышав это, Цзюй взял со стоявшего рядом каменного стола две пиалы и принес их.

Глядя на то, как Цзин Вэй ловко черпает варево из котла, Цзюй немного испугался, как бы она не сорвалась внутрь. По сравнению с крошечной Цзин Вэй котел был просто громадным — в нем запросто поместилось бы с десяток таких ребятишек.

Наполнив пиалы до краев мясной похлебкой, Цзюй Вэй бережно взяла их обеими руками и передала Цзюю сверху с каменного помоста.

Бросив взгляд на «возвышавшуюся» Цзин Вэй, Цзюй осторожно принял костяные пиалы и поставил их на каменный стол. Затем он вернулся к подножию помоста и молча замер, наблюдая за девочкой.

Вскоре Цзин Вэй начерпала еще одну пиалу похлебки. На этот раз она не стала просить помощи у Цзюя и самостоятельно, соблюдая осторожность, слезла с каменного помоста.

— Сестрица Цзин Вэй, какая же ты ловкая! — Увидев, что Цзин Вэй благополучно спустилась, Цзюй наконец вздохнул с облегчением. На его губах заиграла улыбка, и он без колебаний рассыпался в похвалах.

Хотя у Цзин Вэй был острый ум, не уступающий подросткам из будущих веков, она все же оставалась ребенком, и как ей было не радоваться похвалам.

Большая и маленькая, мальчик и девочка, они поужинали, после чего отложили пустые костяные пиалы в сторону.

Выйдя из столовой вслед за Цзин Вэй, Цзюй зашагал к какому-то незнакомому месту и с любопытством спросил: — Сестрица Цзин Вэй, куда это мы направляемся?

Сестрица Цзин Вэй уверенно шагала вперед и, не оборачиваясь, ответила: — Сейчас мы пойдем к Великому Мастеру У Лин, чтобы она очистила наши тела.

Услышав это, Цзюй понимающе, хоть и смутно, кивнул.

Добравшись до нужной комнаты, Цзюй увидел того самого Мастера У Лин, о котором говорила Цзин Вэй. Это была удивительно красивая девушка лет семнадцати-восемнадцати, чй взгляд излучал прохладное спокойствие. На ней было белое льняное платье с фиолетовыми цветами, выглядевшее потрясающе.

Цзюй машинально оглядел свое собственное льняное одеяние, которое никогда в жизни не менял, а затем снова перевел взгляд на наряд Мастера У Лин. Впервые ему подумалось, что даже у Его Величества Императора Янь, вождя Племени Лешань, есть то, в чем он уступает другим.

Старшая сестрица, платье на тебе красивее, чем у самого Его Величества Императора Янь, неужели никто тебе слова не скажет?

Что ж! И впрямь никто ничего не говорил. Его Величество Император Янь отличался великодушием и широтой души, разве станет он размениваться на такие мелочи!

— Цзин Вэй приветствует Мастера У Лин, — взяв Цзюя за руку, Цзин Вэй подошла к Мастеру У Лин и с озорной улыбкой поклонилась в пояс.

Видя такое дело, Цзюю тоже не пристало просто стоять столбом, и он вслед за ней отвесил поклон.

Прекрасная Мастер У Лин вовсе не казалась неприступной ледышкой, отталкивающей людей. Заметив приближающихся детей, она отложила каменную дощечку в руке и мягко улыбнулась им.

Цзин Вэй и Цзюй стояли перед Мастером У Лин, еще даже не успев заговорить, как она, казалось, уже угадала цель их визита.

Цзюй заметил, как замерли пальцы Мастера У Лин, и в тот же миг вспыхнуло мягкое, ласковое сияние. Цзюй провел рукой по лицу: следы от недавней потасовки исчезли без следа, кожа полностью зажила. Более того, вся грязь на теле куда-то испарилась сама собой.

Посмотрев на сияющую чистотой Цзин Вэй, Цзюй мысленно подумал, что это куда эффективнее любого купания и личной гигиены.

— Спасибо, Мастер У Лин, — с улыбкой произнесла Цзин Вэй, после чего они с Цзюем покинули это место.

Не успели они отойти от дверей комнаты и на пару шагов, как столкнулись с целой толпой детей. Судя по направлению их движения, те тоже направлялись к Мастеру У Лин за очищением.

Надо сказать, теперь-то Цзюй наконец понял, что значит очищение тела. Оказывается, это генеральная уборка всего организма разом! Да еще и с целебным эффектом в придачу.

Вернувшись в комнату вместе с Цзин Вэй, Цзюй мысленно вспомнил сетевые игры из позднейших эпох. Эта реальность была куда интереснее любых игр: стоило лишь приложить усилия — и можно взмыть в небеса или опуститься под землю, все по плечу.

Как раз в тот момент, когда Цзюй, Цзин Вэй и еще несколько детей болтали между собой, вошел Великий Шаман Жуань Чан. Окинув взглядом редких оставшихся в комнате ребят, он нахмурился: — Опять мелкие засранцы пить лекарство не хотят.

С этими словами Жуань Чан развернулся и ушел на поиски сбежавших сорванцов.

— Быстро-быстро-быстро, сейчас будет зрелище! — хихикая, провозгласил малыш по имени Сань Лан, в глазах которого так и плязло злорадство. — Эти дураки отлично знают, что от лекарства не уйти, а все равно убегают, ну до чего же глупые.

Цзюй не до конца все понял, но в целом догадался. Похоже, дети во все времена и во всех мирах одинаковы — никто не любит пить горькие лекарства. Удирать от взрослых, лишь бы не глотать микстуру — дело и впрямь привычное!

Не прошло и много времени, как Великий Шаман Жуань Чан вернулся. За ним по воздуху плыла процессия унылых, но отчаянно брыкающихся сорванцов. Цзюй лишь молча сглотнул.

Уложив каждого бунтаря на лежанку, Великий Шаман Жуань Чан сурово бросил: — А ну сидите мне смирно и носа не высовывайте, чтобы никаких глупостей. Кто еще посмеет отказаться от лекарства — отхожу по первое число!

Глядя на приунывших ребятишек по соседству, Цзюй почувствовал глубокое удовлетворение. И верно, усмирить непослушных детей под силу лишь строгим взрослым.

Бросив еще одно грозное слово, Великий Шаман Жуань Чан вышел и плотно затворил за собой дверь. Какая-то хитрая девчонка по имени Вань Ли под всеобщими удивленными взглядами тихонько сползла с кровати, намереваясь отворить дверь. Разумеется, ее ждала неудача.

Вань Ли с унылым вздохом вернулась на свое место и забралась под шкуры.

Цзюй при этом лишь устало покачал головой. Подобное ребячество не стоило и комментариев — он прекрасно все понимал, ведь в его собственном детстве тоже случалось бегать от микстур.

Вскоре Великий Шаман Жуань Чан вернулся вновь. При виде парящих позади него костяных пиал многие дети испуганно шарахнулись назад.

Но Жуань Чан не собирался нянчиться с упрямцами: в одну руку он брал пиалу с отваром, в другую — очередного бунтаря, и вливал горькую жижу прямо в глотку.

Глядя на слаженные движения Великого Шамана Жуань Чана, Цзюй не мог не проникнуться уважением. Родителям из тех далеких пятитысячелетних времен, что ломали голову над тем, как заставить чадо выпить лекарство, стоило бы поучиться у Великого Шамана Жуань Чана. До чего же хорош этот суровый, непреклонный нрав!

Впрочем, Цзюй понимал, что Жуань Чан делает это ради их же блага. В конце концов, он вполне мог просто махнуть на них рукой — бросить больных детей на произвол судьбы было проще простого. Если бы неслухи померли без лекарства, с Великого Шамана и спроса бы не было, ведь он выполнил свой долг от и до.

Видя, как приближается очередь очередных пиал, Цзюй не стал ломаматься, сам схватил одну из них и осушил ее единым махом, громко булькая. Не он один — остальные дети последовали его примеру.

Случайно перехватив довольный взгляд Великого Шамана Жуань Чана, Цзюй решил воспользоваться моментом: — Великий Шаман Жуань Чан, нельзя ли мне немного водички? Уж больно горькое это лекарство.

Заливавший микстуру очередному бунтарю Великий Шаман Жуань Чан на мгновение замер, но все же кивнул. Прошло несколько мгновений, и прямо перед Цзюем завис крошечный водяной шар.

Уставившись на эту капельку размером с горошину, Цзюй растерялся, но подался вперед и легонько втянул влагу губами. В тот же миг прохладный ручеек хлынул ему прямо в рот, омывая горло.

Посмаковав во рту, Цзюй пораженно воскликнул: — Что за вода, до чего же сладкая! Великий Шаман Жуань Чан, дай мне еще капельку!

Заметив это, сидевшие рядом дети тут же бросились к Великому Шаману Жуань Чану, требуя и себе волшебных водяных шариков.

Не в силах отбиться от детской осады, Шаман был вынужден уступить. В тот же миг в воздухе появилось великое множество крошечных водяных капель.

Отрешившись от недавних страхов, ребятня с шумом и смехом принялась гоняться за этими шариками.

Видя, как весело здесь протекает время, те самые наказанные сорванцы тоже захотели присоединиться к игре. Однако Великий Шаман Жуань Чан оставался непреклонным, холодным и неприступным: — Эта забава — награда для них, а вы сидите молча и допивайте свое лекарство!

Один из мальчишек, прикинувшись тем, кто якобы не пытался уклониться от приема лекарства, украдкой подкрался к Цзюю.

http://bllate.org/book/34566/4263752